Los Cielos Tambien LLoran

Красивый. Нежный. Маленький. Это были характеристики, которыми должен был обладать каждый омега или, по крайней мере, соответствовать одной из них. Юнхо, по его мнению, не соответствовал ни одному требованию. Ему всегда казалось, что природа смеялась над ним, подарив ему длинные ноги, шею и тело, которое совсем не было красивым, нежным и маленьким. При росте шесть футов Юнхо не был похож на омегу. Ни один альфа в здравом уме не станет смотреть на омегу, имеющего такой же рост. Это нанесло бы удар по самолюбию альфы. Даже если этот альфа предназначен ему судьбой. У каждого волка был свой спутник жизни, тот, кто покорил бы с первого взгляда и показал бы все цвета радуги. Но, к несчастью для Юнхо, он всё ещё не знал своего альфу, думая, что уже никогда не встретит его. Лучше бы он родился альфой, тогда бы хоть рост имел смысл. Но он был омегой. И, что ещё хуже, неуклюжим омегой. Ему никогда не удавалось быть осторожным, из его длинных пальцев часто падали хрупкие вещи, разлетаясь на тысячи частей. Аккуратность — не самая сильная его черта. В двадцать один год, после долгого рабочего дня в магазине госпожи Ким Юнхо лежал на диване и смотрел телевизор, отдыхая. Он снова и снова нажимал кнопку на пульте, переключая каналы. Юнхо искал хоть что-то, что могло бы удержать его внимание, пока не дошел до кулинарного канала: тысяча и один способ приготовить веганскую пищу. Юнхо зарычал. Он был хищником. Как и любой волк, он любил мясо, и овощи не входили в его меню. Ему нравились овощи, но они обязательно должны были идти в комплекте с мясом. С юных лет мать внушала ему представление о «хорошем омеге». Уборка, готовка и даже вышивание. Юнхо до сих пор помнил боль на кончиках пальцев, куда по его неосмотрительности попадала игла, когда он пытался вышить чертову бабочку. Его пальцы всегда были в разноцветных пластырях. Его мать убеждала его, что ни один альфа не посмотрит на него, если он не будет достаточно деликатным. И хотя тогда его мать хотела мотивировать его, в конце концов, она оказалась права. В двадцать один год Юнхо был одинок, но он не жаловался, по крайней мере ему не нужно было сжигать половину кухни ради пищи для альфы. Закончив учебу в девятнадцать лет, он поселился в простой хижине в центре стаи вместе со своим лучшим другом — Саном. Альфа был единственным, кто не осуждал его за неуклюжесть, с кем он мог часами смеяться над пустяками и прежде всего мог быть самим собой. — Где моя женушка? Крик из прихожей и знакомый аромат по инерции вызвали улыбку на лице Юнхо. Приехал его лучший друг. Они знали друг друга с детского сада, тогда Сан был лишь немного ниже ростом, но являл собой воплощение решительности, что было неудивительно для альфы. В старшей школе Юнхо влюбился в лучшего друга, хотя тот и не был истинным. Они даже пытались стать парой. У них было несколько провальных свиданий, которые, впрочем, не были ужасными только потому, что Сан от души смеялся над неуклюжестью омеги, называя его очаровательным. Юнхо не был очаровательным, он был неуклюжим. Хотя Сан продолжал говорить, что он очаровательный. И всё же, каким бы очаровательным ни был Юнхо, им так и не удалось поцеловаться. Все попытки заканчивались катастрофой. Он всё ещё со стыдом помнил, как взволнованно закрыл глаза, ожидая поцелуй с вытянутыми губами, пока Сан пытался на цыпочках дотянуться до него. Хуже всего было, когда альфа попросил его немного наклониться, а Юнхо от переизбытка чувств ударил лбом Сана, оставив ему шишку на голове. После этого Юнхо больше никогда не хотел пытаться, и хотя Сан старался его подбодрить, их романтическим отношениям не было спасения. Они остались друг для друга лучшими друзьями. Странно, но факт. Его мать всё ещё верила, что они заключат брак и подарят ей внуков, но этого никогда не произойдет. Почувствовав, как его обнимают знакомые