Gate Number

      — На связи, Мэйсон. Как закончишь с этим поездом — свободен. Ты же уже на седьмом вагоне? Ещё примерно восемьдесят.       — Не напоминайте, пожалуйста… Всё, я работаю.       — Да-да, наш гений.       Связь с главным штабом оборвалась с характерным писком, и снова остался лишь свист ветра, пробирающегося под мешковатую одежду.       Прошло уже несколько месяцев. Тело Диппера изменилось. И нет — не из-за возраста, хотя он действительно стал старше, сильнее и чуточку выше, местная гравитация как-то влияла на него, и он был уверен, что сейчас обогнал сестру в росте уж точно. А главное изменилась та самая синева. С того момента, как его укусил цицерик, прошло больше двух лет. Если вначале он буквально светился в районе руки, шеи, родимом пятне и в тёмно-карих глазах были явные голубые вкрапления, то теперь всё исчезло. Глаза вернули свой привычный цвет. На коже остались лишь тонкие узоры — почти незаметные, похожие на обычные вены. Никто не обращал на них внимания. Диппер решил, что «яд» вышел, что он снова обычный человек. Он так легко в это поверил.       За это время он почти идеально закончил обучение в компании «Драгтрейн» и теперь выходил на задания в одиночку. Самостоятельно. Без безумного наставника за спиной. Он чувствовал себя взрослым. Компания выделила ему комнату, он получал хорошую зарплату. Ему даже полагались бесплатные завтраки, обеды и медицинская страховка. Правда, из всего этого Диппер пользовался только комнатой и деньгами. С его графиком он просто не успевал добраться до столовой. А чтобы воспользоваться страховкой… нужны были травмы. С его работой это звучало иронично: либо он сорвётся с крыши поезда и разобьётся насмерть, либо забудет включить защитный щит и тогда ожоги или удар током будут уже его личной проблемой. Но он же сам выбрал эту экстремальную работу воздушного механика. Тоже самое, что и на практике, только без права на ошибку.       Но сегодня всё было хуже обычного. С утра ему дали задание проверить поезд из восемнадцати* вагонов. Поломка оказалась всего одна — в третьем*. Остальное время ушло впустую. А потом появился этот поезд. Больше восьмидесяти* вагонов! И каждый из них требовал настройки гравитационного модуля. Поезд собрали наспех, буквально за пару дней, сцепили из разных составов, чтобы перевезти огромную партию груза с рудников до космопорта, а потом вернуться с ещё большим весом на плантации. Из-за перегрузки пришлось установить дополнительные гравитационные модули — устройства, помогающие удерживать поезд в воздухе. Вот только настроить их никто не удосужился. И если на пути к космопорту это ещё можно было пережить, то обратно… обратно поезд просто не выдержал бы. Поэтому сейчас Диппер бегал по вагонам, на высоте двухсот метров, под свист ветра, исправляя чужую халатность. И он был лишь на седьмом*. Не один, к счастью. Где-то ближе к голове состава работал ещё один механик. Но легче от этого не становилось.       Платили за такую работу конечно много. Очень много. Вот только такой риск, как падение, обморок, паническая атака или одна-единственная ошибка, которая обойдётся компании в сумму, равную годовой зарплате механика — отбивали желание у большинства. Поэтому, когда инструктор после практики при всех похвалил Пайнса за отличную работу, преподаватели быстро сделали выводы. И начали «помогать» ему развиваться. Теперь почти все его задания были связаны с этой… беспощадной профессией.       Впрочем, он получил много плюсов от работы. Долг хирургу и кошке оплатил, деньги копятся, правда первая накопленная сумма была быстро спущена на мотоцикл. Потому что ездить на метро… было невозможно. Ему этих поездов с головой хватает на работе и даже не смотря на бесплатный проезд ездить он в них отказывался. Так что мотоцикл стал спасением или всё же эмоциональной покупкой и желанием выглядеть круто в глазах Венди.       Если не думать обо всём этом, можно было задаться более приятным вопросом: на каком вагоне он, наконец, сможет сделать обеденный перерыв…       — Эй, сменщик, на каком вагоне? Мы уже подлетаем к рудникам. Я двадцать сделал. — голос в браслете раздался неожиданно.       — А, старик, это ты? Ну конечно. Кто ещё берётся за такие сумасшедшие смены… Я на тридцать втором. А вообще, ты халтуришь, я-то уже на тридцать третьем. — Диппер вздохнул.       — Мелочь, ты что ли? Ох, обижаешь бедного старика.       — Не отвлекайся. Лучше поторопись, а то решат, что тебе пора на пенсию и я сам тебя в неё столкну. Раз такой мелочи проигрываешь. — Он отключил связь, не дожидаясь ворчливого ответа, и поднял взгляд.       Далеко внизу тянулась бескрайняя красная безжизненная пустыня, будто планета изначально не рассчитывала быть заселённой кучей народа. Где-то впереди уже виднелись очертания построений у рудников. Именно там добывали гравитон — редкий минерал, благодаря которому машины, космолёты и поезда могли летать с более лучшими условиями, чем без него.       Если бы Диппер знал, где находится Пончик — планета с аномальной гравитацией, на которой он побывал в начале своего пути, он бы давно разбогател. Там гравитона должно быть немерено, но вернуться туда невозможно так же, как вернуться в Гравити Фолз.       Скоро поезд остановится и начнётся погрузка. И у него наконец появится шанс просто лечь на крышу и закрыть глаза. За это время он привык к поездам, скорости, высоте, к тому что его со всех сторон окружает небо, не считая железного крыши под ногами. И, странно, в этом было что-то приятное. Красота пейзажа, чувство свободы и острый, почти болезненный всплеск адреналина, вспыхивающий от страха иногда так резко, что приходилось давать себе пощёчину, чтобы не потерять контроль, чтобы не шагнуть за грань, и чтобы не превратиться в пыль на далёкой земле.       Закончив с модулями, Диппер наконец выпрямился. К тому моменту загрузка уже завершилась, и поезд снова поднялся в небо. Он устроился на крыше вагона и достал свой «обед». Картонные бутерброды с какой-то странной сладкой субстанцией. Когда-то это казалось чем-то, что есть просто невозможно, а теперь — обычная еда. Ко всему привыкаешь. Вот если работа пойдёт хорошо, он сможет сходить в ресторан, с горячей вкусной едой, с настоящим мясом…       …Когда всё так изменилось? Вроде ещё вчера он хотел стать учёным, а позавчера даже не задумывался о еде — она просто была. Но это «вчера» осталось где-то несколько месяцев назад. А «позавчера» — больше двух лет. Неужели так теперь и будет? Жизнь, сведённая к сменам, поездам и коротким передышкам между ними. Неужели этого достаточно?       Диппер уставился в небо, медленно жуя. Мысли крутились по кругу. Часы рутины тянулись медленно. Кажется, поезд уже успел сделать разгрузку и погрузку в космическом порту и теперь летел на плантации. Измученный разум метался. Всё шло слишком… правильно. Слишком гладко и предсказуемо. Это сильно пугало, такая «правильность» была не для Пайнса. По крайней мере, он очень хотел в это верить. Но его душа и тело всё больше погружалось в рутину, будто болото, такая жизнь тянула его на дно.       Резкий звук разорвал тишину. Взрыв. Сразу за ним последовала вибрация, прокатившаяся по всему составу.       Диппер вскинул голову. В хвосте поезда поднимался дым.       — Чёрт…       Гравитационный модуль похоже вышел из строя, перегрузка дала о себе знать, в космопорте явно перестарались. Последний вагон повис в воздухе. Сцепка держала его, не давая оторваться, но вместе с этим он тянул за собой весь состав. Главный двигатель, отвечающий за тягу, тоже вышел из строя, сильно замедлив поезд.       Грохот усилился. Следующий вагон опасно накренился… Потом ещё один. Как домино, поезд начал медленно, но неотвратимо «складываться» в воздухе, вытягиваясь вниз с хвоста. Триста метров до земли, расстояние сокращалось. Нужно было срочно что-то делать и Диппер сорвался с места. Он находился примерно в середине состава — добраться до хвоста займёт несколько минут, которые покажутся вечностью. Бежать быстро нельзя, поезд трясёт, споткнуться и упасть будет очень легко. Его защитный модуль спасает в основном лишь от ветра. Выбора совсем не было, помощь не успеет прийти, старик вообще был в начале поезда, добираться очень долго. Но был ещё один работник, он подсел к ним из космопорта, к компании Драгтрейн он был непричастен, но кто-то по совету его назначил помогать. Он же и был ответственен на последние вагоны. Но с поломки прошло больше минуты и каких-то действий не было замечено и подбегая к концу Диппер подтвердил, что работника нет на месте.       — Помогите! Кто-нибудь! — крик прорезал шум ветра.       