Кровь драконов

Год спустя. Война кончилась. Магический мир залечивал раны, отстраивал разрушенное, хоронил мёртвых и пытался жить дальше. Хогвартс восстанавливали, Министерство очищали от Пожирателей, улицы Диагон-аллеи снова заполнялись людьми. Жизнь продолжалась. Но не для всех. Гермиона стояла на краю обрыва и смотрела вниз, на долину, где паслись драконы. Тишина лежала рядом, Гром ворковал с ней где-то в отдалении, а Искра — уже огромный, размером с небольшой дом — носился по склону, гоняясь за собственным хвостом. Она улыбнулась, глядя на него. Её мальчик. Её Искра. Единственный, кому она была нужна по-настоящему. — Маленькая грустит, — голос Тишины прозвучал в её голове. — Маленькая думает о нём. — Я всегда о нём думаю. — Так иди к нему. — Не могу. — Почему? Гермиона закрыла глаза. — Потому что я не человек, Тишина. Не до конца. Я чувствую вас, слышу вас, живу вами. А он... он заслуживает нормальной жизни. С нормальной женщиной. Которая будет ждать его дома, варить суп и рожать детей. А не та, кто ночует в драконьих пещерах и разговаривает с ящерицами. — Ты глупая, маленькая. — Знаю. Она вздохнула и погладила дракониху по морде. — Но я не могу по-другому. Меня зовут горы. Меня зовут драконы. Я мать Искры. Я не могу бросить их ради... ради него. — Он бы пошёл за тобой. — Я не дам ему сломать свою жизнь. Тишина фыркнула — этот звук означал крайнюю степень драконьего неодобрения. — Ты решаешь за него. Это неправильно. — Возможно. Но это мой выбор. Гермиона поднялась и пошла к Искре, который уже нёсся к ней, радостно повизгивая. — Иду, малыш, иду. Она обняла его за шею и уткнулась лицом в тёплую чешую. — Мы справимся. Мы всегда справлялись. Искра лизнул её в щеку шершавым языком. *«Мама, не грусти. Я люблю тебя»*. — Я тоже тебя люблю, малыш. --- Драко сидел в своём кабинете в особняке Малфоев и смотрел в одну точку. Особняк отстроили заново — Министерство вернуло конфискованное имущество, признав, что Драко сражался на стороне Ордена и заслужил прощение. Деньги были, положение было, всё было. Кроме неё. Он не искал её. Глупо, правда? Гордость, обида, боль — он не знал, что именно его остановило тогда, год назад. Когда он очнулся после битвы, когда похоронил Снежка, когда понял, что она ушла... Она ушла, не попрощавшись. Оставила только записку: «Прости. Я должна. Не ищи меня». Он не искал. Сначала думал, что пройдёт. Что боль утихнет, что он забудет, что найдёт кого-то другого. В конце концов, он Драко Малфой, наследник древнейшего рода, красивый, богатый, свободный. Любая девушка в Британии мечтала бы о таком муже. Любая, кроме неё. — Драко! — голос ворвался в его мысли, как назойливая муха. Астория Гринграсс стояла в дверях, сияя улыбкой. — Ты опять работаешь? Выходи, солнце такое прекрасное! — Я занят. — Ты всегда занят! — она подошла ближе, положила руку ему на плечо. — Драко, ну сколько можно? Война кончилась, мы живы, нужно радоваться жизни. Пойдём прогуляемся. Он посмотрел на неё. Красивая. Молодая. Из хорошей семьи. Всё при ней. И главное — она хотела его. Открыто, настойчиво, не скрывая. А он не чувствовал ничего. — Астория, я уже говорил тебе... — Что ты не готов? — она вздохнула. — Драко, прошёл год. Сколько можно ждать? Она ушла, она не вернётся. А я здесь. Я реальная. Я люблю тебя. Он закрыл глаза. — Дело не в этом. — А в чём? — В том, что я не люблю тебя. Она замерла, и в её глазах мелькнула обида. — Ты мог бы хотя бы попробовать. — Я не хочу пробовать. Я хочу... Он не договорил. Потому что то, чего он хотел, было невозможно. Астория ушла, хлопнув дверью. Драко остался один. В дверях показался Теодор. Он стоял, прислонившись к косяку, и смотрел на друга с непроницаемым лицом. — Опять она? — Опять. — Ты ей нравишься. — Это