руки, Юнхо позволил Сану уткнуться лицом ему в шею и нежно поцеловать кожу. — Что смотришь? — спросил Сан, позволив восхитительному аромату Юнхо окутать его. — Повар из передачи учит готовить салат из лука и апельсина. — Любопытное сочетание. Юнхо пожал плечами. — Салат выглядит неплохо, возможно, я попробую приготовить его. Сан улыбнулся. Он знал, что Юнхо скрывал часть себя, которая всё ещё любит готовить. Ему нравилось открывать для себя новые блюда и прилагать все усилия для готовки. На самом деле Сан любил всё в Юнхо. Сан считал его красивым, его черты лица были идеальны, что придавало ему почти неземную красоту, которая дополняла рост. Он знал, что Юнхо комплексовал из-за роста, но Сан знал, что это полная чушь. Если бы Юнхо мог видеть себя таким, каким видел его Сан, он бы понял, насколько он прекрасен. Словно небо весной, чистый, мягкий и нежный. Но больше всего в Юнхо ему нравилась его личность. Омега был такой добрый и милый, что ему хотелось пожирать его поцелуями. Для Сана Юнхо был словно сладкий моти, наполненный шоколадом. — Я пойду приготовлю еду, — объявил Сан, мягко целуя Юнхо, прежде чем уйти на кухню и не получить пультом по голове. Юнхо ахнул и повернулся как раз в тот момент, когда Сан добрался до кухни, прищурившись. Юнхо покачал головой, краснея, и что-то пробормотал, прежде чем переключить внимание на телевизор. Даже если пройдет тысяча лет, Сан будет настаивать на том, что их отношения возможны и что им не нужно ждать, пока судьба пошлет ему партнера. Его пара может появиться, а может и нет, но Сан всегда был рядом, и он знал, это дало ему достаточно преимуществ, чтобы быть уверенным, что его будущие отношения с Юнхо возможны. Улыбаясь, он принялся готовить.

***

Ночь. Ничего не было видно, кроме скудного лунного света, пронзающего шторы, очерчивающего дверной косяк. Юнхо стоял посреди гостиной, толком не понимая причины. Он никогда не боялся темноты, но в ту ночь чувствовал опасность. Он ощущал черные когти, царапающие углы. Он слышал гипнотический шепот, который хотел, чтобы он бежал вперед. Юнхо хотел пойти в свою комнату, но не смог. Он был парализован, как будто на него наложили заклинание. Он слышал, как ветер дул в трещины двери, его шум заполнял пустоту вокруг него. И тут Юнхо заметил луч света. Дверь подсвечивалась сзади, как будто в нее направляли фонарем, лучи света проникали сквозь щели, освещая помещение. За светом последовал пугающий, мощный крик. Восстановив контроль над своим телом, он предпринял осторожные шаги, протянув пальцы к ручке двери. — Юнхо! Проснись! Крик разбудил его. Глубоко вздохнув и резко открыв глаза, Юнхо проснулся, потерявшись в темноте, его мягкий матрас прогнулся под тяжестью тела. Крики, запах крови и дыма сильно притупили его чувства, а испуганное лицо Сана перед ним только парализовало все движения. Он ощутил, как Сан тянет его, что-то быстро объясняя ему, но омега был не в силах что-либо понять. — Юнхо, они напали на нас... — было единственное, что он мог понять посреди шума, слушая крики за пределами дома. В стае. Он взглянул на Сана, который снимал рубашку с себя, судорожно надевая её на Юнхо. Его руки торопливо скользнули по его спине, он прижался лицом к шее Юнхо, царапая зубами кожу. Происходящее сбивало Юнхо с толку, он тщетно старался сложить кусочки пазла воедино. Лишь зубы Сана, кусающие его плоть, отрезвили на мгновение омегу. — Юнхо, посмотри на меня, — приказал ему Сан, крепко схватив Юнхо за лицо, заставив взглянуть на него. Он видел ужас в его глазах, его тяжелое дыхание. — Сан, что... — с трудом проговорил Юнхо, но его друг покачал головой. — Послушай меня, что бы ни случилось, не дай им себя поймать, ладно? — Кто напал? Сан, что происходит? Я... — Северная стая. Юнхо, обещай мне, что ты не дашь им себя поймать, обещай... Стук в дверь парализовал их. Времени было мало, поэтому