Разменная монета

      От волнения девушка не заметила, как дверная ручка повернулась. Было уже поздно прятаться или убегать. Вздохнув, она неловко повернулась лицом к вошедшему человеку, нервно сжимая в руках элегантную сумочку-клатч.       — Вот это неожиданность! — кустистые брови удивлённо взметнулись вверх, но затем на губах появилась кривая ухмылка. — Но, надо сказать, красивая и приятная. — он плотно прикрыл за собой дверь.       Тишину разрезал щелчок щеколды. Аврора сглотнула и медленно начала отступать, не отрывая виноватого и немного испуганного взгляда от Кола. Майклсон надвигался на неё плавно и осторожно, будто зверь перед прыжком на свою добычу. Гротенберг ойкнула, когда наткнулась на кровать позади себя. Ей пришлось сесть, чтобы не упасть и хоть как-то спасти своё шаткое положение.       — Дай угадаю. — мужчина склонил голову набок, остановившись в жалких сантиметрах. Он смотрел сверху вниз, чувствуя собственное превосходство в данной ситуации. — Ты подслушивала и, боясь быть пойманной, решила спрятаться здесь. — она поджала губы и отвела взгляд. — В моей комнате.       — В твоей… комнате? — Аврора уже пожалела, что повелась на поводу у любопытства.       — Да. — Кол кивнул, опускаясь на колени перед девушкой.       Майклсон осторожно коснулся стройных ног, ненавязчиво массируя напряжённые икры. Лёгкие поглаживания вызывали приятное покалывание и удовольствие. Она закусила нижнюю губу, наблюдая за ним из-под опущенных ресниц. Щёки залились смущённым румянцем, когда тот аккуратно снял туфли на высоком каблуке. Подобное казалось ей чем-то интимным и личным.       Тихий вздох предательски вырвался из горла, нарушая тишину в комнате. Мужчина спрятал довольную улыбку, наклонился и оставил невесомый поцелуй на загорелой коже.       — Богиня. — шёпот сорвался с его губ, во взгляде вспыхнуло восхищение и желание.       Аврора выглядела как настоящая древнегреческая богиня: молочная ткань платья будто бы светилась в свете луны, пока светлые волосы струились лёгкими волнами на плечах. Зелёные глаза неотрывно следили за действиями Кола.       — Что мы будем делать с Деймоном? — она желала перевести тему и отвлечь себя от пошлых мыслей, которых становилось всё больше и больше с каждым мгновением.       — Может, поговорим об этом позже? — он не сдержал усмешки.       Дразнящие касания поднялись выше, пальцы ненавязчиво касались короткого подола платья. Одно неосторожное движение и мужчина с лёгкостью увидит её кружевные трусики. Аврора затаила дыхание, когда Кол, глядя прямо в глаза, запустил руки под ткань.       — Что ты делаешь? — Гротенберг ощутила прикосновения к внутренней части бедра и начала часто дышать.       Воздух в комнате сгустился и стал плотнее. Становилось душно и жарко одновременно. Майклсон медлил с ответом, дразняще проводя кончиками пальцев по кромке белья.       — Соблазняю свою невесту. — глубокие карие глаза блеснули в полумраке.       Его кадык дёрнулся, когда девушка неосознанно поёрзала. Аврора облизала губы, явно сомневаясь в столь импульсивном поступке, который она собиралась совершить. Ещё совсем недавно они страстно целовались прямо на обочине, когда Кол признался ей в собственных чувствах, обнажив сердце и душу. Гротенберг сама объявила его своим женихом и скоро они вступят в официальный брак. Рано или поздно им придётся лечь вместе в одну постель.       Девушка, отложив в сторону сумочку, сократила разделявшее их расстояние. Майклсон сразу же ответил на поцелуй, затем позволил ей перенять инициативу в свои руки. Она потянула мужчину на себя, заставляя встать. Он оказался сверху, настойчиво оглаживая стройную фигуру. Сильные руки специально задержались под платьем, несильно сжимая ягодицы.       — Я люблю тебя, душа моя. — признание легко сорвалось с языка.       Аврора почувствовала жар на щеках. Пряча смущение, раздвинула ноги шире, позволив мужчине удобнее устроиться. Кол специально прижался, давая ощутить сильное возбуждение. Плоть болезненно упиралась в ткань, причиняя дискомфорт. Гротенберг, поддаваясь собственному желанию, сняла с Майклсона чёрный пиджак.       Белая рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей позволяли слабо разглядеть рельефное тело. Ей хотелось коснуться пальцами его обнажённой кожи.       — Не терпится уже, да? — беззлобная издёвка заставила девушку поджать губы и отвернуться.       Он вздохнул и наклонился, опаляя горячим дыханием изящную шею. Провёл кончиком носа по изгибу.       — Мне нравится твоё нетерпение, душа моя. — зубы несильно прикусили нежную кожу.       Тихий стон невольно вырвался из женского горла. Кол зажмурился, пытаясь сдерживать собственное желание. Мужчина позволил Авроре расстегнуть пуговицы на рубашке дрожащими пальцами от возбуждения. Ненужный элемент одежды она откинула куда-то в сторону, затем провела ладонями по крепкой груди, очерчивая напряжённые мышцы на животе и спускаясь ниже.       Майклсон плавился от прикосновений к собственному телу, чувствуя себя пубертатным мальчишкой. Дотронулся до широких лент на хрупких плечах, завязанных в бант. Потянул на себя, развязывая. Атлас тихо зашелестел. Оставалось только добраться до молнии платья…       Аврора тяжело дышала, пока желание лавой растекалось по венам. Ей хотелось, чтобы прикосновения стали откровеннее и настойчивее. Мужские руки оглаживали ягодицы, ненавязчиво касаясь кромки трусиков. Кол утянул её в очередной глубокий поцелуй, дотрагиваясь до клитора. Девушка простонала, раздвигая ноги шире. Гротенберг нетерпеливо ёрзала, пытаясь самостоятельно усилить трение.       Майклсон отстранился от желанных губ, оставляя дразнящие поцелуи на шеи и открытом декольте. Сдвинув бельё в сторону, он провёл по складкам нежной кожи, распределяя обильно сочащуюся влагу.       — Такая возбуждённая. — шёпот сливался с их тяжёлым дыханием, наполняя комнату.       — Пожалуйста! — Аврора всхлипнула, цепляясь за широкие плечи.       Мужчина специально распалял её, заставляя желать большего. Гротенберг не смогла сдержать стона, когда Кол ввёл сразу два пальца, растягивая. Светлые волосы разметались по постели, укладка оказалась испорчена. Красивое вечернее платье смялось. Губы распухли от настойчивых поцелуев.       Майклсону понадобилось несколько долгих минут, чтобы практически довести Аврору до пика наслаждения. Он прервал удовольствие, срывая разочарованный вздох. Кол отстранился, чтобы расстегнуть пряжку ремня, когда раздался громкий стук в дверь. Они замерли, глядя друг на друга.       — Перестань прятаться в своей комнате, братец! — голос Ребекки полон возмущения. — Я знаю, что ты там!       — Сейчас спущусь. — как ни в чём не бывало ответил мужчина, не отрывая взгляда от желанной девушки под собой.       С той стороны послышалось недовольное бормотание. Сестра немного потопталась, затем ушла. Стук её каблуков постепенно стихал. Несмотря на возбуждение, Аврора почувствовала себя неловко, словно сделала что-то глупое.       — В следующий раз мы продолжим. — Кол наклонился. Его тёплое дыхание коснулось раскрасневшегося лица. — И нам никто не помешает.