Часть 9
17 марта 2026 г., 23:08
Каникулы в университете должны были продлиться до середины февраля, так что у Джисона в последнее время появилось свободное время. Это привело к тому, что он, Чанбин и Чан пользовались каждой возможностью в перерывах между своей работой на неполный день, чтобы вместе заниматься музыкой.
Джисон хотел использовать свое пространство и пригласил их к себе на первые несколько встреч. Правда, первый час обычно уходил у Чана на то, чтобы прибраться, пока он гонял Чанбина и Джисона как помощников, потому что он никогда не убирался сам, а Чан терпеть не мог беспорядок.
Правда, обычно всё заканчивалось тем, что Чан хотя бы приводил в порядок одну зону, чтобы было где работать, пока остальные кучи хлама Джисона продолжали пылиться большую часть времени.
Хорошо, что мужчина на самом деле любил убираться, но это не спасало Джисона от его надоедливых тирад о том, что он о себе не заботится.
Этим вечером Джисон показывал трек, над которым он кряхтел в одиночку, и спрашивал мнение Чана и Чанбина, стоит ли его выкладывать.
— Еще одна песня о любви, Хан? — поддразнил Чанбин, обнимая Джисона за плечо.
Тот ярко вспыхнул, скидывая руку друга с нытьем.
— Мне нравится об этом писать! Боже упаси, чтобы у мужика было хобби.
— Ага, типа смотреть ромкомы про любовь и думать о своем соседе.
Джисон зажал рот Чанбина ладонью, надувшись еще сильнее. Но всё так же жалобно. — Заткнись!! Абсолютно нет.
Чан рассмеялся над ними и прокрутил песню туда-сюда, анализируя. — Интересно... Я имею в виду, это действительно стало распространенной тенденцией в твоих последних песнях.
— Это плохо? — спросил Джисон, глядя на Чана как раненый щенок.
— Нет, совсем не плохо. Мне нравится. У тебя становится очень хорошо с текстами. — Чан постучал ручкой по подбородку, критическим оком изучая работу, чтобы придумать какой-нибудь отзыв, как он всегда делал, используя свой режиссерский взгляд на всё, чем они делились.
— Ты уже показывал что-нибудь Минхо, кстати? Он спрашивал меня на днях.
— О. Эм, ха-ха, нет. Ни разу. — Глаза самого младшего из троих заметались по комнате, словно он искал путь к бегству. — Из головы вылетело!
— Хм. — Чан скрестил руки на груди. — Ты врешь, но я не буду вмешиваться. Просто знай, что он спрашивал. Думаю, ему правда интересно послушать твое творчество.
— Может быть, как-нибудь позже... — Джисон откинулся на спинку стула, его взгляд устремился в потолок. — Когда я буду готов к тому, чтобы надо мной открыто смеялись.
— Сомневаюсь, что он стал бы смеяться, — вмешался Чанбин. — Этот чувак смотрит на тебя так, будто ты произведение гребаного искусства. Думаю, он будет в восторге от всего, что бы ты ни сыграл.
— Ты так думаешь? — В голосе Джисона послышалась нотка надежды, хотя он и пытался это скрыть.
— О, боже, вы двое такие... — простонал Чанбин, закатывая глаза. — Слушайте, почему бы тебе просто не позвать его сюда как-нибудь вечером? Ну, знаешь, поужинать, расслабиться, поиграть ему. Двойная выгода: ты проводишь с ним время и выполняешь свое обещание.
— Когда я вообще давал ему обещание? — нахмурился Джисон.
— На Рождество, балбес. Ты сказал, что сыграешь для него.
— Ах да... точно.
— Ну вот. Думаю, он будет очень рад. — Чанбин снова взял в руки гитару и начал лениво перебирать струны.
— Ладно... — Джисон вздохнул, понимая, что они правы. — Может, на этих выходных.
* * *
Их планы были внезапно прерваны громким стуком в дверь и криками, доносившимися снаружи. — КАКОГО ЧЕРТА ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ?! — ЧТО ЗНАЧИТ «ЧТО Я ЗДЕСЬ ДЕЛАЮ»?! Чан, сидевший ближе всех к выходу, подскочил к двери и рывком распахнул её. — Это он, хён! Я же говорил тебе о том придурке из моего класса, Ким Сынмине! — Голос Чанбина больше не был криком, но всё еще был слишком громким для приличий. — Придурок?! Дорого от тебя слышать! — парировал Сынмин, возмущенно скрестив руки на груди. — Я всего лишь называю вещи своими именами! Какого черта ты тут делаешь?! Я не подписывался на «встречу с тобой у друга» в этом нашем перемирии! — Это я должен тебя спрашивать. Я пришел проведать друга, а натыкаюсь на твою физиономию. — Твоего друга?! Йо, Джисон, ты решил подружиться с этим придурком, да?! — Хм? Джисон? Это не... Прежде чем спор успел разгореться, дверь напротив с громким стуком распахнулась. — Ким Сынмин! Какого черта мы тут орем? — закричал Минхо, и его раздражение было написано у него на лице. Сынмин повернулся к Минхо, который стоял в дверях, и все трое уставились на него с виноватыми лицами. — Я же сказал тебе квартира 142, а не 143, Сынмин. — Минхо закатил глаза, пересекая холл, чтобы забрать друга. — Это Минхо-хён? — Джисон внезапно появился позади Чана и Чанбина, положив руки каждому на плечо. Минхо замер на мгновение, и как только Джисон попал в поле его зрения, его лицо заметно смягчилось, а на губах заиграла улыбка. — Ах! Джисон-и. Приветик. — Его голос тоже стал мягче. Минхо проигнорировал гримасу отвращения, которую скорчил ему Сынмин, и ткнул того локтем. — Ну, кажется, всё выяснилось. — Чан с облегчением выдохнул. — Извиняюсь за нашего Чанбина и его вспыльчивость, Минхо. — Ха?! — Чанбин хотел было возразить, но тут же поймал на себе злобный взгляд старшего и прикусил язык. — Я тоже извиняюсь за беспокойство, которое доставил Сынмин. — ответил Минхо, положив руку на плечо друга. Младший только простонал в ответ на эти слова. — Могу я загладить свою вину и поделиться едой? Я только что закончил готовить жаркое, уверен, вы сегодня много работали. — Хён, пожалуйста... — начал было Сынмин, но Минхо шикнул на него. — Правда, ничего страшного. Я всегда готовлю слишком много, так почему бы вам не сделать перерыв и не зайти? Словно решая за них, в повисшей тишине раздалось громкое урчание чьего-то живота. — О, чувак, ты знаешь путь прямо к моему сердцу. — легко рассмеялся Чанбин, несмотря на краску смущения на лице. — Давайте сделаем паузу в разговорах о музыке, я умираю с голоду. — Заметано! — добавил Чан. — Ты уверен, что это нормально — принимать нас всех? — спросил Джисон, опираясь на Чана. И, конечно же, с этой непринужденной ласковой улыбкой Минхо просто нежно посмотрел на него. — Правда, никаких проблем. Может быть, у тебя будет шанс поздороваться с котами. — О. — неловко хмыкнул Чанбин. — У меня, эм, ужасная аллергия. — Он бросил на Минхо ужасно извиняющийся взгляд. — От таблеток плохо, или в больницу надо? — Не до больницы, но безрецептурные мне не помогают... — А почему бы нам тогда не прийти сюда? — предложил Чан. О, нет. Вот тут до него и дошло. Джисон был обречен. Минхо впервые придет к нему, а у него дома полный бардак. Их короткая дружба определенно подошла к концу. Минхо больше никогда не захочет его видеть. Он посмотрел на Чана с выражением «о, боже, пожалуйста, нет, у меня же бардак». Чан ответил раздраженным взглядом, который явно читался как «Может, поэтому и надо следить за порядком?». Пф. Что он понимает? — Ладно, тогда я принесу всё сюда. Чан, не поможешь? Кастрюли тяжелые. — Без проблем, я сейчас подойду. — Веди себя хорошо, Сынмин. — быстро бросил Минхо, прежде чем вернуться в свою квартиру с Чаном. Сынмин просто застонал, бросив раздраженный взгляд в сторону Чанбина. Прежде чем Чанбин успел ответить тем же или огрызнуться, в напряжение вмешался Джисон. — Твоя аллергия на кошек сейчас меня прикончит, — заныл он громко, внезапно схватив мусорный пакет и начав запихивать туда вещи. — Прикончит в качестве кого, ужасного неряхи? Если ты не сделаешь полный разворот на 360 градусов, ты был обречен с самого начала. — Хёёён... — Чувак, у тебя тут свинарник. — прокомментировал Сынмин, когда переступил порог, засунув руки в карманы штанов и оглядывая помещение. — Эй, может, у тебя вообще еще хуже, откуда нам знать! Не смей судить Джисона. — быстро вмешался Чанбин. — Ну, ты только что это сделал. Довольно прямолинейно, кстати. — Он мой младший братишка, это моя работа, не твоя. Ты просто хочешь меня разозлить, да?! — Не моя вина, что тебя так легко завести. — Сынмин, казалось, был даже доволен собой, на его губах заиграла легкая самодовольная ухмылка, которая только еще больше раздражала Чанбина. — Ребята, ну пожалуйста... Извини, Сынмин-сси... Я уверен, ты не так планировал провести свой день, — заговорил Джисон, запихивая еще больше вещей в укромные места, куда только мог. Как раз когда он запихивал очередной пакет, он услышал, как повернулась ручка двери, и, собрав остатки сил, швырнул мусорные пакеты в свою комнату и просто захлопнул дверь с громким стуком. Пока что сойдет. ...У вас там всё в порядке? — спросил Чан, возвращаясь с кастрюлей тушеного мяса в руках и подозрительно оглядывая чуть менее захламленную комнату. — Всё отлично! Просто оставил дверь открытой и, эм, слишком быстро ее закрыл! Сквозняк из-за приоткрытого окна. — Неудивительно, что ты вечно болеешь, Джисон, вечно окна открытыми оставляешь. — пожурил его Чан, ставя кастрюлю на плиту. — Думаешь, при такой частоте болезней у тебя уже должен был выработаться иммунитет. — Определенно опровергает поговорку, что идиоты не болеют. — поддразнил Чанбин. — Ты самый худший. — Джисон снова надулся, выпятив нижнюю губу и сделав большие грустные глаза. Минхо вошел в дверь мгновение спустя с большой емкостью риса и гарнирами, улыбаясь и тихо посмеиваясь над ними.* * *
