Дочь Царёва.

14 апреля 2026. Казань Ночь давила. Она не просто опустилась на город — она будто легла мне на грудь, тяжелая, холодная, не дающая нормально дышать. В квартире было темно. Только редкие полосы света от фонарей пробивались сквозь шторы и ложились на пол, как разрезы. Всё казалось чужим. Даже стены. Я стояла в дверном проёме и смотрела на братьев. Они двигались спокойно. Слишком спокойно. Как хищники ожидающие свою добычу. На столе лежало оружие. Металл тихо поблескивал в полумраке, и от этого у меня внутри что-то сжималось. Я раньше видела пистолеты — да. Да, что там видела. Сама стреляла. Правда в деревья. Но стреляла. Однако сегодня меня они пугают больше. Как будто требуют крови. Это уже не было «на всякий случай». И не ради защиты. — Вы серьёзно?.. — голос у меня дрогнул, предательски. Никто не ответил. Мурат проверял магазин. Щелчок. Сухой. Чёткий. Марат писал кому-то в телефоне в телефоне. Смотрел на карту и что-то отмечал в тетрадке. Маршруты. Я это поняла сразу, как только увидела. — Скажите мне, что происходит, — шаг вперёд дался тяжело, будто я шла против ветра. — к чему вы готовитесь. Тишина. — Мне нужно знать, — я уже не просила, я требовала. — Что мы делаем? Зачем? Марат даже не поднял головы. — Это тебя не касается. Не мешай. Каждое слово — холодное, как лёд. Я сжала кулаки. — Меня не касается? — внутри начало закипать. — У нас убили родителей! Это касается меня в первую очередь! Как и вас! Он резко поднял взгляд. И в этих глазах не было привычных чувств брата. Там было что-то другое. Тяжёлое. Жёсткое. Злое. Он никогда не смотрел на меня так. Его взгляд всегда был нежным и чуть строгим, но любящим. — Мы готовимся к мести. Это то, что они заслужили. Убийцы наших родителей. У меня перехватило дыхание. — Кто «они»?.. — почти шёпотом. Мурат усмехнулся, но без веселья. — Хади Такташ. Мы отомстим. Убив их. Имя повисло в воздухе, как приговор. И вдруг я вспомнила слова убийцы отца. Хаски. Хади Такташ. Слова брата - не просто слова. Не просто «мы отомстим». Это уже принятое решение. Принятое прямо сейчас. Я обхватила себя руками, будто пыталась удержать внутри что-то, что рвалось наружу. — Убийства… — прошептала я. — Вы говорите об убийствах так, будто это… — Будто это нормально? — перебил Марат. Я кивнула, не в силах говорить. Он сделал шаг ко мне. — Это не нормально, Бика. Это необходимо. Я отшатнулась. — Не смей так говорить! — голос сорвался. — Не смей делать вид, что это… правильно! — А что правильно? — резко. — Сидеть и ждать, пока они придут за нами? Лучше напасть первыми! Все таки нас не зря назвали Перваками! Тишина. Я не знала, что ответить. Потому что где-то глубоко внутри… …я тоже боялась этого. Даже я знала, что Хади Такташ одни из самых опасных группировок. — Я иду с вами, — сказала я вдруг. И сама удивилась своим словам. Однако я чуствовала, что это правильно. И теперь от своего решения я не отступлю. Они замерли. — Нет, не пойдешь. Останешься здесь в безопасности, — сразу хором  заявили братья. — Я иду с вами! Я не буду здесь сидеть! — Нет. — Да! Я сделала шаг ближе. — Вы не оставите меня здесь! — голос уже дрожал от злости, страха и решимости. — Я не буду сидеть и ждать, пока вы… пока вас… Слова застряли в горле. Я сглотнула. — Я тоже часть этой семьи. Я хочу быть рядом. Марат смотрел на меня долго. Очень долго. — Ты не понимаешь, во что лезешь. — Так объясните! Тишина снова ударила по ушам. Мурат вздохнул. — Она не отстанет. — Если не возьмете меня с собой, то я сама туда за вами поеду, — тихо, но твёрдо. Марат закрыл глаза на секунду, будто что-то решал внутри себя. Потом медленно выдохнул. — Хорошо. Я даже не сразу поняла. — Что?.. — Поедешь с нами. Сердце резко ударило в грудь. Сильно. Громко. Страшно. — Но ты будешь делать только то, что мы скажем, — добавил он холодно. — Без самодеятельности. Без вопросов. Поняла? Скажем бежать – бежишь. Сидеть – сидишь. Я кивнула. Хотя внутри всё кричало.

