Ссылка в Мондштадт

      – Меня застали врасплох.       Ризли проснулся от громких ударов в дверь, будто кто-то решил её выломать. Он нехотя поднялся с кровати и пошёл встречать нетерпеливого гостя, спросонья забыв накинуть хотя бы рубашку.       – Герцог, добр… – Джинн поморщилась, учуяв резкий неприятный запах. – Чем так пахнет?       – И тебе доброе утро. Всего лишь с приезда не мылся.       Ризли облокотился на дверной проём, медленно опуская голову и закрывая глаза.       Джинн, заметив, что герцог не шутил, покривила губы, но промолчала. На лицо легла тень, когда она увидела его большие шрамы. Один шёл слева от груди, рассекая слегка выпирающий живот и становясь тоньше на правом боку. Ниже, на косой мышце, был рубец в виде креста.       – Откуда они?       Ризли открыл один глаз – Джинн кивнула на шрамы.       – Жизнь весёлая, – Ризли зевнул и прошёл в комнату. Мужчина сел на кровать, продавившуюся под ним. – Что-то хотела?       Гуннхильдр слегка наклонилась, чтобы не удариться о косяк.       – Как ты тут живёшь?       – Да нормально, – Ризли помассировал затёкшие плечи и шею, не поднимая веки.       – Да это же ужас!       Джинн осмотрела комнату: её голова почти касалась потолка, одеяло было меньше кровати, ножки сгибались под весом герцога. Женщина приложила ладонь ко лбу, продолжая его морщить. Она открыла окно, чтобы проветрить душную комнату.       – Сегодня переезжаете ко мне.       – Ага, – вновь зевнул Ризли.       Женщина замерла, ожидая, что мужчина поймёт сказанное и начнёт отказываться, но этого не произошло.       – Отлично. Скажу Аделинде.       Из окна подул ветер, который развеял запах одуванчиков по комнате. Аромат заставил герцога открыть глаза. Волосы Джинн переливались золотом, глаза блестели, словно два сапфира в лучах утреннего солнца. По телу мужчины пробежали мурашки. Он протёр лицо рукой. Повернул голову к плечу, ощущая странное чувство в груди, сковывающее, колючее.       – Ты здесь откуда?       – Я ждала тебя полчаса на мосту.       Ризли прижал подбородок к груди и округлил глаза, обнаружив отсутствие брюк и рубашки. Он вскочил с кровати и ринулся к коричневому креслу с одеждой.       – Но я же не соглашался на встречу, – Ризли накинул на себя чёрную рубашку.       – А я и не спрашивала вчера, – Джинн села на стул возле окна.       – Приехал в город свободы, а мне диктуют правила, – хмыкнул герцог.       – Я бы не лезла, если бы ты не интересовался моей трагедией.       – Решила в спасателя поиграть?       – Возможно, – Джинн встала, подошла к двери. – Я просто протянула тебе руку помощи. Дальше ты решаешь сам: продолжать вонять, будто ты умер или схватиться за неё и вылезти.       Ризли понурил голову.       – Я и умер.       Джинн остановилась в дверном проёме.       – Нет, умерли они. Не мы. Я жду на мосту, – она ушла.       – До сих пор этот диалог мне снится.       На улице не было ни продавцов за прилавками, ни радостных жителей, обсуждающих свою жизнь, ни детей, играющих в догонялки. Лишь Катерина всё так же находилась за стойкой.       Однако Ризли слышал шум, доносившийся из-за стены. Он прошёл через ворота: на обоих берегах реки расположились люди, глядевшие на мост. С него рыбачили Беннет, Кэйа, Эола и Эмбер. Джинн стояла возле удочки, но сама она оперлась локтями и спиной на ограждение моста. Женщина скучающе опустила голову, смотря на чистое голубое небо. Действующий магистр её окликнул и кивнул в сторону Ризли.       Гуннхильдр повеселела, махнула рукой герцогу. Когда он подошёл, рыбаки даже не поздоровались с ним, продолжая наблюдать за поплавками.       – Ты позвала меня на рыбалку?       – У нас ежегодное соревнование, – Джинн задумалась. – Или в Фонтейне это считается оскорблением?       – Почему?       – Были слухи, что жители Фонтейна могут с рыбками болтать.       На лбу герцога пролегли морщины. Смех эхом разнёсся над рекой.       – Видимо, это не так, – облегчённо выдохнула Джинн.       Рыбаки одновременно шикнули, на что Ризли поднял руку в знак извинения. Взгляд Кэйи застыл на паре. Лицо магистра расслабилось, и он повернулся к удочке, которая начала прогибаться.       Услышав, как рыба запрыгнула в ведро с водой, Джинн указала Ризли на удилище.       – Тогда прошу.       – А ты не будешь рыбачить?       – Да я не любитель, – женщина покрутила головой, разминая шею. – В этот раз пошла, чтобы тебя позвать. Может, тебе понравится. Кэйа поймал две рыбы, девочки по одной, а Беннет... поймал ботинок, чью-то цепочку и водоросли.       – Даже не знаю, кому больше повезло.       – Явно не нам.       Джинн облокотилась на ограду, подпёрла голову рукой и опустила глаза на поплавок, который раскачивался на редких волнах.       – Да ладно! Я же из Фонтейна! Мы ничего не поймаем! – Ризли сделал вид, что плюнул на ладони и взялся за снасть.       Джинн сделала губы трубочкой, затаив дыхание. Мужчина слышал, как из горла женщины пробивался хохот, который она пыталась скрыть.       Реакция Гуннхильдр как-то непривычно отзывалась в его груди. Будто в ней решили развести огонь. Уголки губ тянулись вверх, но он тут же их опускал. В голову влезли воспоминания с женским смехом, будто разум хотел пристыдить его за положительную эмоцию. И у него получилось.       