Глава 1.
16 марта 2026 г., 13:50
—ฅ/ᐠ. ̫ .ᐟ\ฅ—
15 мая 2026 года… Kuksik [23:04]: Тэхёни-хён Kuksik [23:38]: Аууу Kuksik [23:38]: Не делай вид, что ты спишь Kuksik [23:39]: Я вижу, что ты онлайн Kuksik [23:39]: Ну же Kuksik [23:52]: Однажды ты просто сотрёшь член Чонгук отправляет последнее сообщение, которое сразу же отмечается прочитанным. И ведь он точно знает, чем сейчас занимается его хён. «Если день был хреновым, то перед сном обязательно стоит подрочить», — вспоминает он слова Тэхёна. Всё же хорошее было время, когда они жили все вместе. Чонгук не помнит свою настоящую маму. Болезни ведь, к сожалению, не делят людей на нужных и не очень. Они не оценивают, сколько добра и зла совершил человек за свою жизнь. Они просто появляются, незаметно стачивая внутренний стержень, пока человек не сдастся и не угаснет на глазах родных и близких. Взгляд непроизвольно скользит по фоторамкам, которые стоят на верхней полке компьютерного стола. А ведь в какой-то момент в их просторном доме появились ещё два человека: Ким Наён — молодая женщина невысокого роста и Ким Тэхён — мальчик с огромными глазами и грустной улыбкой, который был чуть старше самого Чонгука. И жизнь тогда, по ощущениям Чона, начала играть новыми красками. Пока родители строили собственную жизнь, Тэхён и Чонгук строили крепости из лего вокруг своих кроватей и кидали друг другу снаряды из сложенной, а по факту просто скомканной, одежды. Но даже самой хорошей сказке однажды приходит конец. Чонгук помнит, как ждал свой шестнадцатый день рождения, спорил с Тэхёном, кто первый его поздравит: папа или Наён. Помнит, как собирался утром, выталкивая брата из общей ванной. Ведь подарки родители всегда выбирали тщательно, и чтобы те соответствовали последним желаниям детей. Но Чон никак не планировал получить на день рождения развод. Да и Тэхён в тот день был ошарашен не меньше. «А что теперь?» — Чонгук скользит взглядом по своим прочитанным, но оставленным безответными, сообщениям. Теперь эти переписки перед сном и иногда в течение дня, в дополнение к которым они продолжают ездить друг к другу в гости на выходные или каникулы, и есть максимум их взаимодействия за последние два с лишним года. Чонгук заходит в «Будильник» на телефоне, ставит галочки на нужном времени, чтобы утром наверняка проснуться вовремя, ведь учёба ждать не будет. «Н-да», — мелькает в мыслях, когда он блокирует экран, отмечая для себя, что ответа от Тэхёна так и нет. — «А ведь он в сети… до сих пор, — следующая мысль, — ну и сам виноват, — стискивает губы, — ничего не скажу тебе, значит. И сиди в своей квартире всё лето», — злится. Чонгук кладёт телефон на прикроватную тумбочку экраном вниз, затем сильнее закутывается в одеяло. — Вот напишешь мне, и я тебе тоже не отвечу, — бурчит в одеяло. И только он собирается закрыть глаза, чтобы, наконец-то, провалиться в сон, как его отвлекает звук уведомления. Чон не двигается. Надежда, что это всё же его хён, ещё теплится внутри, но обещания… их ведь надо ценить, а главное, им следовать. — Айщ, — произносит он со вздохом, сразу хватая телефон с тумбочки и заходя в мессенджер. Tweedy [00:01]: Следишь за мной, малыш Гуки? Kuksik [00:01]: Больно надо Kuksik [00:01]: Или тебе есть, что показать? Kuksik [00:02]: Член покрасил? Kuksik [00:02]: Покажешь? Tweedy [00:02]: Почти, малыш Гуки… почти Tweedy [00:03]: Ты был вот настолько 🤏 близко Tweedy [00:03]: Так и? Что за пожар? Чонгук набирает сообщение, но не отправляет. — Так ведь нельзя? — спрашивает он себя снова и снова, но потом всё же стирает набранный текст. Kuksik [00:04]: Долго писать. На экране высвечивается фото, которое Чонгук однажды сделал втихаря во время очередного полуночного просмотра фильма про железного человека. Тогда Тэхён заснул на его плече, и Чон в тот момент надеялся, что его бешено стучащее сердце не потревожит сон хёна. — Доиграешься, малыш Гуки, — принимая вызов, слышит Чонгук. — Это мы ещё посмотрим, — с той же интонацией продолжает он. — Думаешь, твои смотрины меня остановят? — и этот смех всегда работает. — Надеюсь, что нет, потому что… — выдерживает паузу, — отец уезжает в командировку и на всё лето дом в нашем распоряжении. И я знаю, сколько длятся каникулы. — А… хм, — задумчиво перебирает междометия Ким. — Ты не можешь? — Чонгук усаживается на кровати. — Или ты не хочешь? — Я приеду, — звучит довольно грустно. — Обязательно приеду, малыш… Гуки, — Тэхён пытается скрыть неловкую паузу. — А сегодня давай спать? Доброй ночи. — Доброй ночи, хён, — Чонгук нажимает на сброс вызова и ещё пару секунд смотрит в никуда. А потом улыбается собственным мыслям. «Почти полтора месяца каникул. Полтора месяца! Да за пять-шесть недель… — Чонгук вздыхает. — Разлюбить бы тебя за пять-шесть недель», — грустная улыбка касается его губ…—ฅ/ᐠ. ̫ .ᐟ\ฅ—
