Дневник горничной о службе в армии Полис Морсуса

Ночь для Ноэлль выдалась беспокойной. Ей снились кошмары, в которых раз за разом оживал провал на экзамене: обломки мечей, насмешки, суровый взгляд Джинн и навсегда закрытые двери в Ордо Фавониус. Всё казалось настолько реальным, что девушка закричала во сне и проснулась в холодном поту. Сердце бешено колотилось, но едва она успела перевести дух, как тишину каюты разрезал бодрый звук трубы из динамиков, а в дверь настойчиво постучали. — Доброе утро, Ноэлль! — раздался голос Инграма. — Подъем, пора на тренировку. Ты же не хочешь проспать свой первый учебный день? Девушка поднялась с кровати и, пошатываясь, открыла дверь. — Утречка, сэр... — сонно пробормотала она. — Вид у тебя ужасный. Живо умойся и приведи себя в порядок. Или ты не знаешь, как пользоваться нашим водопроводом? — Нет, я справлюсь... — Ноэлль запнулась, осознав, что понятия не имеет, как подступиться к местному санузлу. — Хотя... помощь не помешает. Инграм провел её к умывальнику. Инструктаж был коротким: касаешься сенсора — идет вода, температура регулируется специальным роликом. Сержант особо подчеркнул, что воду нужно экономить и всегда проверять, не капает ли кран. Ледяная вода быстро прогнала остатки сна, и вскоре Ноэлль, посвежевшая и собранная, вышла в коридор. Инграм сразу повел её в зал симуляций. Это было огромное пустое помещение двумя блоками выше, стены которого были испещрены странными квадратными нишами. Там уже выстроились около тридцати человек в такой же серой броне, как у Инграма, но без знаков различия. Один из бойцов махнул Ноэлль, указывая её место. — Смирно, бойцы! — скомандовал сержант, как только строй замер. — Утренняя тренировка по стандарту: двадцать кругов по залу, разминка, затем упражнения на силу и гибкость. План ясен? — Так точно! — слаженно выдохнул строй. Ноэлль замялась и промолчала, не успев сориентироваться. — Бегом марш! Взвод сорвался с места. Ноэлль бежала невпопад, то и дело сбивая общий ритм. Сослуживцы ворчали, требуя «держать строй», но для неё это было непосильной задачей. Во-первых, броня всё еще ощущалась чужой, а места уколов после вчерашней синхронизации неприятно ныли. Во-вторых, привыкшая к одиночным пробежкам по окрестностям Мондштадта, она просто не понимала смысла в таком тесном контакте. Не пробежали они и пяти кругов, как зал огласил недовольный окрик Инграма: — Стой! Рекрут Ноэлль, выйти из строя! Солдаты остановились. Ноэлль робко подошла к наставнику. — Ноэлль... — голос Инграма звучал спокойно, но строго. — Могу я задать пару вопросов? Ты в Мондштадте когда-нибудь бегала в строю? — Нет, сэр... — Скверно. Участвовала в сборах или боевых действиях, где важна командная работа? — Тоже нет, сэр... — Ноэлль опустила голову. В душе заворочалось липкое чувство стыда: ей казалось, что она позорит не только себя, но и честь всего Мондштадта перед лицом Полис Морсусом. — Понятно. Что ж, особенности твоей программы мы обсудим за трапезой. А теперь — бегом в строй! Выполнять всё в точности за остальными. Я ясно выразился? — Так точно, сэр! — выкрикнула Ноэлль и бросилась на свое место. На этот раз она старалась изо всех сил, не отставая и не вырываясь вперед. Когда тренировка закончилась, взвод отправился в столовую. Это было просторное помещение с длинными столами, где повара раздавали дневной рацион: один серый батончик и литр изотоника. Ноэлль взяла свою порцию и подсела к Инграму. — Сэр, вы обещали рассказать о программе. — Конечно, — Инграм откусил кусок батончика. — Если кратко: обучения будет два. Первое — общее: тактика, физподготовка и обращение с оружием нашего корпуса. Второе — частное. Будешь отрабатывать приемы Ордо Фавониус. Знаешь, я наблюдал за тренировками ваших рыцарей и за тобой в частности... Буду честен: мечник из тебя ущербный. Без слез не взглянешь. А результаты экзаменов ухудшают и без того плохое представление о тебе. Эти слова ударили больнее, чем иглы манипулятора при подключении брони к нервной системе. В Мондштадте все были слишком вежливы и мягки, чтобы сказать правду в глаза. Теперь же Ноэлль осознала: именно в отсутствии нормальной техники и крылась причина её вечных провалов. – Тогда почему я здесь? - чуть не плача спросила Ноэлль. – Знаешь... Я увидел в тебе потенциал. Ты как сырая глина из которой можно вылепить и обжечь прекрасный кувшин. Понимаешь о чем я? Ноэлль кивнула. Инграм тем временем выпил свой изотоник. — Так что не вешай нос, — добавил сержант. — Раз ты здесь, мы научим тебя владеть мечом по-настоящему. Глядишь, и своего Магистра превзойдешь. Ноэлль невольно хмыкнула. Победить Джинн или Варку? Это звучало как сказка. — Кстати, ешь давай. Не хватало еще, чтобы ты тут ласты склеила от голода. Девушка решительно откусила кусок батончика и тут же поморщилась. На вкус это напоминало жеваную сырую бумагу. Она с трудом проглотила массу, едва сдерживая тошноту. — Первый раз всегда так, — усмехнулся Инграм. — Но эти пайки спасали наших солдат в самых безнадежных дырах Гипервселенной. Один батончик — и ты сыта весь день. Запивай изотоником. Жидкость оказалась приятнее — она имела отчетливый вкус манго. — Ах да, — добавил Инграм. — Прием пищи только один раз в сутки. Ноэлль замерла. Всего один раз? Это казалось безумием, но, учитывая калорийность «бумажного» батончика, в этом была своя суровая логика. Вскоре рекруты вернулись в зал. В центре уже стоял стенд с оружием. — Сегодня начинаем знакомство с огнестрелом, — объявил Инграм. — Это UBT, бластерный пистолет. Картридж на шестьдесят зарядов, дистанция — сто метров. Сержант ловко разобрал и собрал оружие, после чего сделал несколько идеальных выстрелов в мишень. Очередь дошла до Ноэлль. Пистолет показался ей игрушечным — он был легче самой тонкой книжки из библиотеки Лизы. Но стоило ей нажать на спуск, как реальность дала о себе знать. Отдача оказалась неожиданно мощной, что руку подбросило вверх, и заряд ушел далеко в молоко. — О Барбатос... — прошептала она, глядя на дрожащие ладони. — Ладно, на сегодня хватит, — вздохнул Инграм. — В строй. Как только она вернулась на место, по рядам поползли смешки. — Что, новичок? Испугалась крошечного пистолетика? — прошептал сосед. — У девочки Паркинсон, глядите, — хохотнул другой. — Эй! Это не смешно! — вспыхнула Ноэлль. — Отставить разговоры! — рявкнул Инграм. — Еще один звук, и пойдете на штрафные круги! Оставшееся время прошло в тишине. Затем взвод отправился на техосмотр линкора, а Инграм задержал Ноэлль. — А теперь — твоя частная тренировка. Подготовка рыцаря. Радости Ноэлль не было предела. Инграм подошел к терминалу, и через мгновение пустота зала сменилась знакомыми декорациями штаба Ордо Фавониус: каменный плац, стойки с оружием, манекены... Сердце девушки забилось чаще — она словно вернулась домой.