Амальгама

o-0-o-0-o-0-o-0-o Тремя часами ранее. Бостон. Амальгама сидел в кресле-интерфейсе, уставившись в мониторы. Он и Осколок просматривали архивные записи боёв с Левиафаном. На экране воспроизводилась как сама битва так и сводки о её последствиях. — «...Остров у побережья Канады целиком ушёл под воду.» — «Ньюфаундленд, — прошептал он. — 2005 год. 500 тысяч погибших.» [АНАЛИЗ: СУБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» ИСПОЛЬЗОВАЛ ГИДРОКИНЕЗ ДЛЯ ДЕСТАБИЛИЗАЦИИ ШЕЛЬФА. ВЕРОЯТНОСТЬ ПОВТОРЕНИЯ СЦЕНАРИЯ В БРОКТОН-БЕЙ: 84%]. — «Вижу, — сухо ответил Амальгама.» Он выключил видео. В темноте экрана отразилось его лицо — салатовые гелиевые волосы и янтарные глаза. Гул систем охлаждения в операционном центре "Слайм Технолоджи" сливался в монотонный фон, подобный дыханию спящего гиганта. Амальгама стоял перед панелью управления, его янтарные дисплеи-глаза отражали потоки данных, текущих по экранам. Амальгама повернулся к связи. В Бостоне, в кабинете с звукоизоляцией, сидела Лиза. Её пальцы порхали над клавиатурой, глаза бегали по экранам. Сплетница. Умник. Работник. Постепенно привыкала к своей новой жизни и работе. — «Лиза. Ситуация меняется. Левиафан. Броктон-Бей. Через час.» Она не оторвалась от экрана. Её сила уже работала, выискивая паттерны, связи, последствия. — «Я знаю. Дракон подняла тревогу. Оружейник тоже. Город в панике. .» Амальгама кивнул. Конечно. Его медикаменты. «Стяжка» и «Ящерица». Первые партии ушли в СКП ещё месяц назад, под видом «гуманитарной помощи». Пиггот приняла их скрепя сердце, но приняла. Сейчас время для второй партии, которые с каждым новым днём немного улучшались. Эффективность «Стяжек» выросла на 67%, а «Ящериц» на 24%. — «Тейлор на месте?» — «Да. В серой униформе. С зелёными вставками. Выглядит... странно, я бы даже сказала инородно. Не как страшная злодейка. Не как пафосная героиня. Как... сотрудник смирившийся с монотонной стороной гуманитарной помощи людям.» — «Хорошо. Пусть координирует доставку. "Пауки-тягачи" прибудут с грузом и медикаментами. А дальше пусть координирует кейпов и создаёт обманки из насекомых.» Он замолчал. «Гидро-пауки». Сборщики образцов. Его параллельная миссия. Сбор данных генетического материала: тканей или крови павших. — «Ты знал.» Это был не вопрос. Обвинение, прозвучавшее по каналу когда я уже хотел переключится. Я замер. Янтарные глаза отражали бегущие строки данных. — «Знал — что именно?» — «Не играй со мной в эти игры. Твои «Пауки» уже два часа как висят в коллекторах под городом. «Гидро-пауки» — милое название, кстати. Однако в следующий раз не маркируй все ящики с такой педантичностью. Герметичные корпуса, вакуумные дротики. Это не для спасения людей. Это — для разделки туш.» Пауза. Он слышал её слишком частое дыхание. Она боялась, но не за себя. — «Ты собираешься грабить трупы, Амальгама.» — «Я собираю данные,» — поправил он. Голос его звучал спокойно. — «Трупы — это вместилища утерянных данных. Если я не возьму образец, его смоет в залив. Или сожгут в крематории. Знания будут утеряны навсегда.» — «...Боже.» Она выдохнула. Не смешок — всхлип. — «Знаешь, я думала, ты другой. Я думала, твой цинизм — это маска. Защитная реакция социофоба. А ты действительно так думаешь. Для тебя люди — это... реактивы в пробирках.» Амальгама моргнул. В уголке его сознания Осколок услужливо подсветил: [ОБНАРУЖЕН ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ МАРКЕР. РАЗОЧАРОВАНИЕ. ОБНАРУЖЕНЫ ПРИЗНАКИ НЕЛОЯЛЬНОСТИ. ВЕРОЯТНОСТЬ РАЗРЫВА СОТРУДНИЧЕСТВА: 23%. ТРЕБУЕТСЯ СОСТАВИТЬ ПЛАН ПО УСТРАНЕНИЮ ПОТЕНЦИАЛЬНОЙ УГРОЗЫ?]. Ох. Партнер, успокойся. Это нормально — люди очень часто сомневаются. Тут всего лишь подросток, что любит везде искать подвох. Она, как и любой немного эмпатичный человек, не хочет творить зло и сеять несправедливость. — «Лиза. — Он сделал паузу, подбирая слова. — Я понимаю твою оценку. Но я хочу задать встречный вопрос.» — «...Валяй.» — «Если бы я не отправил «Гидро-пауков», а просто сидел в бункере и смотрел трансляцию Дракон, как это делают миллионы обывателей, кейпов и управленцев, — исход битвы изменился бы?» — «...Нет, но.» — «Если я не соберу образцы тканей у меня не будет данных для создания новых «Стяжек» и «Ящериц». Сколько человек умрёт от повреждений органов и кровотечений в следующем нападении Губителя, потому что у меня не было биоматериала для калибровки?» Тишина. Долгая. Тяжелая. — «Ты строишь из себя Франкенштейна с благородной миссией. Но...» — «Я и не называю себя «благородным». Я стремлюсь быть эффективным. Чудовищность, это та самая неэффективность, которую я избегаю.» — «...Знаешь, когда Койл держал Дину в бункере, он говорил почти то же самое. «Это необходимо. Это эффективно.» Амальгама почувствовал, как его гелиевая кожа дала краткий сбой мышечного спазма. — «Я не Койл, — сказал он. — Я не держу Дину в неволе. У неё есть контракт, зарплата и неограниченный доступ к корпоративному кафетерию и чайной. Она может уйти в любой момент. Но она не уходит. Знаешь почему?» — «...Почему?» — «Потому что я Лучший Выбор из всего что может предложить эта страна. Этот мир. Я лучше Койла, потому-что даю Выбор. Я лучше СКП, потому-что действую Эффективнее. Я лучше любой частной организации, потому-что мои условия Лучше.» — «Ладно. Я... Понимаю.» - всё таки что-то решив для себя ответила Сплетница.» Он переключил экран. На карте Броктон-Бей загорелись первые красные маркеры — Левиафан вошёл в зону поражения. Лиза молчала почти минуту. Её голос сел. — «Просто... пришли мне список целей. Я помогу с координацией. Хорошо?» Амальгама кивнул, хотя она не могла его видеть. — «Хорошо.» Связь прервалась. Амальгама смотрел на пульт. Осколок тихо шелестел: [ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ: +0.3%. РЕКОМЕНДУЕТСЯ ДАЛЬНЕЙШЕЕ НАБЛЮДЕНИЕ ЗА СУБЪЕКТОМ «СПЛЕТНИЦА»] — «Успокойся уже. Поговори с кем нибудь кроме меня. Найди для себя что-то важное, чтобы оно не касалось расчетов и материальной выгоды.» — прошептал Амальгама. И активировал протокол «Жнец.» За много километров от Амальгамы. От Бостона. Броктон-Бей просыпался в кошмаре. Сирены Губителя впервые пронзили утренний туман в 6:49 утра. Три коротких воя, разделённых минутными интервалами — стандартный протокол оповещения. Люди на улицах замирали, лица бледнели, глаза расширялись от узнавания. Не учебная тревога. Не ложная. Настоящая. К седьмому часу город превратился в муравейник, подвергшийся обрушению. Толпы хлынули на улицы, неся в руках сумки, детей, домашних животных. Кто-то плакал. Кто-то кричал. Кто-то просто шёл, глядя перед собой пустым взглядом. СКП работало отточено, как механизм, не раз работающих при таких условиях. Баррикады из машин перекрывали центральные магистрали. Патрульные на мотоциклах направляли потоки людей к убежищам — огромным бетонным коробкам. Многие годы на них собирали налоги, проводили тех осмотры и вот час нужды настал. Выросшие под всем городом после первой атаки Бегемота на Кюсю, они были готовы принять в себя паникующих людей. Воздух гудел от вертолётов, их прожекторы выхватывали из толпы отставших, потерявшихся, раненых. Но среди бегущих была и другая толпа. Маленькая. Решительная. Идущая против течения. Кейпы. Они прибывали со всех сторон — телепортируясь в вспышках света, спускаясь с неба в облаках дыма, выскакивая из переулков. Их костюмы были разными — яркие, тёмные, фантастические, уродливые. У каждого из них была своя мотивация, кто то надеялся напросится на помощь Панацеи, кто-то хотел доказать нечто перед лицом неостановимой стихии, для кого то это был долг, а для некоторых это была рутина. Но в глазах у всех было одно: решимость. И страх. Много страха. Дроны Дракон уже висели в воздухе, их металлические тела отражали утреннее солнце, которое медленно заслоняли тучи грозового фронта. Они двигались с механической точностью, раздавая браслеты связи — маленькие устройства, которые крепились на запястье и позволяли координировать действия в хаосе. Каждый браслет имел свой цвет, свою частоту, свою роль в грядущей битве. — «Синие — команды барьеров. Красные — атака. Зелёные — спасение. Жёлтые — поддержка», — монотонно повторял синтезированный голос одного из дронов, пока кейпы выстраивались в очереди.» На окраине города, там, где асфальт сменялся грязью и обломками, уже разбивались палатки командного центра. Белые, с красными крестами — медпункт. Серые, с антеннами — умники. Чёрные, с гербами Протектората — штаб. Эми Даллон приземлилась на площадку перед медпунктом, её руки дрожали от усталости, а в глазах читалась привычная покорность судьбе. Она была на руках сестры — Виктории, Славной Девочки, её лицо как и лица других членов новой волны не было скрыто за маской, и оно полно передало страх, неуверенность и желание защитить сестру. — «Ты не должна была приходить», — тихо сказала Эми, ставя сестру на землю.» — «А ты должна?» — Виктория поправила перчатки. — «Ты была на всех битвах кроме тех что с Симург. Я — ни на одной. Пора менять расклад, тем более я буду тут с тобой.» Эми не ответила. Она знала, что спор бесполезен сколько бы аргументов она не привела. Виктория всегда добивалась своего. Медперсонал уже обустраивался — раскладывал носилки, подключал оборудование, готовил медикаменты. Среди белых халатов и зелёных комбинезонов выделялась фигурка девочки-целительницы в белом халате с красным крестом. Стоило мед персоналу обратить на неё внимание, отведя взгляд от ауры её сестры та уже затерялась и была встроена в ритм мед пункта чьей скорой задачей станет спасти максимум кейпов, ну или хотя бы попытаться. Эми не смотрела на море. Она смотрела на руки. Чужие раны затягивались под её пальцами, чужая кровь не приставала к её рукам. Виктория стояла за спиной — тёплая, живая, слишком близко. Аура давила на затылок. «Ты справишься», — шептал голос сестры. Эми не была уверена Чуть ближе к набережной, там, где вода уже начала отступать, обнажая дно залива, собирались те, кто собирался сражаться напрямую. Их было много. Слишком много. Герои в ярких костюмах. Злодеи в тёмных масках. Наемники с холодными глазами. Все они знали, что шансов мало. Но каждый пришёл по той или иной причине. Потому что должны. Потому что такой их выбор. Потому что такова их судьба. Дракон продолжала раздавать браслеты, её дроны двигались с пугающей эффективностью. Представители Протектората — в синих мантиях с золотыми гербами — разбирали людей на команды. Барьеры — те, кто мог создавать защитные поля. Атака — те, кто мог наносить урон. Поддержка — все остальные. И в этот момент, когда солнце только начинало подниматься над горизонтом, а тени ещё лежали длинными полосами на мокром асфальте, появился он. Легенда. Его прибытие было эффектным — вспышка света, гул энергии, и вот он уже стоит на импровизированной трибуне, его костюм переливается всеми цветами радуги, а лицо скрыто за маской, но в глазах читается усталость многих битв. Александрия прибыла чуть позже, видимо дела как главы СКП её задержали. Её появление было незаметным — просто тень на фоне неба, которая вдруг обрела форму. Она опустилась на площадку перед штабом, её белый костюм с золотыми вставками сиял в утреннем свете, а лицо было спокойным, почти безэмоциональным. Она была высокой, стройной, с идеальными чертами лица и холодными глазами. Её брюнетные волосы были уложены в строгую причёску. Вся её фигура излучала власть. И уверенность. — «Где Оружейник?» — её голос был низким, властным.» — «В медпункте, мэм», — ответил один из офицеров СКП. — «Собирает новые, только что доставленные медикаменты, от какой-то местной компании.» Александрия кивнула. Её глаза скользнули по толпе собравшихся кейпов. Она оценивала. Анализировала. Планировала. — «Эйдолон скоро будет?» — «Да, мэм. Его телепортируют через пять минут.» Она снова кивнула. Подошла к Легенде. — «Как обстановка?» Легенда повернулся. В его глазах мелькнуло облегчение при виде неё. — «Александрия. Ситуация... напряжённая. Люди готовы, но...» — «Но они боятся», — закончила она за него. — «И в наших условиях это нормально. Страх — хороший союзник, и неплохая мотивация. Главное — не дать ему взять верх.» Она огляделась. Её взгляд остановился на медпункте. На людях в серых униформах с зелёными вставками. На ящиках с логотипом капли. — «"Слайм Технолоджи"?» — «Да. Прислали медикаменты. И людей. Рой — в их штате. Работает на них.» Александрия нахмурилась. Её лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнуло что-то похожее на раздражение. — «Интересно. Очень интересно. Они знали?» — «Не думаю. Просто... подготовились. Как всегда, они новая переменная в заливе, и в последнее время они очень активны, выбиваясь из стандартных протоколов». — После этого часть лица видимого под маской скривилась» Она кивнула. Подошла к медпункту. Тейлор стояла у входа, её лицо было скрыто за полумаской, но глаза выдавали напряжение. Она держала в руках планшет, на котором отображалась карта города и положение «Пауков-тягачей». — «Рой», — сказала Александрия, подходя ближе.» Тейлор вздрогнула. Повернулась. Увидела Александрию — и её глаза расширились от удивления и трепета. — «М-мэм...» — «Расслабьтесь. Я не здесь, чтобы арестовывать вас. Хотя...» — она сделала паузу, её глаза скользнули по униформе Тейлор. — «Ваш новый работодатель проявляет... инициативу.» — «Они... они прислали медикаменты. "Стяжку" и "Ящерицу". Уже использовали в прошлых операциях. Работает.» Александрия кивнула. Её взгляд стал острее. — «И что ещё они прислали?» Тейлор замялась. Посмотрела на планшет. На карту. На движущиеся точки. — «"Пауки-тягачи". С грузом. Медикаменты. Оборудование. И...» — «И?» — «И всё.» Александрия долго смотрела на неё. Потом кивнула. — «Прислали медикаменты. Эффективность подтверждена. Используйте.» Она отвернулась и снова подошла к что то обсуждающему с Дракон к Оружейнику. — «Александрия», — сказал он, заметив её. — «Ты пришла.» — «Колин. Как обстановка?» — «Как всегда очень напряжённая.» Александрия кивнула. Её лицо оставалось спокойным, она была уверена в своём анализе. — «Твои алгоритмы предсказали атаку?» — «Да. И алгоритмы Дракон. Благодаря ним, это первый раз, когда атаку удалось предсказать заранее. Оба наших алгоритма зафиксировали аномалию за час до прибытия. Но...» — «Но что?» — «Но есть ещё один источник. Слайм Технолоджи. Они предсказали атаку. И прислали медикаменты.» Александрия нахмурилась. Её взгляд скользнул по толпе, остановился на Тейлор. — «"Слайм Технолоджи"?» — «Да. Они разработали аналогичные алгоритмы.» Она кивнула. Подошла к ящику с ампулами. — «"Стяжка" и "Ящерица". Как работают?» — «Мы уже работали с ними, но новые ампулы показывают себя лучше. "Стяжка" — мгновенная остановка кровотечения. Коагулянт нового поколения. "Ящерица" — регенерация. Ускоряет заживление в 14-18 раз. Но требует ресурсов от тела, в последней версии проблему сильно уменьшили добавив к лекарству концентрат, что восполняет необходимые ресурсы для тела. Есть противопоказания.» — «Рискованно.» — «Да. Но лучше, чем смерть.» Она кивнула. Взяла одну ампулу в руки. Рассмотрела. — «Вам известно как они их производят?» — «Технология нестандартна. Вероятно, биологический тинкертех с элементами химической инженерии. Источник неизвестен, эффективность подтверждена.» Александрия кивнула. Положила ампулу обратно. — «Раздавай всем кто пойдёт в бой.» — «Уже начал. Но... скептицизм. Многие не верят, пусть и их активная ПР политика в последнее время даёт о себе знать.» — «Пусть не верят. Но используют. Жизнь дороже гордости.» Она отвернулась. Подошла к Легенде. Он стоял у окна, наблюдая, как грозовой фронт пожирает горизонт. Его костюм переливался тускло — он экономил энергию для боя. — «Знаешь, — сказал он, не оборачиваясь. — Всякий раз, когда мы собираемся перед атакой Губителя, я чувствую себя лжецом.» Александрия, вошедшая бесшумно, замерла у него за спиной. — «Ты говоришь им, что у них есть шанс. Что статистика — это просто цифры. Что если работать вместе, можно уменьшить потери.» — «...Это правда, — тихо ответила Александрия.» — «Это полправды. — Легенда наконец повернулся. Его лицо, скрытое маской, выдавали только глаза — усталые, старые. — Полная правда звучит так: «Добро пожаловать на битву. Половина из вас не вернутся домой. А те, кто вернутся, увидят сны об этом дне до самой смерти». Но я этого не говорю.» Александрия молчала. — «Почему? — спросил Легенда. — Почему мы им не говорим? Боимся, что разбегутся? Или боимся, что правда сделает нас соучастниками?» — «...