Работник висел где-то на последнем вагоне. Голос его дрожал, он едва держался. Ситуация была хуже некуда. Если бы не он, Диппер бы просто начал чинить вагоны по очереди, это был самый безопасный вариант, но сейчас…       Нужно лезть вниз. Спасать. Но должен ли? В контракте такого нет, он механик, а не спасатель.       — К чёрту всё! Эй! Ты просто держись! Я доберусь до тебя! — недолго он терзался.       Он не мог оставить человека умирать. Да, безопаснее было бы сначала стабилизировать вагоны. Но тот оболтус не продержится.       Диппер проверил крепление страховки. И шагнул вниз. Как скалолаз, он начал спускаться по накренившимся вагонам. Вначале уклон был нормальным, но достигнув второго он стал под девяносто градусов и кажется продолжал увеличиваться. Пришлось перецеплять страховку и спускаться вниз на одних руках, которые мгновенно начали гореть, трос резал кожу.       — Ещё немного! Пара метров. — старался успокоить работника Диппер, но тот явно был не в себе.       Наконец-то он чётко увидел этого человека. Тот висел, держась руками за дальних двигатель. Диппер хотел уже полезть через другие двигатели к нему, но услышал гул. Двигатели не вышли из строя! Они всё ещё пытались работать, гул усиливался, повышалась температура, а потом снова затихал и так по кругу с разным таймингом. Это значило, что в любой момент они могут заработать на полную и испепелить тех, кто находится слишком близко.       — Связь с машинистом! Механик требует полностью отключить задние двигатели! — крикнул Диппер по связи.       — Связь есть! Отключение невозможно, управление вышло из строя, они полностью нестабильны! — последовал молниеносный ответ, видимо машинист тоже был в большом стрессе.       Времени думать не было. Пока что гул не достигал пика, значит ещё есть время и Диппер полез дальше.       В тоже время непутёвый работник трясся, плакал, кричал и кажется, обмочился. С каждым усилением гула он вздрагивал всем телом. В его голове этот звук был оглушительно громким. Паника сделала своё дело. Он совсем себя накрутил.       — Держись! Я почт- — рука уже тянулась к чужой.       Гул резко вырос. В глазах работника вспыхнул ужас. Он разжал руки. Страх сжечь пальцы оказался сильнее страха разбиться.       Диппер замер. Тело полетело вниз, постепенно превращаясь в маленькую точку. Где-то внизу поднялось облако пыли. И всё. Тишина. Человек исчез без смысла, без следа и без внимания тех, кто действительно должны были помочь.       Рядом пронеслось два космических корабля, надо же, прилетела служба помощи.       Диппер закрыл глаза на пару секунд. Злость поднималась внутри. На себя, на него, на весь этот чёрствый мир. Но больше нельзя было думать об этом, сейчас точно не время для такого. Он стиснул зубы и полез обратно. Где-то наверху прошёл мощный импульс, энергия скакнула. Значит, дед всё же добрался и вернул один из вагонов в горизонтальное положение.       — Отлично… — выдохнул Диппер и приступил к ремонту последнего вагона, нужно было подключить гравитон и вернуть работоспособность тех чёртовых двигателей.       И вот поезд дёрнулся, чувствуя прилив движущей мощности и прибавил скорость, желая добраться до остановки быстрее.       Один из вспомогательных кораблей подлетел под неработающий вагон и приподнял его, намереваясь таким образом поддерживать поезд до конца маршрута. А со второго корабля по верёвке на поезд спустился отряд Конклава. Лучше бы это был отряд механиков… Этим псам явно дали задачу не помочь Дипперу и Старику, а расследовать всё на ходу, чтобы виновник произошедшего не сбежал. Отвратительно. Дипперу пришлось рассказывать обо всём произошедшем. И их реакция была мерзкая, если вначале они намеревались скрутить двух механиков, то теперь, услышав о гибели работника, даже не поинтересовались о его личности или где искать труп. Им было без разницы, как и всем остальным, кроме Диппера. Та лужа в пустыни всё равно быстро заметётся песком. И так происходит в этом прогнившем городе постоянно. Ты либо жив, либо нет. Либо ты кто-то, либо тебя загрызёт реальность.       Когда Диппер вернётся на землю, он возьмёт отпуск. Но вначале придётся посетить несколько судебных заседаний, чтобы доказать свою непричастность к поломке, и всем безразлично, что если бы не пара отважных механиков, то поезд бы окончательно рухнул вниз.       

