Это произойдёт, но когда....

Аня заснула, но через некоторое время проснулась. Сон ушёл, и она начала беспокойно ворочаться под тонким одеялом. Лёва сразу почувствовал это и тихо спросил в темноте: — Чего не спишь? — Да вот, не спится что-то, — прошептала Аня. Она повернулась на спину и уставилась в тёмный потолок. В голову лезли тревожные мысли. Что будет после всего этого? Лёва уедет вместе с Валентином Сергеевичем? Ну уж нет, такой расклад её вообще не устраивал. — Лёва! — позвала она. — Да, что? — сонно отозвался он. — Я тут подумала… А что будет после всего этого? Когда мы победим Глеба? — Не знаю. Я, наверное, уеду с Валентином Сергеевичем, — ответил Лёва. — А я? — Аня повернулась к нему боком. — Я тут подумала… А если ты поговоришь с ним? Уговоришь, чтобы он разрешил тебе остаться здесь, со мной. Расскажешь всё родителям, будешь учиться вместе с нами в школе, а после выпуска мы съедемся. Ну, что думаешь? Лёва помолчал, обдумывая её слова, а потом мягко улыбнулся: — Слушай, хорошая идея, — но тут же слегка замялся. — Но ведь Валентин Сергеевич расстроится… — А я нет, по-твоему? — насупилась Аня. — Ты с ним и так на протяжении трёх лет постоянно был! — Ладно, ладно, я пошутил, — Лёва притянул её ближе. — Я согласен. Только вот интересно, где же я буду жить? — В квартире Игоря, — без раздумий ответила Аня. — Они ведь с Вероникой наверняка уедут после всего. Думаю, если поговорить с Игорем, он разрешит тебе там пожить. — Кстати, отличная идея, — согласился Лёва. Он обнял её покрепче, утыкаясь подбородком в её макушку, и нежно поцеловал в лоб. После этого Аня наконец-то уснула крепким, спокойным сном. Самое главное и важное она теперь знала. Осталось только пережить этот вечер. Аня проснулась от того, что кто-то настойчиво тряс её за плечо. Открыв глаза, она увидела Катю, лицо которой выражало крайнее недовольство. — Ну же, просыпайтесь! Живо! — скомандовала она. — Что?.. В чём дело? — устало пробормотала Аня. — Серьёзно? Ты ещё спрашиваешь? — Катя раздражённо усмехнулась. — Как я, по-твоему, должна реагировать на то, что тебя с раннего утра нет дома? Игорь в шоке, Валера в ахуе! Я прихожу в штаб, а Валентин Сергеевич говорит, что понятия не имеет, где Аня. Захожу к Лёве, чтобы спросить у него… и нахожу здесь тебя! — Ну и что? — хриплым спросонья голосом спросил Лёва, приподнимаясь на матрасе. — А ты головой подумай! — прикрикнула на него Катя. — Чтобы через пять минут оба уже вышли отсюда! — Кать, не переживай, я тебе потом всё расскажу, — пообещала Аня и подмигнула подруге. Ровно через пять минут они вышли в соседнюю комнату и уселись ждать остальных. Но почему-то ни Игоря, ни Вероники, даже Валеры всё ещё не было. Они сидели в полной тишине. Время тянулось невыносимо медленно, и Аня, не выдержав напряжения, начала нервно стучать пальцами по столу и быстро дёргать ногой. — Ты можешь перестать? — недовольно спросил Валентин Сергеевич, сидевший напротив. Аня замерла, но буквально через секунду её пальцы снова начали выстукивать дробь по дереву. — Аня! — уже строже прикрикнул Носатов. — Всё-всё.— Аня резко поднялась со стула. — Пойду покурю на улицу, чтобы никому тут не мешать. Она вышла во двор и достала пачку любимых сигарет. Только она успела прикурить, как следом за ней показалась Катя. — Ну? — требовательно спросила она. — Что «ну»? — не поняла Аня. — Ты обещала мне всё рассказать. — А, точно. Ну, слушай… Мне ночью приснился жуткий кошмар, будто Лёву убивают. Мне стало так не по себе, что я решила слинять из дома и сбежать в штаб, чтобы проверить, всё ли хорошо. — Аня, ты совсем сошла с ума? — Катя округлила глаза. — Через весь город ночью тащиться ради этого?! — Ну да. Зато я провела время со своим любимым, а это у нас сейчас редкость. Я