Джисон расчистил место на столе, пока Чан пошел за посудой. С едой и тарелками на столе они кое-как втиснулись за маленький обеденный стол в квартире Джисона. Было тесновато, и ему даже пришлось принести свой стул из комнаты, чтобы всем хватило мест. Поблагодарив Минхо за еду, они с аппетитом набросились на угощение. — Чувак! Ты реально готовить умеешь просто отпадно, — с набитым ртом восторженно произнес Чан. — Ага, когда мы помогали Хану переезжать, мы думали, что он живет напротив шеф-повара. — добавил Чанбин, жестикулируя палочками для еды. — Как шеф-повар ресторана с пятью звездами Мишлен, просто живет по соседству в деловом районе! — подхватил шутку Джисон. — Максимум три звезды на ресторан. — вмешался Сынмин. Чанбин метнул в него взгляд. — Ха!? Да нет, пять звезд. — настаивал Чанбин. — Ага! Пять звезд, я это абсолютно точно в одном мультике видел. — поддержал его Джисон. — ...Вроде того мультика про крысу? — недоверчиво спросил Сынмин. — Айщ! Это пятизвездочное французское заведение, тут не ошибешься!! — продолжал Чанбин. — Именно! Невозможно этого не знать!! — Джисон выглядел очень уверенно, скрестив руки на груди. В этот момент Джисон и Чанбин переглянулись, а потом оба расхохотались. — Ну хён, это же точно пять, правда? У тебя бы точно был ресторан с пятью звездами, без проблем, если б ты захотел. — улыбнулся Джисон Минхо, который сидел рядом, и толкнул его ногой под столом. Минхо в ответ игриво толкнул его ногой, смеясь над тем, как они продолжают дразниться. — Нет, он прав. Три звезды — это максимум для ресторана по версии Мишлен. — наконец сказал Минхо, и Джисон надулся. — А я бы сделал для тебя пять звезд, эта еда слишком хороша. — сказал Джисон, всё еще надувшись и запихивая в рот еще еды, чтобы не сказать еще чего-нибудь такого же смущающего. Минхо закатил глаза, но Джисон всё еще мог видеть ту самую нежную улыбку, застывшую на его лице. Их ноги в носках пихали друг друга под столом, будто они играли в «ножки», и они оба хихикали над этим, продолжая есть. Пока младший смеялся, Минхо заметил, что у того в уголке губ застыл соус. Минхо наклонился и провел большим пальцем по уголку губ Джисона, а затем облизал соус с собственного пальца, глядя на Джисона, пока делал это. Джисон замер. Голос внезапно пропал, дыхание перехватило. Он смотрел широко раскрытыми глазами, пытаясь осознать, что только что произошло. — Извини, — мягко улыбнулся Минхо, убирая руку, — Ты неаккуратно ешь, знаешь? Чанбин разочарованно вздохнул. — Боже, нашли бы вы себе комнату, вы двое. — Ч-что? Мы ничег... Мы ничего такого не делали, придурок! — защищаясь, возразил Джисон. — Буквально под столом ножками играете, да ещё и еда на лице — боже. — вздохнул Сынмин. — Чувствую себя лишним. — Не завидуй, я и с тобой могу поиграть. — усмехнулся Минхо, быстро пихнув Сынмина ногой под столом. — АГГХА- Какого черта! — взвизгнул Сынмин, хватаясь за ногу. Чанбин расхохотался, и не успел он опомниться, как Сынмин тоже пнул его, причем явно не сдерживаясь. — ЭЙ! — зарычал Чанбин, отдёргивая ногу из-под стола. Джисон уже смеялся в полный голос, плечи тряслись, и он сам не заметил, как подсознательно придвинулся ближе к Минхо, слегка касаясь его головой. Минхо посмотрел на него и тоже тихо посмеивался, его глаза превратились в полумесяцы, а на лице застыла нежная улыбка, когда он тихо наблюдал за младшим. Он тоже придвинулся к Джисону, проведя рукой по его руке в мягком жесте. — Вы все безнадежны. — Чан только покачал на них головой, хотя сам тоже только что смеялся над их дурачеством.* * *
После ужина Чан и Сынмин вызвались помыть посуду, и эти двое, наконец, смогли поговорить и нормально познакомиться, несмотря на весь хаос за ужином. — Уже уходите? — надулся Джисон, стоя перед Минхо, который прислонился к стене в ожидании тех двоих. — Я бы с радостью остался, но, кажется, эти двое уже обеспечили мне мигрень, — ответил Минхо. — Наверное, ты прав... — Вы же тут засядете за музыку, да? Надеюсь, скоро услышу что-нибудь. Ты ведь так ничего и не показал, а я ждал. Джисон покраснел, отводя взгляд от Минхо и уставившись в пол от смущения. — Да... Прости, я просто чувствую, что в последнее время не сделал ничего достаточно хорошего. Не хочу обнадёживать, поверь, там ничего особенного. — Не поверю, пока не услышу сам, — мягко ответил Минхо, протягивая руку к Джисону, чтобы убрать выбившуюся прядь волос с его лица. Мягкие волны волос стали длиннее обычного, так как он давно не был у парикмахера. Джисон заметил, что это стало обычным взаимодействием между ними — эти мягкие прикосновения, словно Минхо просто искал повод до него дотронуться. Джисон на мгновение прикусил губу, а затем тихо рассмеялся, игриво шлёпнув Минхо по руке. — Давай завтра потусуемся. Я тогда тебе кое-что сыграю. — О боже, Джисон, нет, не надо, прекрати, что ты несёшь? — Я всё равно ничем не занят, собирался просто пописать тексты, а потом, наверное, проваляться в кровати, пока есть время. Я тебе сыграю. Минхо несколько раз моргнул, прежде чем улыбнуться еще шире, склонив голову набок, изучая маленькие нервные привычки Джисона. — Хорошо. Я напишу, когда освобожусь. Чёрт. Чёрт, нет, отмена. Зачем ты это сделал, Джисон, ты идиот. Даже не смог собраться, чтобы просто скинуть ему песню, а теперь будешь играть прямо перед ним? Глупо. Глупый, тупой идиот Хан Джисон. Сам подписываешь себе смертный приговор. — Да. Я буду ждать. Это прозвучало как флирт? О боже, так и есть. Джисон, ты звучишь отчаянно. Это же просто Минхо. Он никогда раньше не был таким отчаянным ни ради кого и ничего. И всё же... Каким-то образом Минхо заставлял Джисона думать всякое сумасшедшее дерьмо и вызывал эту глупую нежную сторону, о существовании которой он даже не подозревал до сих пор. Прежде чем он успел продолжить спираль в своей голове, из кухни вышли Сынмин и Чан с чистыми кастрюлями в руках. Сынмин выглядел более чем радостным от возможности уйти, но Джисон заметил, как Минхо задержался в дверях, даже когда Сынмин уже держал дверь открытой. Джисон просто помахал ему рукой и улыбнулся, давая знак, что можно идти, и Минхо ответил тем же. Возбуждение и страх одновременно, казалось, пульсировали в его венах. Он действительно собирался пригласить Минхо завтра и сыграть ему что-то. Сытый желудок, сердце гулко стучит в ушах — он чувствовал себя полностью ожившим от прилива энергии, пронзающей его. Он снова потащил своё музыкальное оборудование на расчищенный кухонный стол. Чан и Чанбин с удивлением наблюдали за его энтузиазмом. Они знали, что он любит создавать музыку, но видеть, как он возвращается с обновлённой энергией... Это было приятно. Многообещающе. Они устроились на ночь и взялись за работу, сумев закончить три трека за одну ночь, которыми они остались очень довольны. Новый пост на их общий Soundcloud, Youtube, и Джисон даже выложил превью того, что показывал Чану и Чанбину ранее, с уверенностью, которой у него давно не было. Всё, что он знал — Минхо обладал способностью одновременно пугать и волновать его, и это было в лучшем смысле этого дурацкого громкого стука в груди. Человеческие эмоции сложны.* * *