Герцог посерьёзнел и сосредоточился на рыбалке.       – После обеда зрителей почти не осталось.       Солнце уже подходило к горизонту, а в ведре, помимо самой воды, больше ничего не было.       – Надо же, – Джинн вскинула брови.       – Что?       – Вы выполнили обещание, что ничего не поймаете. Настоящий мужчина!       Гуннхильдр озорно прищурилась – Ризли ухмыльнулся. Они пересеклись взглядами и задержались друг на друге. Голос в голове ругал Ризли, оскорблял его. И мужчина был с ним согласен. Однако как можно отвернуться от человека, который улыбался одними глазами? Что могло отвлечь его от двух сапфиров? Может... взрыв?       Мост затрясся. Ризли, закрыв собой Джинн, упал на каменную плиту. Брызги воды окатили их.       Гуннхильдр нахмурилась, прижав руки к ушам. Она вскочила, опершись на ограждение. Ризли повторил за ней. Всё перед глазами двоилось. В ушах стоял гул.       Рыбы всплывали кверху брюхом, а на берегу прыгала девочка в красных платье и берете.       – Кли! – женщина жмурилась, чтобы зрение пришло в норму.       – Ура! Я выиграла!       Джинн перевела взгляд на Кэйю, помогавшего встать Эмбер. Тот, еле сфокусировав внимание и увидев злую гримасу Гуннхильдр, сделал брови домиком.       – Иду я, иду, – простонал магистр. – Кли, пошли сюда!       Кэйа отдал приказ двум рыцарям у ворот. Они пошли к жителям, которые остались наблюдать за рыбалкой. К счастью, те были далеко от взрыва.       – Мама, с тобой всё хорошо? – к Джинн подбежал Беннет.       – А с тобой? – она подняла его голову за подбородок, заметив кровь на виске.       – Да всё отлично! – мальчик показал большой палец.       Джинн приложила руку к его ране – от неё пошёл свет. Кожу Беннета стянуло, и багровая жидкость перестала течь.       – Так ещё лучше! Спасибо! – юноша обнял женщину. – Проверю остальных!       Джинн кивнула. Беннет побежал к Эоле и Эмбер. Гуннхильдр повернулась к непонимающему Ризли.       – Герцог, ты как? – она обошла его, проверяя каждую часть тела на наличие ранений.       – Что это было?       – Моя вечная головная боль, – Джинн приложила руку ко лбу, понурив голову.       – Ты сама-то как?       – Ужасно. Привела тебя на рыбалку, где ты чуть не взорвался. Извини.       – И что теперь с этой девочкой будет?       – Кэйа прочитает ей лекцию и закроет в комнате, – будничным тоном произнесла Джинн.       – Это не в первый раз?       Гуннхильдр промолчала, опустилась на холодную плиту и прижалась спиной к ограждению. Ризли сел рядом с ней.       Герцог видел в лице Гуннхильдр безнадёгу. Глаза её потухли, хотя ранее они сияли ярче солнца. Оно и понятно – пережить такое. Что ей, теперь прыгать от радости?       Ризли заметил, как Джинн слабо стучала кулаком по согнутой ноге. Он вытянул руку, чтобы положить на её ладонь, но остановился в воздухе и опустил на своё бедро.       – Вот это дети в Мондштадте. Меня бы уже в крепости закрыли.       – Сколько бы я не твердила Кли, что так нельзя, она всё равно продолжает глушить рыбу с помощью своих игрушек.       – У неё есть родители?       – Есть, но смысла в них нет.       Ризли шумно выдохнул.       – Ты устала?       Молчание. Ризли не давил на неё с ответом. Он поднял глаза на оранжевое небо, на птиц, круживших над головой и открывавших клюв в надежде, что в него залетит какое-нибудь насекомое.       – От чего мне уставать? Я ничего не делаю по жизни. Напаиваю людей и не даю им блевать в таверне. Раньше ко мне бежали за помощью. А сейчас... – Гуннхильдр покачала головой. – Оно и понятно – я худший магистр.       Джинн прикусила нижнюю губу, которая предательски дрогнула.       – Мне кажется, тебя просто не хотят отвлекать своими проблемами.       – Если я хочу, чтобы меня отвлекали?       – Зачем? Думай о себе.       – Но я не хочу, – горько протянула Джинн. – Я хочу быть полезной!       – Ты и так... – Ризли поджал губы, подумал и продолжил: – Тогда могу я тебя кое о чём попросить?       – О чём же?       Ризли поправил незатянутый галстук. Тело бросило в жар. Он считал, что произнести просьбу вслух будет просто, но нет. С другой стороны, в этом нет ничего такого. Сглотнул и выдал:       – Протянешь мне руку помощи?       Джинн широко раскрыла глаза, будто она не надеялась, что герцог это когда-нибудь скажет, но она очень ждала этих слов. Сапфиры снова загорелись. Женщина встала, отряхнулась.       – Я не переставала её тянуть, герцог, – Джинн протянула ему руку.       Ризли положил ладонь на её и поднялся.       – А теперь пошли домой.       – Тогда до завтра? – мужчина успел развернуться, но женщина, всё держа его за руку, не позволила ему уйти.       – Ты забыл? Аделинда уже перенесла твои вещи ко мне.       Ризли помрачнел, когда вспомнил, как горничная переносила какой-то чемодан через мост, пока он рыбачил. Герцог видел её мельком, поэтому не обратил внимания, что это был его чемодан.       – Вы сами согласились переехать ко мне, – Джинн взмахнула указательным пальцем и пошла прочь, пока Ризли стоял с открытым ртом.       – Когда это было? – мужчина поспешил за ней.       – Хитрая женщина...