вообще-то хотела сразу вернуться, но он меня просто не отпустил. — Ладно… — обречённо вздохнула Катя. И тут наконец подъехала «буханка». Из неё быстро вышли Вероника, Игорь и Валера. Игорь сразу же направился к Ане: — Аня, ключи! Быстро! — Да без проблем, — ответила она и точным броском закинула связку ключей прямо ему в руку. Все сидели в штабе и бурно обсуждали план. — Так, мы выдвигаемся через несколько часов. Нужен чёткий план, — сказал Валера и озабоченно почесал затылок. — Ну, главное — вернуться оттуда живыми, — вздохнула Катя, — и прикончить уже этого Глеба. — Это самое главное, — согласилась Вероника, заметно нервничая. — Я так понимаю, тушки и пиявцы на нас? — спросил Носатов. — Да, — кивнул Валера. — Давайте сделаем так. Мы заходим в школу и пробираемся в катакомбы. Если нападают тушки и пиявцы — они ваши. А мы с Аней попытаемся прорваться внутрь. — Подожди, — прервала его Аня. — Ты хочешь сказать, что я пойду с тобой прямо сразу? — Ну да. А почему нет? — не понял Валера. — А может потому, что Глеб ждёт именно тебя, а не меня? Давай ты сначала зайдёшь один, а я зайду следом через некоторое время? Так будет надёжнее. — Валер, она права, — поддержал её Игорь. — Может, так и сделаем? —Хорошо.— Согласился Валера— И помните: важно никого не убивать. После смерти стратилата и тушки, и пиявцы снова станут нормальными людьми. — Если нам удастся где-нибудь заблокировать пиявцев, мы придём к вам на помощь, — добавил Игорь. — Нет! — отрезал Валера. — Вы только помешаете, а он этим воспользуется. — А почему тогда Ане можно? — Аня — это другое. — А что с Настей и Ритой делать будем? — спросила Катя. — Давай вы с Вероникой попробуете вывести их или где-нибудь спрятаться, если получится, — предложила Аня. — Да, хорошая идея, — согласился Носатов. — Ну что, собираемся? — А я? — подал голос Лёва — Я с вами. — Нет! — в один голос отрезали Носатов и Аня. — Лёва, — вздохнул доктор, — ты слишком слаб. Максимум — посидишь либо тут, либо в машине. — Я согласна с Валентином Сергеевичем, — твёрдо добавила Аня. — Ладно… — нехотя сдался Лёва. — Теперь точно собираемся, — скомандовал Валера, и Носатов начал укладывать вещи. Остальные поехали к Игорю — ведь девчонкам нужно было забрать свой чемоданчик с вещами. Дома они быстро собрали всё необходимое: святую воду, серебряные предметы, кресты. Катя взяла свои любимые ножи, Аня проверила пистолет, Игорю выдали арбалет. Снарядившись, они вышли на улицу, сели в «буханку» и выдвинулись навстречу решающей ночи. Гроза бушевала вовсю. Тяжёлые капли дождя с грохотом бились о железную крышу «буханки», нагнетая и без того тревожную атмосферу. Ехать обратно в школу в такую бурю было жутко. Аня изо всех сил старалась не вспоминать то, что произошло три года назад в лагере, когда они с Валерой стали стратилатами. Ей до сих пор было слишком больно от этих мыслей. Но в этот раз всё должно быть по-другому. Совсем по-другому. Всё это время Лёва крепко обнимал её. Аня прижалась к нему сильнее, чувствуя себя счастливой от того, что он рядом — живой и невредимый. Лёва, которому так не хватало простого тепла в детстве, тихонько уткнулся подбородком в её макушку. Его дыхание было ровным и спокойным. Аня подняла глаза и посмотрела на сиденье напротив. Там сидели Вероника и Катя. Обе ехидно, но очень тепло улыбались, глядя на их объятия. Валера ехал молча, глубоко задумавшись о чём-то своём, а Носатов время от времени прикладывался к своей фляжке. Наконец машина затормозила. Они приехали. Стоило выйти из фургона, как кроссовки Ани мгновенно промокли в глубокой луже. Стараясь не обращать внимания на сырость, ребята быстро пошли к чёрному входу, шлёпая по воде. — Вперёд? — спросил Игорь, когда они оказались у двери. Все переглянулись и