«Автономия наслаждения»

Интерлюдия II «Стерилизация почвы» 2004 год, 3 Января. Штаб-квартира «Корня» представляла собой исполинский подземный лабиринт, высеченный глубоко в недрах земли. Сотни переплетенных рукотворных туннелей уходили на такую глубину, что даже всевидящее око клана Хьюга не могло пробиться сквозь толщу камня. Дополнительной страховкой служил многослойный барьер, надежно скрывавший это место от любого типа сенсорного шпионажа. Двадцать этажей запутанных переходов были спроектированы с одной целью: сделать любую атаку невозможной, а оборону — абсолютной. Скрытые ловушки, защитные механизмы и хитроумные тупики гарантировали, что любой чужак, осмелившийся ступить в эти владения, уже не вернется назад живым. Многие выдающиеся ниндзя, включая обладателей редчайших геномов, становились частью этой теневой армии. Однако в последний месяц Данзо Шимура предпочитал беречь ресурсы, не рискуя отправлять свои лучшие «пешки» на опасные задания. Он отчетливо осознавал близость войны и понимал, что в Конохе верх возьмет та сторона, которая сохранит больше боевых единиц для диктовки своих условий. Особое раздражение у главы «Корня» вызывала растущая популярность и неуместная активность Джинчурики. К счастью, эта проблема временно решилась сама собой. Сосуд Девятихвостого покинул деревню неделю назад; отчеты соглядатаев и шпионов сходились в одном: ни оригинала, ни клонов в поселении не осталось. Несмотря на это, Сай и несколько наемных ниндзя продолжали присматривать за поместьем. Данзо был уверен, что их задача — защищать собственность не от обычных воров, а от внимания АНБУ и клановых ищеек. Тем не менее, Шимура наконец смог вздохнуть спокойнее: само присутствие этого шиноби в Конохе действовало ему на нервы. Мысли о том, насколько сильнее стал юноша под руководством Санина и во время тренировок на горе Мьёбоку за два месяца, он предпочитал гнать от себя прочь. Казалось, даже рядовые исполнители «Корня» негласно разделяли настрой своего господина: напряжение, вибрировавшее в воздухе, едва заметно спало. Однако это спокойствие было лишь затишьем перед бурей. На одном из верхних ярусов, прямо у входа, замерла троица ликвидаторов. В этой «слепой зоне» камеры не работали, оставляя пространство во власти теней. — Эй, Карун! — окликнул соратника шиноби в сером жилете и маске совы. — Чего застыл? Спускайся. — Да, иду я, — глухо отозвался тот, тронувшись с места. За ним потянулись остальные. Сначала трое, затем еще больше — те самые ниндзя, что до этого неприметно слонялись по улицам Конохи или патрулировали внешние границы скрытой Деревни Листвы. Теперь они сплошным потоком стекали вниз, вглубь туннелей. Десятки теней двигались так уверенно, словно сложнейший лабиринт был для них детской забавой. Защитные механизмы, распознавая в них «своих», оставались безучастны. Чтобы не вызывать подозрений у операторов постов наблюдения, они перемещались разрозненными группами. Но Идзуро, стоявший на часах на восемнадцатом этаже, сразу почуял неладное. Такая оживленность в святая святых «Корня» была немыслима. Его рука инстинктивно легла на рукоять катаны, пока разум лихорадочно искал логическое объяснение этой тревоге. В какой-то момент Идзуро встретился взглядом с бывшим напарником, с которым когда-то проливал кровь в Деревне Кровавого Тумана. Но в ответ он увидел лишь пустые, безэмоциональные глаза — в них не было ни капли узнавания. Идзуро рванул клинок из ножен, но было слишком поздно. Фальшивка едва заметно повел рукой. Короткое лезвие сжатого ветра, острое, как бритва, прошило воздух, и тело стража развалилось надвое. Тишина подземного города взорвалась звуками начавшейся резни. Те, кто годами служил плечом к плечу, спаянные единой идеологией и верностью одному лидеру, теперь вгрызались друг другу в глотки. На первых порах нападавшим хватало эффекта неожиданности и лезвий из спрессованного ветра, но настоящий кошмар начался мгновением позже. Стоило защитникам сразить «фальшивку», как из тени павшего бойца восставал новый противник — безмолвный каратель в темной униформе, сером плаще и маске рогатого кабана. Ад разверзся на всех уровнях разом. Защитные барьеры и печати молчали — то ли из-за глубины туннелей, то ли из-за того, что кто-то виртуозно взломал систему безопасности изнутри. На пятнадцатом и седьмом этажах сама архитектура базы восстала против своих создателей. Стены