***

Прошло два часа. Самые длинные два часа в моей жизни. Они звонили кому-то. Быстро. Котротко. И чётко. Без лишних слов. — Да. Сейчас. — У нас в квартире. Адрес: Ул. Маленькая дом 7. 3 подъезд. — Сегодня. — Собирай людей. Каждый звонок звучал как выстрел. Я сидела в углу дивана, обхватив колени, и просто слушала. И с каждым словом понимала: назад дороги нет. Когда за окном раздался гул моторов, я вздрогнула. Подошла к окну. И замерла. Во двор заезжали много чёрных, тонированных джипов. Один. Два. Пять. Десять… Они заполняли двор, как тьма. Фары резали ночь. Двери открывались. Из машин выходили люди. Много. Слишком много. Я сбилась на сорок первом, зашедшим в дом человеком. — Они приехали, — тихо сказал Мурат. Я не могла оторвать взгляд. Это было… как в кино. Только это не кино. Это теперь моя жизнь. — Пойдём, — Марат кивнул в сторону двери. Ноги стали ватными. Но несмотря на это, я пошла. Надела сверху кожаную куртку. И вышла в подьезд. Подъезд казался длиннее, чем обычно. Каждый шаг отдавался в ушах. Когда мы вышли на улицу, холод ударил в лицо. Но я его почти не почувствовала. На нас смотрели. Десятки глаз. Тяжёлые. Недоверчивые. Оценивающие. — Это она? — кто-то тихо. — Дочь Царя?.. Я сглотнула. Марат шагнул вперёд. — Это Ханбике, — сказал он громко. — Наследница Царя. По его решению. Недовольный шёпот прошёлся по толпе. Я чувствовала его кожей. Как иголки. — Наследница?.. — скептически. — Девчонка… — Она вообще понимает, кто мы? Я сжала кулаки. Сердце колотилось так, что казалось — сейчас вырвется. Страх подступал к горлу. Но вместе с ним…поднималось что-то другое. Яростное. Решительное. Смелое. Я шагнула вперёд. — Я понимаю, — голос сначала дрогнул… но я заставила его выровняться. — Лучше, чем вы думаете. Отец готовил меня, к этому. Тишина. Все смотрели на меня. Я чувствовала, как внутри всё трясётся. Но не остановилась. — Мой отец… — голос на секунду сорвался, и я сжала зубы. — Царь… помогал каждому из вас. Не оставлял в беде. Я смотрела им в глаза. Одному. Другому. — Он строил это всё. Он держал вас. Он защищал. Он мстил. Кто-то отвёл взгляд. Кто-то наоборот — стал смотреть внимательнее. — И теперь его нет. Слова ударили даже по мне самой. Но я продолжила, сквозь судорожный вздох. — И если вы думаете, что я просто девчонка… — я сделала шаг вперёд. — то вы ошибаетесь. Тишина стала плотной. — Он выбрал меня. И я попытаюсь оправдать его ожидания! Я почувствовала, как дрожат руки. Но я чувствовала себя все увереннее. — Значит, он знал, что делает. Пауза. Долгая. — Я не буду главой, — сказала я уже тише. — Я не жила этим. Я не знаю этого мира так, как вы. Честно. Прямо. — Но я не убегу от него. Я перевела взгляд на одного из старших. — Пусть руководит тот, кто был рядом с ним все эти годы. Пусть главой будет его заместитель, тот кому он доверял даже меня. Перец. Новый глава Перваков. Кто-то кивнул. Кто-то переглянулся. И вдруг напряжение среди толпы… немного ослабло. — Правильно говорит… — Царь бы так и сделал… — Ладно… Согласие пришло не сразу. Но оно пришло. Я выдохнула. И только в этот момент поняла…что всё. Всё закончилось.  Они приняли меня.