решительно кивнули. Они начали спускаться по старой винтовой лестнице глубоко вниз. Под землёй царил мрак, поэтому пришлось включить фонарики. Когда ребята наконец спустились в катакомбы, было решено, что Валера пойдёт вперёд один, а Аня последует за ним ровно через пятнадцать минут. — Здесь разделимся, — остановился Валера. — Дальше я пойду один. А вы… аккуратнее там. — Хорошо, — кивнул Игорь. — Думаю, они будут ждать нас в другом крыле. — Валера, доберись до него, — напутствовал Носатов. Валера коротко кивнул и быстро скрылся в тёмном проходе. Остальная группа двинулась в противоположное крыло катакомб. Здесь было очень сыро, со стен сочилась влага, но кое-где горели тусклые дежурные лампы. — Как тихо… — Вероника поёжилась, освещая фонариком каменные своды. — Как думаете, они правда не заметили, что мы вошли? — Пойдёмте быстрее, — скомандовал Валентин Сергеевич. — Нужно нейтрализовать пиявцев прежде, чем они успеют помешать. Они двинулись дальше. В руках у Носатова был заряженный арбалет. Вдруг глубоко в темноте позади них раздался резкий грохот. Все мгновенно обернулись, и доктор тут же вскинул оружие, целясь в темноту. Сколько они ни светили фонарями, коридор казался пустым. — Что это было? — испуганно прошептала Катя. Игорь достал из кармана распятие: — Выходи! Кто там?! — крикнул он в пустоту. Аня сделала шаг вперёд, прислушиваясь к своим ощущениям. — Я кого-то чувствую… Но это точно не пиявец. Внезапно из густой тени выскочила фигура. Прежде чем кто-то успел среагировать, незнакомец мёртвой хваткой схватил Аню за руку и резко прижал её к себе. Когда лучи фонарей скрестились на его лице. Перед ними стоял Александр Плоткин. В его руке был пистолет, дуло которого он в упор приставил к виску Ани. — Аня! — в ужасе крикнула Катя, делая шаг вперёд. — Стоять! Не двигаться! — бешено заорал Плоткин, сильнее прижимая ствол к голове девочки. Аня замерла, боясь даже вздохнуть, но лихорадочно соображала, как действовать дальше. — Плоткин, отпусти её! — крикнул Игорь. Вместо ответа Плоткин мгновенно перевёл пистолет на Игоря и выстрелил. Глухой эхо-выстрел разорвал тишину катакомб. Пуля попала Игорю прямо в плечо. Парень вскрикнул, упал на колени и согнулся от резкой боли, зажимая рану рукой. — Парень, не дури! Ты человека ранил! — крикнул Валентин Сергеевич, удерживая Катю, которая готова была броситься на Плоткина голыми руками. — Саш… Саша, дай мне подойти к нему, — взмолилась Вероника, переводя взгляд с раненого Игоря на мужа. — Ты что, с ним умереть хочешь?! — прорычал Плоткин, его глаза безумно бегали. — Ты не понимаешь, что здесь происходит, — простонал Игорь с пола, морщась от боли. — И не понимаешь, что сейчас с тобой может случиться. — Ты мне серьёзно угрожаешь, щенок?! — оскалился Александр. — Не я! — выдохнул Игорь. — Уходи отсюда! — крикнул Носатов. — Да ты кто такой, чтобы указывать мне?! — истерично усмехнулся Плоткин. — Хотите, я расскажу, что здесь на самом деле произошло? Моя бывшая жёнушка украла у моего отца наградной пистолет. Потом вы заманили меня в эти катакомбы и попытались убить! А я выжил… Выжил чудом! — Это же неправда! — крикнула Катя. Вероника сделала шаг вперёд, заглядывая Плоткину прямо в глаза. Её голос больше не дрожал — он звучал холодно и решительно. — Саш. Я тебя не люблю. Я тебя никогда не любила и даже ненавидела. Но я не желаю тебе смерти. Уйди отсюда, пожалуйста. Пока ещё можешь. Плоткин заорал, не скрывая ярости: — Я просто не понимаю… Что тебя возмутило? У тебя было всё! Почему ты всё разрушила?! — Уходи отсюда, идиот! — рявкнул Валентин Сергеевич. Из темноты появился силуэт мальчика. Катя сжалась — он подходил к Плоткину слишком уверенно. — Поздно… очень поздно, — тихо сказала она. Маленький Ивочкин — тот