Там, где другие ставят точку

Война не спрашивает, на чьей ты стороне. Она просто приходит и забирает. --- Она не плакала на похоронах. Стояла в стороне, сжимая в кармане браслет с изумрудом, и смотрела, как гроб с телом Дамблдора опускают в землю. Люди вокруг замерли. Гарри стоял с каменным лицом, Джинни уткнулась ему в плечо, Невилл вытирал глаза рукавом мантии. Она не плакала. Внутри было пусто. --- Экзамены отменили. Седьмой курс уходил на войну. Кто-то присоединялся к Ордену, кто-то исчезал, кто-то просто ждал — неизвестно чего. Гермиона сидела в Выручай-комнате последний раз. Комната была пуста — ни дивана, ни камина, ни свечей. Только холодные стены и запах пыли. Она просидела там час. Два. Потом встала и ушла. Больше она никогда туда не возвращалась. --- Август она провела у родителей. Мама готовила завтраки, папа читал газеты, они улыбались и делали вид, что всё нормально. Она делала вид вместе с ними. Помогала по дому, ходила в магазин, отвечала на вопросы. Внутри была пустота, которую ничем нельзя было заполнить. Ночью она доставала письмо. Читала. Сжимала в руках браслет. Смотрела в потолок до рассвета. Вестей не было. Ни писем. Ни слухов. Никого, кто мог бы что-то рассказать. --- Сентябрь пришел холодный и серый. Она вернулась в Хогвартс — доучиваться, хотя война уже шла полным ходом. Гарри не было, Рона не было, они искали крестражи. Она осталась одна. Каждый день она смотрела на слизеринский стол. Там сидели новые лица. Его место пустовало. Каждую ночь она просыпалась и слушала тишину. --- В октябре пришло письмо. Не от него. От Гарри. Короткое, деловое. Они живы. Продолжают поиски. Она нужна им. Она собрала вещи и ушла из Хогвартса, даже не попрощавшись. --- Год они скитались. Леса, палатки, холод, голод. Погони, заклинания, смерть. Она почти не думала о нём — некогда было. Только иногда, когда Гарри засыпал, а она сидела у входа в палатку и смотрела на звёзды, в голову приходила мысль: где он? Жив ли? Ответа не было. --- Битва за Хогвартс. Она бежала по коридорам, стреляла заклинаниями, кричала, падала, вставала. Вокруг умирали люди. Она видела, как падает Фред. Как Колин Криви остаётся лежать навсегда. Как Тонкс и Люпин лежат рядом — не живые, не мёртвые, просто пустые оболочки. Она искала его глазами в толпе. Не нашла. --- Когда всё кончилось, она стояла в Большом зале среди раненых и мёртвых. Гарри обнимал Рона, Рон обнимал Гермиону. Все плакали. Она тоже плакала. Но не от радости, что выжила. От того, что его нигде не было. --- Она искала его среди выживших. Обходила зал раз за разом, вглядывалась в лица, хватала за плечи, спрашивала. Никто ничего не знал. Малфои исчезли. Никто не видел их после битвы. Никто не знал, живы ли они. Она вышла на улицу. Села на ступеньки. Сжала браслет. И заплакала. Впервые за долгое время — навзрыд, в голос, не стесняясь. --- Прошло десять лет. Гермиона Грейнджер стала одним из самых молодых руководителей Отдела магического правопорядка. Её имя знала вся магическая Британия. Её уважали, ценили, побаивались. Она участвовала в реформах, меняла законы, делала мир лучше. У неё была квартира в Лондоне, статус, влияние. И пустота внутри, которую ничем нельзя было заполнить. Она не искала его. Не потому что не хотела — потому что боялась. Боялась узнать правду. Боялась, что надежда умрёт. Лучше не знать. Лучше верить, что он где-то есть. --- В тот день она выступала на конференции в Министерстве. Большой зал, сотни людей, вспышки фотокамер, вопросы журналистов. Она отвечала уверенно, чётко, профессионально. Идеальная