***

Я не помню, как поднялась обратно в квартиру. Как будто тело двигалось само, а я… отставала. Всё происходило слишком быстро. Я закрыла за собой дверь и на секунду прислонилась к ней спиной. Тишина. Та же квартира. Те же стены. Но теперь я знала, что через несколько минут выйду отсюда… в другую жизнь. И, возможно, не вернусь. Я резко вдохнула. — Соберись… — прошептала и похлопала себя по щекам. Руки дрожали. Сильно. Я прошла в комнату и открыла шкаф. Одежда казалась слишком яркой. Слишком живой. Я выбрала первое, что не будет мешать двигаться: тёмные штаны, плотную кофту. Быстро переоделась. Каждое движение — резкое, нервное. Потом остановилась. Смотрела на комнату. На кровать. На окно. И вдруг меня накрыла мысль: а вдруг это последний раз, когда я это вижу?.. Сердце болезненно сжалось. — Нет, я вернусь. Мы вернемся. Обязательно. — резко. Я отвернулась. Открыла шкаф глубже. Достала чемодан. Потом второй. Третий. Я сама не заметила, как начала складывать вещи. Благо у нас с братьями один шкаф был в этой квартире. Быстро. Почти в панике. Одежда. Документы. Всё, что попадалось под руку. Если придётся бежать… Мысль была настолько ясной, что я не стала её оспаривать. Через несколько минут у двери стояли шесть чемоданов. Шесть. Я смотрела на них и вдруг почувствовала, как внутри становится пусто. — Я уже готовлюсь к бегству… — тихо. Это было страшнее, чем оружие. Я подошла к тумбочке. Медленно открыла ящик. Пистолет. Тот самый. Который был  в чемоданчике папы. Отец учил меня держать его правильно. Учил, как дышать во время стрельбы. Как нажимать на курок. Говорил: «Не дёргай рукой. Затаи дыхание. Чувствуй момент». Рука сама легла на холодный металл. Я взяла его. Тяжёлый. Холодный. Опасный. — Сегодня… не по деревьям, да?.. — горькая усмешка. Я проверила его. Как учил отец. Без лишних движений. Потом — ножи. Их было двенадцать. Целый набор. Два для ближнего боя, остальные десять метательные. Подарок папы на шестнадцатый день рождения. Я провела пальцами по лезвию. Острые. Лезвие будто пело. — Ты говорил, что оружие — это ответственность… — прошептала я. — Что нужно его уметь слышать… я наконец поняла о чём ты говорил. Взяла из комода ремни с сумкой на талию и с чехлом для пистолета на бедро. Горло сжалось. Но я всё равно закрепила их. Пистолет - на бедре. Ножи – в сумку. Кольцо. Я взяла его осторожно. Как будто оно могло разбиться. Следуй своему сердцу. Хорошо, папа. Моё сердце говорить, что надо идти с братьями. Надела кольцо. Часы. Я решила и их надеть. Застегнула ремешок на запястье. И в этот момент…меня накрыло воспоминаниями. Голос и руки отца. Я будто услышала как он меня поддерживает. Я резко зажмурилась. — Я справлюсь… — почти беззвучно. Сама не веря. Внизу хлопнула дверь. Я вздрогнула. Пора. Я ещё раз посмотрела на квартиру. Вышла в коридор. Стояла, глядя на чемоданы. — Ты уже решила, что мы не вернёмся? — тихо спросил Марат за спиной. Я не обернулась. — Я решила быть готовой. На всякий случай. Чтобы быстро убежать если понадобиться. Пауза. Он подошёл ближе. — Ты можешь остаться. Мы не просто идём гулять. Мы идём убивать. — Я понимаю. — Нет, — чуть жёстче. — Ты думаешь, что понимаешь. Я наконец повернулась. — Тогда объясни. Он посмотрел на чемоданы. Потом на меня. — После этого вечера ты не сможешь жить, как раньше. — Я уже не могу, — спокойно. Слишком спокойно. Хотя внутри бушевал ураган из страха, решимости и ярости. Марат задержал взгляд. Будто пытался найти во мне что-то, возможно меня прежнюю. Не нашёл. — Тогда бери только то, что не жалко потерять. А это оставь. Если нам придется от туда убегать, то надо быть налегке. Я на секунду задумалась. Потом тихо: — Там всё необходимое. То, что мы не сможем оставить. Одежду многое из одежды я оставила в шкафах. Он ничего не ответил.

