Лиса в клинике

Я ветеринар, и поэтому все и случилось. Утром я ехал на работу и увидел ее. Она была похожа на грязную тряпку, что кинули на обочину и забыли. Я остановился и подошёл. Посмотрел. Похоже, лиса то ли пыталась перейти дорогу, то ли ещё что… и попала под машину. Я присмотрелся и понял, что бока еле заметно шевелятся — животное ещё было живо. Я опустился на корточки, осмотрел тело. Потом вернулся к машине, принес специальную переноску и аккуратно, чтоб не повредить, перенес на заднее сиденье. Мой салон я с гордостью называю “Клиника доброго доктора” — хотя состоит он из трёх помещений. Приемная, операционная и комната для всякого хлама. И работают у меня здесь двое — я и Джейн, которая сегодня отпросилась. Какие-то у нее важные дела. Судя по лицу и оговоркам с умолчаниями — пошла на свидание. Поэтому сегодня я один. Записей на сегодня не было, и я должен был просто дежурить на какой-нибудь экстренный случай. Я спокойно отнес лису в операционную и следующий час разбирался с нею. Несколько трещин в костях, множество ушибов, истощение и обезвоживание. Напоил, промыл, зафиксировал. Она пришла в себя и первым делом схватила меня зубами за руку, но почти тут же остановилась. Не сжала. Вздохнула почти по-человечески, потом немного поскулила… Я в который уже раз удивился, насколько бывают умными животные! Но особого значения не придал. Просто закончил с ее ушибами, вмешал в печеночный фарш немного лекарств. Отнес ее в клетку, поставил рядом миску с фаршем, ещё одну миску с водой и пошел заниматься своими делами. Слышал, как она возилась в клетке. Как шумно чавкала. Потом немного ходила по клетке, цокая коготками по полу. Притихла, задремала. День шел тихо. Зашла пожилая старушка с печальным мопсом. Мопс был полностью здоров, но имел грустный вид и как следствие — проблемы с весом. Говорил с хозяйкой, объяснял, что подкармливать бедную собачку каждый раз, как он вздыхает, не нужно… Подозреваю, что бесполезно, но две трети моей работы — бесполезна. Люди не умеют вести себя с другими людьми, что уж говорить про животных! Либо сюсюкающее умиление, либо страх и ненависть… В обед оказалось, что кончилось печенье к чаю. Так я бы отправил туда Джейн, но ее ещё не было, и я пошел сам. Провозился дольше, чем рассчитывал — ближайший магазин оказался закрыт, в следующем моих любимых не было и я зашёл в пекарню в соседнем квартале. Заодно, раз уж пришел, сел, выпил там чашку кофе, поболтал с хозяйкой о ее попугае. Попугай комментировал со свойственным попугаям бестолковым юмором. “Крекер? Крекер-крекер! Ни-коль, крекер, молодец!” Смеялись. Когда вернулся, оказалось, что Джейн уже вернулась и как раз выпроваживает какого-то неприятного типа. Тот стоял в дверях и грозно говорил: — Ну, смотрите! Если вы обманули меня… — Хорошего вам дня! — настойчиво сказала Джейн. Я коснулся его плеча и прошел внутрь. Тип посторонилась, посмотрел со злобой. — Добрый день, доктор! — сказала Джейн. — Если вы обманули… — снова сказал тип. — Уважаемый, — ответил уже я. — Мы не обманываем. Не наш профиль. — Проклинаю! — закончил тип и развернулся. Я закрыл за ним дверь. — Чокнутый какой-то, — сказала Джейн. — Ворвался, все хотел обыскать помещение. Я хмыкнул. — Это ему не к нам, это к психиатрам нужно, — ответил я. — Что искал-то? Вчерашний день? Кольцо царя Соломона? — Волшебную лису! — хихикнула Джейн. — Ну, и хорошо, что не пустила обыскивать, — ответил я. — Лиса-то у нас есть. Лежит в подсобке, в клетке. — Да? — удивилась Джейн. — Кто-то в нашей дыре держит дома лису? — Да не, — поморщился я, — это я подобрал. Машиной сбило на трассе, вот я и привез. А ты-то чего так рано? Я думал, тебя увидеть только завтра. Джейн так пожала плечами, что стало ясно — свидание не удалось. Парень оказался мудак? Или… неловко расспрашивать. — Пошли лучше, глянем на эту лису, — сказала Джейн. — Вдруг, и правда волшебная! Лиса не спала. И по клетке тоже не бегала. Стояла у дальней стенки, смотрела на нас. Шерсть распушилась, скрыла истощение, она стала пышной красавицей. Правда, в середине тела всю красоту портили бинты. — Ого, и правда лиса! — сказала Джейн и подошла ближе. Лиса вдруг угрожающе тявкнула, но она была в клетке, и Джейн не обратила внимания. Она подошла ближе, коснулась прутьев и вдруг… Мне показалось, что она начала падать, и я шагнул к ней, чтоб поддержать. Лиса снова тявкнула, как мне показалось, теперь почти жалобно. Я поймал Джейн под локоть, но почему-то вместо того, чтоб удержать, упал вместе с ней. Сверху на меня свалились какие-то тряпки. Много, очень много. Я выругался, попытался отодвинуть их, но они все не кончались. Я начал выползать из под них, а когда, наконец, выполз, понял, что почему-то совершенно гол. И чтоб в каком-то… где-то… Я долго-долго смотрел по сторонам пока не понял. А поняв — пришел в ужас. Я уменьшился. Очень сильно — сантиметров пять. А тряпки, что огромной грудой лежали рядом — это была моя одежда. Джейн выбралась из под своей одежды — такая же голая, такая же растерянная. Шагнула в сторону, посмотрела вверх, удивлённо ахнула. Снова шагнула, и я вдруг понял, что ещё немного, и она окажется совсем рядом с решеткой лисьей клетки. Я почти прыгнул вперёд и отдернул ее подальше. Лиса, может, и симпатичная… очень милая… но мы сейчас были размером как раз с мышь — ровно чтоб удобно разместиться в лисьей пасти. Лиса фыркнула. — Что… — пробормотала Джейн. — Не знаю, — ответил я. — Но осторожно! Лиса подошла ближе и смотрела на нас с любопытством. Сквозь прутья клетки, но… боже, с этой точки зрения она ужасала.