Разменная монета

      Лучи солнца ласково освещали просторную столовую. Открытые настежь окна впускали в помещение тёплый ветер, нежно треплющий волосы. Большой стол сервирован на пять персон. Приборы из серебра сверкали: их можно было использовать в качестве зеркала.       Девушка, поддавшись этой мысли, взяла в руки нож и посмотрела на собственное отражение, поправляя помаду на полных губах. Отец, заметив это, недовольно вздохнул, но ничего не сказал. Он сидел во главе стола, по правую руку от него мать, а слева — она сама. Рядом с мамой, удобно устроившись, восседал старший Сальваторе. Напротив главы семейства — Майкл Майклсон.       — Что ж, спасибо за приглашение. — он придал голосу вежливость, сохраняя безмятежное выражение лица.       Отец довольно улыбнулся, отрезая кусочек бекона и отправляя в рот. Аврора с открытой скукой купала ложку в тарелке с овсяной кашей, украшенной сезонными ягодами. Ей претило совместное времяпровождение с родителями, но больше всего — с наглым Деймоном Сальваторе, который в последнее время появлялся в доме подозрительно часто.       — Хотелось поговорить в неформальной обстановке. — Джозеф отпил кофе и обменялся быстрыми взглядами с мужчиной, сидящим рядом с мамой.       На её лице блистала улыбка, будто ту приклеили. Глаза холодные и бесстрастные, в них нет ни капли заинтересованности. По правде говоря, она просто старалась безупречно играть свою роль на публику: любящая мать и примерная жена. Если копнуть глубоко внутрь, то будет известно, что Грета не питала тёплых чувств к мужу, а теперь к собственному ребёнку.       Джозеф на самом деле не такой идеальный мужчина, каким хочет казаться. Он изменил беременной женщине, которой когда-то клялся в вечной любви. Громкие слова оказались пустым звуком и тратой кислорода. Лживые обещания, пропитанные лицемерием и ядом, отравляющим душу. Когда Грета обо всём узнала, было уже поздно делать аборт и что-то кардинально менять в своей жизни. Она приняла сложное решение: сохранить брак ради дочери.       Время шло, а женщина так и не смогла простить мужу измену. Каждый раз, смотря на Аврору, она вспоминала о собственном неправильном выборе. Постепенно в сердце зародилось равнодушие к ребёнку, который вовсе ни в чём не виноват и не обязан отвечать за поступки родителей. Грета этого не понимала, лишая девочку материнской ласки и любви.       Спустя долгие годы мужчина понял, что потерял всяческий интерес к женщине, которую когда-то горячо любил и обещал положить весь мир к её ногам. На публике супруги играли роль крепкой пары. Стоило им переступить порог дома — образ рассыпался прахом подобно мечтам о счастливой семье. Они спали в разных спальнях и старались лишний раз не контактировать друг с другом, но на развод подать никто из них не осмеливался — брачный контракт, по условиям которого Грета могла потерять всё.       Ребёнок всё это время рос без родительской заботы и поддержки. Девочка старалась всеми способами заслужить их похвалу, одобрение и гордость, но те оставались к ней холодны. Она закончила школу с отличием, как и престижный университет, любезно оплаченный отцом. Аврора всячески пыталась получить хоть капельку любви: делала всё, что говорили, даже если это приносило ей дискомфорт и совсем не нравилось; занималась тем, на что указывали взрослые. В погоне за родительским вниманием она не заметила, как начала терять саму себя.       — Ох, опять эти мужские разговоры о работе! Опять ты за своё, Джо. — Грета натянуто рассмеялась, шутливо шлёпая мужа по руке.       Супруги сделали вид, будто им не было дискомфортно от этого. Любое касание обжигало холодом и безразличием.       Аврора сидела молча, ковыряясь в тарелке и изредка кидая любопытные взгляды на Майкла. Она была наслышана об этом мужчине от своей подруги — Ребекки, который, к тому же, являлся ещё и её отцом. Помимо неё было ещё и трое братьев, которых не пригласили на воскресный завтрак. О них девушка упоминала вскользь и весьма сухо, особо не вдаваясь в подробности.       — И сообщить, что через месяц состоится благотворительный вечер, на котором мы объявим о помолвке моей дочери с Деймоном. — ложка с громким звоном упала в тарелку с кашей. Несколько капель попало на белоснежную скатерть.       В столовой воцарилось напряжённое молчание, до которого можно было бы дотронуться рукой. Сальваторе криво ухмылялся, предвкушая собственную победу в маленькой войне с этой несносной девчонкой. Он поклялся самому себе, что во чтобы то ни стало заполучит её. Аврора весьма привлекательная девушка, ещё и из богатой семьи.       Слияние двух сильных корпораций станет большой угрозой для компании Майкла. Он сжал челюсти, на лице заиграли желваки. Его позвали сюда, чтобы ткнуть носом в собственное поражение. Майклсон сощурился, пристально смотря на девушку.       Её красивые зелёные глаза широко распахнуты. В лучах солнца блеснули слёзы обиды и понимания, что она стала разменной монетой в делах бизнеса. Джозеф совсем не осознавал, что своим эгоистичным решением сломал девочке всю жизнь.       — Что? — тихо сорвалось с её накрашенных губ. Пальцы сжали белоснежную скатерть.       Майкл вдруг хищно наклонил голову, когда девчонка посмотрела на него, пытаясь угадать ход его мыслей. Безумная идея появилась внезапно. Что, если он обставит Джозефа и Деймона?       Грета замерла, едва не подавившись апельсиновым соком. Женщина пыталась скрыть шок, в глазах на мгновение промелькнула жалость, которую та быстро запихнула глубоко внутрь. Ей плевать. Верно?..