***

Мы сели в одну из машин, приехавших к нам людей. В машине было тесно. Спереди сидел мужчина, рядом с ним сел Марат. Сзади я, Мурат и еще один мужчина. Мой сегодняшний телохранитель. Он назвался Скелетом. Скелет сидел рядом, чуть повернувшись ко мне. — Первый раз? — спросил он. Я не стала притворяться. — Да. — Тогда слушай внимательно, — спокойно, без давления. — Ты не герой. Не мститель. Не судья. Я посмотрела на него. — А кто? Он чуть пожал плечами. — Тот, кто выживает. Тот кто обязан выйти живым. Пауза. — И тот, кто не мешает другим выживать. Я кивнула. — Поняла. — Хорошо, — он посмотрел вперёд. — Тогда второй вопрос. — Какой? — Когда станет страшно… ты побежишь или замрёшь? Я задумалась. Честно. — Побегу или подерусь. Зависит от ситуации. Он усмехнулся. — Стрелять умеешь?. — Спокойно спросил меня протягивая пистолет. — Да. Не надо, у меня свой. — Я отказалась, он чуть помедлив забрал его обратно. — Драться? Я замялась на секунду. — Да. КМС по кикбоксингу и Ёдан по айкидо. — Ножи? — указал на сумку на моей талии. Я посмотрела на неё. — Да. Умею драться с ними. И метать. Он кивнул. Оценил. — Хорошо. — Пауза. — Сегодня проверим. У меня внутри всё похолодело.

***

Когда машина остановилась, я сразу почувствовала — здесь всё по-другому. Вроде-бы обычный загородный дом. Однако всё было другим. Это была территория. Чужая, опасная территория. Братья уже вышли. Я задержалась на секунду. Скелет открыл дверь с моей стороны. — Последний шанс передумать, — тихо. Я посмотрела на него. — А вы бы передумали? Он чуть прищурился. — Нет. — Тогда и я нет. Он кивнул. Без одобрения. Но с легким уважением.

***

Мы подошли к дому. Марат остановился у двери. Повернулся к нам. — Быстро и чётко по плану, — сказал он. — Без лишнего шума. Мурат усмехнулся. — Без шума уже не получится. Марат посмотрел на меня. — Ты идёшь за нами. Ни шагу в сторону. — Поняла. — Когда начнётся — не геройствуй. — Я и не собираюсь. Буду подмогой. Он чуть задержал взгляд. — Посмотрим.

***

Дверь открылась резко. И внутри всё оказалось… слишком живым. Не как я представляла. Не как в фильмах. Слышались голоса и смех. Чьи-то шаги. Будто просто вечеринка среди друзей. И в следующую секунду — оглушающая тишина. — Чё за…?! Первый удар. Глухой. Тело падает. Крик. Я замерла на пороге. Не из-за страха. Из-за несоответствия. Они не были готовы. Они не ждали. И от этого происходящее казалось… неправильным. — Двигайся, — тихо сказал Скелет и слегка подтолкнул меня вперёд. Я сделала шаг. И сразу почувствовала запах. Он был плотный. Почти вязкий. Пот. Алкоголь. И что-то ещё. Металл. Кровь. Я сжала зубы. — Всем лечь на пол! — крик Мурата и выстрел. Один. Короткий. И человек рядом с диваном падает. Я видела его глаза. Они ещё двигались. Живые. И в следующую секунду — пустые. Я отвела взгляд. — Смотри вперёд, не смей отворачиваться. Уважения потеряешь. — спокойно сказал Скелет. — Не теряйся. — Я не теряюсь, — тихо. Но голос выдал меня.