Мы даём им надежду, — произнесла Александрия. Голос её был ровным, отполированным десятилетиями дипломатических разговоров. — Надежда — это тоже ресурс. Иногда более ценный, чем броня или регенерация.» — «Ресурс. — Легенда горько усмехнулся. — Это верх цинизма.» — «Это то что я говорю как тот, кто видел, что происходит с людьми без надежды.» Она шагнула ближе. Теперь они стояли плечом к плечу, глядя на прибывающую воду. — «Кит, — она назвала его по имени. — Я знаю, ты считаешь меня... чёрствой. Бездушной. Ты прав. Но я не лгу им. Я верю в то, что говорю. Потому что я видела Путь, на котором мы побеждаем.» Легенда вздрогнул. — «Ты говоришь о ней.» — «Я говорю о том, что у нас есть план. Что всё это — не бессмысленная мясорубка. — Александрия сделала паузу. — Ты сам знаешь детали. И я прошу тебя... доверять мне. Как раньше.» Долгая тишина. — «Я доверяю тебе Александрия, — сказал Легенда. — Я не доверяю тому, во что ты превратилась.» Он отвернулся и направился к трибуне. Александрия осталась у окна. Её лицо, идеальное и неподвижное, не выражало ничего. Только пальцы прерывисто сжимали и разжимали кулак. Эйдолон прибыл в этот момент. Его появление было эффектным — вспышка света, гул энергии, и вот он уже стоит рядом с ними, его костюм переливается всеми зелёным, а лицо скрыто за маской, но в глазах читается усталость многих битв. На нём был одет облегающий костюм сине-зеленого или зелено-белого цвета с тяжелым капюшоном и накидкой. Костюм также имеет мягкое сияние внутри капюшона и рукавов. Лицо Эйдолона скрыто непрозрачным стеклянным шлемом, который напоминает шлем Стояка, но светится сине-зеленым цветом. За маской едва можно различить его глаза. Мало кто знал но в повседневной жизни Эйдолон выглядит как мужчина средних лет с густыми бровями, редеющими волосами, пухлыми щеками, крупным носом и ушами, что удивляет многих, так как без маски он непривлекателен. Легенда обернулся. — «Дэвид. Ты выглядишь...» — «Как дерьмо? — закончил Эйдолон. Его голос, искажённый модулятором шлема, звучал глухо. — Я знаю.» Александрия бросила на него быстрый взгляд. Она умела читать людей. Эйдолон был закрыт для неё — слишком много наслоений, слишком много лет самообмана. Но сегодня что-то было иначе. — «Твои силы? — спросила она.» — «В порядке. — Он поднял руку, и между пальцев заплясали кристаллы льда. — Криокинез, силовое поле, усиленная прочность. Классический набор.» — «Этого достаточно?» Эйдолон посмотрел на неё. Его глаза за стеклом шлема были одновременно усталыми и предвкушающими, но несмотря на это в них был неуверенность, так как он понимал кто он без своих сил. — «Этого никогда не достаточно, Александрия. Ты же знаешь.» Он замолчал. Смотрел на воду, на горизонт, на город, который через час станет братской могилой. — «Знаешь, что самое смешное? — тихо сказал он. — Я всегда чувствую... предвкушение. Перед битвой. Сердце колотится, адреналин. Я ненавижу это чувство. И я не могу без него жить.» Александрия молчала. Легенда отвернулся. — «Ты не наркоман, — сказала Александрия. — Ты солдат.» — «Солдаты уходят на пенсию, — усмехнулся Эйдолон. — А я... я буду делать это, пока не сдохну. Или пока не останусь один.» Он посмотрел на свои руки. На лёд, тающий между пальцев. — «Иди, — сказала Александрия. — Мы поговорим после.» — «После, — эхом отозвался Эйдолон. — Да. Конечно.» Он ушёл к группе атаки. Александрия смотрела ему вслед. Легенда тихо сказал: — «Ты знаешь, что с ним происходит. Ты знаешь, почему он слабеет.» — «...Нет.» — «И ничего не делаешь, чтобы узнать?» — «Я делаю. — Александрия повернулась к нему. — Я даю ему цель. Без неё он умрёт быстрее.» — «Или станет монстром, — прошептал Легенда.» Александрия в ответ на это решила перевести тему. — «Тогда можно начинать брифинг» Легенда утвердительно кивнул и они проследовали вслед за остальными кейпами в конференции зал. Поднявшись на подиум Легенда поднял руку. Толпа стихла. Легенда откашлялся. Его голос невозможно было не слушать. — «Мы должны поблагодарить Дракона и Оружейника за раннее оповещение. У нас было время, чтобы собраться, значит у нас есть ещё несколько минут, чтобы подготовиться и обсудить бой с Левиафаном, вместо того, чтобы ринуться в драку сразу после прибытия. С этим преимуществом, плюс некоторой удачей, взаимодействием и усилиями всех присутствующих, я питаю надежду, что сегодняшний день может оказаться одним из хороших.» — «Но вы должны знать, во что ввязываетесь. Учитывая статистику наших предыдущих столкновений с этой тварью, «хороший день» означает, что к вечеру каждый четвёртый из присутствующих, скорее всего, будет мёртв.» Шепотки прокатилась по залу вслед за словами Легенды. Погибнет каждый четвёртый. Да и остальные едва ли отделаются синяками и царапинами. — «Я говорю вам об этом, потому что считаю, что вы должны это знать, тем более, что у нас редко выпадает возможность предупредить героев, решивших выйти против этих чудовищ, на что именно они идут. И первое, о чем я бы хотел сказать — это не план нашей обороны и не описание его способностей. В первую очередь я бы хотел предупредить всех вас: не стоит его недооценивать! Я знал слишком много хороших героев, — он замолчал на долю секунды, — и много злодеев, которые погибли, потому что отнеслись к чудовищу недостаточно серьезно.» Легенда замолчал и посмотрел в окно. Гроза достигла пляжа, и теперь струи дождя взбивали воду у берега в пену. Дождь лил как из ведра. — «Мы привыкли думать о Левиафане, как о среднем ребёнке в семье — ведь он пришел в наш мир вторым из трех Губителей. Что касается чистой физической силы, он не ровня старшему — Бегемоту, в том же, что касается коварства и искусства манипуляции, младшая, Симург, даст ему сто очков вперёд. Тем не менее, запомните: в нём сочетаются сильные стороны обоих его родственников. Вы наверняка видели его на видео, по ТВ или в интернете. Вы знаете, на что он способен. Я хочу, чтобы вы запомнили раз и навсегда: он не так глуп, как может показаться. И если вы поведетесь на это, он застанет вас врасплох. Я хочу рассказать вам о том, чего вы могли не узнать из видео. Он уязвим: он чувствует боль, его раны кровоточат, но для того, чтобы серьезно его ранить, нужно очень постараться. В этом он похож на двух других Губителей. Его главная особенность — он неотделим от воды. Скорее всего, вы слышали про его шлейф, водяное эхо. Это не просто брызги. Левиафан движется с такой скоростью, что из-за несжимаемости и сил поверхностного натяжения вода становится твёрже бетона. Также он способен к прямому гидрокинезу — управлению водяными потоками, а вода обязательно будет на поле боя. Мы думаем, это позволяет ему двигаться во время боя так же быстро, как во время плавания. Быстрее, чем в обычном состоянии, и намного быстрее, чем может двигаться любой из известных нам скоростных кейпов.» Он продолжил: — «Перечисленное уже является достаточным основанием для того, чтобы собрать всех вас здесь. На самом деле, всё ещё серьёзней, что побуждает меня перейти к основному вопросу в повестке дня. Благодаря своевременному предупреждению Оружейника мы получили небольшое преимущество, но его слишком легко потерять. Как я говорил, Левиафан — гидрокинетик, но учтите, он гидрокинетик на макро уровне, именно это — его основная способность. Вы сможете понять, что это значит, если рассмотрите те случаи, в которых он всё же достигал своих целей.» — «Ньюфаундленд, — произнес он.» Мы с осколком, подслушивающие через микоризу и подсматривающие через ворон, знали что он имеет в виду, так как перед этим мы штудировали архивы битв с Левиафаном во время подготовки к операции — «Девятое мая 2005 года. Почти полмиллиона погибших. Остров у побережья Канады целиком ушёл под воду, из-за того что шельф, на котором он располагался, был разломлен давлением воды ужасающим по силе. Кюсю, ночь со второго на третье ноября 1999 года. Шестое его появление. Девять с половиной миллионов погибли, когда огромные волны захлестнули остров. Левиафан сорвал все попытки провести эвакуацию. Три миллиона беженцев осталось без крова над головой, сломлена целая нация. Тогда мы потерпели поражение, но мы учимся на своих ошибках — грубых, смертельных ошибках. У нас была одна стратегия для подобных ситуаций — окружить его и не подпускать к зданиям и гражданским, пока Левиафан не отступит или не появится Сын. Но в тех двух случаях сама местность оказалась слишком уязвима. Пока мы собирались и готовились, он накопил силу и нанёс главный удар.» Замолчав на несколько секунд, он продолжил: — «С этого момента мы разделили все возможные цели Губителей на те, что выдержат их удар, и те, что не смогут его выдержать. В первом случае мы просто сдерживаем их, стараемся выиграть время и измотать их атаками в ожидании подкрепления. Но если есть риск, что город не выстоит, приходится менять тактику.» На экране появилась схема Броктон-Бей в разрезе. На западе город окружали холмы, на востоке местность постепенно спускалась к берегу. Прямо под городской застройкой находилась большая пещера, с трех сторон окруженная скалами, но четвертой обращенная к пляжу, где от океана ее отделял лишь толстый слой песка. Пещера была заполнена водой. — «Как видите, Броктон-Бей уязвим. Этот город был основан из-за близости торговых путей, береговой линии и пресного водоёма. Этот водоём — подземное озеро под городом — и есть наше уязвимое место. Как только Левиафан появится на месте, мы ожидаем, что он будет управлять водой в резервуаре, пытаясь разрушить окружающие его породы. Плюс приливные волны, и вызванные ими удары и сотрясения...» Едва ли кому-то из присутствующих требовались пояснения. Часть города, возможно, большая его часть, может обрушиться в подземное озеро. Он сделал паузу. — «Мы должны закончить схватку как можно быстрее. Каждая последующая волна, которую он обрушит на нас, будет сильнее предыдущей. Это значит, что у нас есть две основные задачи: во-первых, мы не должны упустить его из виду. С самого начала битвы мы должны постоянно атаковать и изматывать его. Если позволим ему уйти, мы потратим драгоценное время на попытки догнать его, и в итоге будем играть по его правилам. Вторая наша задача — найти способ нанести ему существенный урон. Если вы не можете, если ваши атаки оказываются бессильны, ваша задача поддержать тех, кто может. Напрасно надеяться, что получится убить его, но, возможно, нам удастся ослабить его и заставить отступить обратно в океан, и, если раны будут достаточно сильны, ему потребуется время, прежде чем напасть на другое место.» Легенда нахмурился. Окна уже гремели от потоков воды. Дождь был настолько сильным, что невозможно было различить что-либо снаружи. — «Вот чем на самом деле являются Губители. Пока мы не в состоянии остановить их, выстоять хотя бы одно противоборство с ними без потерь с нашей стороны. Они будут приходить снова и снова, один за другим, где-то разрушив одно здание, а где-то — целый город. Вы делаете хорошее дело. Важнейшее дело. Именно поэтому нас терпят, поэтому общество позволяет кейпам разгуливать по городам и устраивать между собой разборки. Потому что в подобных ситуациях без нас не обойтись. С вашей помощью, мы сможем встретиться с ними лицом к лицу. Ваши усилия и ваши жертвы не будут забыты.» Он посмотрел на Оружейника. Оружейник начал свою речь официальным тоном, сухо и без эмоций: — «Стражи уже раздают вам разработанные Драконом браслеты-коммуникаторы. Они надеваются на руку и затягиваются на запястье. На экране будет отображаться ваше местоположение и последнее зафиксированное местоположение Левиафана — используйте эту информацию. Как видите, на устройстве есть две кнопки. Кнопка слева позволяет передавать сообщение всем, у кого есть такое же устройство. Чтобы не забивать эфир, в чистом виде эта возможность доступна только членам Протектората или проверенным бойцам. Дракон разработала систему фильтрации сообщений по приоритету, чтобы избежать ненужной болтовни. Если хотите обойти четырех-пятисекундную задержку перед отправкой, скажите «Экстренный вызов» в начале сообщения. При злоупотреблении этой функцией вы потеряете возможность отправлять сообщения в дальнейшем. Вторая кнопка — это сигнал бедствия. Вы можете использовать его, если ранены или находитесь в опасности. Если угрозы нет, но вам нужна помощь, например, нужен кто-то умеющий летать, чтобы переместить вас в другое место, или у вас есть идея, как переломить ход боя, нажмите обе кнопки и сообщите об этом. Программа Дракона выделит ваши потребности как приоритетные и направит поддержку, если нет более важной задачи. Браслет также отслеживает ваше состояние и автоматически отправит сигнал, если вы будете тяжело ранены или без сознания.» Легенда громко произнес: — «Кейпы! Прошу встать тех, кому уже случалось противостоять Губителям!» Мы видели, как оставшиеся члены Протектората, около трети иногородних Стражей, Бамбина, половина коммерчески спонсируемых команд. — «Если сомневаетесь, выполняйте в первую очередь приказы Протектората! Мы обучены, организованны и подготовлены к этому! Слушайте также тех, кто сейчас стоит, если это не противоречит нашим приказам. Им уже доводилось бывать в похожих ситуациях, и они знают, как действовать! Мы разделим вас на группы по вашим способностям! Если вы уверены, что сможете пережить атаку Левиафана, или сможете отвлечь его ложными целями, вы нужны на передовой! Александрия и Дракон — ваши непосредственные командиры!» Оружейник только хотел что-то ответить, как Легенда назвал его имя. — «Оружейник и Шевалье возглавят кейпов ближнего боя, которые не вошли в группу Александрии! Здесь будут все, кто сможет повредить Левиафана или задержать его в ближнем бою, они будут помогать бойцам на переднем фронте.» Оружейник зашагал прочь из зала и мы увидели, что в его группе, помимо всех прочих, были Наручник, Батарея, Брандиш, Ночь и Туман. Их было меньше, чем в первой группе — оно и понятно — требуется немало мужества, чтобы столкнуться с Губителем лицом к лицу, не обладая при этом неуязвимостью. Легенда всё ещё занимался организацией групп: — «Силовые поля, телекинез и так далее, если ваша сила может замедлить Левиафана или уменьшить силу волн — вы в группе защиты и поддержки! Бастион скажет вам, что делать!» Количество сидящих людей убывало, а мы продолжали наблюдение. — «Движки! Нам нужны все, кто способен летать, телепортироваться и быстро бегать! Вы будете реагировать на вызовы о помощи! Спасать выбывших из боя, доставлять их в пункты медицинской помощи, поддерживать других, где это будет необходимо! Мирддин даст вам задания! Если ваши способности позволяют атаковать на расстоянии, следуйте за мной! Если вы попадаете под несколько категорий — решайте сами, где сможете принести больше пользы!» — «Остальные... — Легенда был прерван криками. Бастион отдал команду, махнул рукой и его группа двинулась за ним.» Тейлор стояла у входа в медпункт, её руки дрожали от напряжения, а в глазах читалась решимость. Она держала в руках планшет, на котором отображалась карта города и положение «Пауков-тягачей». Они уже прибыли — семь огромных машин, матово-чёрных, поглощающих свет. На бортах — логотип капли. — «Пауки-тягачи» остановились на площадке перед медпунктом. Их двери открылись с тихим шипением. Изнутри вышли сотрудники в защитных масках, но в ярких жилетах. Их движения были плавными, казалось механическими.» Они начали разгружать груз. Ящики с медикаментами. Оборудование. — «Гидро-пауки» по сети ризомы уже тайно распределились по предполагаемому полю битвы.» Маленькие, размером с кошку, с герметичными корпусами и живыми мембранами. Их лапы были оснащены гидравликой высокого давления. На спинах — реактивные водомёты. Внутри — вакуумные дротики для забора проб. — «Ты готова?» — спросил я, смодулированным голосом агента К по гарнитуре.» — «Да», — ответила она. — «Отец же эвакуирован как мы и договаривались?» — «Да, всё согласно пунктам договора подписанного вами, мисс Эбберт.» Александрия стояла на крыше здания, её чёрный костюм с юбкой был пятном на фоне надвигающегося вала, а лицо, вернее его открытая часть было спокойным, почти без эмоциональным. Она смотрела на город. На толпы людей. На кейпов. На дроны Дракон. На «Пауков-тягачей». Она смотрела на город. На воду. На кейпов. И думала о том, что скоро в очередной раз статистика подтвердит свою неумолимость. Четверо из десяти. Пятеро. Неважно. Главное — план. Она была всё так же несгибаемо уверена в правильности выбранного ею, некогда парализованной инвалидкой, пути. Пути к победе, что им освещает Фортуна. Эйдолон стоял рядом. Его костюм переливался всеми цветами радуги, а лицо скрыто за маской, но в глазах читалась предвкушение, очередной вызов, что ему бросит губитель. — «Александрия», — сказал он. — «Ты готова?» — «Всегда готова», — ответила она.» — «Хорошо. Тогда... ждём.» Они молчали. Смотрели на город. На воду. На небо. И ждали. Вода начала подниматься. Сначала — медленно. Почти незаметно. Потом — быстрее. И ещё быстрее. Уровень залива поднялся на метр. Потом на два. Потом на три. Вода хлынула на улицы. Затопила дома. Снесла машины. И в этой воде, в этой чёрной, грязной, смертоносной воде, появился он. Левиафан. В след за ним тянулась ужасающая по размерам волна, а перед ним шёл ливень. На протяжении этого горизонта то тут то там вспыхивали молнии. К этому моменту весь Броктон бей уже был покрыт плотным слоем тучь, заслоняющим небосвод и навевая атмосферу отчаянья. Его массивный вид подчёркивался сгорбленными плечами и большими мышечными связками на шее, верхней части туловища и плечах, что контрастировало