альфа потянул его за руку, заставляя спрятаться под кроватью, служившей ему оплотом безопасности. С ужасом Юнхо наблюдал, как Сан шепчет ему последнее обещание, прежде чем встать. Омега смотрел на удаляющиеся ноги, вскоре превратившиеся в лапы золотистого волка. Он оставил Юнхо один на один с паникой, которую прежде никогда не чувствовал. Сердце бешено колотилось в груди, Юнхо слышал биение собственного сердца и ужасный грохот трескающегося дерева. Он лежал на полу, подрагивая от окружающего шума и рычания. Он слышал шум драки в их гостиной, чувствовал запах крови, стараясь силой сдержать себя, не плакать, попытаться исполнить желание Сана, чтобы помочь ему и победить нападавших волков. Он опустил голову и закрыл уши, пока в комнате не раздался глухой удар. Удар тела о стену. Юнхо задержал дыхание, прислушиваясь к окружающему миру. В доме воцарилась пугающая тишина. За тишиной последовал неизвестный аромат, сообщающий о приближении врага. Он вырос в стае, знал запах всех, но этот аромат не принадлежал никому из жителей поселения. Окрашенный кровью Сана, Юнхо не мог понять большую часть этого запаха или реакций, которые он вызвал в его разрушенном страхом теле. Он просто приложил ладонь ко рту, пытаясь заглушить любой звук, другую — на сердце, чтобы его не услышали. Всё его существо замерло в нервной попытке остаться не обнаруженным. Юнхо заметил черные лапы и морду, обнюхивающую край кровати, и задержал дыхание. Нос волка прошел опасно близко, однако вой вдалеке отвлек его. Черный волк фыркнул, уходя, казалось, даже его феромоны покинули хижину. Юнхо не был уверен, как долго он там лежал, слившись с деревом. Он не знал, как ему удалось остановить тремор по всему телу настолько, чтобы встать из-под кровати и шагнуть в гостиную, где несколько часов назад он с Саном смотрел фильм. Сердцебиение на миг остановилось, когда перед ним появилась жуткая сцена. Разрушенная мебель, разбросанная по всему дому, дверь была расколота на несколько частей, весь дом словно был покрыт мраком... Стены испачканы кровью. Кровью Сана. С болезненным криком Юнхо упал на пол, свернувшись калачиком, ощущая, как дух выходит из каждой поры тела, как его душа разрывается на части. Они забрали его друга, брата, часть семьи. Они отняли у него часть души. Его ногти впились в дерево, когда боль пронзила насквозь. Юнхо жадно вдыхал воздух, уже не помня, как восстановить дыхание. Он закашлялся, слезы текли по лицу, и в последней попытке сделать вдох, запах пепла снова наполнил его легкие. Ему нужно было встать. Ему нужно было позвать на помощь. Ему нужно было найти Сана. Юнхо встал на трясущиеся ноги и бросился к выходу. Опираясь о проем, он старался набраться мужества и выйти на улицу. Некогда мирная стая обратилась в хаос, очаровательные домики посреди гор теперь же пылали огнем. Увиденное потрясло его. Его родители. Ему нужно пойти посмотреть, как они обстоят дела, возможно, они могли бы помочь ему отправиться на поиски Сана. Недолго думая, Юнхо сорвался с места, проходя сквозь стоящий хаос. Крики, дым, волки, кровь — всё это превратило стаю в фильм ужасов. Ему нужно было добраться до родителей, ему нужно было пойти по следу Сана и вернуть его. Дезориентированный жаром и пламенем, Юнхо с трудом нашел свой дом, являющийся частью его детства. Перед ним возвышался клубок пламени, обугленного дерева и пепла, его воспоминания были охвачены танцующим огнем. — Папа! Мама! — закричал Юнхо, прыгая в огонь, чтобы отыскать их, не задумываясь, пламя с удовольствием терзало его нежную кожу. Но что-то остановило его на полпути. Его повалил на землю большой волк с коричневым мехом, низко рычавший напротив его лица. Среди треска азалий своей матери и сожженного сада, Юнхо закрыл ладонями глаза и вскрикнул от боли. Они поймали его. Жаль, что он не смог сдержать свое обещание. Свое последнее обещание Сану.