Время на исходе

If I was to talk about the words

They would hurt, they would hurt

Уилл себя чувствует просто отвратительно. Мальчику кажется, что так плохо ему не было даже тогда, когда он находился в Изнанке. А в Изнанке было страшно. До ужаса. Уилл не мог дышать, не мог говорить, казалось, что, делая что-либо громче обычного, мальчик сразу же приписывает себе смертный приговор — Демогоргон настигнет его. Или не Демогоргон. Порой, закрывая глаза, Байерс видит перед собой странное лицо. Оно отдалённо напоминает человеческое, но при этом выглядит слишком жутко и страшно. Вместо носа на лице сияют только две дырки, а глаза смотрят так, будто существо хочет лишь одного — убивать. Высосать всю кровь до капли, напившись страхом. Оно хочет завладеть тобой и твоим телом. Байерсу кажется, он уже видел это лицо, размыто, но видел — и именно в Изнанке. Может быть, тогда мальчик стал жертвой вовсе не Демогоргона, а этого нечто… Уилл качает головой, вздрагивая от воспоминаний и утыкаясь в трясущиеся коленки. Почему именно сейчас он начал вспоминать это существо? Мальчик сидит в лесу, прислонившись спиной к коре дерева. Рядом с ним валяются обломки любимого места, в котором Байерс провёл своё детство — собственного замка. В груди распространяется нестерпимое чувство боли — Уилл никогда не ощущал себя настолько плохо. «Не моя вина, что тебе не нравятся девушки». Уилл перенёс бы эту фразу от кого угодно, но точно не от Майка. Сейчас он убеждён в этом как никогда. Человек, которого он всегда считал самым близким, который помогал ему бороться с собственными демонами, выплюнул эти слова настолько быстро и твёрдо, как будто бы знал — с Уиллом что-то не так. А с ним вправду что-то не так, и мальчика это сильно мучает, съедая изнутри, и он просто не понимает своих чувств, отчего становится только хуже. Уиллу холодно, больно, а ещё почему-то очень страшно. Он сжимается сильнее, обхватывая ноги руками. Уилл не знает, что делать. В таком состоянии он не хочет возвращаться домой. К Лукасу и Майку — тем более. Уилл не уверен, что сможет их видеть в ближайшие несколько дней… остаётся всего один вариант. Дрожащей рукой Уилл открывает рюкзак, вынимает оттуда рацию. Протирает её, но в следующую секунду рацию снова заливают капли. Ливень идёт уже около часа и всё не стихает. Байерс очень надеется, что сигнал дойдёт, хотя и понимает — в такую погоду Дастин, скорее всего, может даже не быть около своей сборочной станции, поэтому не ответит ему. — Дастин, Дастин. Это Уилл. Мальчик нажимает на кнопку и ждёт. Идёт только шипящий звук, но ничего больше. — Дастин, пожалуйста, это Уилл… Ничего не меняется. В ушах Байерса начинает звенеть от противного шипения. Капли стекают по коже, Уилл уже промок насквозь. — Дастин… пожалуйста, ответь. Мне плохо и страшно, я не хочу быть один… Дастин, это Уилл, — почти шепчет мальчик, окончательно теряя надежду. — Уилл, — внезапно раздаётся шепелявый голос. Он звучит так громко, что Байерс чуть не роняет рацию от неожиданности, но вовремя подхватывает её, — Уилл, у нас тут такое! Я пока не могу говорить, со мной Стив, мы слушаем сигнал, который я уловил от русских, Робин пытается разгадать их тайное послание и… — Я сломал свой за́мок, — перебивает друга Уилл. От речи Дастина и холода начинает болеть голова, и мальчик просто хочет, чтобы это закончилось. — Что? — по тону Хендерсона становится понятно — он хмурится. — Я сломал свой за́мок, — Уилл всхлипывает. — Тот, который мы строили с братом. — Чёрт. Ты в порядке? Мальчик молчит несколько секунд. — Нет? — Оставайся на месте. Мы едем. Конец связи. Уилл не знает, сколько он просидел, просто уставившись вперёд перед собой. Мальчик реагировал только на звук грома, вздрагивая каждый раз, когда тот раздавался слишком сильно. Байерс почти подскакивает на месте, когда слышит рядом хруст ветки. — Уилл! — Дастин показывается между деревьями, а затем приседает, хватая мальчика за плечи. — Ты как, приятель? Хендерсон обеспокоен, его лицо мокрое из-за дождя, но тело сухое — на нём надет дождевик. — Замёрз, — Уилл выдаёт первое, что приходит в голову. И при этом говорит чистую правду, у него зуб на зуб не попадает, а по коже бегут мурашки. — Сейчас мы что-нибудь придумаем. Уилл хочет узнать, что значит «мы», но не успевает: с другой стороны от него приседает Стив. — Господи, сколько ты здесь просидел? — Харрингтон