***

Один из мужчин поднял руки. — Подождите… давайте поговорим… Марат подошёл к нему медленно. Слишком спокойно. — О чём? — Мы можем договориться… деньги, информация… Что угодно... Пауза. Марат смотрел на него. — А когда убивали моего отца… Царя... вы тоже хотели договориться? Тот замолчал. На секунду. — Это был не я— Удар. Резкий. Он падает на колени. — Ошибка, — холодно сказал Марат. — Вы всегда думаете, что можно договориться… после. Я почувствовала, как у меня внутри что-то сжимается. Не от слов. От жгучей ненависти в голосе брата. Шум усиливался. Кто-то пытался убежать. Кто-то кричал. Кто-то прятался. И всё это…накладывалось друг на друга. Как будто мир треснул. И каждая трещина звучала отдельно. Я стояла посреди этого и пыталась понять: где я? кто я сейчас? — Бика! — голос Мурата. Я обернулась. — Здесь! — Смотри за входом! Я кивнула. Руки автоматически достали пистолет и открыли сумку с ножами. Холод металла немного… заземлил. Вернул в тело. Вдруг я услышала шаги. Быстрые. Кто-то бежал. Я подняла взгляд. Парень. Молодой. Он остановился, увидев меня. Мы посмотрели друг на друга. Секунда. — Уйди, — тихо сказал он. — Ты не такая. Я не ответила. — Уйди, — уже жёстче. — Пока можешь. Я сжала пистолет. И навела на него дуло. — Я уже не могу. Он понял. В его глазах страх. Как будто не мог принять, что сегодня умрет. И отчаянно побежал. В сторону выхода. Я не выстрелила. Не смогла. Секунда промедления. И... выстрел за моей спиной. Пуля попала ему прямо в затылок. Он упал замертво. Я резко обернулась. Мурат. — Ты чего? — коротко. Я не ответила. Смотрела на тело. — Это не тир, Бика, — жёстко. — Здесь нельзя «не смогла». Тут или ты, или тебя. Я сжала зубы. — Я поняла. Вдруг раздался громкий и отчаянный крик: — Хаски! Валим! Мир сжался. До точки. Я медленно повернула голов, осматриваясь по сторонам. Ища источник крика. Сердце начало биться иначе. Глухо. Тяжело. — Где он?.. — почти шёпотом. Скелет сразу посмотрел на меня. — Не отвлекайся. Но я уже не слышала его. Где-то в глубине дома — шаги. Быстрые. Уходящие. — Он уходит… — сказала я. И повернулась в сторону звуков. И в этих словах было больше, чем просто факт. Марат резко обернулся. — Кто? Я посмотрела на него. — Тот, кто убил папу. — Покажи. Я кивнула в сторону коридора. И в этот момент я почувствовала, что страх исчез. Полностью. Осталось только одно. Решимость. Я побежала на звук. Бежала так, что почти не чувствовала пола под ногами. Коридор тянулся узким тоннелем. Шаги впереди — быстрые, сбитые. Он уже понял, что за ним идут. Я завернула за угол. И увидела его. Невысокий. Крепкий. Лет сорок. Не тот, кого представляешь, когда думаешь о «главном». Никакой показной силы. Обычный. Слишком обычный. Но именно от него тянуло чем-то… тяжёлым. Такой, как он легко затеряется среди остальных. Он обернулся. Наши взгляды встретились. Его глаза. Один голубой, другой черный. И я сразу поняла — это он. Хаски. Я подняла пистолет. Рука сама нажала на курок. Выстрел. Промах. Он резко дернулся в сторону. Ещё выстрел. Пуля ударила в стену, выбив кусок штукатурки. — Чёрт… — сквозь