самый, которого когда-то называли первой «тушкой», шагнул вперёд, почти ласково: — Александр Иванович, я так рад вас видеть. — Малой, вали! — зашипел Плоткин, но голос уже дрогнул. Ивочкин-Вы что? Гоните меня? Нельзя так с теми, кто на вас равняется. Я же всегда мечтал стать таким, как вы. Пока Ивочкин болтал и кокетничал, Аня тихо приподняла ногу. У неё в голове молнией родился план: действовать быстро, доверяя словам Валеры. В одно движение она врезала Плоткину в таз, согнулась, и тот инстинктивно нажал на курок. Пуля рикошетом отскочила в каменную стену и вонзилась в неё с глухим стуком. Но Плоткин вскрикнул от боли он скрутился на полу, сжался, корчился. Ивочкин выпустил язык — длинный, блестящий, похожий на жало — и рванулся на Плоткина. Аня поняла: это их шанс. — Малой, отвали! — выкрикнула она и со всей силы оттолкнула Ивочкина в темноту. Она вжала жало в шею Плоткина. Короткий, жуткий миг, и у Плоткина всё опало: мужчина рухнул. Его тело затихло — и от него осталась лишь неподвижная оболочка. Катя ахнула: — Аня… Аня стояла, дышала тяжело. Внутри что‑то полыхало — клокотала жажда, холод и сила одновременно. Она на мгновение представила, как легко было бы допиться до конца, как сладка могла быть чужая кровь… Глаза её почернели на секунду, вены вздулись — но она сжала зубы и отвела взгляд. Друзья — не пища. Никогда. — Как же тяжело сдерживаться, — прошептала она. Но опасность ещё не отступила. Из глубины катакомб появились новые тени — толпа пиявцев, шевелящаяся, как рой, с шорохом, похожим на шёпот тысячи языков. Они приближались, глаза их сверкали голодом. — Берите Игоря! — крикнул Вероника. Носатов и Катя схватили раненого и побежали шагом в сторону прохода, но тени не отступали. — Я забыл сказать… — тяжело задыхаясь, проговорил Валентин, — плита уже у стратилата. — Чё блять?! — вырвалось у Ани. Толпа бросилась на них. Игорь споткнулся и упал, запутавшись в корнях и кабелях: — Идите без меня, я их задержу! — закричал он, пытаясь встать. — Как чего, Игорь?! — Вероника метнулась к нему, не веря. Пиявцы окружили их, прижимаясь, как тёмные вши. Катя и Вероника прыгнули в гущу, отталкивая нападавших, но толпа сплошь состояла из гладких, блестящих, беспокойных тел. Один из них — упырь с оберегом, вытащил своё жало и приготовился к удару. Его язык тянулся. Аня не раздумывала: она рванулась вперёд и схватила жало рукой. В тот же миг её кожа под ладонью расплавила жаром, и жало словно высохло — лязг, писк, жалящее орудие отвалилось, и пиявец закричал от нестерпимой боли. Валентин вскрикнул — он и Игорь уже лежали под этими тварями, Катю с Вероникой тоже втаскивали в толпу, их клешни хватали за плечи, за шею, пытаясь втянуть в темную пасть. Аня подняла голос, как ледяной звон, чтобы обратить на себя внимание всех этих существ: Пиявцы обернулись, начали тянутся к ней. Аня схватила пару бутылочек со святой водой и бросила брызги прямо в лицо первым рядам. Крик, визг, шипение — вода заставляла их корчиться, глаза их слепло вспыхивали болью и отступали. Брызги попадали и на кожу самой Ани — но ничего не жгло. Она стояла в центре этого хаоса как непроницаемый щит и продолжала лить воду, отталкивая, вырывая друзей из хватки. Крики, запах железа, и в этот миг она ощутила, как глубоко внутри скрытая сила рвётся наружу — но она держала её. Держала ради тех, кто рядом. Друзья отскальзывали в сторону, Игорь вновь поднялся, и даже Носатов сжал зубы, наводя свой арбалет. Толпа, обожжённая святой водой замедлилась. Теперь все были по одну сторону, а зажатые пиявцы скалились напротив. Нужно было срочно что-то решать. Тут Игорь заметил в полумраке массивные старые двери позади толпы упырей. — Смотрите! — крикнул он, превозмогая боль в плече. — Позади них тяжёлые