***

      Вместе с отпуском Дипперу приходит сообщение из трущоб. Так как скоро ему исполнится восемнадцать, Макгакет приглашает его начать настоящие портальные тренировки. Звучит освежающе, это точно нельзя пропустить, и уже на следующий день Диппер пробирается в трущобы, которые так долго не видел. А ведь долгое время он и не хотел их видеть, и тому была довольно неприятная причина. Диппера посчитали сбежавшим, часть думала, что он поступил в институт, поэтому и пропал, другие, что сбежал жить в городе, подальше от трущобной грязи. Хуже всех отреагировал Валентино-старший, директор нарколаборатории, в которой работал Диппер. Позвав прихвостней Робби, он смог заставить Диппера вернутся и объясниться. Мальчик писал, что бросает работу, но для директора был важен личный разговор. В то день Диппера притащили в кабинет, Робби лично пнул Диппера на середину дорогого шершавого ковра. Директор старался объяснить, что так просто из этого бизнеса не уходят…       Дрова в костёр подкидывало рычание из угла кабинета. По звукам собака, но никого не видно, блеск единственной лампы слегка попадал в угол, и становилась видна шкура невиданного зверя. Прозрачное клыкастое подобие собаки проглядывалось только благодаря бликам, и хоть существо через секунду снова скрылось в тени, страшная аура его присутствия осталась. Да такая устрашающая, что даже Робби отошёл подальше к двери, хотя ему явно ничего не должно было грозить. Не станет же отец травмировать своего сына.       Весь этот хоррор-цирк прервал Макгакет. Он как-то узнал о Диппере и пришёл на это поле боя. На вежливую просьбу отстать от парнишки, Валентино не хотя согласился, но всё имело свою цену. И если Диппера ждало освобождение и настоящая свобода, то Макгакет пожертвовал одной услугой. Но это уже было слишком далеко до понимания Пайнса, да и старик попросил не вмешиваться, а просто уйти домой и начать спокойную жизнь.       И теперь с приходом сообщения Дипперу предстояло отдать долг и стать настоящим портальным путешественником.       

***

      — Диппер, добро пожаловать, так как скоро ты станешь совершеннолетним, то по нашим законам можешь посещать порталы, — Макгакет вёл его на нижний уровень трущоб, где располагался портал, из которого когда-то выпал Диппер.       — Но если я зайду в портал, то вряд ли вернусь сюда же.       — Мы смогли приобрести одну технологию. Трос сделанный из портального материала и некоторых ингредиентов, с ним ты сможешь вернутся в тоже место.       — Такая технология есть, но всё ещё не распространена?       — Есть технологии гораздо лучше, но принадлежат они КПВ и институту. Понимаю, раньше для тебя портал был путём в неизвестность без возврата, и так и есть для большинства, некоторые технологии облегчают работу с порталами. С этого дня, несколько раз в неделю ты будешь отправляться в портал. Тебе придётся узнать, что за эффект дал укус цицериков, зависимо от результата ты откроешь для себя новые возможности.       — Хорошо, — действительно хорошо, он вновь станет путешественником.       Трос был закреплён с одной стороны на трубе, с другой — на Диппере, и теперь можно было заходить в портал. Правда портал выглядел иначе, чем раньше. Теперь когда-то голубо-фиолетовая водная текстура напоминала голубой огонь.       — Почему внешний вид поменялся? Раньше порталы выглядели по-другому, это как-то связано с местом куда ведёт портал? — Диппер всё же решил озвучить вопрос, мало-ли за порталом обрыв в лаву.       — Хм… Интересно, действительно интересно…       — В плане?       — Как ты раньше видел портал и как сейчас?       — Текучая субстанция, вроде воды, нечёткая, сейчас же это больше напоминает голубое пламя, язычки, всполохи, искры. Всё можно разглядеть.       — Ты видишь портал таким какой он есть, можно сказать видишь его истинную сущность. Портальная сыворотка даёт такой эффект, правда видишь возможно чётче остальных. Без сыворотки невозможно увидеть структуру. Но способность, к сожалению, бесполезная, многие старались изучить это, но ни к чему не привело.       — Точно?       — Были споры о возможностях по текстуре определить возраст портала или куда он ведёт, но это лишь догадки. Иди же.       Первый за долгое время портал ощущался непривычно. Оказавшись внутри он достаточно долго летел в неизвестность, окружённый прохладным пламенем. По ту сторону оказался космос. Просто портал, дрейфующий в открытом космосе. Один из эффектов цицериков оправдался. Пока Диппер был вплотную к порталу, он не чувствовал давления, мог дышать. А вот тело заныло, он почувствовал какое-то шевеление под кожей и решил сразу вернутся обратно. На родной стороне он сразу же сорвал с себя куртку и нервно стал осматривать руку. Синева начала возвращаться. Совсем незаметно, но свечение вернулось!       — Что произошло? — старик взволнованно смотрел на парня.       — Там был космос, пустота, но свечение стало возвращаться! Я не хочу…       — Всё в порядке, это свечение твой дар, а не проклятье.       — Но я не хочу светиться!       Когда свечение пропало, Диппер был действительно рад, теперь он мог не скрывать свою внешность, перестать прикрывать глаза маской. Да и меньше года осталось до экзамена в институт…       — Что ещё ты узнал?       — Портал довольно старый, я достаточно долго находился в самом пространстве портала.       — Да, юные порталы практически моментально перемещают нас.       — Эффект от сыворотки находясь рядом с порталом работает, мне была ни по чём окружающая обстановка, но я побоялся отдалится от портала.       — Ничего, когда прыгнешь в более безопасное место, надо будет узнать какой у тебя радиус защиты.       — В остальном больше ничего… Звук правда был. Раньше порталы редко говорили, а сейчас я слышал будто монолог.       — Ты можешь распознать что-то?       — Нет, совсем нет.       — Хорошо, я попрошу записать тебя всё, о чём мы говорили, и отправить мне отчёт, на сегодня можно закончить. Ты молодец.       — Да, наверно.       Почему-то радости не было, хотя он снова путешественник и даже с возможностью вернуться…       

***

      Портальные тренировки продолжились. Теперь Диппер раз в неделю заходил в портал. Чаще он не решался — тревога и страх сковывали его. После каждого прыжка возвращалось свечение, тонкое, едва заметное, но достаточное, чтобы напомнить: внутри него что-то изменилось. Через неделю оно снова затихало, будто пряталось глубже под кожу, и тогда можно было рискнуть ещё раз.       Каждое погружение сопровождалось новым набором датчиков. Они цеплялись к телу или вживлялись под кожу, фиксировали дыхание, пульс, реакцию нервной системы — всё, что только могли считать. Макгакет собирал данные, внимательно их изучал, делал пометки. Иногда он подолгу молчал, вглядываясь в графики, и в такие моменты Диппер ловил себя на мысли, что старик видит в нём что-то большее, чем может в себе увидеть сам Диппер.       — Рано, — говорил старик, отказываясь объяснять для чего всё это. — Нужно убедиться.       И Дипперу оставалось только ждать и стараться погружать себя в мир исследований, по которым, казалось, так сильно скучал.       Отпуск закончился. Работа снова втянула его в привычный ритм — поезда, высота, ветер. Всё это сопровождалось жгучим чувством одиночества. Он находился в огромном городе, с кучей людей, вне поезда он почти постоянно был окружён толпой незнакомых людей. А окажись на крыше состава — всё исчезало, и разум становился чистым. И он по долгу просто сидел в этой пустоте и отказывался думать о будущем, планах, хотелось отдохнуть, перезагрузить мозг. Но желанных отдых находился слишком далеко, на планете Земля.       Несмотря на всё, Диппер каждое воскресенье надевал самую невзрачную одежду и, прячась в тени стены, прокрадывался в трущобы, к порталу, к месту, где когда-то всё началось. А теперь требовало продолжить, ведь ход истории не собирался делать остановки.       