голыми коленками упирается в землю, это его совсем не волнует. Байерс пожимает плечами. Ему становится немного легче от того, что сейчас он не один. Тем не менее Уилл думает о произошедшем: о словах Майка, о сломанном замке, об Изнанке. Голова начинает кружиться, и мальчик чуть сильнее сжимает края своей футболки. — У тебя есть сухая одежда? — спрашивает Стив. — В рюкзаке, — Уилл указывает головой в сторону. Наверное, вещи всё равно намокли из-за ливня. — Так ладно, план такой. Ты идёшь с нами в машину, мы едем в Старкорт Молл. У нас с Робин в подсобке есть чай. Тебя нужно согреть и переодеть. А потом ты нам всё расскажешь. Идёт? Для Уилла это оказывается слишком большим потоком слов, он не успевает осознать всё в полной мере, поэтому просто кивает. Дастин помогает другу встать, а Стив снимает с себя ветровку, набрасывает её на дрожащие плечи Уилла. — Ты не ранен? Можешь идти? — Харрингтон задерживает ладони на худых плечах подростка. — Всё в порядке, — вздыхает Уилл. — Просто… просто кое-что произошло, я уехал от Майка, был дождь, мне стало страшно, а сейчас… сейчас мне кажется, что что-то происходит… — Хэй, всё в порядке, ты не один, — Дастин похлопывает его по спине и не отпускает, начиная вести в сторону от замка Байерсов к тому месту, где они оставили машину Стива. — Расскажешь всё потом, когда мы будем в тепле. Окей? На этот раз Уилл просто кивает, соглашаясь. Рядом идёт Стив. Наверное, стоит позволить себе расслабиться, но у Байерса не получается это сделать. Перед глазами немного плывёт, его тошнит, и в целом он чувствует себя погано. Уилл щурится из-за месива под ногами — он не любит грязь. Мальчик не замечает корень дерева, спотыкается об него и чуть не падает. Дастин подхватывает друга: — Эй, осторожнее! — его кепка промокла насквозь, и козырёк потерял форму. Хендерсон проводит рукой по лбу, убирая мокрые кудряшки в сторону. Уилл продолжает идти. Стив вырывается вперёд, освещая дорогу фонариком. Из-за сгущающихся туч, лес погрузился во тьму, будто сейчас поздний вечер. Из головы до сих пор не вышли слова Майка. Байерс заставляет себя переставлять ноги просто потому, что это нужно делать. Уилл моргает, и на миг стена зелёных мокрых деревьев превращается в склизкую серую массу. Он делает глубокий вдох, замирая. К горлу подкатывает тошнота. Мальчик не чувствует запаха дождя и мокрой земли, зато ясно ощущает тухлость и запах гнили, тот запах, который часто преследует его в кошмарах. — Уилл? — Дастин сильнее хватает его руку. — Друг, что случилось? — заметив, что Байерс не реагирует на слова, Дастин говорит громче: — Стив, он отключается! Парень резко поворачивается к ним, светит ярким фонариком на лицо младшего. Уилл жмурится. — Эй, приятель, смотри на меня, — обеспокоенно произносит Стив. — Тебе плохо? Байерс ещё пару раз моргает. Перед глазами мелькают пятна Изнанки, но хотя бы запах становится обычным: реальным и живым. Мальчик вдыхает поглубже, приходя в себя. — Н-нормально. — Чёрт, как бы ты не отключился, — Стив качает головой. — Давайте, ребята, машина уже близко. Нам нужно просто дойти до неё. Они ускоряют шаг, но на этот раз Харрингтон держится рядом с подростками. Парень открывает машину, Дастин и Уилл вваливаются на заднее сиденье, которое сразу же становится мокрым из-за воды. Стив занимает водительское место, заводит двигатель и включает на максимум печку. Дворники быстро скребут по стеклу, тщетно пытаясь справиться с потоками воды. — Скоро будем в тепле, — говорит Харрингтон, выезжая на дорогу. Дастин растирает дрожащие плечи Уилла, пытается поймать его взгляд, но тот настойчиво отводит голову в сторону. — Уилл, ты в порядке? Байерс не отвечает. Он чувствует, как знакомый холодок бежит по позвоночнику, останавливаясь где-то в районе шеи. Уилл знает — за ним следят. Проникают под кожу, копаются в голове склизкими пальцами, вытягивая нужную информацию. Сканируют. Залезают в тело. Уилл проводит рукой по шее, надеясь хоть чуть-чуть согреть её, но это не получается сделать — пальцы ледяные и ещё больше холодят кожу. Он чувствует, что рядом кто-то есть. Дастин накрывает его ладонь своей, наконец-то просто вынуждая посмотреть на себя. — Уилл, ты с нами? Мальчик оглядывается на друга, а затем на Стива — тот хмурится, повернув голову на младших. — Он вернулся, — одними губами шепчет Уилл. Его глаза горят от страха и ужаса.