двери! Если мы их туда загоним, сможем закрыть и запереть на замок! — Отличная идея! — одобрил Носатов. Аня быстро оглядела друзей: — Я к Валерке. Вы справитесь тут? — Да! — твёрдо ответил Валентин Сергеевич. Аня мгновенно исчезла, растворившись в воздухе. Оставшиеся ребята пошли на таран, оттесняя пиявцев назад. Игорь выставил перед собой распятие, заставляя упырей пятиться, девочки яростно брызгали в них святую воду, а Носатов держал всю толпу на мушке своего арбалета. Совместными усилиями им удалось загнать шипящую орду за массивные створки. Девочки навалились и с грохотом захлопнули двери, а Носатов тут же ловко обмотал ручки тяжёлой серебряной цепью и защёлкнул замок. С той стороны в щели сразу высунулись серые когтистые пальцы и длинные скользкие жала. Пиявцы бесновались, пытаясь вырваться, но от соприкосновения с серебром их плоть шипела и горела. — Ха! И что теперь делать будете? — усмехнулся Игорь, держась за окровавленное плечо. — Просто так их оставлять всё равно нельзя, — покачала головой Катя. — Нужно, чтобы кто-то караулил дверь. — Ну значит будем все здесь стоять— сказал Носатов

***

Валера быстро шёл по сырым тёмным коридорам, пытаясь найти верный путь в подземном лабиринте. Наконец проход вывел его в огромный, пугающе просторный зал. В самом центре, в полумраке, стоял отец Глеб. Он крепко держал за шкирку испуганную Анастасийку и бледную, едва стоявшую на ногах Риту. — Отпусти их, — твёрдо произнёс Валера, делая шаг вперёд. — Я знаю, что эта плита создана на крови моего рода. И знаю, что ты хочешь её забрать. — Говша рассказала? — Глеб оскалился. — Я так и думал. Как только она замолчала там, в своём подвале, я сразу понял, что вы всё узнали. Только это вам уже не поможет. Иди к плите, Валера. Валера медленно попятился назад, не сводя глаз с заложниц. — Я сделаю всё, что ты скажешь. Только отпусти их сначала. — Ты и так всё сделаешь, Валерка. И даже не подумаешь сопротивляться, — раздался из темноты знакомый женский голос. Валера резко повернул голову и увидел вышедшую из тени директрису Мартынову. Она ожидающе улыбалась своей жутковатой вампирской улыбкой. — Ты ведь у нас всегда был таким послушным, примерным учеником… Что же с тобой случилось? — сладко пропела она. — Не слушай её, Валера! — из последних сил крикнула Рита, но Глеб тут же грубо зажал ей рот ладонью. Валера не выдержал. Одним мощным прыжком он перемахнул через лежащую на полу плиту, бросившись прямо на Глеба. Стратилат резко откинул девочек в разные стороны и мгновенно ушёл от удара, растворившись в темноте зала. — Не прячься! — крикнул Валера, оглядываясь по сторонам. — Это ты, Валера, три года прятался, — раздался со всех сторон бесплотный, издевательский голос Глеба. — А ведь в тебе всё это время спала великая сила, неподвластная вообще никому. Жалеешь, наверное, что не использовал её вовремя? Мог бы найти способ её сохранить… Но теперь эта сила очень нужна мне. В то же мгновение Глеб принял свой истинный, дьявольский облик и вырос прямо за спиной Валеры. Сильным ударом он отшвырнул парня в дальний угол зала. Рита, превозмогая слабость, быстро потащила плачущую Анастасийку за каменную колонну, пытаясь укрыть девочку от этого кошмара. Обе они содрогались от ужаса, охватывавшего их с каждой секундой всё сильнее. Валера попытался подняться на ноги, но стратилат оказался быстрее. Налетев сзади, чудовище с силой вонзило свои острые когти в Валеру и швырнуло его израненное тело прямо на холодную каменную плиту. Древняя плита тут же начала жадно впитывать льющуюся из его ран королевскую вампирскую кровь… Аня переместилась в катакомбы и сразу спряталась за огромный каменный столб. Выглянув, она увидела жуткую картину. Отец Павел стоял, выставив распятие в сторону