зубы. Он побежал. Я — за ним. Сердце билось уже не быстро. Глухо. Ровно. Как будто тело само взяло управление. Третий выстрел. Снова мимо. Руки не дрожали. Но он двигался быстрее, чем я ожидала. Он уже почти свернул в следующий коридор, когда я нажала на курок ещё раз. Щелчок. Пусто. Черт, когда я успела потратить все патроны? Я остановилась на долю секунды. Он почти ушёл. Моя рука сама потянулась к ножам. Движение — привычное. Отработанное. Я вытащила один. Прицел. Мгновение. Бросок. Лезвие ушло вперёд резко, почти беззвучно. Попадание. Прямо в ногу. Он вскрикнул и рухнул, не удержав равновесия. Я уже бежала к нему. Он попытался перевернуться, дотянуться до оружия. Не успел. Второй нож уже был в руке. Я остановилась в двух метрах от него. Он поднял голову. В глазах — не страх. Я ожидала страх. Но там было… понимание. И злость. — Значит… ты, — хрипло. Я ничего не ответила. Не потому что не знала, что сказать. Потому что говорить было нечего. Я сделала вдох. И метнула нож. Прямо в шею. Точно. Без колебаний. Он дёрнулся. И замер. Из его горла и рта толчками полилась кровь. Тишина. Я стояла над телом. Секунда. Вторая. Я ждала. Не знаю чего. Боли. Страха. Отвращения. Чего-то. Но внутри было… пусто. Абсолютно. Шаги за спиной. Резкие. Я не обернулась сразу. — …Ты его… — голос Марата оборвался. Я медленно повернула голову. Он смотрел на меня так, будто видел впервые. Скелет рядом с ним молчал. Но взгляд был внимательный. Оценивающий. И Уважающий. — Это Хаски. Я его убила, — спокойно сказала я. Марат подошёл ближе. Посмотрел на тело. Потом снова на меня. — Ты уверена? — Да. Пауза. — Сколько раз ты промахнулась? — вдруг спросил Скелет. Я чуть нахмурилась. — Три. Он кивнул. — А потом? — Патроны кончились. Пришлось ножами. — Понял. На мгновение все затихли. И услышали шаги идущие сюда. Мурат, весь в крови. — Всё чисто, — сказал он. — Дом зачистили. И остановился, увидев тело. Потом посмотрел на меня. — Это ты? — Да. Он усмехнулся. Коротко. — Неплохо для первого раза. Ты как? Держишься? Я ничего не ответила. Смотрела на руки. На них не было крови. Но я знала. Марат резко обернулся. — Не всё чисто. Мурат нахмурился. — В смысле? — Несколько смогли уйти. Пауза. Скелет тихо выдохнул. — Сколько? — Трое. Может больше. — Чёрт. Тишина резко стала тяжелее. — Они вернутся, — спокойно сказал Марат. Не вопрос. Факт. Мурат сжал челюсть. — Тогда надо валить отсюда. И надо доложить Перцу. На улице было холоднее. Воздух резал лёгкие. Но это даже помогло собраться. Перец стоял у машины. Спокойный. Как будто ничего не произошло. Марат подошёл к нему. — Хаски мёртв. Несколько сбежали. Перец кивнул и медленно перевёл на него взгляд. — Сколько? — Трое точно. Пауза. — Плохо, — тихо. Он повернулся к остальным, которые уже собрались здесь. — Убираем всё. Чисто. Быстро. Люди сразу зашевелились. — Вы, — он снова на Марата и Мурата. — Домой. Сейчас же. Короткий взгляд в мою сторону. — Ей нужно это переварить. Я едва заметно сжала пальцы. — Она сильная, справиться, — добавил Марат. — Знаю, — ответил Перец. — Поэтому и уезжайте.

