Кукольные глаза

Вчера Люцифер по пути домой наткнулся на свадебную церемонию. И это натолкнуло его на размышления. Они с Аластором живут вместе уже 12 лет, цифра ого-го, но для бессмертных существ, в целом, пустяки. Безусловно любят друг друга, да… И Люциферу эгоистично хочется это закрепить. Хотя бы бумажкой с подписью, хотя бы кольцом на пальце, но перспектива приписать себе любимого человека (который и так безусловно верен, но всё же) дьяволу кажется до безумия приятной. В общем, Люцифер хочет сделать предложение любимому. Но вот согласится ли он?.. — Пап? Ты в последний раз был таким нервным когда напортачил с папиной радиоаппаратурой, что случилось, колись. — Чарли посмеивается, смотря на Люцифера, нервно постукивающего ногой стоя посреди её комнаты Люцифер оттягивает воротник — Что так заметно? Ладно, не буду тянуть в таком случае… В общем, я хочу сделать Алу… Предложение. — его вид вдруг становится почти пристыженным — как думаешь, он согласится? Чарли приподнимает бровь и прыскает — Пап… Вы живёте вместе уже двенадцать лет, вместе вырастили шестнадцатилетнюю меня, а он, по твоим словам, ради тебя из безжалостного и бессердечного психа превратился в душку-семьянина. — видя по лицу отца, что он всё ещё не улавливает мысль, она весело заканчивает — ну конечно он согласится, спрашиваешь еще! — Ну раз ты так говоришь… Хаха… Люцифер неловко потирает шею, пытаясь подобрать слова — Кстааати — он тянет — как ты относишься к бракам? — эти слова вылетают из него на полной скорости — К бракам? — Аластор приподнимает бровь — ты про бракованные вещи или вроде того? Или про… Люцифер перебивает, нервно тараторя — Да! Я про фабричные браки, конечно! Ха ха… Да… — Ну… Как к должному? Браки всегда были и всегда будут — он пожимает плечами — ты нервный сегодня. Случилось что то? — Нееет, вовсе нет Аластор с нажимом продолжает — Что то с моей аппаратурой? — у него вырастают рога, в ожидании плохих новостей — Нет, клянусь, я больше не притрагивался к твоим радио-штукам! И вообще, всё хорошо! Демон поднимает бровь и пожимает плечами — Ну… Как скажешь Люцифер уже неделю носит коробочку с кольцом в кармане в ожидании идеального момента. Утром Аластор как обычно сидит с газетой и чашкой на столе на кухне и Люцифер, что редко, но случается, сидит рядом, сверля в нём дыру взглядом. Демон поднимает вопросительный взгляд и, не получив ответа, возвращается к чтению. Король вдруг собирается с мыслями и, резко встав, так же резко садится на колено, роясь в кармане и уже открывая рот, как его прерывает голос возлюбленного — Ты чего там ищешь? Садись ешь, остынет ведь. — Аластор не поднимает взгляд от газеты и не видит позу Люцифера, пока тот, растеряв всю собранную уверенность, понуро садится. Ладно, в следующий раз получится. Теперь точно должно получиться! Они гуляют втроём: Люцифер, Аластор и Чарли выбрались в сад на прогулку и светловолосые члены семейства сговорились, устроив небольшой план. Чарли в момент, когда они будут подходить к иве отлучится, на самом деле спрятавшись сзади чтобы снять момент предложения на свой телефон. Люцифер сначала был против использования этих «новомодных штук», но в итоге, искушённый возможностью запечатлить важный момент, согласился. Вот они идут в сторону ивы, и Чарли, крайне неочевидно хихикая и запинаясь, запускает начало плана — Таак… Я отойду! Ненадолго! — её по причине, неведомой Аластору, распирает от эмоций, но тот лишь поднимает вопросительный взгляд и кивает. После того, как она, запинаясь и подпрыгивая, убегает из поля зрения, Аластор поворачивается к иве, начиная рассуждать — Вы оба. Что вы