Искра в стали

Мы с отрядом уже выбрались на задание данное Мегатроном. В этот раз оно было очень легким, просто проверить периметр одного сектора, ну и по возможности найти и избавиться от доставучих автоботов. Но ни АвтоМЭНОВ, которых мы должны были найти, ни каких либо признаков активности, ни даже намеков на интересную перестрелку. На подкорке сознания что-то неодобрительно скреблось, я постарался отогнать это чувство, ведь все наоборот хорошо. — Командир, — проворчал Крэш, трансформируясь рядом со мной, — если мы ещё раз сходим в такое “разведывательное патрулирование”, я начну подозревать, что Мегатрон просто хочет, чтобы мы подышали свежим космосом. — А что плохого? — хмыкнула Флэш, разминая шарниры в которые попала песчаная крошка. – Тишина, спокойствие, никто не пытается тебя пырнуть за ближайшим камнем, ромааантика. — Романтика это когда между тобой и автошлаком искры во все стороны летят, а это просто скукотища. Требую экшена. — Креш скучающе кинул камень под сервоприводы Флэш. — Крэш, не каркай. — Предупреждающе зыркнув в сторону этой парочки, я подошел к Спектру, который возился со своей аппаратурой. В связи с тем, что наше положение в секторе должно было оставаться секретным, нам пришлось заглушить радиоприемники, оставив только секретный канал у связиста для экстренных вызовов. — Что значит “не каркать”? — в разговор влез уже Клещ. До этого он шел в молчании вместе в Резцом, держа в расслабленном состоянии свою любимую винтовку. — Кэп сказал не предсказывать неприятности. — Резец, закинув руки за голову, пинал уже камешки в сторону Крэша. — Он же уже рассказывал значение, ты чем слушал, болван. Только хотел Резец что-то ему ответить, как тут же встрепенулся рядом стоящий со мной Спектр, привлекая к себе внимание. Он приложил мани к шлему, а уже через несколько секунд панически перевел свои окуляры на меня. — Капитааан! На.. нас срочно вызывают на базу, корабль атаковали. — на последнем слове его голос дрогнул. — Созывают все отряды, которые находятся в ближайшем доступе. Вот она, та самая подстава, которая все скручивалась в районе живота, не давая нормально дышать. Флэш с размаху заехала нашей “вороне” по затылку, и что-то прошипела в его сторону. — Трансформироваться! — рявкнул я, уже перетекая в режим, который за последние месяцы стал моим вторым «я». — Все за мной! Крэш, прикрываешь тыл. Флэш, фланги. Спектр, не отставай и держи связь с базой. Резец, Клещ — замыкаете. Мы мчались по каменистой равнине, поднимая клубы пыли. Впереди уже виднелись очертания корабля, который выглядел... плохо. Из нескольких отсеков валил дым, кое-где искрили силовые кабели, а корпус был пробит в нескольких местах, и это только то что видно невооруженным глазом. — Командир, — голос Спектра в динамике дрожал, — Они вывели из строя ангар. Мы не сможем зайти через главный вход. — Тогда через грузовой отсек, его открывают физически, — скомандовал я. — Там должно быть чисто, Флэш, проверь. Флэш рванула вперёд, огибая корабль с левого фланга. Скрывшись из поля зрения на несколько мгновений. — Чисто! Никого! — Отряд, заходим через грузовой, — я сбросил скорость, трансформировался и побежал к открытому шлюзу. — Есть! Мы влетели в грузовой отсек, а дальше в коридор. Уже там нас встретил запах гари и переработанного энергона. Продвигаясь на звук выстрелов мы продолжили свой маршрут к перекрестку туннелей, откуда доносились звуки борьбы со стороны левого и правого крыла. — Резец за мной, остальные бегите направо. — я похлопал по плечевому сегменту Крэша. — Ты за старшего. —Так точно! — мой зам вместе со всеми отправились в противоположную сторону от нас. А я же с Резцом побежал в сторону медотсека. *** Коридор, ведущий к лазарету, выглядел так, будто здесь прошел ураган с металлическими зубами. Стены в глубоких царапинах, пара искрящихся кабелей бьется в конвульсиях, на полу лужи энергона и какие-то мелкие детали, которые я предпочел не рассматривать. — Кэп, — Резец пристроился за моей спиной, держа наготове лазерные кинжалы. — Я чувствую две незнакомые сигнатуры за поворотом…. А ведь там док.. — Сейчас надеемся на лучшее, а дальше разберемся, — хоть я так и сказал, но мои механические поджилки затряслись так, словно еще немного и начнет темнеть перед глазами от паники. Там Нокаут, и он один, я просто надеюсь что эти варвары не тронут медбота. Все таки Прайм им должен был хоть немного промыть прошивку на тему гуманности. Но честно, верилось слабо, после стольких стычек против вражеской фракции. Когда до лазарета осталось меньше шести метров, то уже четко слышался лязг металла, чей-то рык и знакомый голос. Это значило что парень ещё жив, уже хорошо. Нокаут, судя по звуку, отбивался от кого-то с остервенением загнанной в угол кошки. Я ускорился, Резец за мной. Мы влетаем в медотсек, дверь которого была вырвана. Не открыта, не сломана — ВЫРВАНА напрочь вместе с петлями. Она валялась в коридоре, вся в вмятинах, и я переступил через неё, не глядя. Внутри у самого входа лежало то, что осталось от первого