Наступил следующий день, время уже перевалило за 2 часа дня. Джисон засиделся допоздна с Чаном и Чанбином и теперь отсыпался, возможно, проспав слишком долго, так как каникулы всё ещё продолжались, а с его частичной занятости его сегодня отпустили — сказали, что персонала слишком много. Лишние деньги ему бы, конечно, не помешали, но он не собирался переживать: потерять работу было бы хуже, чем потерять несколько часов. Жаль только, что его канал ещё не монетизируется, но он был довольно близок к минимальным 100 000 просмотров, особенно с учётом новой загрузки прошлой ночью. Когда Джисон наконец поднялся, он пополз в душ, потому что не мог вспомнить, когда в последний раз нормально мылся за последние пару дней, проведённых за написанием музыки с друзьями и просто валянием. Обжигающе горячая вода как раз смоет сон и подготовит его к новому дню. Джисон высушился, оделся и, пока ждал, настроил гитару, проверив строй и на акустике, и на электрогитаре. Он думал, какую использовать, в каком стиле играть... О боже, а какую музыку вообще любит Минхо? Он знал, что Минхо нравятся опенинги к аниме, раз он тоже их смотрит, но нельзя же всех грести под одну гребёнку, к тому же он всё ещё учил японский... Ладно, может, простую балладу? Баллады любят все, и он мог бы показать своё мастерство на акустике. Но, может, это слишком просто. Он не был уверен, что вообще осмелится петь перед ним. Может, небольшая мелодия на гитаре, а потом фристайл-рэп. Это было бы безопасно, да? Он привык читать рэп перед людьми. Небольшие компании, караоке-бары, но один на один — нет. Он сидел, перебирая струны акустики, и думал, что можно было бы сымпровизировать что-то на месте в надежде впечатлить Минхо и не опозориться слишком сильно. Мозг Джисона работал на повышенных оборотах, и ничто не могло его остановить. Тут он заметил сообщение от Минхо и инстинктивно почувствовал, как на его лице появилась полуулыбка. Сообщение, казалось, взбодрило его лучше любого энергетика. Его мозг, казалось, начал сотрудничать, хотя бы на мгновение. В сообщении Минхо спрашивал, не хочет ли он зайти в местную кофейню, а потом вернуться, чтобы послушать обещанную песню. Сообщение заставило желудок Джисона кувыркаться так, как он и не подозревал, что возможно, бабочки угрожали вылететь у него из горла. Прежде чем он успел ответить, в дверь постучали. Джисон осторожно отложил гитару и подпрыгнул к двери. — Приветик. — Минхо стоял у двери с небольшой сумкой-тоут в одной руке, другая была в кармане. На нём был серый свитер с котиком, простая чёрная шапка и джинсы. Это был самый повседневный образ Минхо, который он когда-либо видел, но он всё равно был таким непринуждённо красивым, подумал Джисон. Казалось почти несправедливым, но кто он такой, чтобы жаловаться, когда самый потрясающий мужчина, которого ты когда-либо видел, появляется у твоей двери, будто ты что-то для него значишь? — Хён...! Привет! — хмыкнул Джисон, нервно теребя шнурки своей худи, оглядывая другого, и молясь, чтобы это не выглядело слишком странно. — Видел моё сообщение? — спросил Минхо, моргнув и склонив голову набок. — Там ещё и десерты есть. Джисон издал тихий писк, прежде чем кивнуть, сглотнув, потому что в этот момент не доверял своему голосу. — Звучит заманчиво. Ты любишь чизкейк? Говорят, у них это деликатес. — Это мой любимый. — прохрипел Джисон, и его голос сорвался. Чёрт, как неловко, он поклялся, что у него так не срывался голос уже много лет. Минхо на мгновение замер, а затем, кажется, кивнул, словно сохраняя информацию на будущее. — Полезно знать. Они отправились вместе, прогулявшись недалеко до кафе. — Айсд американо, пожалуйста. — начал Джисон, облокотившись на стойку и изучая меню. — Сделайте два, и в один добавьте сладкие сливки. — добавил Минхо, рассеянно положив руку на талию Джисона, когда наклонился ближе к нему, словно пытаясь получше разглядеть меню, а не просто вторгнуться в личное пространство Джисона. Что-то, что казалось таким... обыденным, естественным. Джисону пришлось отчаянно сдерживать нечеловеческий вопль своего сердца, подпрыгнувшего от этого крошечного жеста. Его уши горели от тепла, расцветавшего под одеждой от тёплого, уверенного прикосновения Минхо. Он просто пытался сосредоточиться на меню, чтобы сделать заказ, а не на том, как сильно он хотел, чтобы обе эти руки были на нём, обнимая его нежно. Даже когда девушка за стойкой задавала ему вопросы, это звучало как приглушённый фоновый шум в том маленьком пузыре, который, казалось, обволакивал его и Минхо, когда бы они ни оказывались в общем пространстве. Внешний мир превращался в неловкий фоновый шум, на который инстинктивно не обращаешь внимания. Сознание Джисона, наконец, включилось через мгновение, и после секундного колебания он заказал шоколадный чизкейк с прожилками. Минхо заказал японский пудинг, как будто бывал здесь много раз и уже знал свой любимый вариант. Надо будет запомнить на будущее. Они нашли маленький столик в глубине кафе и устроились на одной стороне. Могли бы сесть напротив друг друга, но после того, как сел Джисон, Минхо решил сесть прямо рядом с ним, придвинувшись с фамильярностью человека, который делал это миллион раз. И всё же на лице Минхо было это нечитаемое выражение, он бросал быстрые взгляды, напоминая Джисону кота, который хочет внимания, но не хочет казаться слишком навязчивым. Джисон пошутил о чём-то на середине своего куска чизкейка и сорвал с Минхо искренний смех. Его смех был лёгким, тело тряслось, будто это было самое смешное в мире. Он заметил, как Минхо заканчивал свой смех маленьким звуком «Ах», словно пытался отдышаться. Это было так бесценно для него; он надеялся, что всегда сможет вызывать у него такой смех. То, как морщился его нос, как глаза на мгновение становились широкими, а затем сужались в эти мягкие лунные формы, когда его губы растягивались в разрывающей сердце сладкой улыбке. У Минхо также была привычка смотреть на Джисона, пока тот говорил, и не отвечать пару минут, будто он был не совсем здесь. Сначала Джисон думал, что это значит, что Минхо не слушает, но тот без проблем мог повторить всё, что Джисон говорил, когда его спрашивали, слушал ли он хоть слово. Эта привычка была скорее милой, чем странной, решил Джисон, прижимаясь плечом к плечу, когда рука Минхо опустилась ему на колено, которое за мгновение до этого бесконтрольно тряслось. Время в кафе они провели, обсуждая аниме, которое нравилось им обоим. Джисон даже поинтересовался, какую музыку он слушает, пытаясь прощупать почву, всё ещё не зная, что именно споёт для него. Минхо упомянул, что слушает много старого R&B, но в последнее время увлёкся грустными балладами и даже открыл для себя западных или инди-исполнителей на ютубе, не вдаваясь в подробности. Ладно, это давало ему варианты, это точно. Джисон не был силён в общении один на один, да и вообще в разговорах без возможности подпитываться энергией и шутками от других. Но с Минхо это казалось его второй натурой. С Минхо было легко говорить. Они отключались от окружающего мира, фокусируясь друг на друге. Их общие интересы, дурацкие шутки, которые они заводили, иногда дурацкие звуки, заполняющие странные паузы, — в итоге никогда ничего не было слишком неловко. Минхо даже находил то, как Джисон ноет и дуется, милым, указав на это дважды за всё время. Джисону приходилось делать вид, что это не зажигает каждую часть его нервной системы. К тому времени, как они вернулись в квартиру Джисона, он уже схватил гитару и был возбуждён, все предыдущие нервы, казалось, остались в прошлом. — Итак. Что хочешь послушать, хён? — спросил Джисон, рассеянно перебирая струны. — Хмм. — Минхо, казалось, задумался, сидя напротив. — Я бы хотел услышать что-то, что ты написал. Джисон застенчиво улыбнулся, пальцы соскользнули с грифа, и следующий звук гитары резанул слух. Он быстро перестал играть, пытаясь отшутиться. — Уверен, тебе не захочется слушать мою тарабарщину, ха-ха. Назови музыканта, я сыграю что-нибудь из его репертуара. Минхо склонил голову, в его глазах читалось нечто похожее на... разочарование? Боже, для таких простых выражений его глаза говорили всё, что он не хотел говорить вслух. И Джисон ни за что не хотел его разочаровывать, особенно после того, как он так ждал этого момента. Пора не опозориться окончательно. — Ладно, ладно, я сыграю тебе кое-что из того, над чем работал... Не вини меня, если ты будешь просто сражён наповал, это просто работа в процессе. — ответил Джисон, прежде чем Минхо успел снова заговорить, перехватив гитару поудобнее. — Обязательно сдержу свои ожидания. — поддразнил Минхо с этой игривой улыбочкой, когда его передние зубы показались. Джисон слабо пнул другого: — Грубиян! Минхо только пожал плечами, широкая улыбка застыла на лице, когда он оперся головой на руку и просто продолжал держать этот сосредоточенный взгляд на Джисоне. Младший глубоко вздохнул и начал перебирать струны. Он изо всех сил старался сосредоточиться на гитаре в руках, а не на том, как его сердце подпрыгивало каждый раз, когда он снова поднимал взгляд и видел пронзительный взгляд Минхо, так непринужденно проникающий прямо в душу. Не было никакой возможности смотреть на него и петь это, не сорвавшись или полностью не отключившись, поэтому он решил сосредоточить глаза на своих руках на гитаре. Falling down, I'm an alien on this earth I don't seem to belong anywhere by myself Это казалось безопасным выбором. Песня, над которой он работал, о чувстве изоляции, о внутренней борьбе. Так он мог мягко открыться другому, не чувствуя, что это слишком, и это точно была не одна из тех слащавых песен о любви, над которыми он корпел. Минхо, казалось, был внимателен, и, пока Джисон нервничал, глядя на