превратились в пульсирующую плоть, живую и алчную утробу, которая мгновенно сжималась, перемалывая ниндзя в бесформенные куски мяса. У тех, кто оказался зажат в этих тисках, не было ни шанса на защиту или контратаку. В это же время на верхних ярусах — с восемнадцатого по двадцатый — двойники и порождения теней методично добивали уцелевших холодным сталью. На одиннадцатом, двенадцатом и тринадцатом ярусах хаос достиг своего апогея: здесь действовали невидимые враги. Ниндзя «Корня», привыкшие сами нападать из тени, теперь сами стали дичью для незримых противников. В воздухе свистели метательные снаряды, а сталь катан и танто беззвучно находила бреши в защите, оставляя после себя лишь фонтаны крови и россыпь трупов. Враг был везде и нигде одновременно, методично выкашивая ряды защитников самым разнообразным холодным оружием. На девятом и восьмом этажах фальшивые «товарищи» превращали себя в живые бомбы, начинив тела огромным количеством взрывных печатей и детонируя в самой гуще схватки. Тех, кто пережил обвалы и взрывы, настигал Футон или беспощадные удары в ближнем бою. Центральный узел связи на третьем этаже превратился в морг: среди гудящих серверов и разбитых мониторов лежали тела дюжины операторов с распоротыми животами и перерезанными глотками. Но истинный хаос царил на средних уровнях. Там, на невероятной, почти запредельной скорости, двигались копии одного и того же шиноби с вертикальными звериными зрачками. Знающий человек — вроде Джирайи — сразу бы распознал в этой сверхъестественной мощи безупречное владение природной энергией. Они рвали врагов голыми руками и крушили любые щиты из чакры разрушительными сферами Расен-сюрикенов, которые прошивали бетонные перекрытия, словно бумагу. На нижних уровнях, за исключением самого глубокого, где в плотное кольцо сжались капитаны и командиры отрядов, обстановка накалилась до предела. Очередной доклад, доставленный Данзо, лишь подтвердил худшие опасения. — Последние отряды, прикрывавшие отступление на нижних ярусах, накрыло неизвестной пространственной техникой, — доложил шиноби в маске-респираторе, чей голос дрожал от напряжения. — Пространство буквально сворачивается, сжимая помещения в десятки раз, имитируя работу живого организма. Выживших нет. Лишь паре десятков человек удалось выскочить из зоны поражения за мгновение до коллапса. — Техника Джирайи… — глухо процедил Фу Яманака, узнавая почерк легендарного Санина. — Неужели… нас атакует Жабий Саннин? — в голосе ниндзя в маске медведя прорезался несвойственный бойцам «Корня» страх. — Нет, это не он, — отрезал Данзо. В его уме уже сложилась картина: проклятый мальчишка, джинчурики, никуда не уходил из деревни. — Докладывай по существу: сколько осталось боеспособных единиц и где проходит линия обороны? — Мы всё еще удерживаем второй и третий этажи, но потери катастрофичны, — продолжил шиноби в респираторе. — Враг использует изощренную тактику: сначала нас забрасывают нашими же павшими товарищами, которые марионетками пляшут под контролем чьей-то воли. Когда ряды редеют, в бой вступают кукловоды. Число «кукол» тает, но это ловушка. Стоит нам сгруппироваться для обороны — нас накрывают пространственной техникой. Стоит разделиться — каждого окружают и методично расстреливают техниками ветра: «Реппушо», «Дайтоппу», «Дзюха Реппу Шо»... В ход постоянно идут ветряные лезвия и бесконечные подрывы. И это лишь та часть, что нам известна. — Как мы это допустили? — ледяным тоном процедил Данзо. — Почему от постов наблюдения не поступило ни единого сигнала тревоги? — Судя по всему, расчет на третьем этаже был ликвидирован в первые же секунды вторжения, — констатировал Торуне Абураме. Его жуки-разведчики видели больше остальных, но даже они оказывались бессильны: поднимаясь к четвертому ярусу и выше, рои гибли, едва соприкоснувшись с чужеродной энергией. Она была плотной, подавляющей и пугающе «неправильной». В таких условиях даже Абураме не мог обеспечить полноценную разведку. — Но… какой в этом смысл? — Глава «Корня» нахмурился, ища логику в действиях врага. — Если он уже проник так глубоко, если сумел миновать внешние рубежи и оказаться в самом сердце нашей защиты… зачем он методично штурмует этажи сверху вниз? Это лишено всякого смысла. «На что он надеется? Какую игру он ведет?» — лихорадочно размышлял Шимура. Внезапно краем глаза он уловил движение. На одной из несущих балок, прямо под