с гораздо более тонкими предплечьями и икрами, увенчанными массивными когтями и пальцеобразными ступнями. На задней части его тела находился цепкий, похожий на хлыст хвост длиной около 12 метров. Левиафан весил почти девять тонн. Его лицо было лишено рта, носа и ушей. Единственными чертами были четыре трещины, содержащие светящиеся зелёные шары, напоминающие глаза. Эти глаза расположены асимметрично: три на левой стороне лица и один на правой. Когда он передвигался на двух ногах, он покачивал верхнюю часть тела вперёд и назад синхронно с движениями рук, используя хвост для равновесия. Однако он гораздо более устойчив и значительно быстрее на четвереньках. Каждый его шаг оставлял за собой «остаточный образ» воды, соответствующий объёму движущейся части его тела, постоянно окутывая его водяным покровом. Он использовал гидрокинез, чтобы выстрелить собой из воды, как ядром. Но истинная сила этой способности заключалась в создании экстремального давления воды и её движения в невидимых местах, таких как подземные водоносные горизонты или береговые линии. При подходе Левиафана к Броктон-Бей Легенда предупредил кейпов, что город находится на уязвимом месте над водоносным горизонтом, и они не могут позволить Левиафану наращивать силу своих атак. Он мог манипулировать водоносным горизонтом, разрушая окружающий песок, ил и камни, что могло привести к обрушению части или большей части города. Если его не остановить в течение нескольких часов, Левиафан способен затопить или уничтожить целые острова, как он продемонстрировал, полностью уничтожив Ньюфаундленд и частично затопив Кюсю. И теперь он был здесь. В Броктон-Бей. Бостон. Операционный центр "Слайм Технолоджи" Амальгама стоял перед панелью управления, его янтарные дисплеи-глаза отражали потоки данных, текущих по экранам. На главном экране — карта Броктон-Бей. Зелёные точки — его «Пауки-призраки». Жёлтые — зоны будущих боёв. Красные — цели. — «Партнёр», — мысленно обратился он к Осколку. — «Протокол "Жнец". Стадия "Развёртывание".» [ПРИНЯТО. ВСЕ СИСТЕМЫ АКТИВНЫ. СБОР ДАННЫХ НАЧАТ.] Он смотрел на экран. На воду. На монстра. На кейпов. И думал о том, что скоро начнётся сбор образцов с поля самого кровавого из экспериментов в которых ему приходилось участвовать. [СЕНСОРНАЯ СЕТЬ «МИКОРИЗА-2»: СТАТУС — 94% АКТИВНЫХ УЗЛОВ. ЗАДЕРЖКА СИГНАЛА: 0,4 С. ПРОПУСКНАЯ СПОСОБНОСТЬ: 2800 МБ/С], — отчитался Осколок, даже не дожидаясь запроса. Я не ответил. Пальцы лежали на подлокотниках кресла-интерфейса, мозги впитывали потоки данных, бегущие по периферии зрения. Зелёные точки — «Пауки-призраки», распределённые по канализационным коллекторам, подвалам, вентиляционным шахтам. Синие — «Гидро-пауки», герметичные, с вакуумными дротиками и криоконтейнерами, затаившиеся в тени причалов, под пирсами, в илистом месиве обнажившегося дна. Жёлтые метки — зоны повышенного риска, рассчитанные Диной. Красные — цели. На периферии правого глаза пульсировал индикатор связи с Лизой. Она молчала уже двадцать минут. Я не тревожил её. Вода на восточном горизонте Броктон-Бей начала отступать. 15 мая 2011 года, 08:14 по восточному времени. Набережная. Александрия перехватила его в воздухе. Каноничное описание этого мгновения в архивах СКП занимало три сухих абзаца: «Объект «Александрия» осуществила перехват цели на дистанции 400 метров от береговой линии. Скорость столкновения — 320 км/ч. Инерция погашена полностью. Цель отклонена от траектории на 11 градусов». В реальности это выглядело так: бело-золотая молния ударила в нечто большее, чем танк, летящий быстрее бури, и отклонила его траекторию. Воздух схлопнулся. Ударная волна ударила по набережной горизонтально, сметая ограждения, выворачивая плитку, разбивая витрины магазинов в пыль. Люди в бронежилетах, стоявшие за двести метров, рухнули, как кегли. Те, кто был ближе, даже не упали — их просто сдуло в залив. [ФИКСАЦИЯ: СУБЪЕКТ «АЛЕКСАНДРИЯ» — КОНТАКТ С ОБЪЕКТОМ «ЛЕВИАФАН». ПЕРЕГРУЗКА: НЕ МЕНЕЕ 40G. СОСТОЯНИЕ: СТАБИЛЬНО. ВЫВОД: СТАТИЧНАЯ АНАТОМИЯ, ИГНОРИРУЮЩАЯ ЗАКОНЫ ИНЕРЦИИ. ОБРАЗЕЦ ЖЕЛАТЕЛЕН, НО НЕДОСТУПЕН.] — «Недоступен», — повторил я мысленно, приказывая трём «Гидро-паукам» сместиться ближе к эпицентру.» Левиафан приземлился на четвереньки. Я видел это сотни раз на видео. Я анализировал каждую секунду его предыдущих атак, строил графики скорости, траектории, паттерны атак. Видео были недостаточно информативны. Экран сглаживал. Сжимал. Делал чудовище картинкой. Здесь было множество моих дронов и датчики микоризы, ну из тех что ещё не утонули. Бетон под его пальцеобразными ступнями не треснул — он исчез, выдавленный в стороны чудовищным давлением массы, сконцентрированной на пяти точках опоры. Вода, хлынувшая следом за ним, ударила в пустоту, взметнулась пятиметровым фонтаном и опала, оставив на асфальте тёмные, расползающиеся пятна. Он поднял голову. Четыре глаза — три слева, один справа — горели ровным, холодным зелёным светом. Ни зрачков, ни век, ни намёка на эмоцию. Только свет. Только пустота. [ОБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН»: ВИЗУАЛЬНЫЙ КОНТАКТ УСТАНОВЛЕН. АСИММЕТРИЯ ОРГАНОВ ЗРЕНИЯ ПОДТВЕРЖДЕНА. СЛЕПАЯ ЗОНА — ЛЕВАЯ ОБЛАСТЬ, СЕКТОР 20 ГРАДУСОВ. ВЕЛИКА ВЕРОЯТНОСТЬ НАЛИЧИЯ ИНЫХ ФОРМ ВОСПРИЯТИЯ, ИСХОДЯ ИЗ ЗНАНИЙ КАНОНА ФОРМА ВОСПРИЯТИЯ ЭЛЕКТРИЧЕСКИХ ПОЛЕЙ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: УЧИТЫВАТЬ ПРИ ПОЗИЦИОНИРОВАНИИ СБОРЩИКОВ, НО НЕ ОТДАВАТЬ ПРИОРИТЕТ.] https://gitlab.com/thief-of-motivation/amalgam_image_box/-/raw/main/арты/Каноные_персонажи/Губители/леви_чан.webp Я отдал приказ. Три «Гидро-паука» у левого пирса скользнули глубже в тень, под воду, под ил, под обломки. Живые мембраны на их корпусах сменили цвет с матово-чёрного на грязно-серый, имитируя илистую взвесь. Двигатели замерли. Только сенсоры — пассивные, не излучающие — тянули тончайшие нити к поверхности. Бастион вышел вперёд. Я знал этого человека только по отчётам. Протекторат Нью-Йорка, рейтинг Шейкер 7, специализация — генерируемые силовые поля с переменной геометрией. Тринадцать лет службы. Одиннадцать битв с Губителями. Две медали за отвагу. Он поднял руки. Воздух перед Левиафаном замерцал, уплотнился, приобрёл маслянистый, переливчатый оттенок. Барьер. Пятиметровой высоты, трёхметровой ширины, изогнутый полумесяцем. За ним — второй. Третий. Четвёртый. Нарвал встала справа, её щупальца силовых полей взметнулись вверх, закручиваясь спиралями. Десятки других — имена, которых я не знал и, вероятно, никогда не узнаю, — активировали свои способности. Поля, стены, купола, мембраны, пузыри реальности, где физика работала иначе, чем в остальном мире. Сорок семь барьеров. Рассчитанная прочность — от 200 до 800 МПа. Совокупная энергия поглощения — эквивалент тактического ядерного заряда. Левиафан шагнул. Его водяное эхо ударило первой. Я видел это в замедленном воспроизведении десятки раз, но теория — всегда лишь тень практики. Вода, вытесненная движением его правой руки, не просто последовала за ней. Она стала ею. Объём жидкости, эквивалентный массе полуторатонной конечности, двигался с той же скоростью, по той же траектории, с той же убийственной, нечеловеческой точностью. Удар. Первый барьер Бастиона просуществовал 0,3 секунды. Этого хватило, чтобы камеры моего дрона зафиксировали момент контакта: маслянистая плёнка поля вогнулась внутрь, натянулась до прозрачности, лопнула — и осыпалась миллиардами невидимых осколков, растворившихся в воздухе до того, как достигли земли. Второй — 0,2 секунды. Третий — 0,1. На четвёртом водяной молот потерял часть импульса. Барьер устоял. Трещины побежали по его поверхности, как паутина на разбитом ветровом стекле, но он держал. Левиафан даже не посмотрел на него. Его хвост — двенадцати метровая плеть из псевдоплоти, плотности и прочности, не имеющих аналогов в земной металлургии, — описал дугу слева, обходя линию обороны. Невидимый. Неслышимый. Просто движение, зафиксированное тремя камерами с разных ракурсов и реконструированное моим Осколком в полноценную траекторию. Он ударил не в барьеры. Он ударил между ними. Семеро кейпов из вспомогательной линии даже не поняли, что умерли. Вода, сжатая до плотности гранита, просто прошла сквозь них — и ушла в землю, оставив после себя только разорванные ткани, осколки костей и красный туман, медленно оседающий на мокрый асфальт. [ФИКСАЦИЯ: СУБЪЕКТЫ 47-ALPHA, 47-BRAVO, 47-CHARLIE... СТАТУС: УНИЧТОЖЕНЫ. ПРИЧИНА: ГИДРОСТАТИЧЕСКИЙ ШОК, МНОЖЕСТВЕННЫЕ ТРАВМЫ, НЕСОВМЕСТИМЫЕ С ЖИЗНЬЮ. СБОР ОБРАЗЦОВ: НЕВОЗМОЖЕН — ВЫСОКАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ПРОТИВНИКА.] — «Принято, — сказал я вслух. Голос в пустом зале прозвучал глухо. — Ждём.» .o.0.o.0.o.0.o. 08:16. Зона поражения «Дельта-7». Империя 88. Кайзер не отступил. Я наблюдал за ним через объектив «Паука-призрака», закрепившегося на водонапорной башне в четырёхстах метрах. Хороший ракурс. Макс Андерс — в шлеме, лицо закрыто, плащ развевается на встречном ветре — стоял в центре перекрёстка и рос. Он понимал что для двух его империй нелегальной и фармацевтической это был последний бой. Он просто не успевал вывести все активы и единственное что ему оставалось чтобы не потерять всё это попытаться задержать Губителя, хотя бы на чуть чуть. Металл подчинялся ему. Стальные пики вздымали асфальт, вырывались из стен домов, прорастали сквозь брошенные машины. Лес. Нет — крепость. Кольцо ощетинившихся лезвий, направленных в одну точку: туда, где из-за угла должен был появиться монстр. [АНАЛИЗ: СУБЪЕКТ «КАЙЗЕР» ДЕМОНСТРИРУЕТ ПОВЫШЕННУЮ КОНЦЕНТРАЦИЮ МЕТАЛЛА В СЕКТОРЕ 30 ГРАДУСОВ. ВЕРОЯТНАЯ ПРИЧИНА — ОТСУТСТВИЕ ПОДДЕРЖКИ СУБЪЕКТОВ «КРЮКОВОЛК» И «ШТОРМТИГР». КОМПЕНСАТОРНАЯ ГИПЕРФИКСАЦИЯ.] — «Гиперфиксация», — повторил я. — «Красивое слово для «самоубийства».» Крюковолк был мёртв. Я убил его. Использовал его труп как декорацию, как саркофаг, как ложный след. А Штормтигр был нарезан тонкими ломтиками из бомб Бакуды и собственной самоуверенности. Левиафан появился из-за угла склада. Не бегом. Шагом. Спокойным, размеренным шагом существа, которому некуда спешить, потому что весь мир вокруг — лишь вода, текущая по его воле. Кайзер выбросил руку вперёд. Сталь взорвалась землёй. Тридцать, сорок, пятьдесят пик — каждая толщиной в столб, каждая заточенная с хирургической точностью — ударили в грудь, шею, голову Левиафана. Попадание. Я видел, как лезвия вошли в плоть Губителя. На три сантиметра. На пять. Одно, самое удачное, пробило слои уплотняющейся в разы псевдо кожи и застряло, неестественно вибрируя, в том месте, где у человека были бы рёбра. Левиафан даже не замедлился. Он поднял правую руку. Вода собралась вокруг неё мгновенно, без перехода — только что была пустота, и вот уже трёхметровый таран из жидкого бетона, вращающийся вокруг оси со скоростью турбины. Удар. Кайзер попытался создать щит. Я видел, как металл потёк к его левой руке, формируя восьмиугольную пластину толщиной в десять сантиметров. Легированная сталь. Прочность на разрыв — 1200 МПа. Водяной столб ударил в центр щита. 0,02 секунды пластина держалась. На 0,03-й пошли трещины. На 0,05-й она разлетелась осколками, и поток, почти не потерявший в давлении, ударил в грудь Кайзера. Его броня была аллюзией на образ викингов, выкованный его собственной волей, повторяющий каждый изгиб тела, идеально подогнанный, идеально отполированный. Макс Андерс потратил годы на совершенствование этой защиты. Она смялась за полсекунды. Не лопнула, не треснула — именно смялась, как банка газировки. Металл вминался внутрь, складываясь гармошкой, и с каждым миллиметром деформации давление воды сжимало тело внутри. Грудная клетка. Позвоночник. Внутренние органы, не предназначенные для перегрузок в сорок атмосфер. Кровь и паста из внутренних органов, вперемешку с обломками костей брызнула из щелей доспеха тонкими, алыми струйками, мгновенно подхваченная водоворотом, унесённая в сточную канаву. Левиафан прошёл мимо. Даже не оглянулся. [БИОМАТЕРИАЛ ДОСТУПЕН. ОБЪЕКТ «КАЙЗЕР» — СТАТУС: УНИЧТОЖЕН. КООРДИНАТЫ: 42.3578° С.Ш., 71.0589° З.Д. УРОВЕНЬ УГРОЗЫ ДЛЯ СБОРЩИКОВ: 67%.] — «Двигаемся, — выдохнул я.» — «Гидро-паук» под индексом 07-K, замаскированный под груду битого кирпича в десяти метрах от тела, ожил. Его конечности, сложенные в транспортное положение, распрямились с тихим, почти неслышным шипением. Гидравлика высокого давления — моя гордость, моя разработка, моя кража у инженеров, чьих имён я никогда не узнаю — впрыснула рабочую жидкость в сервоприводы.» 0,4 секунды — разгон. 0,8 — рывок к цели. 1,2 — вакуумный дротик вонзился в мягкие ткани шеи, туда, где броня разошлась по шву, оголяя плоть. [ОБРАЗЕЦ ПОЛУЧЕН. ОБЪЁМ: 14 МЛ. КАЧЕСТВО: УДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНОЕ. КОНСЕРВАЦИЯ: МГНОВЕННАЯ ЗАМОРОЗКА ДО -70°C.] 1,9 секунды — откат. «Паук» уже уползал в тень, волоча за собой тонкий, почти невидимый трофейный контейнер. Через четыре секунды вода, поднятая очередной волной, смыла останки Макса Андерса в залив. Где-то в Бостоне Лиза смотрела на те же цифры. Её сила услужливо подсвечивала: «Кровопотеря: 2,1 литра. Время до смерти: 3 секунды. Список перемолотых органов, включая их предположительный анамнез исходя из вида жидкости и их консистенция... ». Она давно перестала есть. Кофе остыл, а пакетик для рвоты наполнился содержимым желудка .o.0.o.0.o.0.o. 08:17. Эвакуационный коридор «Браво-3». Доки. Фенья и Меня сражались, как валькирии из древних саг, которые они сами даже никогда не читали. Трёхэтажные великанши в сверкающих доспехах, каждая с копьём и щитом, они приняли удар Левиафана на себя, давая остаткам Империи 88 шанс уйти. Фенья подставила плечо под удар хвоста и устояла. Канон утверждал, что старшая из них погибнет здесь. [ФИКСАЦИЯ: СУБЪЕКТЫ «Фенья»/«МЕНЯ» — АКТИВНАЯ ФАЗА. РОСТ: 540 СМ. КОЭФФИЦИЕНТ УМЕНЬШЕНИЯ УРОНА: 16,7%. ТЕКУЩИЙ СТАТУС: БОЕСПОСОБНЫ.] Шесть раз они обменивались ударами с Губителем. Шесть раз их копья вонзались в его бока, оставляя неглубокие, быстро затягивающиеся раны. Шесть раз водяное эхо отбрасывало их назад, пробивая броню, сминая наплечники, выбивая щиты из ослабевших рук. На седьмом ударе Меня — или это была Фенья? — поскользнулась. Всего лишь миг потери равновесия. Мокрая плитка, сместившийся центр тяжести, двадцать тонн стали и плоти, заваливающиеся на бок. Левиафан не упустил момента. Его хвост обвился вокруг её левой ноги. Рывок. Датчики уловили, как хрустнули кости, через вакуум воды, через четыреста метров дистанции. Этот звук невозможно было ни с чем спутать. Бетон под гидравлическим прессом. Она закричала. Её сестра — теперь я точно видел, это была Фенья, та, что носила меч и щит, та, что погибнет в каноне, — бросилась на Левиафана с голыми руками, забыв о копье, забыв о тактике, забыв обо всём, кроме слепой, животной ярости. Левиафан даже не повернулся. Простое движение плечом — и она отлетела к стене склада, пробив кирпичную кладку, исчезнув в облаке пыли и битого камня. [Фенья — СТАТУС: ТЯЖЕЛО РАНЕНА. ПРОБИТО ЛЁГКОЕ, МНОЖЕСТВЕННЫЕ ПЕРЕЛОМЫ РЁБЕР, ВНУТРЕННЕЕ КРОВОТЕЧЕНИЕ. ЖИЗНЕННЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ: 34% ОТ НОРМЫ. ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ БЕЗ МЕДИЦИНСКОГО ВМЕШАТЕЛЬСТВА: 12%.] Я смотрел на цифры. Красные, тревожные, пульсирующие. Я смотрел на иконку «Гидро-паука», замершего в вентиляционной шахте в двадцати метрах от неё. [ОБРАЗЕЦ ДОСТУПЕН. ЦЕННОСТЬ: ВЫСОКАЯ. БРЕЙКЕР - КЛАССИФИКАЦИЯ, ПРОСТРАНСТВЕННОЕ ИСКАЖЕНИЕ. УНИКАЛЬНЫЙ БИОМАТЕРИАЛ.] — «Пока она живы, ждём» — приказал я.» [ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ — 12%. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ИЗЪЯТЬ ОБРАЗЕЦ ДО НАСТУПЛЕНИЯ БИОЛОГИЧЕСКОЙ СМЕРТИ ДЛЯ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ ДЕГРАДАЦИИ ТКАНЕЙ.] — «Не глупи, данные мы получим и после смерти мозга.» Осколок замолчал. На периферии зрения зажёгся жёлтый маркер — «Ожидание подтверждения». Я отодвинул его в угол. Подождав пока центр внимания сместится и её всё таки успеют спасти, я отправил паука брать образец из плоти оставшейся от раны. .o.0.o.0.o.0.o. 08:18. Командный центр. СКП. Виктор не участвовал в битве. Я нашёл его в палатке аналитиков — за монитором, в наушниках, с пальцами над клавиатурой двигающимися с нечеловеческой скоростью. Он крал навыки. Не у кейпов, нет — у операторов, у связистов, у штабных офицеров, которые годами оттачивали мастерство координации спасательных операций. Микросекундные заимствования, незаметные, неощутимые, но в сумме дающие ему способность управлять потоками информации лучше, чем любой компьютер. Отала сидела в соседней палатке — медицинской. Её лицо, скрытое за воронёным шлемом, было мертвенно-бледным даже сквозь металл. Истощение. Она раздавала неуязвимость, регенерацию, усиление скорости. Семеро белых кейпов, которых она благословила перед боем, уже лежали в мешках для трупов. Каждый новый труп, подтачивал её уверенность в своих силах и возможности хоть кому-то помочь, но она продолжала. [СУБЪЕКТ «ОТАЛА»: КРИТИЧЕСКОЕ ИСТОЩЕНИЕ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИХ РЕЗЕРВОВ. ПРОГНОЗИРУЕМОЕ ВРЕМЯ ДО ПОТЕРИ СОЗНАНИЯ: 17 МИНУТ.] Я переключил камеру. Криг стояла на крыше паркинга, её эхолокация вычерчивала трёхмерную карту боя, передавая данные Виктору, а через него — остаткам командования Империи. Она не видела волну. Вторичный откат — Левиафан сменил позицию, и вода, вытесненная его движением, хлынула обратно с удвоенной силой. Пятиметровый вал ударил в основание паркинга. Бетонные опоры не выдержали и секунды. Я видел, как она падает. Эхолокация не работает в воздухе. Только вода, только хаос, только темнота, смыкающаяся над головой. [СУБЪЕКТ «КРИКУН» — СТАТУС: УНИЧТОЖЕНА. ПРИЧИНА: АСФИКСИЯ В ЗАТОПЛЕННОМ ПРОСТРАНСТВЕ. КООРДИНАТЫ: 42.3612° С.