него прямо, он чувствовал, как взгляд другого мужчины меняется и как он наклоняется ближе после того, как он начал играть. No matter how much I smile, I feel so lonely Like aliens trying to blend in with Earthlings No one can hear me when I try and say something В краткий миг слабости его глаза метнулись к глазам Минхо, и тот выглядел удивлённым. Широкие глаза, рот слегка приоткрыт. Джисону пришлось подавить писк, который вырвался на середине последней строки, и он продолжил, быстро опустив голову обратно к гитаре. Может, это просто «слушающее» лицо Минхо. Или, может, он удивлён тем, как плохо он поёт? О боже, неужели это так плохо?! Он переключился на рэп в следующей части, выбрав работу в процессе, чтобы показать Минхо оба навыка, над которыми он усердно работал. I crash-landed in a strange place, and at first I was full of expectations My tears build up when the night turns black, yeah Because my confidence can also be hated I've lived like I was dead, and suddenly, I'm all alone and far away Even though we were in the same position, I was an alien, yeah I flew and crash-landed from space, a loner full of scars Затем Джисон закрыл глаза после глубокого вдоха и спел пред-припев, до которого наконец добрался. It's a lonely night, it's a quiet night It's really dark, but with my low voice I'm gonna make it happen, among those stars I'm just lonely, somebody reach out and hold me Он перестал петь, потому что дальше у него не было написано, или, по крайней мере, не было подходящего бита. Руки Джисона тряслись от выступления — они всегда так делали, будь он один, с друзьями или перед небольшими группами. Маленький приступ тревоги всегда напоминал о себе. Он оттягивал неизбежное, продолжая играть несколько аккордов после того, как закончил петь, беспокоясь о том, что другой мужчина мог подумать о песне. Наконец он остановился и медленно поднял голову, ожидающе глядя на него с полуулыбкой в уголках губ. Его встретило то же удивлённое лицо, и даже то, что показалось ему маленьким блеском, искоркой в глазах Минхо. Это была грусть? Жалость? — Она не закончена, но, эм... Ну...? — заговорил первым Джисон. — Что скажешь? Минхо сухо сглотнул, и Джисон проследил взглядом, как двигался его кадык, когда он, казалось, пытался подобрать слова. — ...Кажется, тебе нужно обниматься. — внезапно выпалил Минхо, и Джисон чуть не поперхнулся воздухом. — А...! Всё нормально, не переживай! — рассмеялся Джисон, но смех прозвучал неискренне, он замахал руками перед лицом, отмахиваясь. — Я просто... Странный, наверное. Я просто перерабатываю всё иначе, чем... нормальные люди. Или кто они там. Ахах, я просто справляюсь с этим через написание песен. Минхо, казалось, задумчиво кивнул. — Я понимаю. Люди — странные, сложные существа. Поэтому я, когда могу, выражаю себя через танец, потому что по-другому не умею. И большую часть времени я предпочитаю компанию котов, так что, думаю, я тоже странный в этом смысле. — ответил Минхо, протягивая руку и удобно кладя её на бедро другого. — Так что ты не один. Джисон моргнул, а затем издал сдавленный смешок, и на его лице появилась сияющая улыбка, будто он не мог поверить в услышанное. — Это хорошо, — решил Джисон, положив свою руку поверх руки Минхо. — Мне нравятся странные. Минхо ответил ему своим обычным широко раскрытым взглядом с быстрым морганием, а затем тоже расхохотался. Смех Джисона был слишком заразительным, чтобы устоять. — Хорошо. — ответил Минхо с этой щербатой улыбкой, от которой по спине Джисона пробежали мурашки. — Потому что ты ещё ничего не видел, так что ты не имеешь права меня разлюбить. — Разлюбить тебя? Не, я даже представить такого не могу. — улыбнулся Джисон, сжимая руку Минхо под своей. Они замерли на мгновение, оставаясь так, в своём собственном пузыре, который удерживал целую вселенную в крошечном пространстве между ними двоими. Тишина, успокаивающая тишина, как понимание, что им не нужно ничего объяснять словами, потому что зачем? — Так скажи, тебе понравилось? — наконец спросил Джисон после долгой паузы. — Это было... трогательно. — ответил Минхо, склонив голову налево, прежде чем продолжить. — Призыв для тех, кто может чувствовать то же самое. Твой вокал сразу цепляет... уникальный... красивый. Джисон покраснел от этих слов. — Ты просто пытаешься мне польстить. Я всего лишь любитель во всём этом. Минхо покачал головой, его рука переместилась из-под руки Джисона, чтобы теперь сцепить их пальцы вместе. К этому моменту Джисон уже отложил гитару в сторону. — Я же сказал тебе при первой нашей встрече, я не раздаю комплименты просто так. Правда. В тебе есть что-то особенное. — сказал Минхо нежным тоном, а его глаза, казалось, сияли, глядя на него. Джисон искал на лице Минхо хоть какой-то намёк на ложь, на шутку, на желание выкрутиться. Но Минхо читался довольно ясно: он был искренним, настоящим. Будто он действительно видел Джисона впервые. И только тогда Джисон осознал, как близко они были, почти соприкасаясь лбами, колени Минхо касались колен Джисона, их руки были переплетены. Джисон облизнул губы, сдерживая каждую первобытную интуицию, отчаянно кричавшую в его мышцах, умолявшую сократить расстояние. Он не мог заставить себя сделать это, поэтому просто задал простой вопрос. — ...Хочешь послушать ещё одну...? — Пожалуйста.* * *
Визиты Минхо к Джисону стали маленьким ритуалом. Они встречались и узнавали друг друга больше через дурацкие разговоры, которые начинались с обсуждения шоу или аниме, а часто заканчивались тем, что они издавали дурацкие звуки или фальшиво пели под попсу, игравшую по радио, пока Минхо готовил ужин или угощения. Обычно всё заканчивалось тем, что они забирались на диван, обсуждая всё на свете, наполовину забыв про аниме, которое фоном играло на экране. Квартира Джисона в последнее время тоже стала чище благодаря этому. Чан сделал замечание об этом неделю спустя после того, как они с Минхо начали регулярно тусоваться, и Джисон наполовину соврал, что старается быть более презентабельным для гостей, но Чан всегда смотрел на него так, будто знает больше, чем показывает. — Кстати о чистоте, — начал Чан, проводя пальцем по кухонной стойке Джисона, будто пытаясь найти грязь. Младший закатил глаза и мысленно взмолился, чтобы лекция была короткой. — Я провел капитальную уборку и ремонт в своем пространстве. — продолжил он, сполоснув руки в раковине, прежде чем усесться за кухонный стол. — Думал пригласить вас на Соллаль ко мне? — Точно, мы же не видели твое место месяца два! Мы думали, тебе просто лень приглашать, ты забрал у меня ключи. — заговорил Хёнджин, сидящий на диване с пачкой чипсов в руках и надутыми губами. — Да, хён, это было довольно жестоко. Ты знаешь, как опечалил нашего Хёнджина? — добавил Джисон, положив руку на плечо Хёнджина, тоже изображая обиду. Чан только закатил глаза и глубоко вздохнул, уже устав от этих двоих. — Я не забирал, мне пришлось сменить замки, потому что я помогал своему новому соседу обустроиться. — Ах да, таинственные новые отношения — Ой! Прости, я хотел сказать — сосед! — Джисон показал Чану язык, и тот просто застонал. — НЕ отношения — я вам всё время твержу это, боже. — Чан потер переносицу, закрыв глаза. — Просто друг, которому нужно было место, он сбежал из очень плохой ситуации. — О. — Джисон сжался и сполз на диван рядом с Хёнджином. — Поэтому ты прячешь пацана от нас? — спросил Хёнджин. — Он типа травмированный затворник? Чан покачал головой. — Нет, ничего такого. Слушайте, мы разберемся со всем этим позже, но сначала постарайтесь узнать его получше и ведите себя хорошо. — Ёнбокки придет? И Минхо-хён? — спросил Хёнджин. — Феликс согласился, он хотел пригласить к себе, но я настоял, что у меня больше места. — ответил Чан. — Я спрашивал Минхо, но он сказал, что не уверен, будет ли занят. — Чем он может быть так занят? — поднял бровь Хёнджин, поворачиваясь к Джисону, будто у того был ответ. — Чего ты на меня смотришь?! — возмутился Джисон. — Ну не знаю, подумал, ты у нас следящий за ним как сосед и новый лучший друг. — усмехнулся Хёнджин. — Каждый раз, когда мы говорили последние пару недель, ты типа всегда с ним. — Это абсолютно неправда, — возразил Джисон. — Я не держу его расписание и жизненные планы при себе! Хёнджин пожал плечами, усмешка всё еще была на его лице. — Почему бы тебе самому не спросить его? Уверен, он не откажет, если ты попросишь. — Может быть, — добавил Чан к словам Хёнджина, будто это придало бы убедительности его заявлению. — Каждый раз, когда я спрашиваю, он отвечает что-то неопределенное, но тебе он всегда соглашается. Джисон скорчил недовольную гримасу, на губах явно читалась обида. — Ты просто так говоришь. — Хан, он, наверное, прыгнет с моста, если