задумали, м? Ходите нервные всю неделю, я уже раза три проверил аппаратуру, посудомойку и сохранность своего последнего заказа, стоящего в мастерской. Всё в порядке, а вы ведёте себя рядом со мной, будто крупно напортачили. Ты можешь признаться сейчас и, так и быть, я сохраню жизнь твоей дочери. — Аластор подшучивает, но на самом деле уже начинает переживать, ни случилось ли что нибудь серьёзное, а пока он разглагольствует, за его спиной сидит на одном колене сходящий с ума от напряжения Люцифер и нервно сглатывает. Аластор молчит секунду, две… — Эй, я серьёзно, если случилось что то плохое… — Он оборачивается и наблюдает упавшего короля, который забоялся в последний момент и поскользнулся пока пытался поспешно вскочить. Лицо Аластора трогает замешательство –… ты… Можешь рассказать мне… Где то в кустах по лбу Чарли звонко ударяет её же рука. — Папа, соберись! Что ты ему скажешь? — Аластор, мы через многое прошли и пройдём ещё столько же и больше. Я не могу выразить то, что чувствую к тебе обычным «люблю» и можешь ли ты ответить мне тем же, приняв мое предложение? Ты выйдешь за меня? Чарли хлопает в ладоши. В этот раз точно получится! Не будет отвлекающих факторов, всё пройдёт в привычной обстановке и Аластор точно заметит! Люцифер, торжественно выдохнув под ободряющие писки дочки, распахивает дверь в спальню и проходит в её центр. Это выглядело намного менее пафосно, чем он себе представлял. Теперь король стоит будто пятилетка на утреннике: руки по швам, лицо всё жёлтое от напряжения, только стульчика под ногами не хватает. Аластор хмыкает в ожидании следующего перфоманса, откладывая книгу со снисходительной улыбкой на лице. — Аластор мы… Мы с тобой долго идём и будем идти ещё дольше — снисходительная улыбка переходит в сдерживаемый смешок, а за дверью лицо Чарли кривится: похоже, её папа обречён. — Вот… Я чувствую, что не могу выразить и могу предложить… — он оттягивает воротник — Выйти… Из комнаты! Я выхожу, спокойной ночи! — Люцифер вылетает из комнаты, оставляя демона в недоумении. — папа, что это было?! Мы же репетировали! — Чарли видит, что её отец вот вот, да расплачется и снисходительно кладет ладонь на его плечо, выдыхая — ещё попытку? Король мотает головой — Нет, никаких больше планов. Только импровизация и момент. Чарли улыбается и кивает — У тебя получится, не волнуйся так. Аластор стоит в своей классической пижаме на широком балконе и курит. Он делает это крайне редко, ведь почти бросил еще когда дочка была совсем маленькой, но сейчас его всё не покидает мысль, что с Люцифером и Чарли что то случилось, а они боятся рассказать. Это ужасно нервирует и заставляет крепко усомниться в своих методах воспитания и поведении с возлюбленным. Он ведь их не запугивает, с чего такие реакции? Может его шутки были восприняты слишком буквально? Или Люцифер всё ещё видит в нём того монстра, коим он являлся двенадцать лет назад? Или он слишком резко реагировал на что то? Аластор выдыхает дым. Нужно поговорить с ним насчёт этого. Бордовое ночное небо сегодня не затянуто и в нём прекрасно виднеется как шарик рая, так и звёзды. Он вздыхает, смотря на эту своеобразную луну. Не этому его учила мама. Быть терпимым, с добром относиться к любимым… Как у неё мог вырасти… Ну, Аластор? Он делает последнюю затяжку, скидывая сигарету в пепельницу и оборачивается, замечая в проходе Люцифера. — О — его лица касается легкое удивление — ты долго тут? Люцифер игнорирует вопрос, проходя к Аластору и садясь на перилу — Ты курил. — он обеспокоенно смотрит — что то случилось? Демон снова облокачивается на ту же перилу, где сидит король, и