Ш., 71.0623° З.Д.] — «Задействовать Сборщик-12, — мой голос звучал ровно.» [ПРИНЯТО.] .o.0.o.0.o.0.o. 08:18. Промзона. Территория Барыг. Толкач бежал. Его сила — манипуляция импульсами, способность заставить любою цель двигаться в заданном направлении — была бесполезна против океана. Нельзя «оттолкнуть» воду, когда её миллионы тонн. Нельзя «притянуть» сушу, когда она уходит из-под ног. Он бежал, спотыкаясь, падая, поднимаясь. Его люди — остатки некогда грозной банды, превратившейся в сброд наркоманов и отбросов — топали следом, давя друг друга, бросая раненых, не оглядываясь. Волна настигла их на перекрёстке Линден-стрит и Второй авеню. Я не стал отворачивать камеру. Я смотрел. Вода — серая, грязная, с вкраплениями битого стекла, обломков досок, чьих-то потерянных вещей — обрушилась на бегущих, как пресс. Десять тел. Двадцать. Тридцать. Они исчезли в одно мгновение — не утонули, нет, утонуть можно только если вода успевает заполнить лёгкие. Здесь вода просто ударила. Толкач успел повернуться. На его лице, обезображенном годами наркотического угара, застыло выражение детского, почти трогательного недоумения. «Почему я?» — читалось в его выпученных глазах. «Я же главный. Я же умный. Я же должен был успеть». Вода сбила его с ног, перевернула несколько раз, швырнула лицом в стену. Он умер мгновенно — перелом основания черепа, чистый, почти стерильный, без крови. [СУБЪЕКТ «МЭШ» — СТАТУС: УНИЧТОЖЕН. СУБЪЕКТ «ТОЛКАЧ» — СТАТУС: УНИЧТОЖЕН. ОБРАЗЦЫ ДОСТУПНЫ. КООРДИНАТЫ ПРИЛАГАЮТСЯ.] — «Задействовать Сборщики-04, -09, — монотонно сказал я.» .o.0.o.0.o.0.o. Бостон. Операционный центр. Я откинулся в кресле. Пальцы, сплетённые из углеродных волокон и гидратированных полимеров, мелко вибрировали — остаточная нервная реакция. [СОБРАНО ОБРАЗЦОВ ЗА ПЕРИОД 08:14-08:18: 47 ЕДИНИЦ. В ТОМ ЧИСЛЕ: СУБЪЕКТЫ «КАЙЗЕР», «КРИКУН», «ТОЛКАЧ», «МЭШ», СУБЪЕКТ «Фенья» (ТЯЖЕЛОЕ РАНЕНИЕ — НАБЛЮДЕНИЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ), 42 НЕ ИДЕНТИФИЦИРОВАННЫХ КЕЙПА. СТАТУС МИССИИ: 67%.] — «Шестьдесят семь, — повторил я вслух. — Для Левиафана это мало.» [ПРОГНОЗИРУЕМОЕ ВРЕМЯ ДО ОТСТУПЛЕНИЯ ЛЕВИАФАНА: 2-3 ЧАСА. ОЖИДАЕМОЕ КОЛИЧЕСТВО ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ ОБРАЗЦОВ: 80-120 ЕДИНИЦ.] — «Восемьдесят. Сто двадцать. — Я сжал подлокотники. — Двести. Триста. Целая армия мёртвых кейпов.» [ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ МАРКЕР: ИРОНИЯ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ИСКЛЮЧИТЬ ИЗ ПРОТОКОЛОВ.] На экране Левиафан, отшвырнув остатки барьеров Бастиона, неспешно двинулся вглубь города. За ним тянулся водяной шлейф — тяжёлый, плотный, пульсирующий в ритме его шагов. [ПРОГНОЗИРУЕМОЕ СЛЕДУЮЩЕЕ СТОЛКНОВЕНИЕ: СУБЪЕКТЫ «ОРУЖЕЙНИК» И «ДРАКОН». ВРЕМЕННОЙ ГОРИЗОНТ: 12-18 МИНУТ.] Я открыл канал связи с Лизой. Помолчал. Закрыл. Не сейчас. .o.0.o.0.o.0.o. 08:20. Оружейник стоял на перекрёстке, где Линден-стрит впадала в Бродвей, и ждал. Его броня — синяя, тяжёлая, напичканная технологиями — тихо гудела на резонансной частоте. Алебарда в правой руке дышала холодом: нанолезвия, активированные, готовый к применению. Восемьдесят тысяч атомарно-тонких лезвий, каждое шириной в одну молекулу, каждое способное разорвать любую химическую связь. [СУБЪЕКТ «ОРУЖЕЙНИК» — СТАТУС: АКТИВЕН. БОЕВАЯ ПРОГРАММА: ПРОГНОСТИЧЕСКИЙ АЛГОРИТМ, ВЕРСИЯ 7.4. ИСТОЧНИК ДАННЫХ: АРХИВЫ СКП, СОБСТВЕННЫЕ НАБЛЮДЕНИЯ, ДРАКОН. ТОЧНОСТЬ ПРОГНОЗА: 89%.] — «Восемьдесят девять», — подумал я. — «Против существа, которое дерётся уже двадцать лет и ни разу не использовало один и тот же паттерн дважды.» Левиафан вышел на перекрёсток ровно в 08:49. Ни секундой раньше, ни секундой позже. Будто по расписанию. Оружейник атаковал первым. Я никогда не видел, чтобы человек двигался так быстро. Броня не сковывала его — она усиливала, каждый сервопривод, каждый гидравлический толкатель работали в идеальной синхронизации с мышечными сокращениями. Алебарда описала дугу, целя в шею — туда, где слои псевдоплоти были тоньше, где даже Губитель иногда истекал белой, светящейся жидкостью. Левиафан уклонился. Не рывком, не скачком — просто сместился на пол корпуса, и лезвие прошло в миллиметре от его глаз. Вода, собравшаяся вокруг правой руки монстра, ударила в ответ. Оружейник парировал древком алебарды, принял удар на гасящую вставку, перекатился, встал, рубанул снизу вверх. Кровь — белая, фосфоресцирующая — брызнула на асфальт. [ПОПАДАНИЕ. ОБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» — ПОВРЕЖДЕНИЕ ВНЕШНЕГО СЛОЯ. ГЛУБИНА: 4 СМ. ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЕ ПЛОТИ НАЧАТО. СКОРОСТЬ ВОССТАНОВЛЕНИЯ ТКАНЕЙ: 2,1 ММ/СЕК.] — «Молодец, — выдохнул я. — Давай, Колин. Ещё один удар. Ещё один.» Он наносил их десятками. Программа предсказания работала на пределе, вычисляя траектории, углы атаки, точки приложения силы очень быстро. Левиафан уклонялся, блокировал, контратаковал — и каждое его движение было чуть быстрее, чуть сильнее, чуть неожиданнее предыдущего. [ОБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» — АДАПТАЦИЯ К БОЕВОМУ АЛГОРИТМУ: 34%. СКОРОСТЬ ОБУЧЕНИЯ: ЭКСПОНЕНЦИАЛЬНАЯ.] Оружейник делал то, ради чего жил — доказывал своё превосходство. На семнадцатой секунде боя Левиафан сменил тактику. Вместо того чтобы уклоняться, он шагнул внутрь атаки, принимая удар алебарды на левое плечо. Нанолезвие вошло глубоко, рассекло мышечный массив, пробивая слой за слоем, задело имитацию кости — но инерция движения удержала оружие в ране, не дала Оружейнику отдернуть его для следующего удара. Водяной хлыст ударил в открытый бок. Я видел, как броня Колина Уоллиса — гордость Протектората, вершина тинкер-инженерии, неуязвимый панцирь, выдерживавший попадания из противотанковых ружей — прогнулась. Металл треснул, пластины разошлись по швам, и струя воды под давлением в четыре тысячи атмосфер вошла в образовавшуюся щель, как нож в масло. Он закричал. Я редко видел, чтобы Оружейник кричал. Второй удар — хвостом — отбросил его к стене. Третий — лапой — снёс половину шлема, обнажая окровавленное, искажённое болью лицо. Алебарда выпала из разжавшихся пальцев. Нанолезвие, лишённый контроля, деактивировался с тихим шипением. [СУБЪЕКТ «ОРУЖЕЙНИК» — СТАТУС: КРИТИЧЕСКИЙ. ТРАВМЫ: ПЕРЕЛОМ ТАЗА, ОТКРЫТЫЙ ПЕРЕЛОМ ЛЕВОЙ РУКИ, ТРАВМАТИЧЕСКАЯ Костная Пила КОНЕЧНОСТИ НИЖЕ ЛОКТЯ, ВНУТРЕННЕЕ КРОВОТЕЧЕНИЕ. ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ: 23%.] Я смотрел на цифры. Красные. Пульсирующие. [РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПРЕКРАТИТЬ НАБЛЮДЕНИЕ. ЦЕЛЬ ПОТЕРЯЛА БОЕСПОСОБНОСТЬ. ПРИОРИТЕТ — СБОР БИОМАТЕРИАЛА.] — «Нет, — ответил я. — Не потеряла. Смотри.» Мисс Ополчение присоединилась к битве. Гранатомёт в её руках материализовался за долю секунды, и шесть зарядов — зажигательные, кумулятивные, осколочные — ударили в морду Левиафана, заставляя повернуть голову и закрыв поле зрения, однако он и сам уже переключился на иную цель. Мисс Ополчение схватила Оружейника за шиворот разорванной брони и оттащила за угол, укрывая от следующего удара. [СУБЪЕКТ «ОПОЛЧЕНИЕ» — СТАТУС: АКТИВЕН. ВООРУЖЕНИЕ: M202 FLASH, МОДИФИЦИРОВАННЫЙ. ЭФФЕКТИВНОСТЬ: ВРЕМЕННОЕ ОТВЛЕЧЕНИЕ ПРОТИВНИКА.] Через три секунды её рука уже сжимала ампулу с зелёной жидкостью, вонзая иглу в шею Оружейника, прямо над разорванной артерией. Я мысленно поставил галочку в отчёте: «Полевые испытания — успешно. Испытуемый технарь выжил. Благодарственное письмо приложим к следующей партии» [КОАГУЛЯНТ ВВЕДЁН. КРОВОТЕЧЕНИЕ ОСТАНОВЛЕНО. ЖИЗНЕННЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ СТАБИЛИЗИРУЮТСЯ.] Дрон Дракон — матово-серый, быстрый, бесшумный — спикировал в переулок, раскрывая транспортные захваты. Ещё десять секунд — и Оружейник исчез в небе, уносимый к медицинским палаткам. [СУБЪЕКТ «ОРУЖЕЙНИК» — ЭВАКУИРОВАН. СТАТУС МИССИИ ДЛЯ ДАННОГО АКТИВА: ЗАВЕРШЁН.] Я переключил камеру. Левиафан уже двинулся дальше, к центру города, где гражданские всё ещё пытались выбраться из зоны затопления. 08:23. Бостон. Я сидел в тишине своего центра и смотрел на карту. Зелёные точки — мои сборщики — копошились в затопленных кварталах, собирая урожай смерти. Красные — цели — гасли одна за другой, и на их месте загорались жёлтые метки «образец получен». [ПРОГРЕСС: 71%.] Я открыл канал связи с Лизой. На этот раз не закрыл. — «Ты смотришь?» Пауза. Я слышал её дыхание — частое, неровное. — «...Смотрю.» Лиза молчала долго. Я слышал, как она плачет — тихо, почти беззвучно, только сбивчивое дыхание выдавало слёзы. Даже несмотря на то через что она прошла подобная мясорубка в прямом эфире с различных углов и дополняемая её силой во всех подробностях была тяжела для её психологического здоровья. Да чего уж даже для моих нервов это была сильная эмоциональная нагрузка. — «Когда всё это закончится... — сказала она.» — «...Скоро. — коротко ответил я.» Связь прервалась. Я смотрел на пульт. [ПРОТОКОЛ «ЖНЕЦ» — АКТИВЕН. ПРОГРЕСС СБОРА: 73%. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПРОДОЛЖИТЬ.] — «Продолжаем, — эхом отозвался я.» 08:24. Эпицентр. Перекрёсток Бродвея и Третьей. Левиафан не бежал. Он шёл. Я переключил камеру «Паука-призрака» на крыше универмага, скорректировал фокус. Четыре зелёных глаза горели ровно, без мерцания, без намёка на эмоцию. Вода под его ступнями не разбрызгивалась — она стекала в стороны, послушная, как ртуть, тяжёлая, как расплавленный свинец. [ОБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» — СКОРОСТЬ ПЕРЕДВИЖЕНИЯ: 55 КМ/Ч. РЕЖИМ: «ПАТРУЛИРОВАНИЕ». УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: ПЕРЕМЕННЫЙ.] — «Патрулирование, — повторил я вслух. — Он просто гуляет по нашему городу, а мы умираем десятками.» [ТАКТИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА: НЕГУМАНОИДНЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ. ЦЕЛЬ — НЕ УНИЧТОЖЕНИЕ, А СБОР ДАННЫХ ЧЕРЕЗ КОНТРОЛИРУЕМЫЙ КОНФЛИКТ. АНАЛОГИЯ: РЕБЁНОК, ПОЛИВАЮЩИЙ ВОДОЙ МУРАВЕЙНИК.] Я смотрел на экран. Муравейник утопал и рушился. .o.0.o.0.o.0.o. Легенда ударил первым. Свет — не просто луч, а свернутая в спирали энергия разлеталась в разные стороны, ныряя в иное пространство, изгибаясь под неведомыми углами, закрученная так, чтобы резать, а не жечь. Он бил с дистанции в триста метров, его костюм переливался всеми цветами спектра, и каждое движение было выверено, точно в балетном па. Лазеры входили в Левиафана под углом, оставляя на его боку тонкие, ровные порезы. Белая кровь брызнула на асфальт. Губитель даже не вздрогнул. [ОБЪЕКТ «ЛЕГЕНДА» — КЛАССИФИКАЦИЯ БЛАСТЕР 9+. ЭФФЕКТИВНОСТЬ АТАК: 1.7% ДЕСТРУКЦИИ ВНЕШНЕГО СЛОЯ В СЕКУНДУ. СКОРОСТЬ ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЯ ПЛОТИ ЦЕЛИ: 2,1% В СЕКУНДУ.] — «Недостаточно урона, — прошептал я.» [ПОДТВЕРЖДЕНО. ТРЕБУЕТСЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ОГНЯ.] Концентрации не было. Эйдолон висел в воздухе справа, его плащ развевался на встречном ветре, которого не существовало. Лёд — он выбрал лёд — собирался вокруг его ладоней прозрачными, пульсирующими сферами. Криокинез, класс Шейкер 9 по старым рейтингам. Он ударил не в тело — в воду. Водяной шлейф Левиафана, этот тяжёлый, плотный призрак океана, тащившийся за ним, как саван, начал замерзать. Медленно. С хрустом, похожим на треск разбиваемого стекла. Кристаллы льда побежали по водяной плёнке, сковывая движение, замедляя монстра. Левиафан повернул голову. Четыре глаза — три слева, один справа — уставились на Эйдолона. Без злобы. Без интереса. Как камера слежения, фиксирующая нарушителя периметра. Он поднял руку. Вода, скованная льдом, дрогнула. Лёд не растаял — он раскололся изнутри, разлетелся миллиардами осколков, и каждый осколок, подхваченный гидрокинетическим импульсом, ударил в сторону Эйдолона. [КОНТРАТАКА. СУБЪЕКТ «ЭЙДОЛОН» — АКТИВАЦИЯ СИЛОВОГО ПОЛЯ. ВЕРОЯТНОСТЬ ПРОБИТИЯ: 17%.] Силовое поле выдержало. Но Левиафан уже потерял интерес. Он снова двинулся вперёд, к центру города, где гражданские всё ещё пытались выбраться из зоны затопления. .o.0.o.0.o.0.o. 08:26. Медицинский пункт. Периметр «Зелёная зона». Эми Даллон не смотрела на битву. Она смотрела на руки. Чужая кровь застывала на её пальцах коркой — красной, бурой, почти чёрной. Она не вытирала её. Банально не хватало на это времени, а через секунду будет новая порция. — «Перелом левой лучевой, открытый, — сказал кто-то слева. — Артерия задета.» Она коснулась. Кость срослась. Сосуды затянулись. Кровь, уже вытекшая, осталась на полу — она не могла успеть везде, собрать всё и вылечить всех. Это всегда было самым трудным: смотреть на лужу смотреть на чужие жизни что утекают и знать, что её уже не вернуть. И каждый раз она задавала вопрос о нужде в ограничениях, но каждый раз отдёргивала себя вспоминая слова Кэрол — «Следующий.» Виктория стояла за её спиной. Эми чувствовала это — не ауру, нет, аура давила на затылок всегда, но сейчас она была приглушённой, сдавленной. Сестра боялась. Не за себя — за неё. — «Ты как? — голос Виктории дрогнул.» — «Я работаю.» — «Эмс...» — «Я работаю, Вики.» Тишина. Только звук браслетов, монотонно перечисляющих имена. — «Стальной Страж выбыл, CD-5.» — «Водоворот выбыл, CD-5.» — «Ночная Птаха выбыла, CD-5.» Эми не поднимала головы. .o.0.o.0.o.0.o. 08:29. Бостон. Операционный центр "Слайм Технолоджи". [ПРОТОКОЛ «САНИТАР» — АКТИВИРОВАН. РАЗВЁРНУТО 43 ЕДИНИЦЫ ДРОНОВ КЛАССА «МЕДИК-М». СТАТУС: 12 ЕДИНИЦ УНИЧТОЖЕНО, 31 — АКТИВЕН.] Я смотрел на карту. Зелёные точки — мои «пауки» — расползались по зоне боевых действий, как лейкоциты по кровеносному руслу. Каждый нёс на себе груз ампул: «Стяжка» для остановки крови, «Ящерица» для регенерации, «Барьер-Лайт» для временной герметизации ран. [КОЛИЧЕСТВО СПАСЁННЫХ ЖИЗНЕЙ (ПРЕДВАРИТЕЛЬНО): 85 ПОГРЕШНОСТЬ: ±4.] Восемьдесят пять человек, которые уже лежали бы в мешках для трупов, если бы я не влез в этот ад со своей благотворительностью. — «Помощь работает,» - сказал я.» [ПОДТВЕРЖДЕНО. РЕКОМЕНДАЦИЯ: МАСШТАБИРОВАТЬ ПРОГРАММУ.] — «Обязательно.» Я переключил камеру. Нарвал — её голая высокая фигура окутанная волосами под 2 метра ростом, была укрыта множеством слоёв полей, а на её лбу поля создавали почти кристаллический завитой рог. очередная конфигурация полей ударила по Левиафану. Одна. Вторая. Третья. На четвёртом ударе она достала до хвоста. Этот миг подхватила вся ударная группа, направив свои снаряды, волны, лазеры и прочие экзотические эффекты. Я видел, как силовое поле вошло в плоть Губителя — не резануло, а именно вошло, пробив внешний слой, второй, третий, четвёртый. Белая кровь хлынула потоком, заливая асфальт, смешиваясь с дождевой водой, растекаясь светящимися, фосфоресцирующими лужами. [ОБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» — КРИТИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ ХВОСТОВОГО ОТДЕЛА. ГЛУБИНА РАНЫ: 47 СМ. СКОРОСТЬ ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЯ ПЛОТИ: 2.3 ММ/СЕК. ПРОГНОЗ ПОЛНОГО ВОССТАНОВЛЕНИЯ: 3.4 МИНУТЫ.] — «Сборщик-09, — мой голос сел. — Проба «Левиафан-Хвост-01». Максимальный приоритет.» [ПРИНЯТО. ДИСТАНЦИЯ ДО ЦЕЛИ: 120 М. РИСК ОБНАРУЖЕНИЯ: 68%.] — «Всё равно. Бери.» Маленький, герметичный дрон скользнул по затопленной мостовой, маскируясь под обломок доски. Его щуп — тонкий, как игла дикобраза — вонзился в край раны, засасывая белую, пульсирующую жидкость в криоконтейнер. Левиафан дёрнул хвостом. — «Паук» отлетел к стене, смятый, раздавленный, но контейнер — герметичный, бронированный — уцелел. Второй дрон уже полз к нему, подбирая трофей.» [ОБРАЗЕЦ «ЛЕВИАФАН-001» — ПОЛУЧЕН. КОНСЕРВАЦИЯ: МГНОВЕННАЯ ЗАМОРОЗКА ДО -196°C. КАЧЕСТВО: ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ.] Я выдохнул. .o.0.o.0.o.0.o. 08:31. Бродвей, 200 метров от эпицентра. Шевалье принял удар на себя. Я знал этого человека только по отчётам и архивным записям. Протекторат Филадельфии, рейтинг Козырной 6, специализация — синтез материи через личную историю. Его броня весила не пятьдесят тонн — она ощущалась на себя как пятьдесят тонн, и это было важное различие. Он стоял в центре перекрёстка, подняв клинок — нет, не клинок, пушку-клинок, гибрид орудия и меча, заряженный годами тренировок, поражений и побед. Его доспех, собранный из фрагментов других доспехов, других героев, других эпох, мерцал в водяной взвеси, как мираж. Левиафан ударил хвостом. Шевалье принял удар на