***

Машина тронулась резко. Я сидела молча. Смотрела в окно. Перед глазами Лицо Хаски с торчащим в шее ножом. Город был тем же. Но уже более темным, будто цвета приглушились. Телефон Марата завибрировал. Он ответил сразу. — Да. Пауза. Я слышала только его сторону. — Где? Пауза. — Один? Пауза. Его лицо изменилось. Чуть-чуть. Еле заметно. Но я заметила. — Говори. Тишина в машине стала плотной. — …Понял. Он сбросил. Секунда. — Они знают, — тихо. Мурат резко повернулся. — Что? — Кто убил Хаски. Они идут мстить. Пауза. — Нам. У меня внутри что-то сжалось. — Что именно они собираются сделать? — спросил Мурат. — Они собираются ударить по тому кто убил Хаски. По Бике. Тишина. — Когда? — Скоро. У вас точно есть час, пока они соберутся. — Скелет был на линии, я поняла это по обрывкам слов. — Нам надо уезжать из города, — добавил Марат уже твёрже.

***

Дверь квартиры открылась резко. Я зашла первой и сразу остановилась. У двери стояли чемоданы, которые я собрала перед выходом. Я медленно выдохнула. Мурат замер за спиной. — Ты… Я повернулась. — Я говорила, что готовлюсь. У меня было предчуствие. Пауза. — Здесь всё, — спокойно. — Деньги, документы, вещи. Вещи родителей. Марат посмотрел на чемоданы. Потом на меня. Долго. — Ты уже всё решила заранее? — Я просто чуствовала. Мурат провёл рукой по лицу. — Чёрт… Тишина. Я посмотрела на них. И вдруг чётко почувствовала: сердце бьётся. От стаха. Сильно. Больно. — Мне страшно, — тихо. Они оба замерли. Я не плакала. Но голос стал другим. — Я смотрю на вас… и понимаю, что это всё, что у меня есть. Пауза. — И если с вами что-то… Я не договорила. Марат подошёл ближе. Обнял. — Ничего с нами не будет. Я посмотрела на него. Голос мой дрожал. — Ты сам в это веришь? Пауза. Короткая. — Нет. Честно. И от этого… спокойнее. — Тогда просто давай сделаем всё, чтобы выжить, — сказала я. Мурат резко кивнул. — Вот это правильно.

***

Мы спускались быстро. Без лишних слов. Чемоданы глухо ударялись о ступени. На улице было пусто. Слишком пусто. Я остановилась на секунду. — Тихо… Марат сразу напрягся. — Быстро в машину. Мы загрузили багаж и сели в машину. Двери захлопнулись. Машина рванула.