ты его вежливо попросишь. Смотри, давай докажем. — Хёнджин спрыгнул с дивана и оказался рядом с Чаном. — Хён, напиши Минхо прямо сейчас и спроси его снова. Чан кивнул и отправил сообщение. Он спрашивал, подумал ли тот насчет празднования Соллаль и не хочет ли присоединиться к ним. Джисон сидел на диване, надувшись. — Он сказал «может быть», — заговорил Чан после пары минут ожидания ответа. — Ему нужно проверить свое расписание или что-то там. — Окей, теперь твоя очередь, Джисон. — Я не буду играть в эти игры. — Джисон скрестил руки. — Ну тебе хоть капельку не любопытно? Я ни разу не видел, чтобы он тебе отказывал. — Хёнджин вернулся на диван, усевшись на подлокотник. — Ты видел, как мы общались, всего пару раз. — Да, и я видел достаточно. — Хёнджин потянулся и выхватил телефон из рук Джисона, отчего младший взвизгнул и попытался его отобрать. — Эй! — Спроси его, или я спрошу и добавлю что-нибудь постыдное. — Ты худший, ты знаешь это. — Джисон протянул руку за телефоном, и Хёнджин вернул его. — Ладно, я спрошу. — Соллаль... У Чана. Ты хочешь пойти со... мной... — произнес Джисон вслух, печатая сообщение, и затем отправил его. — Всё. Он, скорее всего, ответит то же самое, и— Телефон Джисона завибрировал с ответным сообщением от Минхо меньше чем через минуту. Его лицо вспыхнуло, рот на мгновение приоткрылся, и Хёнджин воспользовался моментом, чтобы подкрасться и заглянуть через плечо Джисона, тоже читая сообщение. — О боже. — пробормотал Хёнджин. — Что он сказал? — спросил Чан, вставая из-за кухонного стола. — Подожди — Джисон даже не успел возразить, как Хёнджин пересказал ответ. — Он говорит: «Конечно, мой милый Джисон-и. Мы можем поехать вместе, я могу приехать за тобой, и мы поедем вдвоём, это будет так весело». О БОЖЕ, он так втюрился. — ОН НЕ ТАК СКАЗАЛ!! — Джисон внезапно прижал телефон к груди. — Он просто согласился и предложил подвезти — не делай из этого ничего такого! — Я всего лишь капельку преувеличил. — пожал плечами Хёнджин. — Но суть доказана. — Неважно. — Джисон убрал телефон и свернулся калачиком на диване. — Это мило, он типа помешан на тебе. — подколол его Чан. — Типа? Скорее уж сильно помешан. — поддакнул Хёнджин. — Ага, Ликси однажды допрашивал меня, что ты за человек, потому что Минхо говорит о тебе, типа, постоянно. — рассмеялся Чан. — Он почти пугает в режиме допроса. — Помню это! Мы были с Чанбином у нас дома, у него были очки и блокнот и всё такое. Можно подумать, он репетировал роль детектива в будущей дораме. Джисон заныл, натянул диванную подушку на лицо и слабо попросил их прекратить. — Ой, да ладно, это же хорошо. Ты тоже говоришь о нём, типа, каждый раз, когда мы звоним, тусуемся, проходим мимо на парах... — Хёнджин не собирался отпускать Джисона, пока тот протестовал. — Типа, взаимная жуткая одержимость. — Не-а! — Ага. — Вы оба взрослые люди, давайте. — урезонил их Чан. — Хорошая новость: у нас есть согласие. Чанбин тоже придёт, хотя... — Хотя...? — поднял бровь Хёнджин. — Сынмин — сосед Феликса — тоже придет. — О. — ответили в унисон Хёнджин и Джисон, переглянувшись. — Ага. — вздохнул Чан. — Ну, они реально были милыми друг с другом короткое мгновение в конце Рождества. И согласились на ЕЩЁ одну встречу... — заметил Хёнджин. — Думаю, у них всё будет хорошо, если они просто дадут друг другу еще один шанс. — задумчиво произнес Джисон. — Они знают, что другой придет? — На этот раз знают, я убедился, что Чанбин в курсе, и попросил Феликса сказать Сынмину. Я не знаю, как прошло ваше Рождество, но я не хотел повторения того ужина. — Ага, справедливо. — ответил Джисон. — Ну, давай тогда спланируем всё так, чтобы было весело, несмотря ни на что! — У меня уже есть игры на примете~ — продолжил Хёнджин, возвращая энергию.* * *
Наступил Соллаль. Группа договорилась встретиться около 5 вечера на ужин и игры, которые подготовили Чан и Чанбин, уже расставляющие мебель и украшения. Хёнджин, Феликс и Сынмин приехали пораньше, чтобы помочь с десертами. Феликс уже привез поднос с домашним брауни. — Значит, они ладят, да? — усмехнулся Джисон, держа телефон перед собой на громкой связи. — Ага, цивилизованно, можно сказать... Ведут себя так, будто на Рождество не хихикали, как подростки, над безделушками для туристов. — ответил Феликс по динамику. Сейчас он стоял вне пределов слышимости остальных в доме. — Думаешь, нам стоит подстроить ситуацию, где они снова окажутся наедине? Может, у них опять начнется прогресс. — Минхо наклонился к Джисону, чтобы говорить в телефон. Джисон и Минхо в данный момент были на небольшом фермерском рынке, закупая последние ингредиенты для приготовления ужина в квартире Чана сегодня вечером, но им всё равно хотелось узнать свежие сплетни о ранних событиях вечеринки, которые они пропускали. — Мне нравится твой ход мыслей! Может, попрошу соседа Чана поучаствовать, — ответил Феликс задумчиво, явно вынашивая какую-то полуидею. — О, ты уже видел этого парня? — спросил Джисон. — Неа, он, видимо, вышел ненадолго до того, как мы приехали, так что Чан-хён всё еще ждет, пока он вернется. — Я начинаю думать, что никакого соседа нет, вот моя теория заговора. Чан окончательно сходит с ума. — сказал Минхо максимально бесстрастным голосом с полуулыбкой на лице. Джисон просто расхохотался, толкая Минхо в бок. — Он всего на год старше тебя! — Знаю, поэтому я начинаю беспокоиться и за себя. Заранее извиняюсь, если к октябрю я тебя забуду. — Заткнись! — Джисон ткнул его в бок со смехом, Минхо слишком радовался своей собственной глупой шутке. — Ты не можешь меня забыть, я слишком иконичный. — Фу, вы оба меня сейчас вырвут. — Феликс издал звук, будто его тошнит, в трубку. — Как будто ты лучше. — огрызнулся Минхо. — Даже не начи... — Я про то, как ты сох по кое-кому почти три часа подря... — ЭЙ! ЭЙ, НЕТ-НЕТ, АБСОЛЮТНО НЕТ! НИ ЗА ЧТО! ЭЙ, ЧАН! — О, Ликс, ты чего там делаешь? — донесся до них голос Чана через телефон, явно пропустившего предыдущий разговор. — Да просто... Болтаю с Джисоном и Минхо-хёном! Спрашивали, какие ингредиенты им нужно привезти, ахаха... — Ах да! Я как раз собирался сам пойти на рынок, сосед потерялся, он еще плохо знает улицы. Присмотри за остальными вместо меня, ладно, Ликс? — Ага, я займусь! — Феликс помахал Чану на прощание и затем глубоко выдохнул. — Короче... Я пойду разберусь с этим. Вы давайте, приходите скорее. — Понял, принято. — Джисон закончил звонок, убрал телефон и посмотрел на Минхо, который всё еще тихо посмеивался про себя, разглядывая пучки зеленого лука, будто пытаясь выбрать лучшие. — Бедный Феликс. Иногда ты так сурово его дразнишь. — усмехнулся Джисон, возвращаясь к Минхо и обнимая его за плечо. — Ему еще легко, поверь. Ты бы видел, как я обращаюсь с Сынмином. — Он пожал плечами, закидывая в пакет горсть зеленого лука и капусты. — К тому же, он первый начал. Джисон вздохнул, прижимаясь головой к Минхо, пока тот старательно выбирал остальные ингредиенты, но двигался достаточно сдержанно, чтобы у другого не было проблем продолжать его обнимать. Они продолжили ходить по магазинам бок о бок и вскоре расплатились. На улице всё еще было холодно, зима в этом году выдалась особенно долгой. Утром прошел снегопад, так что они осторожно ступали по скользкому льду, всё еще покрывавшему тротуары по дороге к Чану. С продуктами в руках они шли вместе, одна рука у обоих была переплетена — было так холодно, что они оправдывали эту прилипчивость необходимостью согреться. Ну, или Джисон оправдывал, пробормотав: «Блин, я замерзаю», и обхватив руку Минхо, прижимаясь к нему половиной тела, а Минхо просто промычал в ответ с широкой улыбкой. — Джисон! Минхо! — окликнул их голос с тротуара, когда они наконец свернули на улицу, где находился дом Чана. — Чан-и! — Джисон повернулся с радостным выражением лица и чуть ли не вприпрыжку побежал к нему навстречу. — Отличный тайминг! Я только что вернулся с соседом. — Чан отступил в сторону, жестом указывая на мужчину, стоящего позади него, немного выше ростом. У него были выцветшие рыжеватые волосы с завитыми кончиками, ямочки виднелись даже без улыбки на лице, и эти острые глаза, придававшие ему очень лисье выражение. Он выглядел нервно, заложив руки за спину и неловко переминаясь с ноги на ногу. На голову была надета вязаная шапка коричневого цвета с торчащими сверху звериными ушками. К краю шапки были пришиты пуговицы в качестве милых аксессуаров. Одет он был в черную толстовку и коричневые карго. Мужчина наконец поднял взгляд и, казалось, замер, когда узнавание мелькнуло на его лице, как только его глаза встретились с глазами Джисона. Джисон этого не заметил, сделав шаг вперед. — Приятно наконец познакомиться! Я — — ...