лезвие. Я ожидал, что его отбросит. Раздавит. Сотрёт в пыль. Он устоял. Бетон под его ногами треснул, разошёлся концентрическими кругами. Броня заскрипела, застонала, но выдержала. Клинок, светящийся изнутри ровным, белым светом, не сломался. [СУБЪЕКТ «ШЕВАЛЬЕ» — КЛАСС ПРОЧНОСТИ: ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫЙ. ФИЗИКА: АНОМАЛЬНАЯ. ИСТОЧНИК: СУБЪЕКТИВНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ, НАЛОЖЕННАЯ НА ОБЪЕКТИВНУЮ.] — «Красиво, — прошептал я.» Он ударил в ответ. Клинок вошёл в плечо Левиафана — неглубоко, всего на несколько сантиметров, но этого хватило, чтобы Губитель отступил. На шаг. На полшага. Но отступил. [ОБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» — СМЕЩЕНИЕ ТРАЕКТОРИИ НА 11 ГРАДУСОВ. ПРИЧИНА: ТАКТИЧЕСКАЯ ПЕРЕОЦЕНКА УГРОЗЫ.] — «Ты видел? — спросил я у Осколка. — Он оценил его. Как достаточного проблемного противника.» [ПОДТВЕРЖДЕНО. СУБЪЕКТ «ШЕВАЛЬЕ» КЛАССИФИЦИРОВАН ЦЕЛЬЮ С ПОВЫШЕННЫМ ПРИОРИТЕТОМ.] Левиафан обошёл его. Не атаковал — обошёл. Живой катаклизм спокойно выбрал более лёгкий путь. Шевалье не мог его преследовать. Его броня, дающая силу, отнимала скорость. Он остался стоять на перекрёстке, сжимая клинок, глядя вслед уходящему монстру. .o.0.o.0.o.0.o. 08:34. Медицинский пункт. Периметр «Зелёная зона». Тейлор не смотрела на битву. Она смотрела на планшет. Зелёные точки — «Пауки-тягачи» — пульсировали в такт её сердцебиению. Красные — зоны затопления — расползались по карте, как метастазы. — «Рой, — голос в гарнитуре был чужим, модулированным, без интонаций. — Координаты 42.3612, -71.0623. Трое раненых, завал второй степени. Паук-14 уже на месте, держит балку. Твоя задача — эвакуация.» — «Принято.» Она бежала по мокрому асфальту, и её костюм — серая униформа с зелёными вставками, логотип капли на плече — не сковывал движений. "Слайм Тех" не экономила на своих сотрудниках. Завал. Трёхэтажный дом, сложившийся внутрь себя, как карточный домик. Под ним — люди. Она слышала их крики. Паук-14 — матово-чёрный, восьминогий, с гидравлическими манипуляторами — упирался спиной в рухнувшую балку, не давая ей просесть окончательно. Его сервоприводы выли на пределе мощности. — «Быстро, — сказал голос в гарнитуре. — пять минут, не больше.» Тейлор бежала к завалу. Насекомые — её насекомые, её армия, её проклятие и дар — хлынули в щели, оценивая объём, структуру, точки приложения силы. Она видела их глазами, чувствовала их усиками, слышала их миллионами ушей. Здесь. И здесь. И вот тут. — «Отходи! — крикнула она.» Паук-14 убрал спину и отпрыгнул в сторону. Балка рухнула — но уже не на людей. Тейлор перенаправила её траекторию роем жуков, сдвинула на полметра, на метр, и балка ударила в пустой пол, взметнув облако пыли. — «Есть контакт с первым! — крикнул кто-то сбоку.» Она не помнила, как вытаскивала их. Тела были тяжёлыми, мокрыми, скользкими от крови. Она тащила, спотыкаясь, падая, поднимаясь. — «Второй. Третий.» Последний — девочка, лет семи, с куклой в руке, насквозь промокшей, потерявшей половину волос. Девочка не плакала. Она просто смотрела на Тейлор огромными, остановившимися глазами. — «Ты в порядке? — спросила Тейлор. Глупый вопрос.» Девочка кивнула. — «Моя мама...» Тейлор посмотрела на завал. На балку, которая должна была убить эту девочку, но промахнулась. — «Мы найдём твою маму.» Она не знала, было ли это правда или ложь. .o.0.o.0.o.0.o. 08:36. Эпицентр. Смещение на 300 метров к востоку. Дракон была по своему человечна. Я знал это. Знал, что за её голосом, за её тактическими решениями, за её отточенными, безупречными действиями стоит не нейросеть, а душа, искусственная, но настоящая. Знал — и всё равно каждый раз забывал, когда видел её в бою. Её костюм — сорок тонн керамической брони, реактивных двигателей и экспериментального вооружения — двигался с большой точностью. Она летала вокруг Левиафана, нанося удары из скорострельных пушек, и каждый снаряд находил свою цель. [СУБЪЕКТ «ДРАКОН» — ЭФФЕКТИВНОСТЬ ОГНЕВОЙ ПОДДЕРЖКИ: 23% ОТ МАКСИМАЛЬНОГО РАСЧЁТНОГО УРОНА. ПРИЧИНА: ОГРАНИЧЕНИЯ ПРОТОКОЛОВ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ ПОБОЧНОГО УЩЕРБА.] — «Она не может разрушать мимоходом, — сказал я. — Правила и законы мешают.» [ПОДТВЕРЖДЕНО. ИРРАЦИОНАЛЬНОЕ ОГРАНИЧЕНИЕ.] Но именно её дроны — быстрые, манёвренные, неутомимые — вытаскивали раненых из-под огня. Именно её сенсоры — остротой зрения, недоступной человеческому глазу — выискивали выживших в затопленных подвалах. Именно её голос — спокойный, синтезированный, бесконечно терпеливый — диктовал браслетам имена погибших. — «Пухляк выбыл, CD-5.» — «Добрый Сосед погиб, CB-5.» — «Реликвия погибла, CD-4.» Я смотрел на карту. Красных точек становилось больше. .o.0.o.0.o.0.o. 08:38. Бродвей, южный фланг. Батарея не успела накопить заряд. Я видел это в реальном времени мои вороны и голуби кружили над полем боя пусть их поголовье с каждой минутой сокращалось десятками Она пыталась убежать. Левиафан даже не смотрел на неё — просто отбросил водяной хлыст в сторону, случайно, как человек отбрасывает надоевшую муху. Удар пришёлся в спину. [СУБЪЕКТ «БАТАРЕЯ» — СТАТУС: КРИТИЧЕСКИЙ. ТРАВМЫ: РАЗРЫВ СЕЛЕЗЁНКИ, МНОЖЕСТВЕННЫЕ ПЕРЕЛОМЫ РЁБЕР, ВНУТРЕННЕЕ КРОВОТЕЧЕНИЕ. ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ: 11%.] Штурм увидел это за секунду до удара. Его сила — манипуляция кинетической энергией — позволяла ему поглощать импульсы и перенаправлять их. Но здесь, в этом катаклизме, где вода двигалась быстрее пуль, где каждый удар нёс энергию товарного поезда, его возможности чуть выше обычного. Он прыгнул. Не рассчитал. Или рассчитал, но что-то помешало. Тело ударилось о тело, и Штурм принял на себя большую часть импульса, смягчая падение, гася скорость, отводя жену от линии атаки. [СУБЪЕКТ «ШТУРМ» — СТАТУС: ТЯЖЁЛОЕ РАНЕНИЕ. ТРАВМА: РАЗРЫВ ТОНКОГО КИШЕЧНИКА, КОМПРЕССИОННЫЙ ПЕРЕЛОМ ПОЗВОНОЧНИКА. ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ: 64%.] Он успел вколоть ей «Стяжку». Игла вошла в шею, прямо над разорванной артерией. Коагулянт сработал мгновенно — кровь остановилась, пульс выровнялся, цифры на моём экране поползли вверх. [ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ: 11% - 47% - 68%.] — «Хорошо, — выдохнул я. — Работает.» [ПОДТВЕРЖДЕНО. ПОЛЕВЫЕ ИСПЫТАНИЯ: УСПЕХ.] Дрон Дракон уже спикировал вниз, раскрывая транспортные захваты. Штурм не отпускал руку жены, даже когда его самого грузили на носилки. — «Батарея выбыла, CD-5. Штурм выбыл, CD-5.» — «Не погибли, — поправил я вслух. — Выбыли.» [РАЗНИЦА НЕСУЩЕСТВЕННА ДЛЯ ТАКТИЧЕСКОЙ ОЦЕНКИ.] — «Для морального духа — существенна.» Осколок промолчал. .o.0.o.0.o.0.o. 08:39. Бродвей — Линден-стрит. Стык секторов. Бесстрашный имел высокие шансы умереть. Его сила — постепенное, мучительно медленное накопление мощи в артефактах — делала его потенциально одним из сильнейших кейпов мира. Но потенциал не равен реализации. Его копьё, его щит, его броня — всё это было в процессе становления, незавершённое, недостроенное, как черновик великого романа. Но он не умер. Я смотрел, как Левиафан обрушивает на него водяной молот — и копьё, обычное с виду тинкер-копьё, вдруг вспыхнуло ослепительно-белым светом, рассекая поток надвое. Как щит, ни разу не испытанный в настоящем бою, принял на себя удар хвоста и даже не треснул. Как броня, которую он носил три года, не выдержала бы и выстрела из дробовика, вдруг стала непробиваемой. [СУБЪЕКТ «БЕССТРАШНЫЙ» — СТАТУС: АНОМАЛИЯ. ЗАФИКСИРОВАНО 7 (СЕМЬ) ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНЫХ ВЫСВОБОЖДЕНЫХ НАКОПЛЕННОЙ ЭНЕРГИИ ЗА 4 МИНУТЫ БОЯ. ВЕРОЯТНОСТЬ СЛУЧАЙНОСТИ: 0.04%.] — «Это не случайность, — сказал я. — Это его момент. Его пик.» [ПОДТВЕРЖДЕНО. СУБЪЕКТ ДЕМОНСТРИРУЕТ ЭКСТРАОРДИНАРНУЮ СИНХРОНИЗАЦИЮ С ОСКОЛКОМ В УСЛОВИЯХ ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОЙ УГРОЗЫ.] Бесстрашный не бежал. Он стоял на перекрёстке, сжимая копьё, и смотрел на монстра, который только что убил или покалечил тридцать человек за три минуты. Левиафан посмотрел на него. Четыре зелёных глаза встретились с человеческими. Губитель отвернулся и пошёл дальше. Я не знаю, что это было. Смена траектории? Оценка рисков? Или просто случайность, решение алгоритма, которому нет дела до наших интерпретаций. Но Бесстрашный остался стоять. Живой. .o.0.o.0.o.0.o. 08:41. Медицинский пункт. Периметр «Зелёная зона». Триумф кричал. Его голос — звуковая волна, способная разнести бетонную стену — был бесполезен против воды. Вода не сжимается. Звук в воде распространяется быстрее, но теряет ударную мощь. Он кричал в пустоту, пытаясь предупредить остальных, но здание обрушилось раньше, чем он успел отбежать. [СУБЪЕКТ «ТРИУМФ» — СТАТУС: ТЯЖЁЛОЕ РАНЕНИЕ. ЗАВАЛЕН ОБЛОМКАМИ. ПЕРЕЛОМЫ РЁБЕР, ГЕМОТОРАКС. ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ: 58%.] — «Паук-22, — мой голос был спокоен. — Координаты 42.3598, -71.0601. Разбор завала. Приоритет — извлечение.» [ПРИНЯТО. РАСЧЁТНОЕ ВРЕМЯ СПАСЕНИЯ: 3 МИНУТЫ.] — «Высок шанс, что у него нет трёх минут.» [РАСЧЁТНОЕ ВРЕМЯ: 3 МИНУТЫ. АЛЬТЕРНАТИВ НЕТ.] Я продолжил мониторинг обстановки. Скорость высунулся из ускорения в неподходящий момент. Я даже не сразу понял, что произошло. Одна секунда — он был размытым пятном, неуловимым, почти нематериальным. Другая — он стал плотным, осязаемым, уязвимым. Вода ударила ему в спину. [СУБЪЕКТ «СКОРОСТЬ» — СТАТУС: ТЯЖЁЛОЕ РАНЕНИЕ. ТРАВМА: УДАР ВОДЯНОЙ СТРУЁЙ В ОБЛАСТЬ ТАЗА. ПЕРЕЛОМ КРЕСТЦА, РАЗРЫВ МЯГКИХ ТКАНЕЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ: 34%.] Обычный человек будет хромать до конца жизни. Если выживет. Но скорость не выжил. — «Скорость» погиб, CD-5.» .o.0.o.0.o.0.o. 08:41. Бостон. Операционный центр. Я откинулся в кресле. [СОБРАНО ОБРАЗЦОВ ЗА ПЕРИОД 08:24-08:41: 89 ЕДИНИЦ. В ТОМ ЧИСЛЕ: СУБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» (1), «КРИКУН» (ПОВТОРНЫЙ СБОР), СУБЪЕКТЫ «БАТАРЕЯ», «ШТУРМ» (БИОМАТЕРИАЛ С РАНЕНИЙ — ДОБРОВОЛЬНОЕ ПОЖЕРТВОВАНИЕ ЧЕРЕЗ ПРОТОКОЛ «САНИТАР»), 83 НЕ ИДЕНТИФИЦИРОВАННЫХ КЕЙПА.] [СТАТУС МИССИИ: 78%.] — «Восемьдесят девять, — сказал я. — И один Губитель.» [ПРОГРЕСС: ВЫШЕ ОЖИДАЕМОГО. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПРОДОЛЖАТЬ.] На экране Левиафан, отшвырнув остатки барьеров, неспешно двинулся дальше. Его хвост волочился по асфальту, оставляя за собой мокрый, блестящий след. Рана, нанесённая Нарвал, уже почти затянулась. [СКОРОСТЬ ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЯ ПЛОТИ: 2.3 ММ/СЕК. ПРОГНОЗ ПОЛНОГО ВОССТАНОВЛЕНИЯ: 1.1 МИНУТЫ.] — «Эти повреждения ничего не стоят, — сказал я.» [ПОДТВЕРЖДЕНО. ОБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» ДЕМОНСТРИРУЕТ УСТОЙЧИВОСТЬ КО ВСЕМ ТИПАМ АТАК. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПОИСК НОВЫХ ТИПОВ УРОНА.] — «Легко сказать.» Я открыл канал связи с Лизой. Она ответила не сразу. Её голос был хриплым, сдавленным. — «...Я смотрю.» — «Трудно смотреть?» — «Да. — Пауза. — Но это неважно. Я ещё способна помочь.» Я молчал. — «Там сейчас будет плохо, — сказала Лиза. — Новая Волна. Левиафан сменил тактику. Он идёт на слабых.» — «Я вижу.» Связь прервалась. Я смотрел на карту. На зелёные точки сборщиков, расползающихся по полю боя. На красные метки целей, которые ещё живы, но уже обречены. [ПРОГНОЗИРУЕМОЕ СЛЕДУЮЩЕЕ СТОЛКНОВЕНИЕ: СУБЪЕКТЫ «НОВАЯ ВОЛНА». ВРЕМЕННОЙ ГОРИЗОНТ: 2-4 МИНУТЫ.] — «Принято, — сказал я. — Ждём.» .o.0.o.0.o.0.o. 08:42. Бродвей — Линден-стрит. Фланг «Новой Волны». Марк Даллон — Человек-Силовое Поле — стоял на крыше трёхэтажного паркинга и смотрел на приближающуюся волну. Он не бежал. Я не знал, было ли это мужеством, депрессией или просто усталостью человека, который слишком долго носил маску героя и забыл, как её снимать. Левиафан заметил его. Не потому, что Марк был угрозой. Его силовые поля, некогда мощные, за годы болезни и апатии истончились до состояния мыльного пузыря. Он не мог остановить Губителя. Не мог даже задержать. Но он был один. И Левиафан, этот бездушный алгоритм разрушения, всегда выбирал самую лёгкую цель. — «Марк! — громкий голос Сары Пелхэм, Леди Фотон, ударил по частотам. — Уходи!» Он не ушёл. Он поднял руку, и силовое поле — бледное, полупрозрачное, едва видимое на фоне серого неба — развернулось перед ним, закрывая доступ к лестнице, к гражданским, к выходу. Он защищал не себя. Он давал другим время. Кэрол Даллон увидела это за секунду до удара. Она не думала. Не анализировала. Не просчитывала шансы, соотношение сил, вероятность выживания. Она просто двинулась. Её тело — нет, её сила — схлопнулась в точку, а потом развернулась сферой абсолютной, непробиваемой, идеальной защиты. Неуязвимость. Сориентировавшись Александрия ударила по шару и помогла ему набрать скорость. Сфера ударила Левиафана в плечо, сбивая прицел, отклоняя траекторию водяного хлыста на несколько градусов. Этого хватило, чтобы Марк остался жив. Левиафан даже не повернулся. Его хвост — двенадцати метровая плеть из псевдоплоти, плотности и прочности, не имеющих аналогов — описал короткую дугу. Удар. Сфера не треснула. Не деформировалась. Её защита была абсолютной — никакая внешняя сила не могла нарушить её целостность. Сфера, разогнанная до скорости звука, врезалась в железобетонную опору моста. Кэрол далеко отлетела. Пытаясь быстрее присоединиться в Марку, она была ограничена подвижностью и видимостью в своей форме. Брандиш перешла в свою обычную форму в попытке оценить обстановку. Но расстояние в сотни метров было не проблемой для Левиафана. Оценив угрозу от кейпа как высокую, от несколькими мгновенными потоками воды ударил Кэрол. [ОБЪЕКТ «БРАНДИШ» — СТАТУС: БИОЛОГИЧЕСКАЯ СМЕРТЬ. ПРИЧИНА: ПЕРЕГРУЗКА 40G. РАЗРЫВ АОРТЫ, МНОЖЕСТВЕННЫЕ ВНУТРЕННИЕ КРОВОТЕЧЕНИЯ, ОТРЫВ ВНУТРЕННИХ ОРГАНОВ.] Мой «Гидро-паук» уже полз к телу, скрытому под обломками. Вакуумный дротик вошёл в мягкие ткани шеи. [ОБРАЗЕЦ ПОЛУЧЕН. ОБЪЁМ: 18 МЛ. КАЧЕСТВО: УДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНОЕ. КОНСЕРВАЦИЯ: МГНОВЕННАЯ ЗАМОРОЗКА ДО -70°C.] Сара Пелхэм смотрела на то, что осталось от её невестки, и не могла дышать. Её муж — Нил, Человек-Силовое Поле-старший — схватил её за плечо. — «Сара. Сара.» Она не слышала. — «Мы должны уходить, — его голос был спокойным, неестественно спокойным, как у человека, который уже принял решение и теперь просто выполняет план. — Мы не можем их спасти. Мы можем спасти себя.» — «Нил...» — «Ради детей.» Она посмотрела на Кристал. На Эрика. На своих детей, своих племянников, свою семью — единственное, что осталось у неё после того, как она сняла маску и стала просто Сарой, уставшей женщиной, которая слишком долго притворялась героиней. — «...Хорошо.» Она подхватила мужа под руку. — «Хорошо.» Они ушли. Левиафан не помешал им, возможно, он не увидел в них приоритетные цели. .o.0.o.0.o.0.o. 08:44. Бродвей, 100 метров от моста. Виктория не видела смерти матери. Она была в медицинском пункте, спиной к эпицентру, спиной к воде, спиной к правде. Эми перевязывала ребёнка — обычного, не кейпа, просто мальчика, которому не повезло оказаться на пути волны. — «Вики, — голос Эми дрогнул. — У тебя кровь.» — «Не моя.» Виктория смотрела на свои руки. Перчатки были в чужой крови, въевшейся в ткань, засохшей коркой под ногтями. Она не помнила, кому помогала. Не помнила, сколько людей вытащила. Не помнила, когда в последний раз дышала ровно. — «Вики, сядь.» — «Я в порядке.» — «Сядь.» Она села. Эми коснулась её плеча. Аура Виктории — всегда включённая, всегда давящая, всегда напоминающая Эми, что она живёт в тени сестры — вдруг стала тихой. Почти незаметной. — «Что-то случилось, — сказала Виктория. Не вопрос — утверждение. — Я чувствую.» — «Всё в порядке.» — «Эми.» Эми молчала. И в этот момент браслет на руке Виктории ожил. — «Брандиш погибла, CD-5. Координаты 42.3601, -71.0615.» Виктория застыла. Простояв минуту, она встала, медленно, как во сне, и посмотрела в сторону моста. Туда, где мать — вечно холодная, вечно недовольная, но родная — лежала под обломками с разорванной аортой. — «Вики, — Эми схватила её за руку. — Не смей.» — «Отпусти.» — «Там Левиафан. Ты не справишься.» — «Отпусти.» — «Виктория Даллон, если ты сейчас пойдёшь туда, ты умрёшь! Она умерла, чтобы спасти людей! Чтобы спасти нас! Не делай её жертву бессмысленной!» Виктория замерла. Она стояла на пороге медпункта, глядя на воду, на дождь, на горизонт, где чудовище убивало её семью. Эми не отпускала её руку. — «Пожалуйста, — прошептала она. — Не уходи. Не оставляй меня. Ты — единственное, что у меня есть.» Долгая, бесконечная секунда. — «...