проблема. Теодор вошёл и сел напротив. — Ты должен что-то решать, Драко. Не с ней — вообще. Ты не живёшь, ты существуешь. Ты ходишь на работу, ты ешь, ты спишь, но внутри тебя пусто. — Откуда ты знаешь? — Потому что я тоже так жил. Пока она не дала мне шанс. Драко поднял голову. — Ты о Гермионе? — О ней. Они замолчали. — Знаешь, что я думаю? — сказал Теодор после долгой паузы. — Я думаю, что ты идиот. — Спасибо. — Я серьёзно. Она ушла не потому, что ты ей не нужен. Она ушла, потому что боится. Боится, что испортит тебе жизнь. Боится, что ты не примешь её такую, какая она есть. Боится всего. — Откуда ты... — Чарли рассказывал. Он единственный, с кем она общается. Ну, ещё со мной иногда. Драко замер. — Ты с ней говоришь? — Иногда. Через Чарли. Она в горах, Драко. Живёт с драконами уже год. Воспитывает Искру, учит молодняк, помогает Тишине и Грому. Она счастлива по-своему. Но я знаю — она скучает. — Откуда ты знаешь? — Потому что когда Чарли передаёт ей приветы от тебя, она надолго замолкает. А потом просит передать, чтобы ты был счастлив. Драко сжал кулаки. — Она хочет, чтобы я был счастлив без неё? — Она думает, что так будет лучше. — А ты что думаешь? Теодор посмотрел ему в глаза. — Я думаю, что ты должен сам решить, что для тебя лучше. И если это она — иди и забери её. — Она не просила. — А ты не спрашивал. Драко молчал долго. А потом кивнул. — Мне нужно подумать. — Думай. Но не слишком долго. Жизнь проходит. Теодор поднялся и вышел, оставив Драко наедине с его мыслями. --- Ночью ему приснился Снежок. Дракон стоял на вершине холма, белый, величественный, с глазами, горящими красным огнём. Он смотрел на Драко, и в этом взгляде было всё — любовь, боль, разочарование. — Ты сдался, маленький. Голос звучал в голове, как раньше. — Снежок... ты... — Я здесь, чтобы сказать тебе то, что ты должен был понять сам. — Что? — Ты трус. Драко замер. — Я... — Ты позволил ей уйти. Ты не пошёл за ней. Ты сидел в своём особняке и жалел себя, вместо того чтобы бороться. Я умер за тебя, а ты даже не попытался быть счастливым. — Я думал, она не хочет... — Ты не спрашивал. Ты решил за неё. Ты, который поклялся, что будет ждать вечность, сдался через год. Где твоя хвалёная малфоевская гордость? Где твоя решимость? Где мужчина, которого я выбрал? Драко опустил голову. — Я не знал, что делать. — Ты знал. Ты всегда знал. Ты просто боялся. Снежок шагнул ближе. — Иди за ней, маленький. Иди и не останавливайся, пока не найдёшь. Она ждёт. Она всегда ждала. А если не ждёт — добейся, чтобы она захотела ждать. Ты Малфой. Малфои не сдаются. — Но если она откажет... — Тогда ты хотя бы попробуешь. Лучше попытаться и проиграть, чем даже не выйти на поле. Дракон начал таять, как утренний туман. — Снежок! Не уходи! — Я всегда с тобой, маленький. В твоём сердце. В твоей крови. Не забывай, кто ты. Он исчез. Драко проснулся в холодном поту. В окно светила луна. Сердце колотилось как бешеное. Он сел на кровати и обхватил голову руками. — Что я наделал... --- Утром в дверь постучали. Теодор вошёл без приглашения, и по его лицу Драко понял — что-то случилось. — Я говорил с Чарли, — сказал Теодор без предисловий. — Он сказал, где она. Драко замер. — Где? — В Румынии. В тех самых горах, где она училась. Она живёт там с драконами. Чарли навещает её раз в месяц, привозит припасы. Она никого не пускает, кроме него и меня. — Тебя? — Я был там два раза. Она... она спрашивала о тебе. — Что спрашивала? — Жив ли ты. Счастлив ли. Не женился ли на Астории. Драко усмехнулся горько. — И что ты сказал? — Что ты несчастен. Что ты всё ещё любишь её. Что Астория достала тебя до печёнок. — Зачем? — Затем, что она должна знать. А ты должен перестать бояться. Теодор подошёл ближе. — Поезжай к ней, Драко. Прямо сейчас. Не