автобота. Шлем отдельно, корпус отдельно. Я на секунду опешил. Никогда не задумывался о том что эта красная фурия реально способна на… В теории да, но на практике, я правда сомневался. — Ого, — выдохнул Резец за спиной. — Док разошелся. Второй корчился на полу, прижимая мани к разодранной груди. Раненный бот был еще жив, но уже не боеспособен, только скулил тихо, как собака. Видимо коготки и правда были настолько же опасными, насколько их рекламировал владелец. И тут я понял что мы обсчитались, когда подсознательно выдохнули, расслабившись. Ведь уже заметили двух противников. И только когда я повернул голову в сторону неприметного угла, осознал главное, их было трое… Последний стоял над Нокаутом. Махина, которая крупнее меня, с пушками наперевес. Он медленно подходил к медику с каким-то обломком над головой, точно частью вырванной медицинской койки, вместе с креплениями. — Иди к папочке, — прохрипел своим ржавым скрипом автобот, и в голосе его было столько самодовольства, что захотелось стереть ему лицевую голыми мани в тот же момент. Нокаут сидел на полу, прижавшись спиной к стене. Его правая рука безвольно висела, половина шлема и само туловище было залито энергоном, я очень надеялся что это не его, а того почившего автобота. Да как он вообще посмел приблизиться к медику с намерениями убить, даже мы берем таких в плен, предоставляя им условия для дальнейшей работы. УРРРОЮ… — Резец, — сказал я тихо. Он косо посмотрел на меня, словно понимая что сейчас мне хочется только одного, раздавить этого упыря. — Да, Кэп? — Видишь вон того, на полу? — Ага. — Займись им. Третий — мой. — Не сомневался, Командир. — Бот осторожно отошел от меня, предоставляя мне маневр для дальнейших действий. Я не помнил, как оказался рядом. Говорят, в моменты опасности время замедляется. Брехня. Время летело со скоростью звука, а я просто двигался быстрее. Влетел плечом в корпус здоровяка, сбивая его с траектории замаха. Обломок выпал из его мани, пролетел в сантиметре от шлема Нокаута и с таким грохотом врезался в стену, что заложило аудиосенсоры. — Чё за... — автобот попытался развернуться, но я уже был сверху. — Беги к мамочке, — рявкнул я, вкладывая в удар всю накопившуюся за день злость. Молот вошел в шлем как в песочный куличик, приятно только для меня, а куличику плохо. Автобот взвыл, попытался отмахнуться, но я не дал. Удар. Ещё удар. В шлем. В грудь. В плечевую накладку, где тоньше броня. Он оседал, пытался закрыться, но я не останавливался. Сидел на его огромном корпусе и бил пока его оптика не погасла. Пока корпус не обмяк. Пока я не понял, что он уже не дышит. Не дышит? Вентилирует? Да плевать. Главное, что это существо прекратило функционировать. — Готов, — сказал я, вставая. В медотсеке было тихо. Нокаут сидел на полу, прислонившись к стене. Живой. Целый, ну, почти. Смотрел на меня так, будто видел впервые. — Резец, — позвал я не оглядываясь. Смотря прямо в такие распахнутые окуляры медбота, прямо как у совенка. Что-то меня заклинило немного. — Тут, Кэп, — отозвался инженер из угла. — Со вторым разобрался. Я перевел дух, пока сползал с здоровяка. Вентиляция работала на пределе, корпус гудел от напряжения, искра колотилась где-то в районе горла. Три дела – три тела. И столько нервных клеток потрачено, даже если они гипотетические. — Док, — я обратился уже к Нокауту, стараясь, чтобы голос звучал мягче. — Живой? Он моргнул. Посмотрел на свою мани, потом на меня, потом на труп здоровяка, которого я только что разобрал. — Вроде да, — ответил он. Голос сел, но в нём всё ещё проскальзывали нотки непонимания. — Но ты мог бы и аккуратнее. Это мой лазарет, знаешь ли. Теперь здесь уборка на цикл. Я фыркнул. — Тебя чуть не прибили, а ты об уборке думаешь? — А что мне думать? — он попытался встать, опираясь на стену здоровой мани. — Что меня чуть не прибили? Я и сам это знаю. А вот кто будет порядок наводить — я или ты? — … — Ты, — ответил я через мгновение, отключаясь от внутренней связи с командой. — Потому что я пошёл докладывать всё Мегатрону. Во время разговора мне позвонил Спектр, сообщая, что остальные лазутчики ликвидированы. И что на капитанский мостик всех капитанов срочно созывает Саундвейв. — Ах ты... — Резец, — перебил я. — Помоги доку дойти до кушетки. И проследи, чтобы он не пострадал еще больше. — Понял, Кэп, — Резец подхватил Нокаута под здоровую мани. — Док, вы как, идти сможете? — Я, между прочим, не инвалид, — возмутился Нокаут, но от помощи не отказался. Я вышел в коридор. Мне бы очень хотелось остаться на подольше в компании дока, Терпеть не могу, когда начальство портит мне все планы, с учетом того, что они у меня не всегда есть. Возможность помочь Ноки еще больше уменьшается, как и возможность возобновить общение. Это ввергает меня в какую-то апатию, честное слово, ненавижу этот день. Коридор, в который я вышел через время, был пуст. Я прислонился к стене и закрыл оптику мани. — Аггхххх… —простонал я, выплескивая все что сейчас чувствовал на эту ситуацию. А провентилировав, побрел дальше на мостик.