Хорошо.» Виктория села обратно. Её руки дрожали. .o.0.o.0.o.0.o. 08:45. Бостон. Операционный центр. [СУБЪЕКТ «СЕМЬЯ ПЕЛХЭМ» — СТАТУС: ОТСТУПЛЕНИЕ. ПОДТВЕРЖДЁН ПЕРЕХОД К СПАСАТЕЛЬНЫМ ОПЕРАЦИЯМ В ТЫЛОВЫХ СЕКТОРАХ. БОЕВАЯ ЦЕННОСТЬ: УТРАЧЕНА.] Я смотрел на карту. Жёлтые маркеры — Пелхэмы — медленно смещались к периферии, подальше от эпицентра, подальше от смерти, подальше от правды. Они не были трусами. Они были живыми. И они хотели сохранить свою семью... даже в таком виде. [ЗАМЕТКА: СУБЪЕКТ «ЛЕДИ ФОТОН» ПОСВЯТИЛА ЖИЗНЬ ДВИЖЕНИЮ «БЕЗ МАСОК», ПРОПАГАНДИРУЯ АБСОЛЮТНУЮ ПРОЗРАЧНОСТЬ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ГЕРОЕВ ПЕРЕД ОБЩЕСТВОМ. В МОМЕНТ КРИЗИСА ВЫБРАЛА СПАСЕНИЕ СЕМЬИ.] — «Ещё одна трагедия, — сказал я.» Я смотрел на пробирку с образцом крови Брандиш. Холодная. Тёмная. Идеально законсервированная. [ЦЕННОСТЬ ОБРАЗЦА: ВЫСОКАЯ. БРЕЙКЕР-КЛАССИФИКАЦИЯ, ТРАНСФОРМАЦИЯ В НЕУЯЗВИМУЮ СФЕРУ. УНИКАЛЬНЫЙ БИОМАТЕРИАЛ. ПОТЕНЦИАЛЬНОЕ ПРИМЕНЕНИЕ: УВЕЛИЧЕНИЕ УСТОЙЧИВОСТИ ОБОРОНЫ] Я переключил камеру. .o.0.o.0.o.0.o. 08:46. Переулок между Бродвеем и Второй авеню. София Хесс никогда не верила в случайности. Она верила в силу. В доминирование. В право хищника пожирать травоядных. Её мир был прост и жесток, как зубья капкана, — и она считала себя охотником, а не добычей. Вода опровергла эту веру за четыре секунды. Я наблюдал, как она ушла в теневую форму — этот плавный, почти грациозный переход из плоти в призрак, из уязвимости в неуязвимость. Её тело стало чёрным, плоским, лишённым объёма, и она скользнула сквозь водяной вал, игнорируя физические препятствия. Казалось, что она легко переживёт шторм. Первый час сражения ей везло. Но поток воды становился сильнее, и всё меньше оставалось не разрушенных мест. И в такой среде показал себя недостаток в её силе. Как и любая сила, она имела ограниченный заряд. Длительность была ограничена и требовалось время на подзарядку. Всего лишь секунда для подзарядки и поток воды снёс тело на груду камней. Сильный удар при падении на камни. [СУБЪЕКТ «СТАЛКЕР» — СТАТУС: ТЯЖЁЛОЕ РАНЕНИЕ. ТРАВМА: ПАДЕНИЕ НА КАМНИ. ПОВРЕЖДЕНИЕ В ОБЛАСТИ ГРУДНОЙ КЛЕТКИ И ТАЛИИ. ПЕРЕЛОМ РЕБЕР, РАЗРЫВ МЯГКИХ ТКАНЕЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ: 89%.] Она не закричала. Не потому, что была сильной. Потому что не успела. [СУБЪЕКТ «ПРИЗРАЧНЫЙ СТАЛКЕР» — СТАТУС: РАНЕНА. ПРИЧИНА: ПАДЕНИЕ С ВЫСОТЫ, АСФИКСИЯ. КООРДИНАТЫ: 42.3633° С.Ш., 71.0641° З.Д.] Я смотрел на её тело — лежавшее на бетоне, искажённое судорогой. [ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ: 87%.] — «Она без сознания. Собери образцы. — повторил я. — Пусть дрон вколит коагулянт.» [ПОДТВЕРЖДЕНО.] Гидро-дрон быстро добрался до Софии. Собрал материал. Вколол лекарство. [ПОМОЩЬ ОКАЗАНА. СБОР ЗАВЕРШЕН. ЦЕННОСТЬ: ВЫСОКАЯ. БРЕЙКЕР-КЛАССИФИКАЦИЯ, СОСТОЯНИЕ «СМЕЩЕНИЕ». УНИКАЛЬНЫЙ БИОМАТЕРИАЛ.] [ОБРАЗЕЦ ПОЛУЧЕН. ОБЪЁМ: 12 МЛ. КАЧЕСТВО: УДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНОЕ. КОНСЕРВАЦИЯ: МГНОВЕННАЯ ЗАМОРОЗКА ДО -70°C.] — «Самое слабое ранение, — сказал я. — Иронично, что Хесс «выжила.» [ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ МАРКЕР: САРКАЗМ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ИСКЛЮЧИТЬ ИЗ ПРОТОКОЛОВ.] — «Не исключу.» .o.0.o.0.o.0.o. 08:47. Бостон. Квартира Лизы Уилборн. Лиза сидела в темноте. Монитор перед ней транслировал карту боя — те же данные, что видел Амальгама, та же сетка координат, те же зелёные и красные точки. Её сила услужливо подсвечивала детали, которые она не хотела знать. [СМЕРТЬ ОТ АСФЕКСИИ. ПЕРЕЛОМ КОНЕЧНОСТИ В 6 МЕСТАХ, ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНАЯ БОЛЬ СРАВНИМА С ... СМЕРТЬ ОТ СЛУЧАЙНОГО ЛУЧА СОЮЗНОГО БЛАСТЕРА. ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО ОЖОГИ ПОЛОВИНЫ ТЕЛА, СКОРЕЕ ВСЕГО УМЕР В МУЧЕНИЯХ.] Она закрыла глаза. Её сила продолжала осыпать её тошнотворными фактами и наводками, как Шерлок Холмс, если бы он работал патологоанатомом. Она открыла глаза. Кружка стояла нетронутая, тёмная жидкость покрылась тонкой плёнкой. Рядом — пакетики, наполовину заполненные содержимым её желудка. Лиза коснулась щеки. Пальцы были мокрыми. Она взяла телефон. Экран вспыхнул, освещая её лицо — бледное, осунувшееся, с тёмными кругами под глазами. Она смотрела на контакт «Амальгама» и не могла заставить себя нажать кнопку вызова. Что ты хочешь ему сказать? Высказать очередную не смешную шутку или остроту? Быть может пожаловаться о несправедливости жизни или холодном расчёте? Лиза молчала долго. Лиза отложила телефон. В темноте бостонской квартиры, за тысячи километров от умирающего города, она обхватила колени руками и заплакала — тихо, беззвучно, как плачут люди, привыкшие, что их никто не слышит. .o.0.o.0.o.0.o. 08:48. Броктон-Бей. Перекрёсток Бродвея и Третьей. Левиафан шёл дальше. Вода поднималась. — «Пухляк выбыл, AD-6.» — «Добрый Сосед погиб, CE-7.» — «Реликвия погибла, BC-2.» — «Галлант...» Я выключил звук. На экране Дины пульсировали новые цифры. Вероятности. Прогнозы. Ветки реальности, которые могли бы случиться, но не случились. Она не могла напрямую просчитать действия Левиафана, но могла увидеть расходящиеся волны от них. [ПРОГРЕСС СБОРА: 81%.] — «Продолжаем, — сказал я.» [ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ МАРКЕР: УСТАЛОСТЬ, ГРУСТЬ, СМЯТЕНИЕ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ОТДЫХ.] — «Некогда отдыхать. Битва ещё не закончилась.» На экране Левиафан поднял руку, и новая волна — десятая? Двадцатая? Люди в этом хаосе сбивались со счёта. Катаклизм обрушился на остатки барьеров. Где-то в городе умирали люди. Где-то в городе мои дроны собирали пробы. Где-то в городе Тейлор вытаскивала из-под завалов детей. А я сидел в своём безопасном бункере, смотрел на экраны и считал проценты. [ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ МАРКЕР: САМООСУЖДЕНИЕ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПОДАВИТЬ.] — «Не подавлю.» [ЭТО НЕЭФФЕКТИВНО.] — «Знаю.» .o.0.o.0.o.0.o. 08:49. Бостон. Операционный центр. Я считал пробирки собранные дронами. Каждая — чьё-то ранение, чья-то смерть, чей-то выбор, который привёл их в этот момент. [ЦЕННОСТЬ КОЛЛЕКЦИИ: ИСКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ. ПОТЕНЦИАЛ ИССЛЕДОВАНИЙ: НЕОГРАНИЧЕН.] — «Неограничен, — повторил я. — Как аппетит.» [ЗАПРОС: МЕТАФОРА?] — «Нет. Просто констатация.» Я откинулся в кресле и закрыл глаза-дисплеи. Гул «Н-клеток» заполнял тишину. За стенами бункера, в сотнях километров к югу, вода продолжала подниматься, люди продолжали умирать, и Левиафан продолжал свой бесконечный, бессмысленный маршрут. [ПРОГНОЗИРУЕМОЕ ВРЕМЯ ДО СЛЕДУЮЩЕГО КРИТИЧЕСКОГО СОБЫТИЯ: 6-8 МИНУТ.] — «Я буду здесь, — сказал я.» [ПОДТВЕРЖДЕНО.] Я открыл глаза. На экране Левиафан шагнул в воду, и очередная волна накрыла квартал. — «Саурон погиб, BC-7.» — «Блицкриг выбыл, AC-3.» — «Галлант...» — «Включи звук, — сказал я.» [ПРИНЯТО.] — «...Галлант погиб, BD-4. Координаты 42.3655° с.ш., 71.0662° з.д.» Я не знал Дина Стэнсфилда. Я знал его статистику. Классификация Бластер/Умник 4. Способность: эмпатические снаряды. Пассивное чувствование эмоций. Семнадцать лет. Бойфренд Виктории Даллон. Я не знал, любил ли он сладкий чай. Боялся ли темноты. Плакал ли по ночам, когда никто не видел. [ОБРАЗЕЦ ДОСТУПЕН. ЦЕННОСТЬ: СРЕДНЯЯ. ВЕРОЯТНОСТЬ ПОЛУЧЕНИЯ: 76%.] — «Собирай, — сказал я.» [ПРИНЯТО.] Где-то в городе, в медицинском пункте, Виктория Даллон прижалась лицом к плечу сестры и зарыдала беззвучно, сотрясаясь всем телом. Эми обнимала её и смотрела в пустоту. А мой «Гидро-паук» уже полз к телу, остывающему под холодным майским дождём. .o.0.o.0.o.0.o. 08:52. Бродвей — пересечение с Четвёртой. Уровень воды: 1,7 метра. Левиафан перестал бежать. Это было страшнее всего. Он просто шёл теперь, размеренно, неотвратимо. Сама стихия воплоти. Вода поднималась с каждым его шагом — не потому, что он приказывал ей, а потому, что его присутствия было достаточно. Гравитация. Давление. Неизбежность. [ОБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» — СМЕНА ТАКТИКИ. РЕЖИМ: «МЕДЛЕННОЕ ЗАТОПЛЕНИЕ». РАСЧЁТНОЕ ВРЕМЯ ДО ПОЛНОГО ПОГРУЖЕНИЯ НИЖНИХ УРОВНЕЙ ГОРОДА: 14-17 МИНУТ.] — «Он не спешит, — сказал я в пустоту операционного центра. — Он просто... собирает урожай. Как мы.» [АНАЛОГИЯ НЕТОЧНА. МЫ СОБИРАЕМ МЁРТВЫХ. ОН СОЗДАЁТ ИХ.] — «Разница в темпе, партнёр. Не в сути.» Осколок промолчал. Я не был уверен, согласился он или просто счёл спор неэффективным. На карте Броктон-Бей синие зоны затопления расползались, как гематома. Жёлтые маркеры кейпов — те, кто ещё держался — гасли один за другим. Зелёные точки моих сборщиков пульсировали в такт сердцебиению, которого у меня больше не было. — «Притворщик выбыл, BD-4.» — «Акустик погиб, AD-6.» — «Суровая Госпожа выбыла, DD-2.» — «Решительная погибла, BC-3.» — «Печальный выбыл, DC-6...» Я включил звук громче. Не потому, что нуждался в информации. Потому что эти голоса — синтезированные, бесполые, бесконечно терпеливые — были единственным напоминанием, что я не один наблюдаю за концом света. — «Эгида... статус: критический. Координаты 42.3667° с.ш., 71.0677° з.д. Боевая единица запрашивает поддержку.» Я переключил камеру. .o.0.o.0.o.0.o. 08:53. Квартал «Брайар-Вуд». Южная оконечность парка. Карлос не должен был здесь находиться. Эгида. Лидер Стражей. Мальчик, чья сила заключалась в том, чтобы не умирать. Избыточная биология, адаптивная регенерация, резервные системы органов — его тело было крепостью, построенной на костях. Но крепости тонут. В сектор эвакуации пришёл губитель, а они не успевали. — «Отходите! — крикнул он, в коммуникатор. — Живо!» Левиафан даже не замедлился. Вода не подчинялась геометрии. Она текла везде — по искривлённым коридорам, через сжатые проёмы, сквозь растянутые перспективы. Ей было всё равно, сколько метров отделяло цель от хищника. Эгида обернулся. Водяной хлыст ударил ему в грудь. [СУБЪЕКТ «ЭГИДА» — СТАТУС: МНОЖЕСТВЕННЫЕ ТРАВМЫ. ПЕРЕЛОМ ГРУДИНЫ, РАЗРЫВ ЛЁГКОГО, ВНУТРЕННЕЕ КРОВОТЕЧЕНИЕ. АДАПТИВНЫЕ ПРОТОКОЛЫ: АКТИВИРОВАНЫ. ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЕ ФУНКЦИЙ: 34%.] Он устоял. Происходящие внутри него процессы я не видел, потому не мог сказать как. Броня на его груди превратилась в смятый металлолом, но он стоял, заслоняя собой Висту и Дениса, принимая на себя удары, которые должны были убить его трижды. — «Бегите! — крикнул он, и изо рта у него потекла кровь. — Я вас прикрою!» Виста, что услышала эти слова в наушнике уже удаляясь из района, вместе с беженцами замерла на мгновение. Я не видел её лицо под маской, но был уверен что там детское ещё, почти кукольное, с огромными глазами, в которых плескался ужас слишком взрослого понимания. — «БЕГИТЕ, МИССИ!» Она побежала, зажимала расстояние как могла пытаясь вытащить всех пострадавших. Разрываемый противоречиями Стояк получивший травму до этого от пропущенной ударной волны решил пойти с младшей подругой. Левиафан не был сильно заинтересован в Эгиде поэтому он походя расплющил и перемолол его плоть и кости. Именно это его и спасло. Его избыточная биология и дублирующие системы смогла сохранить мозг. А пока мозг цел с этим поможет Панацея. [СУБЪЕКТ «ЭГИДА» — СТАТУС: ЖИВ. ПРИЧИНА: УНИКАЛЬНОСТЬ БИОЛОГИИ И КРАЙНЯЯ АДАПТИВНОСТЬ. РЕКОМЕНДАЦИЯ СОБРАТЬ ОБРАЗЕЦ] — «...Карлос? — голос Дениса был тихим, детским, потерянным. — Карлос, ты чего? Ответь. Мы же... мы же должны были вместе...» Но гарнитура молчала Вода поднималась. — «Эгида погиб, AD-4. Координаты 42.3667° с.ш., 71.0678° з.д.» [ОБРАЗЕЦ ДОСТУПЕН. СУБЪЕКТ «ЭГИДА» — РЕЙТИНГ БУГАЙ 7+. УНИКАЛЬНЫЙ БИОМАТЕРИАЛ. КЛАССИФИКАЦИЯ: АДАПТИВНАЯ БИОЛОГИЯ, РЕЗЕРВНЫЕ СИСТЕМЫ ОРГАНОВ.] — «Собирай, — сказал я.— а его черепную коробку наполни ящерицей и максимально аккуратно доставь к Панацее» [ПРИНЯТО.] .o.0.o.0.o.0.o. 08:56. Медицинский пункт. Периметр «Зелёная зона». Виста не плакала. Она стояла у входа в палатку, сжимая в руках обломок щита — белого, с синей эмблемой, ещё хранящего тепло ладони своего хозяина. Ей было тринадцать лет. Она сражалась с Губителями с девяти. Она видела смерть десятки раз. Но не так. — «Мисси, — тихо говорил ей Кид Вин. Крис. Он коснулся её плеча. — Нам нужно...» — «Не смей говорить мне, что нам нужно.» Её голос был тихим. Спокойным. Взрослым. — «Мы должны... — он запнулся. — Денис ранен. Карлос... Карлос мёртв. Галлант... Я не знаю, где Галлант, его браслет молчит. Мы единственные, кто остался от команды.» Виста молчала. — «Мисси, пожалуйста...» — «Я знаю, Крис. — Она подняла на него глаза. — Я знаю, что мы единственные. Я знаю, что нам нужно быть сильными. Я знаю, что нельзя останавливаться. Я всё это знаю.» Пауза. — «Но почему это всегда должны быть мы? Почему мы, дети, должны умирать вместо взрослых, которые придумали этот мир?» Крис не нашёл ответа. В наушниках зашипел вызов. Голос Легенды — усталый, но всё ещё твёрдый: — «Стражи, докладывайте. У вас есть проблемы?» Виста взяла планшет. Её пальцы не дрожали. — «Эгида — погиб. Галлант — без сознания, статус неизвестен. Стояк — тяжёлое ранение, эвакуирован к Панацее. Кид Вин — лёгкие повреждения, боеспособен. Виста — боеспособна. Нас осталось всего ничего...» Пауза на том конце. — «...Принято. Оставайтесь на месте. Подкрепление будет.» — «Мы не можем ждать подкрепления,» — сказала Виста. — «Вода поднимается. Люди тонут. Если мы останемся здесь, они умрут.» — «Виста...» — «Я искажаю пространство. Я могу сокращать расстояния, растягивать коридоры, создавать проходы там, где их нет. Карлос умер, чтобы я могла это делать. Я не дам его смерти стать бессмысленной.» Долгая тишина. — «...Хорошо. Действуй. Но будь осторожна.» — «Я всегда осторожна.» Она отключила связь и шагнула в воду. Крис смотрел ей вслед. Потом, выругавшись сквозь зубы, побежал догонять. .o.0.o.0.o.0.o. 09:03. Бродвей, 500 метров от эпицентра. Тейлор видела только воду, обломки и лица людей, которые смотрели на неё с надеждой. — «Сюда!» — крикнула она, указывая направление. — «Там лестница на крышу, вода не поднимется выше третьего этажа!» Люди бежали мимо неё — мокрые, испуганные, живые. Она считала их про себя: двадцать три, двадцать четыре, двадцать пять. Каждый, кто добегал до лестницы, был маленькой победой над большой смертью. — «Рой,» — голос в гарнитуре был спокойным, модулированным, без интонаций. — «Левиафан смещается в твой сектор. У тебя две минуты, не больше.» — «Принято.» Она огляделась. Здание позади неё — офисный центр, двенадцать этажей, на крыше вертолётная площадка. Там могли укрыться ещё десятки людей. Может быть, сотни. Но чтобы вывести их, нужно время. А времени у неё не было. Используй ложные цели. Идея пришла мгновенно —озарение, расчётливый инженерный план в её сознании. — «Работодатель, — сказала она вслух, обращаясь к пустоте в наушнике. — Мне нужны координаты Левиафана.» [ЗАПРОС ПРИНЯТ. КООРДИНАТЫ ТРАНСЛИРУЮТСЯ.] — «Спасибо.» Она сосредоточилась. Насекомые — её армия— хлынула из щелей, из подвалов, из затопленных квартир. Тысячи. Десятки тысяч. Они собирались на открытом пространстве, сплетаясь в формы, в силуэты, в ложь. [РОЕВЫЕ КОНСТРУКТЫ — СТАТУС: ФОРМИРОВАНИЕ. КОЛИЧЕСТВО ЕДИНИЦ: 14. СХОДСТВО С СУБЪЕКТОМ «РОЙ»: 73%.] — «Мало, — выдохнула она. — Ещё.» [РЕЗЕРВЫ ИСТОЩЕНЫ. ДАЛЬНЕЙШЕЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ НАСЕКОМЫХ СНИЗИТ ПЛОТНОСТЬ СЕНСОРНОЙ СЕТИ НА 40%.] — «Ещё.» [ПРИНЯТО.] Она выплеснула остатки своей армии в эту отчаянную, безнадёжную ложь. Четырнадцать клонов — её копий, её двойников, её жертв — замерли на перекрёстке, ожидая сигнала. — «Давай, — сказала она. — Пусть видит меня. Пусть идёт за мной.» [ТРАНСЛЯЦИЯ ГОЛОСА — АКТИВИРОВАНА.] — «Эй, урод! — голос Тейлор, искажённый, жужжанием роя, разнёсся над затопленными улицами. — Я здесь! Иди сюда, попробуй убить меня!» Левиафан повернул голову. Четыре зелёных глаза — три слева, один справа — спокойно осматривали улицы. Его взгляд спокойно уставился на скопление роевых клонов в центре перекрёстка. Он смотрел. Тейлор замерла. — «Бегите, — прошептала она людям в здании. — БЕГИТЕ!» Губитель шагнул вперёд. Вода взметнулась, как хлыст. Роевые клоны — четырнадцать силуэтов, слепленных из мух, жуков и моли — разлетелись чёрными брызгами, не успев даже рассыпаться. Ударная волна ударила в Тейлор. [СУБЪЕКТ «РОЙ» — СТАТУС: КРИТИЧЕСКИЙ. УДАРНАЯ ВОЛНА, ГИДРОСТАТИЧЕСКИЙ ШОК. ТРАВМЫ: ПЕРЕЛОМЫ РЁБЕР (3,4,5), КОНТУЗИЯ ЛЁГКИХ. ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ БЕЗ МЕДИЦИНСКОГО ВМЕШАТЕЛЬСТВА: 17%.] Она не почувствовала боли. Только холод — странный, проникающий, глубокий. И тишину в наушнике. [КОАГУЛЯНТ «СТЯЖКА» — АВТОМАТИЧЕСКАЯ ИНЪЕКЦИЯ. КРОВОТЕЧЕНИЕ ОСТАНОВЛЕНО. РЕГЕНЕРАТОР «ЯЩЕРИЦА» — ВВЕДЁН. СТАБИЛИЗАЦИЯ ТКАНЕЙ: НАЧАТА.] Она лежала на мокром асфальте, глядя в серое, низкое небо, и думала о том, что отец сегодня утром не доварил кофе. Горчит. Он всегда его перегревает. — «Рой!» — чей-то крик, далёкий, как сквозь вату. — «РОЙ!» Чьи-то руки подхватили её, оторвали от земли. Телепортация — вспышка боли, сжатие пространства, выдох. — «Рой выбыла, AB-6. Эвакуация: успешна. Транспортировка к медицинскому пункту.» Темнота. .o.0.o.0.o.0.o. 09:07. Медицинский пункт. Периметр «Зелёная зона». Эми смотрела на Тейлор и не узнавала её. Не потому, что лицо было в крови. Не потому, что броня превратилась в смятый металлолом. А потому, что девочка-насекомые — та самая, что она когда то лечила после странного инцидента со шкафчиком, а после стала частью её ночным кошмаром после заварушки в банке — лежала на носилках с выражением абсолютного, безмятежного покоя. — «Ты... — начала Эми, касаясь её груди.» Диагноз от её силы был предельно точным: множественные переломы рёбер, контузия лёгких, внутреннее кровотечение, остановленное препаратом уже известной Слайм Технолоджи. Регенерация тканей: ускорена в 14 раз. Эми подлатала самые критичные раны и Тейлор медсёстры утащили в следующую палату. 