Хан Джисон? Джисон моргнул. — Хм? Откуда ты... — Его голос был. Знакомым. Но лицо, казалось, не складывалось воедино. Чан подошел к парню, положив руку ему на плечо. — Ничего себе, не думал, что ты узнаешь его по фотографиям. — спокойно улыбнулся он. — Джисон, Минхо, это Чонин. Мы познакомились, когда я ездил в тот продюсерский лейбл в Пусане, и — — Ян... Чонин? — прошептал Джисон. Минхо и Чан переглянулись в полном недоумении. Откуда они тут что-то упустили? — Ты жив? — спросил сосед, Чонин, делая шаг вперед. Лицо Джисона расплылось в огромной улыбке, и не успел он опомниться, как схватил другого парня и сжал его в крепких объятиях. — Чёрт возьми, и ты выбрался! Ты так вырос. Ты типа выше меня теперь, чувак! Чонин был удивлен внезапным объятиям, но не сопротивлялся, сразу же прижимаясь головой к плечу Джисона, сотрясаясь от смеха. — Я думал... Я думал, ты пропал, или... — затараторил Чонин, обнимая Джисона в ответ. — Нет, нет. Я всё еще здесь, о боже мой, чувак. — Кажется, мы упускаем какой-то... важный кусок лора... Я не знал, что вы вообще знакомы. — неловко кашлянул Чан, делая шаг к Минхо, который в полном недоумении смотрел на этих двоих. Джисон и Чонин, казалось, продержались в объятиях ещё мгновение, прежде чем Джисон ослабил хватку, но не полностью отпустил младшего. — О боже... Я не рассказывал тебе о том, когда был в Пусане, да, Чан? — усмехнулся Джисон. — Неа, совсем нет. — Мы познакомились в приюте для трудных подростков в Пусане. — вмешался Чонин, взгляд которого метался между Джисоном и Чаном. — Когда мой дедушка заболел, я застрял там, и Джисон-хён... — Я был там недолго после того, как меня выгнал отец. В итоге я подружился с Чонином, но мы потеряли связь после того, как отец вернулся за мной. — добавил Джисон, почесывая шею. — Это долгая история, ха-ха. — Я думал, ты... — Чонин на мгновение отвел взгляд. — О боже, нет. — Джисон издал полувсхлип, прозвучавший скорее надломленно, чем юмористически. — Я выжил, и я здесь... Вне его досягаемости. — Я рад... но... Почему ты так и не позвонил? — Чонин посмотрел на него грустным взглядом, на лице явно читалось разочарование. — Потерял всё, когда он разбил мой телефон, честно говоря. — ответил Джисон, беря Чонина за руку. — Мне так жаль, что я заставил тебя волноваться. Я так рад, что ты наконец выбрался из системы. Чонин кивнул, улыбнувшись Джисону облегченным взглядом. Такой нежный, ласковый взгляд, от которого у Минхо внутри всё перевернулось, когда он наблюдал за ними. То, как они держались друг за друга, говорили о своем времени вместе до этого... В конце концов, Джисон не был его. И это не значило, что у этих двоих было что-то большее, чем травматичная связь, связывающая их годами ранее. И всё же Минхо почувствовал, как у него скрутило живот, чувство вины за эту мысль, промелькнувшую в голове, и его руки вспотели холодным потом, пока он стоял там молча, а эти двое, казалось, всё еще о чем-то говорили, но его уши уже перестали воспринимать звуки. Чан положил твердую руку на плечо Минхо, поворачиваясь к нему от удивления. У него всегда были такие добрые глаза, которые смотрели на Минхо с беспокойством, когда он читал его чувства всего лишь одним взглядом. Минхо просто покачал головой, стряхивая руку Чана. — Ну, мы оставим вас поболтать. — внезапно заговорил Минхо. — Приятно познакомиться, Чонин. Я пойду готовить с Чаном. — А? Подожди, я хотел помочь! — заныл Джисон, всё еще обнимая Чонина за плечо, поворачиваясь к двум другим. — Не нужно, просто заходи, когда захочешь. — Минхо не смотрел на Джисона, когда говорил, всё еще направляясь к дому Чана. Чан обменялся взглядами между ними, а затем с Минхо, прежде чем последовать за ним внутрь. Чонин посмотрел на Джисона, заметив, что младший слегка опустил взгляд, чтобы быть на уровне глаз Джисона. — Не могу поверить, что ты стал выше меня, мелкий. — рассмеялся Джисон, игриво шлепая его по руке. Чонин закатил глаза и со смехом оттолкнул Джисона, и на его губах наконец-то заиграла улыбка, которой он не видел уже так давно, которую он давно не мог показать. — Не могу поверить, что ты остался того же роста, что и в 14. — Жестоко! Жестоко, злой ты!! — пожаловался Джисон, скрестив руки на груди. — Что случилось с моим милым маленьким братиком? — Я вырос!! А ты, оказывается, совсем не изменился, ха.* * *
Минхо и Чан уже были внутри, сумки стояли на кухне. Они обменялись быстрыми приветствиями с остальными. Феликс первым почувствовал, что с настроением что-то не так, когда Минхо пробормотал «привет» и даже не посмотрел на него. — Чан-хён...? С Минхо всё в порядке? — спросил Феликс, хватая Чана за руку, когда тот собрался идти за Минхо. — Тск, — прищелкнул языком Чан. — Будет, но сейчас? Думаю, он неправильно понял ситуацию с Ханом и Чонином. Феликс выглядел озадаченным. — Они разве только что не познакомились? — Оказывается, нет. У этих двоих есть история. Не такая история, но они дружили много лет назад. — Оооо... — Феликс сложил кусочки воедино и, зная, какой прилипчивый человек Джисон, вполне мог понять, где могли произойти недопонимания. Отчасти он задавался вопросом, не было ли там вообще чего-то, и, может, Минхо всё-таки разобьют сердце. — Мне проведать его...? — Думаю, это только сильнее его напряжет. Пройдёт. — ...Ладно, хён... Чан пошел на кухню с Минхо, и они вдвоем принялись готовить ужин. Чонин и Джисон зашли внутрь, Чонин устроился между Чанбином и Сынмином, знакомясь с остальными. Джисон посмотрел в сторону кухни, откуда доносился тихий разговор Чана и Минхо, они шептались, будто специально стараясь, чтобы их не услышали. Он подкрался к небольшому оконному проему, прячась из виду, но пытаясь заглянуть внутрь и прислушаться... Ему показалось, что он услышал свое имя, произнесенное одним из них. Если бы только он мог узнать больше... — ХАН-А! Джисон взвизгнул от неожиданности, его планы были разрушены криком Чанбина, который звал его присоединиться к ним. Он практически рухнул, не в силах удержаться у стены. Игнорируя смех других парней в комнате и свое собственное пылающее красное лицо, он направился к группе с надутым видом, то и дело оглядываясь на кухню. Почему они были такими скрытными? Феликс начал игру в UNO, громко заявив, что Чану НЕЛЬЗЯ играть с ними, потому что он грязный читер. Громкое «ЭЙ» донеслось с кухни, вызвав смех у всех остальных. Игра в UNO закончилась после трех побед подряд Сынмина, а затем внезапной победы Феликса прямо перед самым носом у Чанбина, который тут же начал кричать, что игра подстроена. Еду принесли. Были даны обещания на новый год и даже предложены некоторые испытания в качестве годовых целей. — Чан-и, цель для тебя? Найди девушку. Или парня. Твое хмурое настроение убивает вайб. — начал Чанбин с набитым едой ртом. Чан закатил глаза. — Блин, я стараюсь! Мне не нужны твои нравоучения, когда ты сам последний раз был на свидании? Я хотя бы водил девушку в очень хороший ресторан месяц назад, между прочим! — Ха-ах, ту самую, которая сказала, что ты и двух слов связать от нервов не мог? Ты не можешь это переложить на меня! Это ты тут страдаешь из-за того, что одинок, и пишешь песни про девственников, как будто ты сам девственник. Джисон и Хёнджин согнулись пополам от смеха, а Чан чуть не выгнал их прямо за то, что они смеются над этим. — Ты тоже, Джисон! Твои унылые песни о любви и разбитом сердце тоже не лучше! — ткнул пальцем в Джисона Чанбин обвиняюще. — ЭЙ! Мои унылые песни довольно запоминающиеся! Моим подписчикам они реально заходят, — заныл Джисон с вечной надутой губой. — Если ты так со мной, тогда твоя цель на год — написать что-нибудь до ужаса слащаво-любовное со всем, что у тебя есть! — Ага, твои там 10 подписчиков! И это вряд ли вызов, вы еще не видели мою универсальность! Ладно, я согласен. — Я прослежу, чтобы ты выложил это на soundcloud и основной канал, без вариантов!! — Ладно! Договорились! — Ага! Не терпится увидеть, как ты опозоришься! — Да ни за что! Я еще посмотрю, как ты опозоришься, твоя цель должна быть — перестать бояться жуков! — НЕТ! Нет, ни за что!! — вскричал Джисон, хватаясь за свои руки с полуплачем. — Нечестно! — Ладно-ладно, — проворчал Чанбин, откидываясь назад, чтобы подумать. — Ладно! Тогда тебе нужно набрать 10 тысяч подписчиков до конца года и показать лицо, хватит быть трусом, Джисон! — Легко, без проблем! Я справлюсь, чувак! — Джисон хлопнул в ладоши, будто дело уже сделано, радуясь, что разговоров о жуках больше не было. — Хёнджин, твоя цель — попасть в танцевальную команду Минхо-хёна! Хёнджин поперхнулся супом на полуслове. — Думаешь, я не пытаюсь?? У него высокие стандарты! — Это правда. — кивнул Минхо. — Всё еще жду твоего следующего прослушивания, Хёнджин~. — Агхх... — Хёнджин схватился за голову и застонал. — Ладно, ладно, я принимаю