Однажды, выходя из портала, он заметил Венди. Она стояла рядом с Макгакетом, о чём-то говорила. Голоса до него не доходили — только обрывки звуков, теряющиеся в шуме канализационного пространства. Диппер замедлил шаг, не желая отвлекать их от беседы. И в этот момент его кусок браслета щёлкнул. Из-за пересечения границы Дипперу приходилось снимать выданный на работе браслет, чтобы тот не записал его активность по ту сторону стены вне работы, так что приходилось брать полумёртвый старый браслет и идти с ним. И вот теперь браслет непонятно с чего решил вновь подать признаки жизни и включил запись аудио. Диппер сразу же постарался выключить её, и после пары ударов это удалось.       На экране браслета появилась строка:       «2:8/2:2~666:666-1:6.1:5/1:10--9:111-1:9/1:1--4:12~2:4/1:10.2:3»       Шифр. Что за бред?       Даже если это и правда был записанный разговор… он не собирался подслушивать. Да, интерес был, но он бы никогда не стал так делать. Так что он просто стер этот набор цифр.       — О, Диппер, привет, — Венди наконец заметила его. Их разговор, похоже, уже закончился.       — Привет, — он улыбнулся и обнял подругу. От неё пахло лесом. Это был парфюм, который он когда-то запомнил и навсегда полюбил. Почти такой же запах был в бескрайних лесах штата Орегон.       — На сегодня всё. — вмешался Макгакет. — Жду отчёт. И на следующей неделе не приходи.       — В смысле? — Диппер нахмурился.       — У меня появились дела. Продолжать исследование пока не можем.       — Но… Я могу сам…       — Нет, — резко перебил старик. — Тебе пока нельзя появляться в трущобах. Позже всё объясню. А сейчас — иди.       В его голосе было что-то такое, что не оставляло места для споров. Обратно в город Диппера вызвалась проводить Венди.       Ветер бил в лицо, уносил прочь остатки мыслей, а рядом была она. Эта поездка на мотоцикле по затхлым мокрым трубам становилась всё более прекрасной.       — Как ты там, в своём золотом городишке? — крикнула она, перекрывая шум. — Обжился?       — Да, вроде… — Диппер усмехнулся. — Нормально всё.       Подъехав к границе, Диппер слез и с тоской глянул на девушку.       — Мы действительно давно не виделись… — продолжила Венди. — Я скоро буду в городе. Можем вместе затусить.       — Правда? Конечно! Я свободен в выходные.       — Тогда в субботу, в девять утра. Заберёшь меня на границе?       — Замётано!       — Отлично. Тогда до встречи.       Она резко дала газ. Мотоцикл сорвался с места, поднимая за собой облако пыли. Через пару секунд Венди исчезла за поворотом.       — Удачи тебе!       Венди позвала его гулять. Вдвоём. Это… свидание?       Мысли начали путаться. Сердце забилось быстрее, ещё чуть-чуть и выпрыгнет. Он слишком рад? Слишком очевидно реагирует? Но ведь между ними что-то есть… В этот момент он пожалел, что устроился работать в столице, что покинул трущобы, если Венди скажет хоть слово, он сразу рванёт обратно. И глубоко насрать, что там затевает Валентино, Диппер стал сильнее. Лишь бы иметь шанс быть с ней. Ведь это стоило того. Стоило же?       «Войд, я в субботу после 17 буду в баре». — Сообщение пришло, когда он уже пересёк границу и оказался в безопасности.       Пёс. Они редко виделись, но иногда пересекались — кофе, разговоры ни о чём.       Странное знакомство. Странное поддержание общения. Но для Диппера это было важно, любой контакт с «нормальным» миром, с его правилами, с людьми на стороне закона, с теми, кто жил, а не выживал…       Кошка из борделя когда-то сказала ему:       «Тебе нужен пример, опора. Хоть кто-то из их мира».       Пёс подходил. Они не были друзьями и никогда не затрагивали личные темы, но это всё считалось уроком. Диппер изучал все повадки, образ общения, старался влиться в столичный мир.       Хотя сам Пёс, наверное, воспринимал это иначе. Для него Диппер был скорее паузой между делами, лёгким отвлечением. Тем, с кем можно просто посидеть в баре и не думать. Друг для друга они оставались закрытыми картами, и, на удивление, быть никем и общаться с таким же, без обязанностей, без классового неравенства — было увлекательно. А если Собака действительно Подозревака, то пока что Диппера явно не планируют засадить за решётку, так что можно расслабиться.       «Хорошо, может заскочу к тебе на тортик». — написал Диппер.       Пёс делился тортами. Уже за это к нему можно было испытывать симпатию.