Моя личная чирлидерша

Уроки давно закончились, ученики разошлись кто куда. Сон Ми шла под руку с Ха Ын, жалуясь, что госпожа Ким снова придиралась к ней на уроке. Чуть позади шли Хён и Джи Мин. Они по очереди крутили в руках баскетбольный мяч, перебрасываясь шутками. Джи Мин вдруг догнал Сон Ми и начал щекотать её. Та вскрикнула и рассмеялась. Ха Ын тоже засмеялась — искренне, легко. Хён, смеясь, подхватил её за талию, повторяя за другом. — Ха Ын! Голос матери прозвучал резко и зло. Все четверо одновременно обернулись. Хён сразу отпустил её и почти инстинктивно шагнул вперёд, слегка заводя Ха Ын себе за спину. Женщина подошла ближе, явно раздражённая. — Где ты опять шляешься?. Учёбу решила забросить?. Теперь только по мальчикам ходишь?. Улыбка медленно исчезла с лица Ха Ын. Она ничего не ответила. Лишь взяла Хёна за руку и сделала шаг в сторону, собираясь уйти. — Я с тобой разговариваю! — крикнула мать. Ха Ын остановилась. — Я сейчас подойду, — тихо сказала она друзьям и пошла к матери. Они отошли чуть в сторону, чтобы не привлекать лишнего внимания. Несколько секунд Ха Ын молчала, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Мама… мне надоело так жить. Женщина нахмурилась. — Что ты ещё придумала?. — Только учёба и Се Ри. Я всё время должна быть идеальной, следить за ней, не ошибаться. Я тоже хочу проживать свою школьную жизнь. Гулять с друзьями. Заниматься тем, что люблю. Это не значит, что я брошу учёбу. Она подняла взгляд. — Я могу хорошо учиться и при этом быть обычной. Мне не нужно выбирать что-то одно. Мать хотела перебить, но Ха Ын договорила: — Я вернусь домой. Но без криков. Я больше не хочу так. Не дожидаясь ответа, она развернулась и пошла обратно к друзьям. Вчетвером они зашли в знакомое кафе-мороженое. Сидя за столиком, они делали домашнее задание — кто-то писал, кто-то лениво спорил над задачами. Позже Ха Ын вышла на улицу и села на бордюр. К ней тут же подошёл дворовый кот и устроился на её коленях. Она осторожно гладила его, улыбаясь уголками губ. Сон Ми стояла перед ней, перекатываясь с ноги на ногу и наблюдая. Подошедший Хён на мгновение замер — а затем тихо сделал фото на фотоаппарат. — Эй! — возмутилась Ха Ын, но без злости. Сон Ми подозрительно прищурилась, переводя взгляд с Ким Хёна на подругу и обратно. Джи Мин стоял рядом с ней, лениво кидая мяч об стену. Спустя время Хён и Джи Мин попрощались и ушли. Сон Ми тут же подбежала к Ха Ын и села рядом. — Ну? — протянула она. — Что «ну»? — насторожилась Ха Ын. — Что между вами происходит?. Ха Ын отвела взгляд. — Ничего такого. Мы просто друзья. Сон Ми фыркнула. — Тебе он нравится?. Долгое молчание. Ха Ын тихо выдохнула. — Да. Она смотрела на свои руки. — Он заботится обо мне. Защищает. Всегда рядом… Но я не знаю, взаимно ли это. — Конечно взаимно, — уверенно сказала Сон Ми. — Ты видела, как он на тебя смотрит?. Ха Ын нахмурилась. — А ты как поняла, что вы с Джи Мином нравитесь друг другу?. Сон Ми улыбнулась. — Он однажды за меня заступился. А потом… само как-то закрутилось. Ха Ын задумчиво кивнула. Когда стемнело, подруги разошлись. Сон Ми помахала ей на прощание. Ха Ын медленно направилась домой. На этот раз — не убегая.                                  *** Конфликт постепенно стал утихать, и жизнь возвращалась в привычное русло: тренировки, учёба, ночные прогулки с Хёном, ночёвки у Сон Ми. Ха Ын стала чаще улыбаться, позволяла себе отдыхать и больше не держала всё внутри. В тот день она лежала головой на коленях Сон Ми, щурясь от яркого солнца. Тёплый ветер лениво перебирал её волосы. Вдруг свет исчез. Ха Ын недовольно приоткрыла глаза — перед ней стояла Се Ри, заслоняя солнце. Младшая выглядела неловко. Она теребила край футболки и явно собиралась с духом. — Можем поговорить?.. — тихо спросила она, опуская голову. — Пожалуйста. Ха Ын медленно села и, бросив короткий взгляд на Сон Ми, отошла в сторону. Се Ри поплелась за ней. Некоторое время младшая молчала, будто боялась начать. — Я… хочу извиниться, — наконец выдохнула она. — Я не думала, что мама тебя ударит. Голос дрогнул. — Я знаю, что часто вела себя ужасно… И не задумывалась о том, что причиняю тебе боль. В глазах Се Ри выступили слёзы, и через секунду они уже катились по щекам. Ха Ын слушала молча. Горло сжало. — Мне казалось, что ты всегда сильная… — продолжила Се Ри. — И что тебе не больно. Эти слова что-то окончательно сломали внутри. Слёзы сами покатились по щекам Ха Ын. — Я не всегда сильная, — тихо ответила она. — Я просто… старалась. Она сделала шаг вперёд и осторожно обняла сестру. Се Ри всхлипнула и крепче прижалась к ней. — Главное, что ты поняла, — прошептала Ха Ын, вытирая ей слёзы большим пальцем. — Я тоже не всегда была права. Я часто злилась. Се Ри покачала головой. — Я буду стараться… быть лучше. — И я, — улыбнулась Ха Ын сквозь слёзы. Они ещё немного постояли так, прижавшись друг к другу. Солнце снова светило в лицо — но теперь никто его не заслонял. Вечером Ха Ын сидела на ступеньках у дома, подтянув колени к груди. Воздух был прохладным, небо постепенно темнело. Хён сел рядом, не спрашивая разрешения. Просто — рядом. Несколько секунд они молчали. — Ты какая-то… другая сегодня, — осторожно сказал он. Ха Ын тихо улыбнулась. — Мы поговорили с Се Ри. Он повернул к ней голову, внимательно слушая. — Она извинилась. Сказала, что не думала, что мама меня ударит… — голос стал мягче. — И что ей казалось, будто мне никогда не больно. Хён нахмурился. — А тебе больно. Она усмехнулась. — Иногда. Но… сегодня стало легче. Он смотрел на неё так, будто проверял — правда ли это. — Знаешь, — продолжила Ха Ын, — раньше я думала, что если расслаблюсь хоть немного, всё развалится. Что я обязана быть сильной. Она повернула голову к нему. — Но рядом с вами… я могу быть обычной. Хён ничего не ответил сразу. Его пальцы осторожно коснулись её ладони — неуверенно, будто спрашивая разрешения. Она не убрала руку. — Ты и так обычная, — тихо сказал он. — Просто очень смелая. Ха Ын опустила взгляд на их переплетённые пальцы. — Я не смелая. Я просто устала бояться. Он слегка сжал её руку. — Тогда можешь больше не бояться. Я рядом. Никаких громких обещаний. Никаких клятв. Просто вечер. Тихое дыхание. Тепло чужой ладони. И впервые за долгое время Ха Ын чувствовала не тревогу — а спокойствие.                                  *** Тёплый ветер приятно обдувал лицо. На губах Ха Ын играла широкая улыбка. На плечах висел небольшой рюкзак с самым необходимым. Солнце мягко грело кожу. Сон Ми плелась рядом, щурясь и зевая. — Почему нужно так рано вставать?.. — пробормотала она, потирая глаза. — Я не выспалась. — Просто не надо читать мангу до утра, — засмеялась Ха Ын. — Мы уже на месте. Впереди стояли два автобуса, ожидая учеников. Подруги зашли в один из них и заняли свободные места. Постепенно салон заполнился шумом голосов и смехом. В проходе показались знакомые фигуры — Джи Мин и Хён. Заметив девушек, оба помахали. Джи Мин, шедший впереди, подошёл к ним и без предупреждения