думай, не сомневайся, не слушай голос разума. Просто поезжай. Драко смотрел на него долгую минуту. А потом встал. — Ты прав. Хватит. Он вышел из комнаты, на ходу накидывая мантию. — Куда ты? — В Румынию. Искать её. — Прямо сейчас? — Прямо сейчас. Теодор улыбнулся — впервые за долгое время. — Наконец-то. --- Он искал её три дня. Горы были огромны, драконы прятались в пещерах, а люди здесь не селились. Чарли дал ему примерные координаты, но в этих диких местах даже примерные координаты значили очень мало. На третий день, когда силы уже были на исходе, он увидел её. Она стояла на вершине скалы, и ветер развевал её длинные волосы. Рядом с ней лежала Тишина, а у ног возился огромный молодой дракон — Искра. Драко замер, боясь дышать. Она была прекрасна. Более прекрасна, чем в его воспоминаниях. Загорелая, сильная, с глазами, в которых горел тот самый огонь, что он видел в них впервые. — Гермиона... Она обернулась. И замерла. — Драко? Голос дрогнул. Неверие, надежда, страх — всё смешалось в этом одном слове. Он шагнул вперёд. — Я искал тебя. Три дня. Я не знал, где ты, но я искал. — Зачем? — Затем, что не могу без тебя. Он подошёл ближе. Тишина зарычала предупреждающе, но Гермиона положила руку ей на морду, останавливая. — Ты... ты должен был жить своей жизнью. Найти нормальную девушку, жениться, родить детей... — Я не хочу нормальную девушку. Я хочу тебя. — Драко... — Я люблю тебя, — сказал он, останавливаясь в двух шагах. — Я люблю тебя так, как не любил никого. Я думал, что смогу забыть. Я не смог. Я думал, что ты не хочешь меня видеть. Я ошибался. Я думал... Он замолчал, подбирая слова. — Я был трусом. Я сдался. Я позволил тебе уйти, потому что боялся, что ты откажешь. Но я больше не боюсь. Я здесь. Я пришёл за тобой. И я не уйду. Никогда. Гермиона смотрела на него, и в её глазах блестели слёзы. — Ты дурак, Драко Малфой. — Знаю. — Ты должен был прийти раньше. — Знаю. — Я ждала. Каждый день. Каждую ночь. Я смотрела на звёзды и думала, придёшь ли ты. — Прости. Она шагнула к нему. — Ты действительно не уйдёшь? — Никогда. Она упала в его объятия, и он прижал её к себе так крепко, будто боялся, что она растворится в воздухе. — Я люблю тебя, — прошептала она в его плечо. — Я так долго боялась себе в этом признаться, но я люблю тебя. — Я знаю, — он гладил её по волосам. — Я всегда знал. И всегда ждал. Тишина одобрительно рыкнула. Искра подбежал и ткнулся мордой им в ноги, требуя внимания. — Это Искра, — всхлипнула Гермиона сквозь слёзы. — Мой сын. — Я знаю. Чарли рассказывал. Он протянул руку и погладил дракона по морде. Искра довольно зажмурился. *«Папа?»* — раздалось в голове у Драко. Он замер. — Он... он говорит? — Драконы говорят с теми, кого принимают, — улыбнулась Гермиона. — Кажется, ты принят. Драко смотрел на Искру, и сердце его переполнялось чем-то тёплым и огромным. — Привет, малыш, — сказал он тихо. — Я твой папа. Искра радостно взвизгнул и лизнул его в лицо. Драко рассмеялся — впервые за год. --- Они сидели у костра, прижавшись друг к другу. Тишина и Гром устроились неподалёку, Искра уснул, положив голову Гермионе на колени. — Я скучала, — сказала она тихо. — Каждую минуту. — Я тоже. Ты даже не представляешь, как. — Представляю. Я чувствовала. Через связь. Он повернулся к ней. — Расскажи мне. О чём ты думала всё это время? — О тебе. О нас. О том, могло ли всё быть по-другому. — Могло. Если бы я не был идиотом. Она улыбнулась. — Мы оба были идиотами. Он взял её лицо в ладони. — Больше не будем. И поцеловал. Этот поцелуй отличался от всех предыдущих. В нём не было отчаяния битвы, не было спешки лазарета. В нём была нежность, была тоска, была любовь — настоящая, выстраданная, долгожданная. Она отвечала ему с той же страстью, прижимаясь всем