Глеба, но тот уже совсем не походил на человека. Отшельник предстал в своём истинном, чудовищном обличье древнего дьявола. Валера лежал на каменной плите, а рядом с ним на коленях ползла Рита. Она со слезами протягивала руку, умоляя Валеру укусить её и спасти от болезни. Но Валера лишь отвернулся и зажмурился. «Валера, нет… Только не это!» — пронеслось в голове у Ани. В этот момент Глеб с лёгкостью поднял огромный каменный обломок и швырнул его в отца Павла. Священник отлетел и упал на холодный пол, затихнув. Аня поняла, что медлить больше нельзя. Она выбежала из укрытия и с разбегу набросилась на Глеба сзади, мёртвой хваткой вцепившись ему в шею. Монстр взвыл от неожиданности и рухнул на колени. Глеб яростно пытался сбросить её, бил спиной о каменные колонны, но древняя сила Ани помогала ей держаться до последнего. Борясь со стратилатом, Аня краем глаза заметила, что Валера наконец пришёл в себя и поднялся на ноги. Собрав все силы, она рванула Глеба на себя и намертво прижала его к ближайшей колонне. Глеб хрипел, безуспешно пытаясь вырваться из её хватки: — Я не понимаю… Как?! Аня тяжело дышала, глядя на него своими потемневшими глазами: — Скажи спасибо Константину! Одним мощным рывком она за шею швырнула Глеба в сторону Валеры. Напротив поверженного стратилата стоял Лагунов. Его глаза горели алым, на лице проступили тёмные вены — зверь внутри него рвался наружу, но был полностью под контролем. Глеб поднялся, тяжело дыша, и оскалился: — Ну и где твоя вера? — его голос звучал мерзко, раскатываясь эхом под сводами катакомб. Валера свирепо посмотрел на него. Глеб прорычал и бросился в атаку. Но стоило ему замахнуться, как Валера на лету перехватил его руку и с хрустом выкрутил её. Лагунов мёртвой хваткой схватил Глеба за горло, приподнял над полом и с огромной силой швырнул его прямо на собранную плиту. Едва тело монстра коснулось древнего артефакта, плита вспыхнула изнутри ярким магическим светом. Камень горел, обжигая тысячелетнего вампира. Глеб дико закричал от невыносимой боли. Валера подошёл ближе и с силой вжал стратилата обратно в плиту. — Чтобы отнять плиту у моего рода, нужно пролить на неё мою кровь и забрать себе, — ледяным тоном произнёс Валера. — Я свою пролил. И я забрал её обратно. Глеб кричал и корчился, его плоть буквально плавилась от святого огня плиты. — Гори ты синим пламенем! — крикнул Валера. Под Глебом взвилось яркое мистическое пламя. Катакомбы заполнил страшный, дьявольский крик, который в один миг резко оборвался. Всё исчезло. На плите осталась лишь горстка пепла. Аня с облегчением выдохнула. Валера медленно повернулся к ней. Тёмные вены на его лице начали бледнеть, а глаза вернулись к обычному цвету. Он посмотрел на Аню, и его взгляд стал удивлённым и грустным: — Аня… Ты укусила человека? Зачем? — спросил он, почувствовав изменения в её силе. — Так пришлось, — Аня опустила голову. — Я не хотела, но было слишком поздно что-то ещё придумывать… Вдруг из темноты выбежала Настя. — Валера! — крикнула она и со слезами бросилась к нему на шею. Валера крепко прижал девочку к себе, зарывшись лицом в её волосы, и нежно поцеловал в макушку. Она чуть отстранилась и тихо спросила: — Это конец? — Да, всё кончено, — ответил Валера. Отец Павел с трудом поднялся на ноги, потирая ушибленное плечо: — Ты поверил в себя, Валер, как я и говорил. И не надо было никого кусать. Рита, шатаясь от слабости, подошла к ним. Из её глаз текли слёзы. Она посмотрела на Валеру с горькой обидой: — Валера! Почему ты не укусил меня? — Не смог, — тихо и бережно ответил Валера, глядя на неё с огромной болью в глазах. — Я не хочу пить кровь, как Серп или Глеб. И тебя делать монстром я тоже не хочу. — Рита, я верю, что смогу вылечить тебя, — уверенно произнёс Отец