***

Сначала мы ехали быстро, но одни. Я сидела и оглядывалась назад, вдруг я увидела несколько машиб быстро ехавших за нами. Они были далеко. Но они приближаются. Я вжалась в сиденье. Руки сжали край. Сильно. — Это они? — тихо указала назад. — Возможно, — коротко ответил Марат взглянув в зеркало. Мурат посмотрел назад. — Хвост есть. Сердце сорвалось. Резко. — Держись, — сказал Марат, даже не глядя на меня. Но я поняла — это мне. И ему тоже. Огни мелькали за окном. Скорость становилась все выше. Я закрыла глаза на секунду. И впервые за всё время почувствовала не пустоту. А страх. Настоящий. Живой. И где-то глубоко внутри — холодное понимание, что обратной дороги больше нет. Папа, мама если вы меня слышите, то знайте, мы вас любим. Боже, прошу. Помоги нам сегодня выжить. Машины сзади больше не просто приближались. Они уже были рядом. Слишком быстро они приблизились. Я видела, как их фары отражаются в стекле, как они дергаются из стороны в сторону, подстраиваясь под каждое движение Марата. Они не собирались нас отпускать. — Они не отстанут… — тихо сказал Мурат, но в его голосе уже не было сомнений. Только факт. — Знаю. Бике, Мура я вас люблю— ответил Марат. Руки у него на руле были напряжены до предела. Пальцы побелели. Он резко выкрутил руль, уводя машину в сторону. Нас занесло. Меня бросило вбок, ремень больно впился в плечо. Я схватилась за сиденье, стараясь удержаться, но пальцы скользили. Сзади — резкий визг шин. Они повторили манёвр. Синхронно. Хищно. — Чёрт… слишком близко… — Мурат резко обернулся назад. — Они сейчас— Удар. Глухой. Сильный. Машину дёрнуло вперёд так, что у меня на секунду потемнело в глазах. Воздух выбило из лёгких. — Держитесь! — крик Марата. Он попытался выровнять машину, но её уже вело. Руль дёрнулся в его руках. Шины сорвались в визг. Ещё удар. Сбоку. Металл заскрежетал так, будто его рвали руками. Стекло пошло трещинами. Я повернула голову. И на долю секунды увидела их. Лица в соседней машине. Чужие. Жёсткие. И в этих лицах было то же самое, ненависть. И чистое удовольствие. Это было страшно. Машину резко толкнуло. Сильнее. Резче. — Они нас прижимают! — голос Мурата стал резким. — Держись! — почти одновременно. Я вжалась в сиденье. Сердце колотилось так, что отдавалось в висках. Слишком громко. Слишком быстро. Марат резко дёрнул руль. Но в этот момент я почувствовала — контроль ушёл. Это ощущается сразу. Как будто машина перестаёт слушаться. Как будто ты уже не внутри, а просто летишь. — Мара! Мура! Мы вылетели с дороги. Свет фар разорвал темноту. Перед глазами — столб. Слишком близко. Слишком быстро. Удар. Мир сломался. Звук был неестественным. Глухим и одновременно оглушающим. Металл смялся. Меня рвануло вперёд. Ремень впился в грудь. Потом вверх. И всё перевернулось. Один раз. Второй. Я потеряла ориентацию. Где верх. Где низ. Где вообще что. Тело било о что-то твёрдое. Резкая боль в боку. В плече. В голове. Всё смешалось. Потом — резкая остановка. И сразу… огонь. Он появился не постепенно. Сразу. Как вспышка. Как будто только этого и ждал. Яркий. Жадный. Горячий. — …Бике…! Голос. Далёкий. Как будто через воду. Или это у меня в голове? Я не понимала. Я попыталась вдохнуть. Не получилось. Грудь сжалась. Воздуха не было. Каждый вдох — с болью. С усилием. С хрипом. Я попробовала пошевелиться. Рука… не слушается. Нога… тоже. Тело стало чужим. Я открыла глаза. С трудом. Мир расплылся. Огонь уже был рядом. Слишком близко. Я чувствовала его тепло. Слышала треск. Запах ударил резко. Горелый пластик. Бензин. Кровь. Я повернула голову. Медленно. С усилием. — …Мара, Мура… — губы едва двигались. Я не знала, жив ли он. Живи ли они. Я не знала, слышит ли меня. Я вообще ничего уже не знала. Звук снова. Треск. И вдруг… тишина. Странная. Нереальная. Как будто мир на секунду остановился. Я моргнула. И взгляд случайно упал на руку. Часы. Они были на месте. Стекло треснуло. Стрелки… шли. Медленно. Я смотрела на них. И вдруг в голове всплыла мысль. Нелепая. Неуместная. Совсем не отсюда. Моя жизнь превратилась в сериал... Как «Слово пацана»… Мы тогда сидели втроём. Смотрели этот сериал. Смеялись. Спорили. Обсуждали, кто прав, кто виноват. Кто бы как поступил. Я тогда думала, что если бы я была там, то все было бы по другому. Глупо. Как же это было глупо… И в этот момент— часы на моей руке вдруг засияли. Сначала слабо. Едва заметно. Я нахмурилась. Не понимая. Потом свет стал ярче. Чище. Как будто изнутри. Я смотрела на них, не отрываясь. Посреди огня. Посреди боли. Посреди всего этого — я вдруг просто… смотрела. — …что… это… — еле слышно. Свет стал ещё сильнее. Он будто вытеснял всё вокруг. Огонь. Тьму. Звук. Мысли начали путаться. Распадаться. Я перестала чувствовать тело. Перестала слышать. Перестала понимать, где я. И в следующую секунду — взрыв. Оглушающий. Мир исчез. Свет погас. Всё исчезло. И осталась только одна последняя мысль: мы не выбрались…

***

Тишина. Пустота. И ничего больше.