утащил полусонную Сон Ми с собой. — Эй! — возмутилась она, но послушно пошла. На непонимающий взгляд Ха Ын он только подмигнул. Она проследила, как они садятся через одно сиденье, а когда повернулась обратно — рядом уже сидел улыбающийся Ким Хён. Автобус тронулся. Ха Ын достала из рюкзака плеер и проводные наушники. — Хочешь послушать со мной? — протянула один наушник. — Конечно. Он сел ближе. Она — у окна. Музыка заполнила тишину между ними. Где-то в середине поездки Хён осторожно положил голову ей на плечо. Ха Ын замерла, посмотрела на его макушку и постаралась не двигаться. Ей нравилось это чувство. Ученики по очереди выходили из автобуса, разминаясь после долгой дороги. В воздухе пахло лесом и морем. Вместе с двумя учителями они дошли до места лагеря. Началась суета: кто-то ставил палатки, кто-то раскладывал вещи. Джи Мин и Хён занялись сборкой палаток. Ха Ын и Сон Ми сидели на пеньке, наблюдая за их попытками разобраться с дугами и тканью. — Смотри, какой серьёзный, — шепнула Сон Ми. Учитель попросил собрать ветки для костра. Ха Ын хотела предложить Хёну пойти вместе, но Джи Мин уже утащил его в сторону леса. — Вот вредина, — тихо проворчала она. Сон Ми загадочно улыбнулась. — Я знаю одно место у моря. Очень тихое. Когда стемнело, все собрались вокруг костра. Смех, разговоры, огонь отражался в глазах. Ха Ын сидела, глядя на пламя, но взгляд всё время возвращался к Хёну. Сердце билось быстрее обычного. Она тихо встала и отошла в сторону. Хён заметил это почти сразу и, извинившись перед друзьями, пошёл за ней. Она сидела на песке у берега моря. Волны мягко накатывали на берег, воздух был прохладным. Он подошёл тихо, но она даже не вздрогнула — будто знала, что он придёт. Он сел рядом. Некоторое время они молчали, слушая шум воды. От него исходило странное сочетание спокойствия и силы — и это притягивало. — Помнишь, ты спрашивал, почему я начала заниматься чирлидингом? — тихо спросила Ха Ын. Он посмотрел на неё внимательно, ничего не перебивая. — В средней школе я увидела, как ты играешь в баскетбол… — она улыбнулась, вспоминая. — И мне захотелось тебя поддержать. Когда ты побеждал, ты выглядел таким счастливым. Она подняла на него взгляд. Он медленно встал, снял с себя кофту и накинул ей на плечи, аккуратно застёгивая. — Уже прохладно. Давай вернёмся к костру . Она схватила его за руку. — Подожди. Ха Ын поднялась и взяла его ладони в свои. Сердце билось слишком громко. — Ты мне нравишься, — выдохнула она. — Я хочу поддерживать тебя на играх. Хочу быть рядом. Не просто как друг. Молчание длилось секунду, но для неё — вечность. Он сделал шаг ближе. — Я давно в тебя влюблён, — тихо признался он. — Просто боялся, что это испортит всё. Она улыбнулась сквозь волнение. Он осторожно коснулся её лица, давая шанс отстраниться. Она не отстранилась. Поцелуй был мягким, тёплым, чуть неловким — но настоящим. После они ещё немного сидели у моря. Ха Ын положила голову ему на плечо, переплетая свои пальцы с его. Волны продолжали шуметь. Но теперь внутри было тише, чем когда-либо. Огонь всё ещё потрескивал, освещая лица сидящих вокруг. Смех, разговоры, кто-то играл на гитаре. Когда Ха Ын и Хён вернулись, они шли чуть медленнее остальных — будто не спешили возвращаться в шумный мир. И всё же кто-то заметил первым. Сон Ми прищурилась. — Ну наконец-то, — протянула она, глядя на их переплетённые пальцы. Ха Ын резко опустила взгляд, только сейчас осознав, что они так и не разомкнули руки. Джи Мин хмыкнул. — Я