09:11. Бродвей — Линден-стрит. Уровень воды: 3,2 метра. Левиафан стоял в центре затопленного перекрёстка и ждал. Вокруг него плавали обломки. Доспехи, оружие, тела. Всё, что осталось от великих героев, собравшихся сегодня утром, чтобы умереть. [ПРОГРЕСС СБОРА: 89%. КОЛИЧЕСТВО ЦЕЛЕЙ СОБРАНО: 248. В ТОМ ЧИСЛЕ: ОБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» — 2 ПРОБЫ, ОБЪЕКТ «ЭГИДА» — 1 ПРОБА, ОБЪЕКТ «БРАНДИШ» — 1 ПРОБА, ОБЪЕКТ «КАЙЗЕР» — 1 ПРОБА, ОБЪЕКТЫ «КРИКУН», «ТОЛКАЧ», «МЕШ», «ПРИЗРАЧНЫЙ СТАЛКЕР» — ПОДТВЕРЖДЕНО, 231 МАЛОИЗУЧЕННЫХ ЦЕЛЕЙ.] — «Двести сорок семь,» — сказал я. — «И один Губитель.» [СТАТУС МИССИИ: 89%. ПРОГНОЗИРУЕМОЕ ВРЕМЯ ДО ОТСТУПЛЕНИЯ ЦЕЛИ: 4-7 МИНУТ.] [ВЕРОЯТНОСТЬ ПОЯВЛЕНИЯ ОБЪЕКТА «СЦИОН» В БЛИЖАЙШИЕ 5 МИНУТ: 94%. ИСТОЧНИК: КАНОНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ, ПОДТВЕРЖДЁННЫЕ НАБЛЮДЕНИЕМ.] Я смотрел на карту. Золотая метка — «Сцион» — пульсировала на периферии, медленно приближаясь к эпицентру. — «Он всегда приходит, когда всё кончено,» — сказал я. — «Когда самые сильные уже мертвы, а самые слабые — умирают. Когда статистика потерь достигает идеального, круглого числа.» Губители знали. Они всегда знали, когда появлялся Сцион. И всегда — всегда — отступали. Вопрос был только в том, сколько ещё человек умрёт за эти минуты. [ИРОНИЯ: СУБЪЕКТ «СЦИОН» ОБЛАДАЕТ ДОСТАТОЧНОЙ МОЩЬЮ ДЛЯ УНИЧТОЖЕНИЯ ГУБИТЕЛЯ ЗА 3-4 СЕКУНДЫ БОЯ. ПРЕДПОЧИТАЕТ ЖДАТЬ 3-4 ЧАСА.] — «Слабовато. Но в этом есть некая ироничность.» [РАЗНИЦА НЕСУЩЕСТВЕННА.] Иногда я чувствую, что говорю с «голосовым помощником»... .o.0.o.0.o.0.o. 09:12. Бостон. Квартира Лизы Уилборн. Лиза смотрела на экран и не могла отвести взгляд. Её сила услужливо подсвечивала каждую смерть, каждый разрыв ткани, каждую остановку сердца. Она видела, как умирал Карлос. Как Дин улыбался перед тем, как бетонная плита оборвала его жизнь. Как Тейлор лежала на асфальте с переломанными рёбрами и улыбалась. Ты можешь остановить это. Ты можешь закрыть ноутбук и уйти. Никто не узнает. Страх и тошнота манили её. Но совесть заставляла остаться. Она взяла телефон. Экран вспыхнул, высвечивая контакт — «Амальгама». Она смотрела на него долго, очень долго, собираясь с мыслями, которых у неё не было, ведь кусочки пазла соединились в единую картину. Потом нажала вызов. — «Слушаю тебя Лиза.» Лиза закрыла глаза. — «У меня тут...» - её голос дрогнул.» Она замолкла. — «Говори Лиза. Ты можешь выговориться» Лиза немного всхлипнула и попыталась продолжить. — «У меня тут список. Имён. Тех, кто умер за последние два часа. Сила показывает мне их лица. Их последние мысли. Знаешь, о чём думал Галлант перед смертью?» Молчание. — «О Виктории. О том, что он не успел сказать ей, как сильно её любит. И о том, что ему жаль, что он не смог помочь Эми. Это были его последние мысли. Не страх. Не боль. Сожаление.» — «...» — «У тебя всё просто - собираешь ДНК и хранишь в контейнерах». — Её голос сел до шёпота. — Но что делать с последними мыслями Дина Стэнсфилда? Скорости? Других Кейпов?» Долгая, тяжёлая тишина. — «...Помнить, — сказал Амальгама. — Это можно сохранить только в своей памяти. Ни я, никто не может это собрать и сохранить. Даже если бы хотел.» Лиза молчала. — «...Сцион пришёл, — сказала она наконец. — Смотри.» .o.0.o.0.o.0.o. 09:14. Броктон-Бей. Эпицентр. Золотой свет ударил с неба, как божественное возмездие. Сцион. Он не прибыл эффектно — не было вспышек, не было громких речей, не было драматических пауз. Он просто появился в эпицентре, между Левиафаном и разрушенным госпиталем, и поднял руку. Луч. Один-единственный луч — тонкий, ослепительно-белый, сфокусированный с точностью лазерного скальпеля — ударил в грудь Губителя. Левиафан отшатнулся. Я видел это собственными глазами — через три камеры, через сенсоры «Пауков-призраков», через дрожащие объективы ворон, чудом уцелевших в этом аду. Существо, которое два часа убивало лучших героев планеты, не получая серьёзных ран, отступило перед золотым человеком. [ОБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» — СТАТУС: ОТСТУПЛЕНИЕ. ПОЛУЧЕННЫЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ: МНОЖЕСТВЕННЫЕ РАНЫ НАПОМИНАЮЩИЕ ОЖОГИ ТРЕТЬЕЙ СТЕПЕНИ, ПОТЕРЯ 14% БИОМАССЫ. СКОРОСТЬ РЕГЕНЕРАЦИИ: СНИЖЕНА НА 60%.] — «Не добивает, — проговорил я. — Как всегда.» [ПОДТВЕРЖДЕНО. СУБЪЕКТ «СЦИОН» ДЕМОНСТРИРУЕТ МИНИМАЛЬНО НЕОБХОДИМУЮ АГРЕССИЮ ДЛЯ НЕЙТРАЛИЗАЦИИ УГРОЗЫ. ПРИЧИНА: НЕИЗВЕСТНА.] — «Причина — он играет героя, а не является им. Он делает ровно столько, чтобы следовать образу героя. Ни каплей больше.» Левиафан развернулся и побежал. Впервые за два часа — бегство. Не отступление, не тактическое перемещение — настоящее, паническое бегство хищника, который вдруг понял, что он — всего лишь добыча. Вода под ним вскипела, разошлась кругами, и чудовище исчезло в океане, оставив после себя только разрушенный город, две тысячи трупов и тишину. [ОБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» — ПОКИНУЛ ЗОНУ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ. УГРОЗА КЛАССА S — НЕЙТРАЛИЗОВАНА.] — «Нейтрализована, — повторил я. — Красивое слово.» .o.0.o.0.o.0.o. 09:16. Бостон. Операционный центр "Слайм Технолоджи". — «Протокол «Жнец» — финальная стадия, — сказал я. — Всем сборщикам — максимальная скорость. У нас десять минут, пока герои не очухались и не начали задавать вопросы.» [ПРИНЯТО. ВСЕ 43 АКТИВНЫХ СБОРЩИКА ПЕРЕВЕДЕНЫ В РЕЖИМ «УРОЖАЙ-2». ПРИОРИТЕТ: БИОМАТЕРИАЛ ПАРАЛЮДЕЙ С РЕЙТИНГАМИ БУГАЙ, ЧЕЙНДЖЕР, БРЕЙКЕР.] На карте Броктон-Бей зелёные точки — мои «Пауки» — заметались с удвоенной скоростью. Они ныряли в затопленные подвалы, извлекали пробы из тел, которые ещё не успели унести спасатели, запечатывали образцы в криоконтейнеры и исчезали в тени, оставляя после себя только тихий шелест гидравлики. [ОБЪЕКТ «СТРАШИЛА» — КООРДИНАТЫ 42.3699° С.Ш., 71.0701° З.Д. СТАТУС: УНИЧТОЖЕН. ПРИЧИНА: МНОЖЕСТВЕННЫЕ ТРАВМЫ, НЕСОВМЕСТИМЫЕ С ЖИЗНЬЮ.] — «Страшила, — я открыл его досье. Браубит. Бугай/Чейнджер 5. Биокинетик, способный изменять собственную плоть. Усиление силы, выносливости, регенерации. Новичок. Три месяца в Стражах. Никто даже не узнает, что он мёртв — его тело слишком сильно повреждено.» [ОБРАЗЕЦ ПОЛУЧЕН. ОБЪЁМ: 24 МЛ. КАЧЕСТВО: ВЫСОКОЕ. УНИКАЛЬНЫЙ БИОМАТЕРИАЛ.] — «Хорошо.» [ОБЪЕКТ «КРИКУН» — ПОВТОРНЫЙ СБОР. ОБРАЗЕЦ ПОДТВЕРЖДЁН.] [ОБЪЕКТ «ГАЛЛАНТ» — СБОР НЕВОЗМОЖЕН. ТЕЛО ЗАБЛОКИРОВАНО ОБЛОМКАМИ. ВРЕМЯ ИЗВЛЕЧЕНИЯ: 8-10 МИНУТ. РИСК ОБНАРУЖЕНИЯ: 94%.] — «Отставить. Не рискуй.» [ПРИНЯТО. ОБЪЕКТ «ГАЛЛАНТ» — СТАТУС: ПОТЕРЯН.] Я смотрел на экран. На красную метку, обозначавшую тело мальчика, который чувствовал слишком сильно и умер слишком рано. — «Печально, — сказал я. — Возможно мы не сможем дать тебе ещё немного быть героем.» [ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ МАРКЕР: СОЖАЛЕНИЕ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПОДАВИТЬ.] — «Не подавлю.» [ЭТО НЕЭФФЕКТИВНО.] — «Знаю.» .o.0.o.0.o.0.o. 09:24. Броктон-Бей. Набережная. Город молчал. Не той тишиной, которая наступает после бури, — той, которая приходит после смерти. Вода медленно отступала, оставляя на асфальте грязную пену, обломки, тела. Сирены СКП выли где-то на периферии, но здесь, в эпицентре, было тихо. Сцион исчез так же незаметно, как появился. Его работа была сделана. Его долг — оплачен. Ему не было дела до трупов, до раненых, до разрушенного города. [ПРОТОКОЛ «ЖНЕЦ» — ЗАВЕРШЁН. ОБРАЗЦЫ: 289 ЕДИНИЦ. СТАТУС МИССИИ: 94%.] — «Двести восемьдесят девять, — сказал я. — Это новый рекорд.» [ПОДТВЕРЖДЕНО. ПРЕДЫДУЩИЙ РЕКОРД: 47 ОБРАЗЦОВ (ОПЕРАЦИЯ «ДЕЙДАРА»).] — «Мы становимся эффективнее.» [ПОДТВЕРЖДЕНО.] Я откинулся в кресле и закрыл глаза-дисплеи. Гул системы вентиляции заполнял тишину. За стенами завода, в десятках километров к югу, люди начинали долгий, мучительный процесс подсчёта потерь. Они искали своих мёртвых, оплакивали их, хоронили. А я сидел в темноте своего операционного центра и смотрел на пробирки. [ОБРАЗЕЦ 247-A: СУБЪЕКТ «ЛЕВИАФАН» — ТКАНЬ ГУБИТЕЛЯ. КЛАССИФИКАЦИЯ: ВНЕЗЕМНАЯ БИОЛОГИЯ. ПОТЕНЦИАЛ: НЕОГРАНИЧЕН.] [ОБРАЗЕЦ 189-C: СУБЪЕКТ «ЭГИДА» — АДАПТИВНАЯ РЕГЕНЕРАЦИЯ. ПОТЕНЦИАЛ: СОЗДАНИЕ РЕЗЕРВНЫХ СИСТЕМ ОРГАНОВ.] [ОБРАЗЕЦ 211-B: СУБЪЕКТ «БРАНДИШ» — БРЕЙКЕР-ТРАНСФОРМАЦИЯ. ПОТЕНЦИАЛ: СТОЙКАЯ ОБОРОНА.] [ОБРАЗЕЦ 256-D: СУБЪЕКТ «ПРИЗРАЧНЫЙ СТАЛКЕР» — ФАЗОВАЯ ИНВЕРСИЯ. ПОТЕНЦИАЛ: ИССЛЕДОВАНИЯ ИНЫХ ПРОСТРАНСТВ.] — «Двести восемьдесят семь смертей, — сказал я. — И один Губитель.» [ТАКТИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА: УСПЕХ. СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА: ТРЕБУЮТСЯ ДАЛЬНЕЙШИЕ ДЕЙСТВИЯ.] — «Знаю.» Я открыл канал связи с Лизой. — «...Всё кончилось, — сказала она. Голос был пустым, выстуженным. — Сцион ушёл. Левиафан ушёл. Остались только мы.» Пауза. — «Ты получил свои образцы?» — «Да.» — «Много?» — «Двести восемьдесят девять.» — «...Боже. — Она выдохнула. — Это почти триста человек. Триста жизней. Триста генетических линий, которые ты теперь хранишь в своей морозилке.» — «Я сохраню их. — Мой голос звучал ровно, даже для меня самого. — Их сила не исчезнет. Я не дам их наследию пропасть.» Я смотрел на пробирки. На холодный, стерильный свет криогенных камер. На 289 ячеек готовых пополнится образцами, каждый из которых содержал чью-то жизнь, свёрнутую в спираль ДНК. Я молчал. — «Что ты будешь делать теперь?» — спросила Лиза.» — «Работать. У нас есть образцы Левиафана. У нас есть кровь Кайзера, ткани Брандиш, генетический код Эгиды. У нас есть всё, чтобы создать нечто... новое.» Она вздохнула — устало, обречённо. — «Мне тоже следует отдохнуть от всего этого.» Она отключилась. Я смотрел на тёмный экран, отражающий моё усталое лицо. [РЕКОМЕНДАЦИЯ: ОТДЫХ. ПРОТОКОЛ «ЖНЕЦ» ЗАВЕРШЁН. УРОВЕНЬ СТРЕССА НОСИТЕЛЯ: ВЫСОКИЙ.] — «Хорошо. Но возьми на себя работу по поиску и разборке завалов через дронов.» [ПРИНЯТО] На экране, в углу карты Броктон-Бей, маленькая зелёная точка — «Паук-14» — продолжала копошиться в обломках, собирая последние образцы. Где-то в городе Тейлор приходила в себя на госпитальной койке, ощупывая только сросшиеся рёбра. Где-то в городе Виктория Даллон сидела у постели сестры, не в силах произнести имя матери. Где-то в городе Денис, заморозивший время, чтобы спасти друга, смотрел на пустой щит и пытался вспомнить, как дышать. А я сидел в своём безопасном бункере, смотрел на пробирки с чужими смертями и ждал следующего раза. Потому что в этом мире всегда будет следующий раз. .-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-. Фургон Бойни №9. Шоссе I-95, 200 километров от Броктон-Бей. POV: Райли и Джек. .-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-. — «Дядя Джек! Дядя Джек, ты видел?!» - Райли подпрыгивала на месте, её пальцы порхали над клавиатурой, вытаскивая на экран записи с камер наблюдения, взломанных дронов Дракон, любительских трансляций из социальных сетей. - «Он сделал это! Он действительно сделал это!» Джек Остряк откинулся в кресле, лениво поигрывая ножом. Его улыбка — лёгкая, почти ласковая — не касалась глаз. — «Что именно он сделал, солнышко?» — «Он собирал образцы! Во время всего боя! Смотри, смотри сюда!» - Она ткнула пальцем в экран, где крошечный «Гидро-паук», замаскированный под обломок доски, вонзал пробоотборник в рану на хвосте Левиафана. - «Это же гениально! У него роботы с живыми мембранами, вакуумные дротики, криоконтейнеры! Он продумал всё!» — «Хм.» — «И вот здесь!» - Райли переключила трансляцию. Камера какого-то очевидца зафиксировала момент, когда ампула «Стяжки» вошла в шею Оружейника. - «Он не только собирает — он лечит! Одновременно! Это как если бы хирург делал операцию и забирал биопсию, пока пациент ещё под наркозом! Это эффективно!» — «Очень предусмотрительно,» — мягко согласился Джек.» — «Я же говорила тебе! Я же говорила, что он особенный!» - Райли обернулась к нему, её глаза сияли детским восторгом, за которым проглядывало нечто гораздо более взрослое и пугающее. - «Он понимает! Он понимает, что смерть - это не конец, а ресурс! Что тело - это просто вместилище для данных! Что мы можем...» —« Что мы можем?» — перебил Джек, чуть наклонив голову. Райли замерла. — «...Что мы можем сделать мир лучше,» — закончила она тихо. — «Если не бояться использовать то, что нам дано.» Джек улыбнулся — шире, теплее, искреннее. Он понял что его смутило в прошлый раз. — «Ты права, солнышко. Он действительно особенный.» Он посмотрел на экран, где крошечный дрон исчезал в тени разрушенного здания, волоча за собой контейнер с драгоценным грузом. — «Знаешь, что мне в нём нравится больше всего?» — «Что?» — выдохнула Райли.» — «Он не пытается быть героем. Не пытается быть злодеем. Он просто... делает. Берёт то, что ему нужно, и уходит.» — «Как мы!» — радостно воскликнула Райли. — «Мы тоже так делаем!» — «Да,» — кивнул Джек. — «Как мы.» Он взял свой нож, покрутил его в пальцах, поймал блик на лезвии. — «Напиши ему ещё раз,» — сказал он. — «Поблагодари за подарок. Спроси, понравился ли ему наш... образец.» — «Я уже отправила!» — Райли захлопала ресницами. — «Три часа назад! Он ещё не ответил, наверное, занят. Но когда ответит...» — «Когда ответит,» — мягко перебил Джек, — «пригласи его в гости. Не говори, что мы будем в Бостоне, пусть мы туда уже наведывались, именно там появился новый филиал его компании кто бы мог подумать что технарь со специализацией на слизи назовёт свою компанию столь прямо. Через... ну, через пару недель когда разберёт свои трофеи, а обстановка чуть стабилизируется мы прибудем в Бостон куда убежит часть людей и кейпов. И тогда мы прибудем чтобы показать как правильно нужно развлекаться. Думаю к этому моменту в Броктон-Бей останется мало интересного для нас.» — «Думаешь, он согласится?» Джек посмотрел на экран, где на карте Броктон-Бей которая составлялась Райли и Манекеном по оперативным сводкам. — «Думаю, ему будет очень интересно с нами познакомиться,» — сказал он улыбаясь. — «У нас столько общего.» Райли кивнула и снова уткнулась в экран, выискивая новые записи, новые доказательства гениальности своего заочного друга. Джек Остряк улыбнулся и закрыл глаза. 09:47. Броктон-Бей. Штаб-квартира СКП — временная. Эмили Пиггот смотрела в окно и не узнавала город. Не потому, что вода уничтожила кварталы. Не потому, что над набережной всё ещё поднимался пар от столкновения стихии и силы. А потому, что тишина была неправильной. Она привыкла к шуму. К сиренам, к докладам, к бесконечному потоку данных, который нужно было фильтровать, анализировать, превращать в приказы. Это было её ремесло. Её призвание. Её проклятие. Сейчас в наушнике было пусто. — «Директор.» Она обернулась. Ренник, её заместитель, стоял в дверях с планшетом в руках. Лицо у него показывало масштаб его измотанности. — «Предварительный отчёт. Триста сорок семь погибших кейпов. Около тысячи двухсот гражданских. Раненых — в пять раз больше. Империя 88 уничтожена как организованная сила. Кайзер, Крикун, Алебастр — подтверждённые потери, Крюковолк считай тоже. АПП обезглавлены — Лунг в коме, Бакуда... тоже по своему. «» Пиггот кивнула. Её пальцы, сцепленные за спиной, побелели от напряжения. — «Оружейник?» —« Реанимация. Панацея стабилизировала, но травмы тяжёлые. Потеря руки, переломы, порезы, внутренние кровотечения. Будет жить, но без дальнейшей её помощи на восстановление уйдут не меньше полугода.» — «А если он захочет ускорить процесс с помощью...» — она запнулась, подбирая слово, — «...благотворителей?» Ренник проследил её взгляд. За окном, на разбитой парковке перед медицинским крылом, уже разворачивалась операция. — «Они появились семнадцать минут назад, — сказал он. — Четырнадцать грузовых платформ на колёсной базе, шесть многоногих транспортов. Все с логотипом "Слайм Технолоджи". Предъявили документы в наш юридический отдел ещё до того, как вода сошла.» — «Документы?» — «Легальные. НКО "Слайм Технолоджи", основное направление — разработка биоразлагаемых материалов и медицинских адгезивов. Дополнительное — экстренное реагирование при техногенных и природных катастрофах. У них есть лицензия МЧС, страховка на сто миллионов и письменное согласование с мэрией Бостона на проведение спасательных работ на территории других штатов в случае чрезвычайной ситуации федерального уровня.» Пиггот молчала долго. — «...