Павел, заглядывая ей в глаза. — Тебе нужно только верить и надеяться. Сила веры способна творить настоящие чудеса. — Спасибо вам огромное… — проговорила Рита, и по её щекам покатились слёзы облегчения. — Вы столько для нас сделали. — В этом и есть моя ценность, — отец Павел тепло улыбнулся. — Помогая людям, я чувствую себя по-настоящему счастливым. В этот момент в полумрак зала с шумом вбежали Игорь, Катя, Вероника и Валентин Сергеевич. Все они были потрёпанными, в пыли и с лёгкими ссадинами, но живыми и невредимыми. Ребята с радостными криками бросились навстречу друг другу. Все обнимались, смеялись и не могли поверить, что этот кошмар наконец-то закончился. — Пиявцы и тушки! — тяжело дыша, сквозь улыбку крикнула Катя. — Едва Глеб исчез, они все в один миг пришли в себя, стали обычными людьми и в панике разбежались по домам! Облегчение было настолько осязаемым, что казалось, будто сам воздух в катакомбах стал чище. Держась друг за друга, уставшая, но счастливая компания двинулась по тёмным коридорам обратно к выходу, на свежий воздух, где их ждала верная «буханка». По дороге Валера немного отстал от остальных и поравнялся с Аней. — Ань, — негромко позвал он. — А каково это… укусить человека? Аня на секунду задумалась, глядя себе под ноги. — Ну… это как запретный, безумно сладкий плод, который ты вроде бы и не имеешь права трогать, но он манит так сильно, что ты всё равно откусываешь кусочек и проваливаешься в какой-то транс. Кстати, такой бешеной силы я ещё никогда в жизни не ощущала. — Да уж, — Валера передёрнул плечами. — Хорошо, что я тогда Риту не укусил. — Это ты правильно сделал, — кивнула Аня. — А ты… сама продолжать будешь? — осторожно спросил он. — В каком смысле? — не поняла она. — Ну, людей кусать. Ты же теперь вкус крови узнала. — Валер, ты чего, с ума сошёл?! — Аня возмущённо пихнула его локтем в бок. — Я не собираюсь никого кусать! Я же не зверь какой-то. Они оба негромко рассмеялись, чувствуя, как уходит последнее напряжение. Наконец они вышли на улицу. Дождь почти прекратился, сквозь тучи пробивались первые чистые лучи солнца. Из «буханки» пулей выпрыгнул Лёва, начисто позабыв про раненый бок, и со всех ног бросился навстречу Ане. Он крепко, до хруста рёбер прижал её к себе. Аня обняла его за шею, зарываясь носом в его куртку. Лёва аккуратно приподнял её лицо за подбородок и поцеловал — этот поцелуй был невероятно сладким, глубоким, полным облегчения и бесконечной любви. В этот миг для них двоих перестал существовать весь остальной мир. — Я вижу, вы справились, — п сказал Лёва, нехотя отстраняясь и нежно поглаживая её по щеке. — Да, — улыбнулась Аня. — Того стратилата больше нет. Валентин Сергеевич подошёл к машине, довольно потирая руки: — Ну что, молодёжь? Может, отметим это дело как следует? — Вам бы только отмечать, Валентин Сергеевич, — беззлобно подколол его Игорь, крепко прижимая к себе улыбающуюся Веронику. — Ну а что, я лично согласен! — весело отозвался Валера. — И я!— звонко подхватила Настя. На следующий день вся их дружная компания собралась в квартире у Игоря. Девчонки накрыли огромный, ломящийся от вкусной еды стол. Все сидели бок о бок, наперебой рассказывая забавные и страшные моменты вчерашней ночи, громко смеясь и радуясь простым вещам. Катя вспомнила, как в самом начале они все всерьёз подозревали Риту Шарову и думали, что это она — тот самый жуткий стратилат, который кусает людей по ночам. Вся комната взорвалась дружным хохотом. В этот тёплый вечер, глядя друг на друга, они все отчётливо поняли одну вещь: за этот короткий, безумный и опасный период они очень сильно сблизились. А что будет дальше — никто из них не знал. Но прямо сейчас это было совсем не важно. Главное, что они выстояли. Вместе. Это конец?