же говорил. — Ты ничего не говорил, — возмутилась Сон Ми. — Я говорил глазами, — важно кивнул он. Хён тихо усмехнулся, но руку не убрал. Они сели обратно в круг. Ха Ын чувствовала на себе взгляды, и щёки снова начинали гореть. — Так… — Сон Ми наклонилась ближе. — Нам надо что-то знать?. — Нечего знать, — быстро ответила Ха Ын. — Ага, — протянул Джи Мин. — Конечно. Хён посмотрел на неё, потом на друзей. — Мы вместе, — спокойно сказал он. Повисла короткая тишина, а затем: — Наконе-то! — почти одновременно воскликнули Сон Ми и Джи Мин. Несколько ребят обернулись. — Тише вы! — прошипела Ха Ын, пряча лицо в ладонях. Сон Ми пересела ближе и крепко обняла её. — Я так и знала! — Ты знала уже месяц, — вставил Джи Мин. — Потому что я наблюдательная. Ха Ын посмотрела на Хёна. Он сидел спокойно, но в глазах было то самое мягкое тепло, которое теперь принадлежало только ей. Их пальцы снова переплелись. Костёр потрескивал, ночь становилась глубже, а смущение постепенно сменялось лёгкостью. И впервые Ха Ын не хотелось убегать от внимания. Потому что теперь это было их «вместе».                                  *** В лагере постепенно становилось тихо. Смех у костра затих, гитара смолкла, остался только треск догорающих углей и шорох листвы. Ха Ын лежала в палатке, завернувшись в спальник, и смотрела в тёмный потолок. Сердце всё ещё билось быстрее обычного — от слов Хёна, от их «мы вместе», от взглядов друзей. Молния тихо зашуршала. — Не спишь? — раздался шёпот. Она повернула голову. Хён аккуратно пролез внутрь, стараясь не шуметь. — А ты? — так же тихо ответила она. Он лёг рядом, оставляя небольшое расстояние. В палатке стало тесно, но странно уютно. Снаружи слышались далёкие голоса, кто-то ещё не спал. Несколько секунд они просто лежали, слушая дыхание друг друга. — Ты не жалеешь? — вдруг спросила Ха Ын. — О чём?. – брови выгнулись. — О том, что сказал. Он повернулся к ней. В темноте его лицо было едва различимо, но голос звучал уверенно. — Нет. Пауза. — Я давно хотел это сказать. Ха Ын сглотнула. Сердце снова сделало глупый скачок. — Я просто… — она замялась. — Боюсь всё испортить. Он протянул руку и осторожно коснулся её пальцев. Не резко. Не требовательно. Просто проверяя — можно ли. Она переплела их. — Мы не обязаны быть идеальными, — тихо сказал он. — Просто честными. Внутри стало тепло. — Тогда пообещай. — Что? — Если я начну глупо себя вести… ты скажешь. Он усмехнулся. — Ты всегда ведёшь себя глупо. Она тихо толкнула его локтем. — Я серьёзно!. — Хорошо, — уже мягче. — Обещаю. В палатке стало совсем тихо. Она чувствовала его тепло рядом, слышала спокойное дыхание. — Хён… — Мм?. — Можно… ближе?. Он замер всего на секунду, потом осторожно придвинулся. Её лоб коснулся его плеча. Его рука нерешительно легла поверх её — и осталась. Так они и уснули. Проснулась Ха Ын от света, пробивающегося сквозь ткань палатки. Первое, что она почувствовала — тепло. Второе — что её голова лежит на чьём-то плече. Осознание пришло резко. Она медленно подняла взгляд. Хён спал, слегка нахмурившись, рука всё ещё лежала поверх её ладони. Щёки вспыхнули. Она осторожно попыталась отодвинуться — и тут его ресницы дрогнули. Он открыл глаза. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Слишком близко. Слишком тихо. — Доброе утро, — хрипло сказал он. Ха Ын моментально отвернулась. — Доброе… Снаружи послышались шаги. — Эй, голубки, вы живы? — голос Сон Ми прозвучал подозрительно бодро. Ха Ын резко села. — Мы не голубки!. — Конечно-конечно, — протянула та снаружи. Хён сел рядом, потирая затылок. — Похоже, теперь нас не оставят в покое. — Я не выйду отсюда. – закрывая лицо руками. Он тихо рассмеялся. — Выйдешь. — Нет. – быстро мотая головой. — Я вынесу. Она опустила руки и посмотрела на него. — Только попробуй. Он улыбнулся — спокойно, но с тем самым озорством. И впервые утреннее смущение не казалось катастрофой. Это было… приятно. После возвращения Ха Ын почти всё время проводила с Ким Хёном и ребятами. Они вчетвером готовились к экзаменам, засиживались до поздней ночи, спорили над задачами, смеялись над усталостью. Когда результаты вышли и все успешно сдали, напряжение будто растворилось. Ха Ын стала чаще ночевать вне дома. Не потому что хотела скрываться — просто она пока не была готова рассказать родным о своих отношениях. Вечером они лежали у Хёна дома. Комната была тихой, только редкий шум за окном. Ха Ын устроилась у него на груди, слушая размеренный стук сердца. — Когда ты скажешь маме? — тихо спросил он, перебирая прядь её волос. Она напряглась. — Не знаю… — выдохнула. — Я боюсь. — Чего именно?. — Что мама разозлится. Что всё станет… сложнее. И Се Ри… — она замолчала. Он прижал её чуть крепче. — Я могу пойти с тобой. Ха Ын подняла голову и покачала ею. — Нет. Это я должна сказать. Сама. Он смотрел на неё серьёзно. — Тогда я буду рядом. Даже если не физически. Она кивнула и спрятала лицо у него в груди. Утром за завтраком руки у неё слегка дрожали. Мама молча наливала чай. Се Ри листала что-то в журнале. — Мам… — голос прозвучал тише, чем она ожидала. — Мне нужно сказать кое-что. Обе подняли головы. — Я встречаюсь с тем парнем, Ким Хёном. Повисла пауза.Мама медленно поставила чашку. — Давно?. — Некоторое время. Взгляд матери стал строже. — Ты уверена?. Ха Ын глубоко вдохнула. — Да. И… я не собираюсь расставаться с ним только потому, что кому-то это не нравится. В голосе впервые прозвучала твёрдость. Мама смотрела долго. Потом устало выдохнула. — Я не в восторге. Но если это твоё решение… — она замолчала. — Просто не позволяй себе страдать. Се Ри тихо улыбнулась. — Я уже давно всё поняла, — сказала она мягко. — И я рада за тебя. Ха Ын удивлённо посмотрела на сестру. — Правда?. Та кивнула. — Я отпустила это. Ты заслуживаешь быть счастливой. Глаза Ха Ын защипало, но она сдержалась. После завтрака она зашла в комнату и сразу набрала номер. — Ну? — ответил он почти мгновенно. — Я сказала. – создавая интригу. — И? Она улыбнулась, глядя на небо. — Жива. – немного расмеявшись в трубку. Он тихо рассмеялся. — Я горжусь тобой. И это «горжусь» согрело сильнее солнца.                                   *** Берег моря встретил их ветром и солёными брызгами. Волны накатывали на песок, оставляя холодные следы на ногах. — Догоняй! — крикнула Ха Ын, убегая ближе к воде. Хён бросился следом. Она зачерпнула ладонями воду и брызнула в него. — Эй! Он поймал её за запястье, притянул к себе. Она смеялась, пытаясь вырваться. Они бегали по кромке воды, оставляя на песке следы, которые тут же смывало волной. В какой-то момент она споткнулась, и он удержал её за талию. Смех постепенно стих. Ветер трепал её волосы. Щёки раскраснелись. — Ты счастлива? — тихо спросил он. Она посмотрела ему в глаза. — Да. И на этот раз не было страха. Он наклонился первым. Поцелуй получился тёплым, солёным от морской воды и немного неловким — но настоящим. Волна коснулась их ног, словно ставя точку. И впервые будущее не казалось пугающим. Оно казалось их общим.