вызов. Я обязательно попробую. — Ураа! — радостно воскликнул Феликс, обнимая Хёнджина за плечо с сияющей улыбкой на лице. — О, это будет так весело, если ты попадешь! Хёнджин покосился на Феликса и тоже не смог сдержать улыбку, расслабляясь в объятиях с полувздохом. — Думаю, Минхо-хёну нужно прожить недельку в этом году, когда он будет только делать комплименты. — заговорил Сынмин с усмешкой на лице, бросая вызов Минхо. — Я не раздаю незаслуженную похвалу, ты говоришь так, будто я такой злой. — Минхо скрестил руки на груди. — Не обязательно незаслуженную, может, просто взять пример с Феликса и находить больше положительного. Минхо вздохнул, затем пожал плечами. — Ладно, думаю, я могу попробовать. Возьму пару уроков у безнадежно-романтичного дуэта. — прокомментировал он, взглядом скользнув по Хёнджину и Феликсу, которые уже о чем-то хихикали между собой. Когда взгляд Минхо упал на Джисона, тот смотрел на него такими широкими глазами-блюдцами и милой улыбкой, что он почти забыл о том, как глупо чувствовал себя ранее. — Чонин, думаю, твоя задача на новый год — поступить в университет здесь. — заговорил с ним Чан. — Ай, я еле закончил старшую школу, ни за что не поступлю. — Но ты же умный! Попробуй, давай~ — вмешался Джисон, тряся его за плечо, а Чонин со смехом убирал его руку. У Минхо снова тихо защемило в груди. Глупо. И всё же в тот момент, когда глаза Джисона снова встретились с его глазами, с этим милым, ожидающим и счастливым мечтательным взглядом? Всё снова стало нормально. Как по щелчку выключателя. Он не знал, как его сердце это выдержит. — Ладно, я попробую... Мне же не обязательно поступить, чтобы выполнить задачу? — Главное, чтобы ты просто старался изо всех сил. — закончил Чан. Чонин кивнул, откидываясь на спинку стула и всё еще обдумывая это. — Сынмин, твоя задача на новый год — попытаться подружиться с Чанбином! — внезапно предложил Феликс. — Ни за что! Я НЕ БУДУ этого делать! — запротестовал Сынмин. — Ага, я не согласен быть частью его цели! — тоже возразил Чанбин. — Ой, да ладно вам, соглашайтесь! Мы после ужина проведем игру, и тот, кто проиграет, не обязан выполнять свою задачу. — усмехнулся Феликс, добавляя соревновательный подтекст, который, как он знал, Сынмину будет трудно отклонить. — Феликс, ты — — Ты слишком труслив для этого вызова, да? — подначил его Минхо. — Я еще раз повторяю, я не согласен на это! — Чанбин снова попытался выразить свои возражения, но их легко проигнорировали. — Ладно! Тогда я выиграю эту дурацкую игру, и вы посмотрите! — наконец принял вызов Сынмин. — Тогда твоя задача на год, если ты не выиграешь? Побрей голову! Все за столом ахнули, будто это было самое дикое, что он мог предложить, а Феликс схватился за волосы как за спасательный круг. — Ты не посмеешь! — О, ещё как посмею! Я сам принесу машинку, у нас есть в квартире! — Договорились, Сынмин! — ...Мы вообще решили, в какую игру будем играть, чтобы определить победителя? — спросил Хёнджин. — У меня есть идея получше. — сказал Чан с хитрой улыбкой. — Ну, нам пришлось исключить некоторые игры, потому что Феликс всё еще не очень хорошо знает корейскую грамматику для большинства из них... — Ага, нечестный вызов, кстати! — надулся Феликс. — Было бы хорошим уроком. И немного забавно видеть его лысым. — усмехнулся Сынмин. Феликс ахнул, снова схватившись за волосы. — Ладно-ладно, хватит, мы играем в «Титаник»! Играем до тех пор, пока все не выйдут или не выпьют до 6 порций, и их сразу дисквалифицируют. Тот, кто останется, не обязан выполнять свою задачу на год. Джисон моргнул и посмотрел на Минхо, усмехнувшись. — О, я обречен. — Да ну? — Минхо выглядел заинтригованным, брови приподняты. — Ага, я ужасно быстро пьянею... — Джисон схватился за руку Минхо. — Ты должен позаботиться обо мне, если я напьюсь слишком сильно, ты же сделаешь это, да, хён? — улыбнулся он, широко раскрыв глаза и глядя на Минхо снизу вверх. — А что, если я тоже быстро пьянею, а? Будут два пьяных дурака, спотыкающихся тут. Джисон рассмеялся. — Ммм, не похоже. Ты бы всё равно обо мне позаботился, даже если бы был пьян, правда? — Он мило склонил голову набок, подпрыгивая на пятках в предвкушении. Минхо недоверчиво усмехнулся. — Милый, что мне с тобой делать, а? Лицо Джисона покрылось легким румянцем, и он игриво шлепнул Минхо по груди. Они собрались в круг на полу с большим стаканом пива и пустой рюмкой, плавающей сверху. — Цель игры? — начал объяснять правила Чан на случай, если кто не знал, с ананасовым соджу уже в руке. — Наливать соджу в стакан так, чтобы рюмка не утонула. Если утонула — выпиваешь весь стакан до дна, вместе с пивом, соджу и всем остальным. — Легко! — сказал Джисон. И тут же? Он был первым, кто попался. Слишком обнаглел, будучи вторым, кто наливал, и каким-то образом сразу утопил стакан после хода Чана. Следующим выбыл Сынмин после четырёх наливаний от других, проиграв сразу после того, как Чанбин намеренно налил как можно больше, чтобы насолить другому. Игра продолжалась. Первым вылетел Чонин. Ему в этом году исполнилось 19, это была его первая легальная игра в пьяные вечеринки. Ну, игра в пьяную игру вообще после своего религиозного воспитания, о чем он упомянул на середине своего первого стакана. Слишком сонный, чтобы плестись обратно в свою комнату, он в итоге хихикал и покачивался, сидя между Феликсом и Джисоном. Джисон уже был навеселе после первого же стакана, но он был полон решимости не сдаваться так легко даже после второго. Ему было всё равно на то, что не придется выполнять свою цель на год, но он не мог не включить соревновательный дух, когда все остальные тоже были настроены по-боевому. Его конечности казались ватными и покалывало, но адреналин держал его на ногах и в тонусе. Пока что. В какой-то момент Джисон, будучи в полупьяном состоянии, прилип к Минхо и вцепился в него, что привело к тому, что они сидели на полу, и Минхо обнимал его со спины. Голова Джисона покоилась на плече старшего, а руки Минхо обвивали его. Они уютно устроились, но боевой дух всё еще был. Чанбин отрубился после 4 стаканов, его голова упала на плечо Феликса в какой-то момент. Ему не повезло утопить рюмку четыре раза подряд, алкоголь ударил быстро и сильно. Все, кроме Чана, к этому моменту выпили хотя бы по одному стакану, Чанбин и Чонин выбыли. Джисон уже был пьян после второго стакана, и он, хлопая себя по коленкам, смеялся над какой-то глупостью, которую выкрикнул Хёнджин перед тем, как выпить очередной стакан самым драматичным образом. — Сыыынмииин~ — усмехнулся Феликс, медленно наливая соджу в рюмку, чтобы посмотреть, как много он сможет налить. — Бин выбыл, и ты следующий! Сынмин наклонился с такой тщательной точностью, держа бутылку с соджу над стаканом, прищурившись и высунув язык от усердия. Медленно, кап, кап... Ему удалось сделать две очень маленькие наливки, с триумфом, прежде чем передать бутылку Джисону, который покачивался, чтобы вообще ухватить бутылку. — КАК?! ЭТО ЖЕ БУКВАЛЬНО НЕВОЗМОЖНО! — завыл Феликс, разбудив Чанбина и напугав Хёнджина, который просто зашелся смехом от такой драматичной реакции. Сынмин просто сохранял самодовольную усмешку на лице и пожал плечами, будто это было проще простого. — Тебе не светит, Сони... — Хёнджин наклонился к Джисону, как будто шептал, но он был слишком пьян, чтобы сделать это успешно, и практически прокричал ему на ухо. — Не кричи на меня!! — заныл Джисон. — Я знаю, чёрт! Джисон глубоко вздохнул и начал медленно наливать. Самая крошечная капля соджу — и рюмка сразу утонула. Джисон закричал «ПОЧЕМУУУ» снова и снова, готовый швырнуть бутылку через всю комнату, и Хёнджин быстро выхватил её из его рук, прежде чем он успел это сделать. Джисон схватил стакан и попытался осушить его залпом. Это прошло ужасно. Пиво стекало по уголкам губ, больше половины содержимого оказалось на полу и на его футболке. Чану пришлось вырывать стакан из его рук, смеясь над ним. Конечно же, он заявил, что еще не закончил, он мог продолжать! — Нет, ни за что, я отключаю тебя здесь, чувак. — Чан наконец забрал стакан, пошел сполоснуть его и наполнить заново, так как не был уверен, не наполнил ли Джисон его в обратную сторону своим неловким питьем. Джисон жаловался на это, громко протестуя, чтобы все знали: он не согласен быть дисквалифицированным из игры. — Не хочу больше играть в эту дурацкую игру! — Джисон поднялся с пола и, покачиваясь, поплелся через гостиную к музыкальному центру, где играла музыка. — Потанцуйте со мной! Хёнджин, громко смеясь и сам уже будучи слишком пьяным, вызвался. Он медленно поднялся и потянулся к руке Чонина, который тоже покачивался, стоя на ногах. Они подошли и пошутили, что игра всё равно отстой, и просто начали пьяно исполнять ужасно сокращенную