телом, забывая обо всём на свете. — Драко... — Тш-ш-ш, — прошептал он. — Теперь я здесь. Я никуда не уйду. Он подхватил её на руки и понёс в пещеру. Ночь была долгой. Они любили друг друга так, будто хотели наверстать весь этот потерянный год. Каждое прикосновение было откровением, каждый поцелуй — обещанием, каждый вздох — молитвой. — Я думала, что схожу с ума без тебя, — шептала она, впиваясь пальцами в его спину. — Я сходил, — отвечал он, покрывая поцелуями её шею, плечи, грудь. — Каждую ночь я просыпался и тянулся к тебе. А тебя не было. — Теперь я здесь. — Теперь ты здесь. Он вошёл в неё медленно, глядя в глаза, и они оба замерли на мгновение — слишком остро, слишком правильно, слишком давно желанно. — Я люблю тебя, Гермиона. — Я люблю тебя, Драко. И ночь взорвалась звёздами. --- Она проснулась в его объятиях. Первые лучи солнца пробивались в пещеру, Искра сопел у входа, а Драко спал, прижимая её к себе так, будто боялся отпустить. Гермиона смотрела на него и не верила своему счастью. — Ты здесь, — прошептала она. — Ты правда здесь. Он открыл глаза. — Я здесь. И никуда не денусь. Она улыбнулась. — Тебе пора обратно в Лондон. Дела, особняк, Астория... — Никуда я не поеду. — Драко... — Нет. — Он сел, взял её лицо в ладони. — Слушай меня внимательно. Я не оставлю тебя. Никогда. Хочешь жить здесь — буду жить здесь. Хочешь в Лондон — поедем в Лондон. Хочешь на Луну — достану метлу. Но я не уйду. — А как же твоя жизнь? Твоё положение? — Моя жизнь — ты. Моё положение — быть с тобой. Всё остальное неважно. Она смотрела на него, и слёзы текли по щекам. — Ты правда готов на это? — Я готов на всё. Она рассмеялась сквозь слёзы. — Ты сумасшедший. — Твой сумасшедший. Он поцеловал её, и утро стало ещё прекраснее. --- Чарли и Теодор прилетели через неделю. — Ну наконец-то, — сказал Чарли, обнимая Гермиону. — Я уж думал, вы никогда не соберётесь. — Мы собираемся, — ответил Драко, сжимая руку Гермионы. — Мы хотим провести обряд. — Какой обряд? — удивился Теодор. — По традициям драконов. Гермиона объяснила: — Драконы выбирают пару на всю жизнь. Они связываются магией, кровью, душой. Тишина сказала, что мы можем провести такой обряд. Если хотим. — Хотим, — твёрдо сказал Драко. Чарли и Теодор переглянулись. — Ну, — усмехнулся Теодор. — Я думал, на свадьбе Малфоя будут сотни гостей, шампанское рекой и трёхэтажный торт. — Будет, — улыбнулась Гермиона. — Потом. Для людей. А сейчас — для нас. Обряд провели на закате. Тишина и Гром стояли по бокам, Искра сидел у ног Гермионы, остальные драконы кружили в небе. Чарли и Теодор были свидетелями. Гермиона и Драко стояли друг напротив друга, держась за руки. — Кровь к крови, — говорила Тишина на своём языке, а Гермиона переводила. — Душа к душе. Пламя к пламени. Вы — одно. Навсегда. Они порезали ладони и смешали кровь. Магия вспыхнула золотым светом, окутывая их со всех сторон. Драко почувствовал, как что-то внутри щёлкнуло — и Гермиона стала частью его. Такой же необходимой, как сердце, как лёгкие, как сама жизнь. — Теперь ты моя, — прошептал он. — Навсегда. — Навсегда, — ответила она. Драконы зарычали, приветствуя новую пару. Чарли утирал слезу. Теодор улыбался — впервые так открыто и счастливо. — Ну, — сказал Чарли, когда обряд закончился. — Кажется, нам пора выпить за молодых. — Определённо, — согласился Теодор. Они обнялись все вчетвером — Гермиона, Драко, Чарли и Тео. Драконы окружили их кольцом, и в этот момент не было в мире места более безопасного и тёплого. Искра носился вокруг, радостно повизгивая. *«Мама! Папа! Мои!»* Гермиона рассмеялась и прижалась к Драко. — Мы — твои, малыш. Мы все твои. Драко поцеловал её в макушку и посмотрел на закат. Война кончилась. Боль утихла. Впереди была жизнь. И она будет прекрасна. * * *