Точка замерзания

После триумфа в короткой программе было тяжело собраться с мыслями на произвольную. Тот свободный день, что Аделия тренировалась перед продолжением соревнований, она выдержала с трудом. На льду было такое ощущение, словно с каждым приземленным четверным действие обезболивающего все уменьшалось и уменьшалось. Однако несмотря на это, она справлялась со всем контентом на практике и продолжала совершенствовать свой квад-риттбергер. Ночь перед стартом была наполнена глубокими раздумьями и неуверенностью в своих силах. На утро Аделия с трудом встала с кровати. Тело ломило, а колено все продолжало болеть. Перед тем как пойти в столовую за завтраком, она привела себя в порядок и приняла обезбол. Девушка небыстрым шагом зашла в столовую для спортсменов при отеле. Там уже сидело много народу, в основном в компании своих товарищей по сборной. Она прошла к блюдам и взяла лишь один натуральный йогурт и банан. Не желая ни с кем общаться, Аделия просто взяла еду с собой в номер. Пока девушка направлялась к выходу, она оглядывала всех людей, сидящих вокруг, желая увидеть своих сокомандниц или тренеров. Вдруг она врезается в высокую фигуру. Она не упала, только отшатнулась назад и быстро повернула голову в его сторону. Это снова был он. И Аделия была уверена — он сделал это специально. Она посмотрела ему в глаза с таким гневом, что он понял без слов: еще одна неправильная эмоция — и она выскажет все, что думает, на всю столовую. Насмешливая улыбка шатена сменилась удивлением и страхом. — Извини, — без какого-либо сарказма донеслось от Малинина. Аделия лишь прошла мимо, задев его плечом и не обернувшись. В номере юниорка спокойно поела и попила чай. Она заранее собрала сумку на вечерние соревнования и проверила костюм. Ближе к вечеру напряжение нарастало, но девушка пыталась держать себя в руках, чтобы не показать соперницам своих эмоций. Уже на арене, в раздевалке, она сидела и зашнуровывала коньки. В это время катались девочки из предпоследней разминки. Выходить последним номером — это всегда давление и большой стресс, поэтому Аделия достала наушники и включила свою любимую музыку. Она вышла в коридор и зашла в спортивный зал, где немного размялась и потянула мышцы. За несколько минут до выхода на разминку девушка приняла еще одну таблетку обезболивающего, чтобы точно быть уверенной, что все пройдет нормально. Выйдя на лед в самом конце, она помахала в камеру и зрителям. В то время как сильнейшие юниорки разминались, Илья вместе с Джуном сидели на тех же местах, что и позавчера. В глубине души он желал, чтобы у нее все получилось. Ему лишь пару минут назад друг сказал, что россиянка заявила четверной риттбергер, и Илья сразу же понял — это про Аделию. На протяжении тех пяти минут, что девушка находилась на льду, она была максимально сфокусирована. Из трех попыток четверного она приземлила два чисто и один со степ-аутом. С тройного акселя упала из-за боли в колене — обезбол уже не помогал. После выхода со льда в ней остались смешанные эмоции. Через сорок пять минут пять сильнейших девушек закончили кататься, и на лед вышла Аделия. Почти не слыша громких аплодисментов трибун, она поклонилась и встала в начальную позу своей программы. Музыка заиграла. Руки были достаточно твердые, а ноги напряжены. Фигуристка набирает скорость и заходит на четверной. Та половина секунды, что Петросян была в воздухе, ощущалась в разы дольше, чем на самом деле. Лезвие касается льда. Выезд получился с помаркой, однако попытка будет засчитана. От облегчения зал вскакивает и громко аплодирует. Но это было лишь начало программы — дальше еще два ультра-си. С плеч Аделии словно упал тяжелый груз, и дальше она поехала намного легче. Она заходит на четверной тулуп. Зубец врезается в лед, и тело взлетает в воздух. Доля секунды — и лезвие коснулось льда. Но недокрут. Падение. Зал ахнул, сердце девушки забилось быстрее. Что-то не так, видимо слишком рано расслабилась. На вращении фигуристка пыталась себя максимально настроить на триксель. Сейчас все решится: либо это победа, либо провал с первым четверным риттбергером в истории. Заход, прыжок — и юниорка снова в воздухе. Зал замер. Бабочка. Аделия не смогла вкрутиться. Всю оставшуюся программу она старалась докатать по максимуму. Все остальные прыжковые элементы — чисто. Элегантная финальная поза, и девушку пробило на слезы. В зале тоже не осталось равнодушных. Все стоя аплодировали и кричали, но на глазах у многих просачивались слезы, а в душе — сочувствие к этой девочке, которая несмотря на не лучший прокат, совершила историю. У Ильи, который сидел на трибунах и весь прокат смотрел на одном дыхании, кольнуло в сердце при виде ее разочарования и слез. Кто, если не он, сможет ее понять? Аделия подъезжает к бортику и продолжает плакать. Сергей Дудаков обнимает фигуристку, а Этери Георгиевна смотрит с небольшим сожалением. Они проходят в кисс-энд-край и смотрят замедленный повтор проката. На французском начинают объявлять оценки — ни тренеры, ни сама Аделия не понимали ни слова. На экране перед собой они видят баллы. Третье место. Выше девушки расположились две другие фигуристки с чистыми программами и одним четверным, тоже россиянки. Справедливо. Аделия закрывает лицо руками и качает головой, а в мыслях лишь: «Как я могла так облажаться».