Дождь

***

В баре «Shelter» стемнело. Шторы были задёрнуты плотно, но сквозь ткань пробивался жёлтый свет — неестественный, больной. Дождь не прекращался ни на минуту. Парня с обожжённой рукой звали Дэвид. Ему было двадцать четыре года, он работал курьером и забежал в бар переждать ливень. Забежал за пять минут до того, как ливень стал смертельным. Ему не повезло. Ему всегда не везло, как он сам рассказал Калинде, пока она перевязывала ему руку.       — В школе не везло, — бормотал он, морщась от боли. — Девушки не везло. С работой не везло. Я уже привык. Но это... это перебор даже для меня. Калинда слушала вполуха. Она сидела в углу, обхватив колени руками, и смотрела на мёртвый телефон. Себастьян молчал. Она набирала его каждые полчаса, пока не села батарея. Теперь телефон лежал на полу чёрным кирпичом.       — У тебя кто-то есть? — спросил Дэвид, кивая на телефон. — Парень?       — Есть, — коротко ответила Калинда.       — Где он?       — На вышках. За городом. Дэвид присвистнул и тут же зашипел от боли.       — Под этим дождём?       — Под этим.       — Сочувствую. Калинда подняла на него глаза. В них не было слёз. Только усталость.       — Рано сочувствовать. Он жив, пока я не знаю обратного. Чарльз, сидевший у стойки, хмыкнул.       — Реалистка, — сказал он. — Это хорошо. Реалисты выживают дольше.       — А кто вы, Чарльз? — спросила Калинда, чтобы отвлечься от мыслей о Себастьяне.       — Бывший военный, — ответил он. — Двадцать лет в морской пехоте. Три горячих точки. Потом вышел на пенсию, работал в охране. Теперь вот... — он обвёл рукой бар. — Опять в осаде.       — Хуже, чем в горячих точках?       — Там я знал врага. А здесь... — он покачал головой. — Здесь враг — небо. С небом не повоюешь. Марк, бармен, принёс всем воды. Он подсчитал запасы: две пятилитровые бутыли на пятерых. Если растянуть — дня на три-четыре. Потом — смерть.       — А алкоголь? — спросила Энн, одна из офисных работниц. — Его же много.       — Алкоголь обезвоживает, — ответил Чарльз. — Если будем пить его вместо воды — сдохнем быстрее.       — А если смешать с водой?       — Вода кончится ещё быстрее. Энн всхлипнула. Её подруга Стелла обняла её за плечи.       — Что будем делать? — спросил Марк. — Сидеть и ждать?       — А что ещё? — Калинда пожала плечами. — Дождь кончится — выйдем. Не кончится — умрём. Выбор небогатый.       — Может, в подвал? — предложил Дэвид. — Там есть запасной выход. Я видел, когда мимо проходил.       — Какой выход?       — В старую канализацию. Она ведёт к метро. Чарльз оживился.       — Это идея. Если дождь затянется, канализация — наш шанс.       — Если её не залило кислотой, — заметила Калинда.       — Не залило, — уверенно сказал Чарльз. — Канализация глубокая. Туда только вода попадёт, а кислота, если она тяжёлая, осядет сверху. Надо пробовать.       — Рано, — отрезала Калинда. — Дождь может кончиться через час. Зачем рисковать?       — А если не кончится?       — Тогда пойдём завтра. Чарльз хотел возразить, но в этот момент Дэвид вдруг захрипел. Он схватился за горло, глаза его выкатились из орбит, и он начал заваливаться на бок.       — Дэвид! — Калинда подскочила к нему. Парень бился в конвульсиях, изо рта шла пена. Рука, та самая, обожжённая, почернела до локтя. Чёрная полоса поднималась вверх, к плечу.       — Сепсис, — сказал Чарльз, подходя. — Заражение крови. Кислота что-то занесла.       — Что делать? — Калинда смотрела на Дэвида, который уже закатывал глаза.       — Ничего. У него нет антибиотиков. Нет врача. Он умрёт.       — Не говори так!       — Я говорю как есть, — жёстко ответил Чарльз. — Реализм, помнишь? Дэвид умер через десять минут. Он просто перестал дышать, и всё. Тело его ещё было тёплым, когда Калинда закрыла ему глаза. В баре стало тихо. Только дождь барабанил по крыше.       — Что будем делать с телом? — спросил Марк.       — Оставим, — ответил Чарльз. — Выносить наружу нельзя. Кислота.       — Но он же начнёт разлагаться...       — Значит, перейдём в другой угол. Калинда смотрела на мёртвого Дэвида и думала о Себастьяне. О том, что, возможно, он тоже сейчас лежит где-то, и никто не закроет ему глаза.       — Я пойду в подвал, — сказала она вдруг. — Проверю этот выход.       — Сейчас? — удивился Марк.       — Сейчас. Ждать смысла нет. Чарльз посмотрел на неё с уважением.       — Я с тобой.       — Нет, — Калинда покачала головой. — Ты нужен здесь. Присмотри за ними. Если я не вернусь через час — значит, путь закрыт. Она взяла бутылку воды, фонарик, который нашёлся за барной стойкой, и направилась в подсобку.       — Удачи, — сказал Чарльз. Калинда кивнула и шагнула в темноту.