Ведьма и Король

Ночь окутала «Шёпот предков» мёртвой пеленой. Луна, полная и призрачная, казалось, истекала серебристым светом, освещая увядающий лес. У подножия древних дубов, там, где корни сплетались в подобие алтаря, собрались трое. Квист, Иша и Юни. Иша, несмотря на свою слабость, была сильна духом. Её светло-коричневое платье было теперь похоже на лохмотья, её рыжие волосы потускнели, но в её глазах, зелёном и голубом, горела несгибаемая решимость. Квист, одетый в простую, походную одежду, рядом с ней выглядел воплощением силы и любви. Его зелёные глаза отражали лунный свет, в них не было страха, лишь безграничная решимость защитить любимую. Юни, в своём голубом платье, стояла чуть поодаль, её заячьи ушки настороженно дергались, а ярко-голубые глаза внимательно следили за каждым движением. — Ты уверена, Иша? — тихо спросил Квист, беря её за руку. Её пальцы были ледяными, но в ответном пожатии чувствовалась твёрдость. — Я готова, Квист, — прошептала она. — Я не хочу, чтобы лес забрал мою жизнь. Но я не хочу, чтобы из-за меня ты потерял всё. Юни приступила к ритуалу. Она очертила вокруг них круг на земле, используя не просто посох, а ветку, упавшую с одного из древних дубов. Ветку, которая, казалось, пульсировала собственной жизнью. Вокруг круга она рассыпала сухие травы, которые Иша использовала для своих зелий, и зажгла их. Пламя было странным – не жарким, а холодным, синим, с оттенками зелёного. Этот огонь не грел, а освещал, будто открывая души. — Теперь, — проговорила Юни, её голос звучал иначе, более глубоко, наполненно древней силой, — вы должны открыть свои сердца. Не только друг другу, но и лесу. Покажите ему вашу связь. Покажите ему, что ваша любовь – это не слабость, а сила. Квист и Иша встали друг напротив друга. Их взгляды встретились. Лунный свет играл в его зелёных глазах, а её глаза – зелёный и голубой – казалось, светились изнутри. Они прикоснулись друг к другу руками, сплетая пальцы. — Теперь, — Юни подняла свой голос, — добровольно. Откройте рану. Пусть ваша кровь станет единой. Квист, не колеблясь, достал свой кинжал. Тот самый, который когда-то принёс ему Лорд Гнус. Он казался теперь не символом предательства, а символом его выживания и новой жизни. Он сделал небольшой надрез на своей ладони. Кровь, густая и тёмная, полилась на землю, быстро впитываясь в мох. Иша, увидев его, глубоко вздохнула. Она взяла тонкую веточку шиповника, её пальцы дрожали, но решимость в её глазах была непоколебима. Она сделала такой же надрез на своей ладони. Её кровь была светлее, почти розовой, и казалась более жидкой. — Сейчас, — проговорила Юни, — ваша кровь должна смешаться. И вы оба должны дать клятву. Клятву лесу. Квист и Иша, держась за раненые руки, склонились над землёй. Их кровь, смешиваясь, образовывала на мху странный, мерцающий узор, похожий на спираль. — Я, Квист, король Эдрианса, — заговорил он, глядя прямо на луну, — отдаю свою кровь этому лесу. Я клянусь беречь его, защищать его, жить в гармонии с ним. Я клянусь своей короной, своей жизнью и своей любовью к этой женщине, что я никогда не причиню вреда «Шёпоту предков». — Я, Иша, — её голос был слаб, но полон силы, — отдаю свою кровь этому лесу. Я принимаю твою клятву, король. Я клянусь своей силой, своей жизнью и своей связью с этим местом, что моя кровь теперь едина с твоей. И я всегда буду здесь, чтобы напомнить тебе о нашей клятве. Когда клятва была произнесена, голубой огонь, которым горели травы, взметнулся вверх, освещая их круг. Земля под ногами слегка задрожала. Иша тяжело дышала, её лицо стало ещё бледнее, но в её глазах, особенно в голубом, появилось новое сияние. — Лес принял, — прошептала Юни, её заячьи ушки прижались к голове. — Но цена... цена была огромна. Из глубин леса послышался глубокий, протяжный вздох. Это был не злой звук, а скорее звук умиротворения, облегчения. Деревья вокруг, казалось, распрямились, их ветви перестали угрожающе склоняться. Лунный свет стал ярче, и на поляне, где они стояли, расцвели незнакомые, светящиеся цветы. Иша упала в обморок, но Квист успел подхватить её. Он прижал её к себе, чувствуя, как её тело всё ещё было холодным, но уже не так сильно. — Она живёт, — прошептал он, глядя на Юни. — Да, — ответила Юни, её голубые глаза смотрели с облегчением, но и с тревогой. — Жива. Но её связь с лесом теперь иная. Сильнее, но и опаснее. А ваша кровь... она сплелась. Теперь вы связаны не только любовью, но и самой жизнью этого места. Квист крепко обнял Ишу, чувствуя, как её слабое сердцебиение начинает сливаться с его собственным, с пульсом леса. Он посмотрел на свои руки, на место, где смешалась их кровь. Теперь он был не просто королём. Он был частью этого древнего мира, связанный с ним навеки. — Мы справились, — прошептал он, чувствуя, как с его плеч спадает огромный груз. — Мы сделали это. Постепенно, очень медленно, Иша начала возвращаться. Её дыхание стало ровнее, тепло начало возвращаться в её тело. Квист не отпускал её, держа её лицо в своих ладонях, целуя её в лоб, в щёки, в губы – каждый раз с нежностью, наполненной благодарностью и любовью. — Ты сильная, Иша, — прошептал он. — Сильнее, чем кто-либо, кого я знал. Она слабо улыбнулась, открывая свои глаза. Оба – и зелёный, и голубой – теперь сияли ровным, мягким светом. — Мы сильные, Квист, — ответила она, и в её голосе уже слышались прежние силы. — Вместе. Юни наблюдала за ними, её заячьи ушки немного расслабились. — Лес успокоился, — сказала она. — Он принял вашу жертву. Но он помнит. И теперь вы оба – его часть. Это большая ответственность. Квист поднял голову. Он посмотрел на Юни, на своих верных рыцарей, которые, напуганные, но исполненные надежды, искали его. — Я знаю, — ответил он, глядя на Ишу. — И мы её несём. Вместе. Он крепко обнял Ишу, чувствуя, как её тело становится теплее, как её сердце бьётся в унисон с его. Ритуал завершился. Они заплатили страшную цену, но сохранили друг друга и, возможно, спасли не только себя, но и всё королевство. Но теперь их жизнь была неразрывно связана с этим древним, могучим лесом.