Федерального уровня.» — «Да, мэм. Левиафан тянет на федеральный уровень.» — «Они знали,» — сказала она. — «Они подготовили документы до того, как Сирены Губителя прозвучали. Им кто-то сообщил.» — «Или у них очень хорошая аналитическая модель,» — осторожно заметил Ренник. — «Дракон подтвердила: их алгоритм предсказания аномалий в воде показал результат на сорок минут раньше, чем система Оружейника.» — «И они ничего не сказали.» — «Они отправили предупреждение в наш отдел по связям с общественностью. В 05:52 утра.» — «...» — «Формально — всё правильно, мэм. Неформальный контакт с неаффилированной организацией, рекомендация проверить оборудование в портовой зоне. Никаких прямых утверждений, только «повышенная вероятность гидродинамических аномалий». Юристы говорят — даже если мы подадим в суд, они отобьются.» Пиггот закрыла глаза. — «Что они делают сейчас?» — «Разворачивают мобильные госпитали. Бесплатная экстренная помощь. Коагулянты, ускорители регенерации, обезараживатели. Их специалисты — те, в ярких жилетах — уже разбирают завал на Бродвее. Работают в зонах, куда наши спасатели не могут зайти из-за риска обрушения.» Пиггот смотрела на них через окно. Они двигались с механической плавностью — не быстрее людей, но эффективнее. Ни одного лишнего движения. Ни секунды колебаний. Балка, угрожающая рухнуть, — три точки опоры, гидравлический домкрат, страховочная сеть. Раненый под обломками — доступ за тридцать секунд, иммобилизация, «Стяжка», носилки. — «Они спасают наших людей,» — тихо сказала она. — «И я ничего не могу с этим сделать.» — «Они помогают и даже соблюдают закон, мэм.» — «Да. Это хорошо. Это героически.» — Её голос стал сухим. — «Именно это меня и пугает.» .o.0.o.0.o.0.o. 10:13. Бродвей — пересечение с Третьей. Зона спасательных работ. Эмили Пиггот была чиновником. Бюрократом. Человеком, который подписывал бумаги, а не стрелял лазерами. Сейчас она стояла на разбитом асфальте, в гражданском плаще поверх бронежилета, и смотрела, как гуманоидная машина в оранжевом жилете извлекает ребёнка из-под бетонной плиты. — «Директор Пиггот.» Голос был без интонаций, среднего возраста. Она обернулась. Аватар стоял в двух метрах от неё — антропоморфная фигура в безупречном сером костюме, с лицом, безупречного и чопорного адвоката. — «Агент К.,» — сказала она. — «"Слайм Технолоджи". Я читала ваше досье.» В ответ она получила лишь профессиональную улыбку. Пиггот пожевала губы и продолжила. — «Ваш работодатель считает, что всё это освобождает его от личной ответственности.» — «Мой работодатель считает, что ответственность определяется не формой, а результатом. Мы спасли сто сорок три жизни за последние сорок минут. Это не освобождает от ответственности. Это и есть ответственность.» Пиггот смотрела на него. — «Вы знали, что Левиафан придёт.» — «Мы предполагали с высокой степенью вероятности. Основание — собственные алгоритмы анализа гидродинамических аномалий. Результаты моделирования были переданы в ваш отдел за два часа до подтверждённого контакта.» — «В виде «рекомендации».» — «Да. Неаффилированные организации не имеют полномочий на прямое информирование населения о чрезвычайных ситуациях. Статья 47, раздел 3 Акта о парачеловеческой ответственности.» Пиггот почувствовала, как у неё заныли зубы. — «Вы цитируете закон, который сами же и обходите.» — «Мы его соблюдаем,» — поправил Агент К. — «Обход подразумевает нарушение. Мы не нарушаем.» — «Чего вы хотите?» — «Работать. Спасать. Восстанавливать. — Пауза. — Демонстрировать эффективность.» — «Чтобы получить контракты.» — «Чтобы получить возможность делать то, что мы делаем, легально, открыто и без сторонних помех. Контракты — это инструмент. Цель — системные изменения.» Пиггот молчала. Агент К. повернул голову — плавно, без усилия, без звука. — «Директор, я понимаю ваше недоверие. Вы пережили Эллисбург. Вы видели, что происходит, когда биотехнологии выходят из-под контроля. Вы проецируете этот опыт на нас.» — «Не смейте...» — «Я констатирую факт,» - перебил он вежливо, безупречно. - «Ваш ПТСР - документированное состояние. Ваше неприятие биотехнологий - следствие травмы, а не результат рационального анализа. Это не упрёк. Это объяснение.» Она сжала кулаки. — «И что вы предлагаете? Терапию?» — «Я могу только рекомендовать. Но да. Терапия увеличит качество вашей жизни.» Пиггот закатила глаза. Аватар протянул ей планшет. — «Тридцать семь страниц статистики. Количество спасённых, количество осложнений, процент отторжения препаратов, сравнительный анализ с традиционными методами лечения. Если вы не можете доверять нам. Мы просим вас доверять цифрам.» Пиггот взяла планшет. — «...Лучше бы в нашем мире не было всей этой магии,» — выдохнув сказала она.» Видя что мисс Пиггот немного успокоена Аватар развернулся и сделал несколько шагов к выходу из переулка. Он исчез за углом. Пиггот осталась стоять на разбитом асфальте, сжимая планшет с холодными, бесстрастными цифрами, которые уже начали менять мир без разрешения окружающих людей, кейпов или оживших катаклизмов. .o.0.o.0.o.0.o. 11:08. Бостон. Операционный центр "Слайм Технолоджи". Я отключил канал управления Марионеткой и откинулся в кресле. В углу экрана пульсировал значок входящего сообщения. RileyD. Я открыл его. — «Приветик!» Дядя Джек сказал, что ты был очень занят сегодня утром! Я посмотрела все записи — ты просто гений! Твои сборщики — это произведение искусства, а протокол «Санитар»... я даже не думала, что можно одновременно собирать биоматериал и разворачивать полевые госпитали! Это так эффективно! Я тут подумала... у тебя ведь теперь много новых образцов, да? С Левиафана особенно. Если тебе нужна помощь с анализом — я могу кое-что посоветовать. У меня есть старые заметки по тканям Губителей, ещё с Кюсю. Не очень полные, но вдруг пригодятся? Целую! Райли P.S. Дядя Джек говорит, что после такого бедствия там наверняка будет весело. Не хочешь прийти к нам?» Я смотрел на экран. [АНАЛИЗ: СУБЪЕКТ «РАЙЛИ ДЭВИС» — ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ФОН: ЭЙФОРИЯ, ЛЮБОПЫТСТВО, ИСКРЕННЕЕ ВОСХИЩЕНИЕ. УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: ПЕРЕМЕННЫЙ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПОДДЕРЖИВАТЬ КОНТАКТ, НЕ РАСКРЫВАЯ КРИТИЧЕСКОЙ ИНФОРМАЦИИ.] — «Поддерживать контакт,» — повторил я. — «С ребёнком, который видит людей как папье маше.» [СУБЪЕКТ «РАЙЛИ ДЭВИС» — УНИКАЛЬНЫЙ ИСТОЧНИК ДАННЫХ ПО БИОЛОГИИ ОСКОЛКОВ И ТКАНЯМ ГУБИТЕЛЕЙ. ЦЕННОСТЬ ПРЕВЫШАЕТ РИСКИ ПРИ СОБЛЮДЕНИИ ПРОТОКОЛОВ БЕЗОПАСНОСТИ.] — «Знаю, капитан очевидность. Знаю...» Я закрыл сообщение без ответа. Отвечу позже. .o.0.o.0.o.0.o. 11:34. Броктон-Бей. Улица Маркет-стрит, 112. Магазин «Кукольный Домик». Париан не плакала. Она сидела на груде обломков, которые ещё утром были её витриной, её мастерской, её домом, и смотрела на то, что осталось от коллекции весенней линии. Шёлк, хлопок, велюр, тончайший батист — всё перемешалось с грязью, водой и обломками кирпичей. Рядом с ней, прижимаясь к матери, сидели её младшие сёстры. Целы. Живы. В шоке, но без единой царапины. Она успела. Когда первая волна ударила в набережную, Сабах не побежала. Она встала в дверях своего магазина, растянула телекинетическую нить между пальцами и соткала барьер. Не силовой щит, не бетонную стену — просто ткань. Тонкую, гибкую, невероятно прочную мембрану из спрессованного воздуха и шёлковых волокон. Вода разбилась об эту ткань. Потом пришла вторая волна. Третья. Четвёртая. Её барьер держался. Люди — соседи, прохожие, случайные беженцы — жались к стенам её магазина, и она держала нити, у неё не онемели пальцы, усталость накатывала. В один момент всё остановилось, когда чей-то голос крикнул: «Всё! Вода уходит!» Она опустила руки. Барьер опустился на землю, словно парашут. А через двадцать минут магазин всё равно обрушился — вторичные толчки, ослабленный фундамент, не выдержала балка перекрытия. Сабах сидела на обломках и смотрела на то, что осталось от её жизни. — «Мисс.» Она подняла голову. Перед ней стоял человек в безупречном сером костюме. Слишком чистый. Слишком правильный. С лицом, лишённым каких-либо индивидуальных черт, и янтарными дисплеями вместо глаз. — «Я — Агент К., "Слайм Технолоджи". Я наблюдал за вашей работой во время сдерживания волн. Впечатляюще.» Сабах смотрела на него. — «Кто вы?» — спросила она. Очень уставшим голосом.» — «Будущее.» — Он произнёс это без тени иронии. — «Ваша сила — телекинез макро-волокон. Вы не просто шьёте одежду — вы манипулируете материей на уровне молекулярных цепочек. Сортируете, сплетаете, структурируете. Это уникальный дар.» — «Я швея,» — сказала она. — «Я шью платья.» — «Вы шьёте платья, потому что это единственное, чему вас научили. Ваш потенциал — не только в одежде.» — Аватар сделал паузу. — «"Слайм Технолоджи" нуждается в руководителе отдела восстановления мягкой инфраструктуры.» — «Восстановления... чего?» — «Мягкой инфраструктуры. Дороги, мосты, здания — это жёсткая инфраструктура. Её восстанавливают инженеры и строители. Но город — это не только бетон и сталь. Это ткани. Брезент для временных укрытий. Тенты для полевых госпиталей. Сети для укрепления насыпей. Канаты для эвакуации. Всё, что можно сплести, связать, соткать.» Сабах молчала. — «Ваши барьеры из спрессованного шёлка выдержали давление воды, которое разрушало бетон,» — продолжил Агент К. — «Вы в одиночку защитили сорок три человека, имея в распоряжении только нитки и собственную волю. Представьте, что вы сможете сделать, имея доступ к полимерам прочнее кевлара, но мягче шёлка. К нано-волокнам. К производственным мощностям целых заводов.» — «Я не боец,» — уверенно сказала Сабах.» — «Нам не нужны бойцы. Нам нужны инженеры, рабочие и просто трудолюбивые люди.» Она посмотрела на сестёр — испуганных, грязных, но живых. На мать, которая прижимала к себе младшую и смотрела на неё с надеждой, смешанной со страхом. — «У нас нет дома,» — сказала она. — «Нет денег. Нет ничего.» — «Ваши характеристики это никак не преуменьшает. Мы готовы предложить вам жильё для всей вашей семьи в Бостоне. Полную юридическую защиту. Ежемесячное жалованье, медицинскую страховку, пенсионные отчисления. Лабораторию, оснащённую под ваш профиль. Доступ к материалам, которые вы попросите.» — «...Почему я?» — «Потому что вы умеете защищать своих близких. Не убивая. Не калеча. Просто — создавая. Это редкий дар. Мы хотим, чтобы вы применили его в масштабе, который меняет правила игры.» Сабах долго смотрела на него. Потом перевела взгляд на руины своего магазина. На обломки витрины. На клочья шёлка, трепещущие на ветру. — «Я не знаю вашего имени,» — сказала она. — «Не знаю, кто вы на самом деле. Не знаю, зачем вам это всё.» — «Всё верно.» — «Но вы пришли сюда. Не в мэрию, не в штаб СКП, не к тем, у кого есть деньги и власть. Вы пришли ко мне. На руины.» — «Да.» — «Потому что я могу то, что не можете вы.» — «Да.» Сабах встала. — «Я подумаю,» — сказала она. — «Мне нужно время.» — «Конечно.» — Аватар протянул ей визитную карточку — белую, с тиснёной зелёной каплей и контактным номером. — «Когда будете готовы. Мы не торопим.» Он развернулся и пошёл прочь. — «Подождите,» — окликнула она.» Он остановился. — «Ваши сервиторы... те, в ярких жилетах... Они помогают людям. Спасают их. Я видела.» — «Да. Вас что интересует?» — «Почему? Вы же не люди. У вас нет причин заботиться о нас.» Аватар повернул голову. Его янтарные дисплеи встретились с её глазами. — «Мой работодатель,» — сказал он, — «считает, что эффективность и этика не исключают друг друга. Выглядеть можно по разному и при этом делать добро. Можно собирать урожай смерти и спасать жизни одновременно. Это не противоречие. Это эффективность.» Сабах смотрела на него долго. — «...Вы очень странный,» — сказала она наконец. — «И особенно тот, кто вас возглавляет.» — «Да,» — согласился Аватар. — «Очень.» Он ушёл. Сабах осталась стоять на руинах, сжимая в руке белую карточку с зелёной каплей. .o.0.o.0.o.0.o. 12:41. Бостон. Операционный центр "Слайм Технолоджи". [СУБЪЕКТ «ПАРИАН» — СТАТУС: В ПРОЦЕССЕ НАЙМА. ВЕРОЯТНОСТЬ СОГЛАСИЯ: 67%. ПРОГНОЗИРУЕМОЕ ВРЕМЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ: 2-4 ДНЯ.] — «Шестьдесят семь, — сказал я. — Приемлемо.» [ПОДТВЕРЖДЕНО. КАДРОВЫЙ РЕЗЕРВ ПОПОЛНЕН: 4 ЕДИНИЦЫ. ОПЕРАТИВНЫЙ ШТАТ: 112 ЧЕЛОВЕК. ПРОГНОЗИРУЕМАЯ ДАТА ВЫХОДА НА САМООКУПАЕМОСТЬ: Q3 2011.] Я смотрел на экран. Город медленно приходил в себя. СКП разворачивало временные штабы, координационные центры, пункты временного размещения. Мои сервиторы работали бок о бок с их спасателями — молча, эффективно, незаметно. [ПРОТОКОЛ «САНИТАР» — СТАТУС: СВЁРТЫВАНИЕ. СПАСЁННЫХ ЖИЗНЕЙ: 1314. ЦЕЛЕВОЙ ПОКАЗАТЕЛЬ ДОСТИГНУТ.] — «Тысяча триста четырнадцать, — сказал я. — Это намного больше, чем образцов.» [ПОДТВЕРЖДЕНО. СООТНОШЕНИЕ СПАСЕНИЙ К СБОРАМ: 0.2656. ПОЛОЖИТЕЛЬНАЯ ДИНАМИКА.] — «Не стоит так серьезно всё считать.» [ПОЧЕМУ?] — «Потому статистика не определяющая часть жизни. Ты невероятно расчетливое существо. Но статистика не делает твою жизнь интереснее.» [ПРИОРИТЕТ УВЕЛИЧЕНИЕ ЖИЗНЕННОГО ЦИКЛА. ВЕДЕНИЕ СТАТИСТИКА ПОВЫШАЕТ ШАНС ВЫЖИВАНИЯ.] Ох. Я не сроках жизни говорю... На периферии зрения пульсировал значок — юридический отдел запрашивал подтверждение на оплату контракта с бостонской фирмой специалистов по административному праву. Восемьсот тысяч долларов за экстренное сопровождение спасательной операции. Я подтвердил. Деньги ничего не значили. Влияние — значило. Репутация — значила. Возможность оставаться на свету, не уходя обратно в тень — значила больше, чем миллионы. [АНАЛИЗ РАСХОДОВ: ОПЕРАЦИЯ «ЛЕВИАФАН» — ЧИСТАЯ ПРИБЫЛЬ: ОТРИЦАТЕЛЬНАЯ. ИНВЕСТИЦИИ В РЕПУТАЦИЮ: 3.2 МИЛЛИОНА. ОЖИДАЕМАЯ ОКУПАЕМОСТЬ: 1-2 МЕСЯЦА.] — «Выигрываем даже на короткой дистанции, — сказал я. — и это только по деньгам.» [ПОДТВЕРЖДЕНО.] Я посмотрел на список проб высланный Лизой [СУБЪЕКТ «КАЙЗЕР» — МАКС АНДЕРС. ПРИЧИНА СМЕРТИ: ГИДРОСТАТИЧЕСКИЙ ШОК.] [СУБЪЕКТ «БРАНДИШ» — КЭРОЛ ДАЛЛОН. ПРИЧИНА СМЕРТИ: ВНУТРЕННИЕ ТРАВМЫ, ИНЕРЦИОННАЯ ПЕРЕГРУЗКА.] [СУБЪЕКТ «ЭГИДА» — КАРЛОС. ПРИЧИНА СМЕРТИ: МНОЖЕСТВЕННЫЕ ТРАВМЫ, ИСТОЩЕНИЕ РЕГЕНЕРАТИВНОГО ПОТЕНЦИАЛА.] [СУБЪЕКТ «ГАЛЛАНТ» — ДИН СТЭНСФИЛД. ПРИЧИНА СМЕРТИ: МНОЖЕСТВЕННЫЕ ТРАВМЫ И РАЗРЫВЫ.] [СУБЪЕКТ «СКОРОСТЬ» — РОБИН СВОЙЕР. ПРИЧИНА СМЕРТИ: МНОЖЕСТВЕННЫЕ ПЕРЕЛОМЫ, АСФИКСИЯ.] Они может были и не лучшими героями. Но смерти не заслуживали [РЕКОМЕНДАЦИЯ: ОТДЫХ. УРОВЕНЬ СТРЕССА: ВЫСОКИЙ.] — «Не сейчас.» [КОГДА?] — «После. Через минут 10...» Я открыл ящик стола и достал батончик. Шоколад с мятой Шоколад таял на языке. Мята холодила нёбо. А я сидел в темноте своего операционного центра, жевал батончик и смотрел на пробирки. — «Мы получили образцы, обзавелись имиджем, партнёр, — сказал я. — Мы стали богаче.» [ПОДТВЕРЖДЕНО.] — «Но знаешь, что самое смешное?» [ЗАПРОС УТОЧНЕНИЯ.] — «Они думают, что самое страшное позади. Левиафан ушёл. Вода отступила. Герои подсчитывают потери, злодеи перегруппировываются, гражданские пытаются вернуться к нормальной жизни. Но это только начало череды бедствий, Бойня 9 выбрала новое место для игры. Золотое утро всё ещё впереди и нам нужно развиваться, чтобы сбежать как можно быстрее.» [ЭТО СТАНДАРТНАЯ ПОСТКРИЗИСНАЯ ДИНАМИКА.] [ПРИНЯТО.] Я откинулся в кресле и закрыл глаза-дисплеи. А я сидел в темноте, окружённый мёртвыми героями, и планировал будущее. [ПРОТОКОЛ «ЖНЕЦ» — СТАТУС: ЗАВЕРШЁН.] [ПРОТОКОЛ «САНИТАР» — СТАТУС: ЗАВЕРШЁН.] [ОПЕРАЦИЯ «ЛЕВИАФАН» — СТАТУС: УСПЕХ.] [УРОВЕНЬ СТРЕССА НОСИТЕЛЯ: ВЫСОКИЙ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ОТДЫХ.] — «...Хорошо, — сказал я. — Отдых.» Я не пошевелился. [ВЫ НЕ СПИТЕ.] — «Я думаю.» [О ЧЁМ?] — «О том, что будет завтра. И послезавтра. И через год. О том, сколько ещё битв нам предстоит, сколько ещё смертей мы увидим, сколько ещё пробирок заполним чужими жизнями.» [ЭТО НЕИЗБЕЖНО.] — «Знаю.» [ВЫ СОЖАЛЕЕТЕ?] Я открыл глаза и посмотрел на пробирки. На кровь Кайзера, мерцающую в криогенном свете. На ткани Брандиш, застывшие в идеальной консервации. На генетический код Эгиды, Софии, Крикун, и ещё десятков безымянных кейпов, чьи имена я скоро узнаю. — «Нет, — сказал я. — Не сожалею. Не я виноват в их смерти. Но тем не менее эти смерти, этот беспорядок. Он утомляет...» — «...Усталость, — ответил я ложась спать.» И закрыл глаза. Гул Биореактора звучал ровно, убаюкивающе, почти как колыбельная. [ПРОТОКОЛ «СОН» — АКТИВИРОВАН. БИОМЕТРИЧЕСКИЕ ПОКАЗАТЕЛИ — СТАБИЛЬНЫ.] [СЛЕДУЮЩЕЕ ПРОБУЖДЕНИЕ: ПО ЗАПРОСУ ИЛИ ПРИ КРИТИЧЕСКОМ СОБЫТИИ.] [ХОРОШИХ СНОВ.] — «Спокойной ночи, — прошептал я.» И я провалился в темноту. 15 мая 2011 года. Броктон-Бей — город, переживший Губителя. Статистика потерь: 1 847 погибших, 15 233 раненых, 42 000+ без крова. Статистика спасений: 2140 жизней — препараты «Стяжка» и «Ящерица». Статистика приобретений: 289 образцов биоматериала паралюдей. 1 проба ткани Губителя. 1 новый сотрудник — ожидает подтверждения. 1 разговор — отложен до лучших времён. Где-то на окраине разрушенного города матово-чёрный грузовик с зелёной каплей на борту заканчивал погрузку оборудования. Сервиторы в ярких жилетах сворачивали палатки полевого госпиталя, упаковывали медикаменты, дезинфицировали инструменты. — «Операция завершена, — сказал один из них другому. — Возвращаемся на базу.» — «Принято.» .-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-. Редакт: Thief of Motivation Минутка мемов авторства меня: https://gitlab.com/thief-of-motivation/amalgam_image_box/-/raw/main/арты/Мемы/pachtet_mem.jpg o-0-o-0-o-0-o-0-o