версию танцевальных движений под попсу, все хихикая и спотыкаясь друг о друга, так как личного пространства не существовало. Джисон оказался зажатым между Чонином и Хёнджином, они танцевали, как в игре «кто дольше простоит на ногах», и все они пытались утянуть других вниз, цепляясь друг за друга. Минхо почувствовал раздражение, но прикусил язык, потому что действительно не было причин так реагировать или исподлобья смотреть на троицу, пьяно спотыкающуюся друг о друга. Он потерял концентрацию и в итоге налил слишком много соджу и утопил очередной стакан, прежде чем осознал это. На половине стакана он услышал грохот, и трое остолопов там завыли от смеха, их конечности были неразличимы, так как они сплелись в кучу на полу. Прежде чем Минхо успел вскочить, Чан схватил его за плечо и посмотрел на него. Минхо остановился, чтобы глубоко вздохнуть. Чан дал знак Феликсу тоже подняться, и в итоге Минхо, Феликс и Чан встали, чтобы помочь пьяным идиотам подняться с пола, распределив по одному — Минхо достался Джисон, Чану — Чонин, а Феликсу — Хёнджин. Феликс уложил голову Хёнджина к себе на колени, пока остальные продолжали игру. Чан уложил Чонина на диван, и тот хихикал над чем-то, что уже не мог вспомнить через мгновение, так как смеялся слишком сильно. Минхо практически нёс Джисона на себе через комнату. Джисон уже не мог точно разобрать, что происходит в тот момент, когда его вели к расстеленным на полу матрасам, которые Чан приготовил ранее, пока он не лег, уже глядя удивлёнными глазами на Минхо, у которого на лице было расстроенное выражение, которого он не понимал. Минхо осторожно помог Джисону устроиться поуютнее в одеялах, и стакан воды появился в его руке как по волшебству. Когда он успел его принести? — Я могу... еще один раунд, — пожаловался Джисон, переходя почти в хныканье к концу фразы, руки отчаянно обвивали Минхо и хватались за его одежду везде, где только могли. — Точно нет, — сухо ответил Минхо, вытирая пролитый алкоголь со своей рубашки. — А теперь пей воду, маленький. — Ой, ты только что назвал меня малышом? — Нет, я называю тебя маленьким. Ты сейчас как пьяный малыш. — Бу. Джисон продолжал дуться, но через мгновение просто уставился на Минхо, наблюдая за его движениями, пока шум от друзей постепенно стихал до фонового. Прилежно следя за старшим, глазами провожая каждое движение. Разочарование на лице Минхо исчезло, когда он немного выпил воды, и Джисон почувствовал облегчение, когда нежный и ласковый взгляд Минхо вернулся. Будто можно было расслабиться, когда они снова оказались в своем маленьком пространстве только для двоих. Он заметил, как нежен был с ним Минхо несмотря ни на что. Держал его мягко, одной рукой обнимая за спину, а другой промокая футболку бумажными полотенцами. Джисон наблюдал и следил за взглядом другого, скользящим по нему, и когда глаза Минхо снова встретились с его глазами. Он смотрел на него с такой нежной привязанностью, которую не нужно было озвучивать. Будто Джисон был чем-то хрупким, о чем нужно заботиться. Минхо был до ужаса красивым, пришел к выводу Джисон. Таким красивым, что мог бы, наверное, получить всё, что захочет, если бы решил использовать эту силу, но он, казалось, не был в этом заинтересован. Джисон пьяно всматривался в каждую черту лица Минхо, запечатлевая её глубоко в памяти, когда они были всего в нескольких дюймах друг от друга. Его большие, но угловатые глаза придавали мистическое, кошачье очарование. Лёгкая горбинка на переносице, придающая Минхо этот глупо красивый профиль. Маленькая родинка на правой ноздре, которую Минхо, казалось, замазывал консилером, но сейчас она была наполовину стерта, вероятно, из-за того, что другой разогрелся от алкоголя. Джисон одной рукой держался за щеку Минхо, а другой обвил его шею, чтобы удержаться. — Ты такой красивый, хён. — сказал Джисон вслух, пальцами очерчивая форму его скул до подбородка. — Такой... -ик- такой, такой красивый. Прям нереальный. Будто создан идеальным, или че-то такое... И Минхо просто улыбнулся ему той улыбкой, от которой даже его пьяный мозг запинался, а сердце ухало в горло. — Тебе правда стоит поспать, Джисон-и. Ты сейчас в хлам. — прошептал мягко Минхо, пытаясь заставить Джисона снова лечь на матрас, но тот отказывался отпускать. — Ты проиграл, но я еще нет, давай— — Я не хочу... — протянул Джисон заплетающимся языком, его глаза зацепились за то, какие розовые и красивые у Минхо губы, верхняя пухлая губа выступала сильнее нижней. Он задумался, как легко они могли бы сомкнуться, если бы он захотел. Секунду спустя он снова перевел взгляд на глаза Минхо, и ему показалось, что тот тоже смотрел на его губы. Мысль о том, чтобы поцеловать Минхо, ударила сильно — как будто еще мгновение, когда Джисон не будет знать его вкуса, будет оскорблением для любого существующего бога. И всё же Джисон не мог заставить себя сделать это, поэтому просто заговорил снова, тихим, умоляющим голосом. — Не уходи, хён... Останься со мной? Джисон смотрел на Минхо полуприкрытыми глазами, выглядя нуждающимся во внимании другого. — Хм. — промычал Минхо, будто раздумывая, остаться или вернуться к остальным. — Думаю, я могу согласиться. — ответил Минхо, тыкая его в нос и улыбаясь. — Я останусь здесь с тобой, хорошо? Джисон кивнул, нервно кусая губу. Минхо лег рядом с ним, повернувшись на бок лицом к другому. Джисон попытался притянуть Минхо ближе рукой, обвивающей его шею, но Минхо держался довольно крепко, или, может, Джисон был недостаточно силен, чтобы он заметил, что его тянут ближе. — Хёнии... Можно тебя кое о чем попросить? — Зависит от того, будет ли это связная мысль. Джисон поднял бровь, надув губы. — Ну... Чан-хён сказал, что ты сделаешь для меня всё, что угодно. — прошептал он, и рука на затылке Минхо переместилась ему на грудь, вцепившись в футболку. Может, он и не мог взять то, что хотел, но что, если... попросить? — Сказал, да? — Мм... Ты согласился прийти сюда, когда я попросил, ты знаешь? Хёнджин... Хён... он сказал, это как проверить теорию... Минхо кивнул, слушая, его глаза тоже казались немного расфокусированными, отсутствующими. Минхо тоже выпил несколько стаканов, но Джисон не мог вспомнить, сколько именно. — Ты знаешь, как Чан спросил... хочешь ли ты прийти на вечеринку...? Ты сказал «может быть»... — Мхм. — Я сказал... сказал им нет, я не хочу спрашивать, мне было неловко, что они хотят типа... проверить... они заставили меня в любом случае... и ты сказал «да» мне. — А, вот почему вы двое писали мне друг за другом. Ты не хотел, чтобы я пришел? Джисон снова вспыхнул, хотя было трудно сказать, от смущения это или от алкоголя. — Нет! То есть, да! Я так хотел, чтобы ты пришёл... Я не хотел давить на тебя, если ты... Не хотел... — Поэтому ты подыграл им. — Не... Моя вина, они заставили меня... Это правда? Ты сделаешь для меня всё, что угодно, да? Минхо тихо усмехнулся, изучая лицо Джисона, будто расшифровывая, к чему он клонит. — Мм. Давай так и скажем. — Ты бы... — рука Джисона сильнее сжала футболку Минхо, он облизал губы, всё еще в полунадутом состоянии. — Сделал бы что, Сони? Говори словами. Джисон сглотнул, его сердце ёкнуло от того, как легко другой это сказал, как нежно и естественно он с ним говорил. Остальные в комнате перестали существовать для него в этот момент, всё, что мог слышать Джисон, всё, что он мог видеть — это Минхо здесь, в его маленьком пузыре вокруг них. — ...Поцеловал меня? — слова становились всё тише, исчезая в воздухе так же быстро, как были сказаны. — Пожалуйста? Минхо моргнул. Снова и снова, в той же быстрой последовательности, с широко раскрытыми глазами, глядя на Джисона, переваривая вопрос. Минхо просто покачал головой, смеясь, и Джисон чувствовал, как его грудь подпрыгивает от каждого звука. Он просто зарылся лицом глубже в ткань рубашки Минхо и закрыл глаза. — Ты отстой. — прошептал Джисон, будто его жизнь не зависела от того, как он вцепился в старшего. — Экстибиционизм — это не совсем моё, Хан. Джисон резко поднял голову, чтобы посмотреть на Минхо, у которого была эта самодовольная, насмешливая ухмылка на лице. — Хён! — возмутился он, шлепая его по груди с этим невыносимо милым надутым лицом, даже щеки надул. Минхо обнял его крепче, хихикая, слишком довольный своими собственными шутками. Младший был уверен, что было еще больше шуток, но он в итоге полностью отрубился быстрее, чем ожидал, и потерял, вероятно, половину оставшегося разговора в странных обрывках в глубине сознания. Джисон чувствовал, как его убаюкивает и успокаивает тепло в объятиях Минхо и остаточное тепло алкоголя. Он собирался выспаться как никогда, только чтобы проснуться с худшим похмельем в своей жизни. Слишком плохо, это теперь проблема будущего Джисона.