потолком, сидела крошечная оранжевая жаба. Она не двигалась, лишь немигающе смотрела прямо на него своими горизонтальными зрачками. Тёмный, полный ненависти взгляд Данзо впился в крошечное существо. В этот миг фрагменты мозаики сложились в единую, пугающую картину. Причина была ясна. — Жабий выродок… — процедил сквозь зубы глава «Корня». Он не успел договорить. Тишину подземелья разорвал чудовищный взрыв, сотрясший само основание штаб-квартиры. Заряды, заложенные ещё перед атакой на четвёртом, третьем, втором и даже первом этажах, детонировали одновременно. Опорные колонны рухнули, и целые этажи сложились, заживо хороня под обломками почти всех последних защитников «Корня». Данзо с трудом выбрался из-под обломков. К счастью, Абураме, его бессменный телохранитель, уцелел, как и двое других исполнителей, оказавшихся поблизости. Пыль еще не осела, а воздух был пропитан запахом гари и крови. — Уходим, — ледяным тоном скомандовал старейшина. — Живо. Используем один из тайных путей. Стремительными тенями они метнулись к глухой стене, которая на первый взгляд казалась монолитной частью скалы. Но стоило Данзо приложить ладонь к скрытой печати, как камень беззвучно разошелся, открывая тайный лаз. В этот момент за их спинами материализовалась фигура. Это был тот самый ниндзя в маске быка — тот, чьи копии мгновения назад с нечеловеческой силой рвали на части элиту «Корня» голыми руками. Он стоял неподвижно, но сама его поза излучала смертельную угрозу. — Займитесь им, — бросил Данзо, даже не оборачиваясь. — А потом следуйте за мной. Глава «Корня» скрылся в темноте прохода, оставив своих людей один на один с монстром, скрывающимся под маской. Едва скрывшись, Данзо отсчитал двадцать шагов и, резко развернувшись, применил мощную технику Футона. Сокрушительный поток ветра обрушил своды, навсегда замуровав проход и отрезав преследователям — а заодно и собственным выжившим людям — путь к спасению. Еще полчаса он петлял по подземным артериям, методично уничтожая дорогу за собой, пока наконец не выбрался на поверхность далеко за пределами Конохи. «Плевать. Пусть элита Корня уничтожена, у меня всё еще достаточно агентов в других скрытых деревнях, — лихорадочно размышлял Шимура, шагая по высокой траве и жадно глотая свежий воздух. — Нужно лишь выжить. Выжить, а затем собрать их. Проклятый ренегат... Предатель! Напасть на защитников собственной деревни...» Он не успел закончить мысль. Спустя минуту пути по открытому пространству мир для Данзо взорвался острой, невыносимой вспышкой боли. Чужая рука, словно каленое копье, пробила его грудь со спины, в клочья разрывая сердце. Убийца не проронил ни звука. Свободной ладонью он жестко схватил старейшину за плечо и брезгливо отшвырнул обмякшее тело в сторону. «Данзо мертв», — беспристрастно доложил клон №153. «Да, вижу», — последовал мгновенный ментальный ответ. Наруто сидел на склоне горы в густой тени деревьев, далеко от стен Конохи. Наблюдая за финалом через бинокль с улучшенной оптикой. Если бы Данзо имел хотя бы отдаленное представление о том, насколько обострились чувства его врага, усиленные природной энергией, он бы не тратил столько сил на бессмысленный побег. Все это время Узумаки ощущал каждое его движение. Для Наруто не существовало тайн в лабиринтах штаб-квартиры «Корня» — он видел каждый поворот и каждую потайную дверь так ясно, словно был там тысячу раз. Именно поэтому его клоны и марионетки, захваченные техникой Гама Дайра Каге Аятсури, ориентировались в незнакомых туннелях с пугающей легкостью. Сенсорика Наруто теперь охватывала всю Коноху и простиралась далеко за ее пределы. Он отслеживал перемещения Данзо с той же безупречной четкостью, с какой видел трепет травинок в метре от себя. Для него это была не погоня, а методичное наблюдение за загнанным зверем. «Запечатай труп, затем тщательно обыщи на наличие ценностей. Когда закончишь — уничтожь всё, что останется от тела». Когда всё было кончено, желтые вертикальные зрачки исчезли. Режим Саннина был отменен, ознаменовав собой завершение охоты, в которой у добычи с самого начала не было ни единого шанса. Старейшина был глупцом, если всерьез полагал, будто джинчурики забыл, кто именно послал Сая с целью сговориться с Орочимару. Или же о приказе Сая, следить за ним самим. Джинчурики прекрасно понимал: рано или поздно ему придется устранить старика, прежде чем тот решится напасть первым.