устало проводит рукой по лицу, подбирая слова — Ты же знаешь, что даже если я реагирую резко, это не значит, что я, ну, не люблю тебя или… Вроде того? — Ну… Конечно, что за вопросы? — Тогда почему ты утаиваешь от меня что то, как мне кажется, очень серьёзное? Видя то, каким озадаченным сделалось лицо короля, он продолжает — Просто… Вы с Чарли такие нервные в последнее время, что мне начинает казаться, что вы боитесь что то мне рассказать. Возможно я не лучший отец и партнёр, но всё-таки… — он отводит взгляд. Такие слова даже спустя года даются тяжело — я же волнуюсь за вас Люцифер прикусывает щёку изнутри. Похоже, его нервозность вогнала Аластора в неверные размышления. Он слишком затянул. Сейчас самое время. Король вздыхает, собираясь с мыслями — Да нет же, ты неверно всё понял, просто я… Ты… — он отводит глаза к небу — а, к чёрту. Ты выйдешь за меня? — и поворачивается лицом к демону, который теперь ошеломлённо смотрит на Люцифера, в груди которого бешенно колотится сердце. Он сказал это, сказал! — Ты это… Серьёзно сейчас? Сердце начинает биться в висках, Люцифер затравленно кивает, тут же оправдываясь — Если ты не хочешь, это ничего не изменит, правда! Ты можешь отказать… Аластор перебивает его коротким поцелуем и мягкой улыбкой — Не пугай меня так больше. Я согласен. Люцифера переполняет такая буря эмоций, что он даже не может её выразить, с глупой улыбкой смотря на Аластора. Это… Так просто? Люцифер достаёт коробочку с кольцом из кармана домашних штанов — Ты всё время таскал её с собой? — Ага — Идиот — Аластор посмеивается, протягивая руку и принимая кольцо на свой безымянный палец Аластор смотрится в зеркало, каждый раз находя что то, что можно поправить: то жабо сидит недостаточно ровно, то хвост торчит слишком глупо, и плевать, что он скрыт за волнистой тканью чёрного сюртука, то кудри ложатся неправильно. Сегодня, вроде, всё должно быть идеально. Хотя какой у него может быть идеал? Он едва может назвать себя нормальным мужем, не то, что идеальным. Ладно, Аластор, не веди себя как истеричка домохозяйка, успокаивайся. Будто услышав его мысли, в комнату входит счастливая Чарли — Что, пап, волнуешься? — она хмыкает, видя прижатые к затылку уши и закатывающиеся глаза — Да кто здесь волнуется? Иди своего отца успокаивай, он там наверное уже на стенку лезет со своим нервозом — Ага, я этим и занимаюсь, дорогой «отец, лезущий на стенку со своим нервозом» — Чарли смеётся с выражения лица Аластора — не волнуйся за него, он уже успокоился. Хотя если бы на нём был макияж, эффекта панды было бы не избежать — Так и знал, что будет сопли на кулак наматывать — Да ладно тебе, ты ведь тоже волнуешься, я же вижу — Поуспокаивай меня еще — Почему бы и нет. Ты ведь меня успокаивал всё детство, теперь моя очередь — Чарли улыбается и вздыхает, видя очевидно нервное состояние отца — и чего вы оба место себе не находите, глобально ведь ничего не изменится — Да я… И сам не знаю — он ещё раз поправляет жабо и приглаживает волосы — Ты прекрасно выглядишь, уже вижу, как папа теряет сознание — они оба посмеиваются, чувствуя, как нервы начинают успокаиваться. Ладно уж, всё не так страшно. Сама церемония проходит не на королевскую ногу, в семейном кругу. Обмен кольцами, тост Чарли, посреди которого она не сдержала слёз, и шутливые клятвы — они не имеют значения, ведь серьёзно клясться на словах можно сколько угодно, но настоящие клятвы — это поступки. — Клянусь до конца дней мешаться и маячить на фоне твоих эфиров — Клянусь до скончания веков будить тебя с первыми петухами Они смеются и заканчивают клятвы поцелуем. Это их особенный день.