Гермиона Грейнджер — живая легенда, героиня войны, гроза преступников. После выступления её окружили коллеги, поздравляли, жали руку. Она улыбалась, благодарила, отвечала. А потом краем глаза заметила движение у выхода. Мужчина в сером пальто. Светлые волосы, чуть тронутые сединой на висках. Худой, осунувшийся, с глубокими морщинами у глаз. Он стоял в стороне, смотрел на неё. Их взгляды встретились. Секунда. Две. Её сердце остановилось. — Драко? — еле слышно выдохнула она. Но он уже развернулся и пошёл к выходу. — Драко! Она рванула за ним, расталкивая коллег, не обращая внимания на удивлённые возгласы. Выбежала в коридор — пусто. К лестнице — никого. К главному входу — только охранники и посетители, проходящие через рамки. Она выбежала на улицу. Дождь. Серое небо. Люди с зонтами. Машины. Никого. Он исчез. --- Она стояла под дождём, не чувствуя холода. Сжимала браслет на запястье так сильно, что камень впивался в кожу. — Это был ты, — прошептала она. — Я знаю. Это был ты. Она обыскала всё Министерство. Проверила записи посетителей. Ничего. Никто не регистрировался. Никто не проходил официально. Он пробрался тайно. Ради чего? Чтобы увидеть её? Чтобы убедиться, что она жива? И уйти, не сказав ни слова? --- Она искала его после этого. Подняла все связи, все старые контакты, все возможные источники. Нашла людей, которые что-то слышали. Драко Малфой жив. Скрывается. Его ищут, но не могут найти. Живёт под чужим именем, то ли во Франции, то ли в Италии, то ли ещё дальше. Иногда его видят, но он всегда исчезает. Она написала письмо. Короткое. Всего несколько слов. «Я жива. Я жду. Я всегда буду ждать. Гермиона». Отправила по всем возможным каналам. Ответа не было. --- Прошёл год. Она стояла у окна в своей квартире, смотрела на ночной Лондон. В руке — браслет. — Где ты? — шепнула она в темноту. Город молчал. --- Она не знала, что в тот день, когда он увидел её в Министерстве, он стоял там полчаса. Смотрел, как она улыбается коллегам, как уверенно держится, как сияет. Такая красивая. Такая успешная. Такая далёкая. А он — беглый преступник. Без имени, без будущего, с тёмным прошлым и меткой на руке, которую невозможно стереть. Он хотел подойти. Хотел сказать хоть слово. Хотел коснуться её руки. Но посмотрел на себя — и не смог. Что он мог ей дать? Только проблемы. Только опасность. Только тень, которая накроет и её. И снова пустит её жизнь под откос. Лучше уйти. Лучше просто знать, что она жива, счастлива, успешна. Этого достаточно. --- Он ушёл. А она теперь знала, что в тот день он был в двух шагах. Что он видел её. Что он любил её все эти годы. Что ушёл, потому что любил слишком сильно, чтобы разрушить ей жизнь. --- Иногда, поздно ночью, она просыпалась и смотрела на браслет. — Ты жив, — шептала она. — Я знаю. Ты жив. И засыпала с этим знанием. --- А где-то далеко, в маленьком домике у моря, мужчина со светлыми волосами сидел у камина и смотрел на огонь. В его руках была старая фотография. Девушка с короткими волосами серьёзно смотрела в камеру. — Я люблю тебя, — шептал он. — Все эти годы. И огонь камина отвечал ему теплом. --- Они не встретились. Они не были вместе. Но где-то там, в параллельной реальности, в Выручай-комнате, они всё ещё лежат на диване и смотрят на огонь. Ей семнадцать. Ему семнадцать. И у них всё впереди. --- Война не спрашивает, на чьей ты стороне. Она просто приходит и забирает. Но иногда оставляет надежду. Маленькую. Тёплую. У неё был браслет с изумрудом. У него — фотография. И вера в то, что однажды... Может быть. Когда-нибудь. --- Конец.