Mousetrap | Мышеловка

Сегодняшнее утро началось не с кофе. Как только утреннее солнце заглянуло в прикрытые плотными шторами окна моей спальни, оно осветило раскиданные по постели рубашки и блузки, затем пол, заваленный папками с документами из университета и школы, которые Вайс сказал привезти, и наконец меня, стоящую напротив зеркала на дверце шкафа. Я была во всеоружии. Начала с неброского макияжа с акцентом на глазах в виде красивых чёрных стрелок. Мне хотелось, чтобы ему было просто не к чему придраться. Губы накрашены блеском с красноватым оттенком, на щеках только еле заметный натуральный румянец. Никаких излишеств и вульгарщины. Одежду я подбирала долго, но всё-таки остановилась на тонкой белой блузке, сидящей в обтяжку, с рукавом три четверти и пуговицами, начинающимися только после небольшого отступа вниз. Своеобразного декольте, которое даже не прикроешь. Затем, поверх я надела черную жилетку-корсет на бретельках, которая обнимала мою талию, при этом огибала бретельками мою пышную грудь по бокам. А на низ — чёрные капроновые колготки и чёрную юбку-карандаш в тонкую еле заметную серую полосочку. Просто идеально. В офисном стиле, при этом красиво и провокационно. То, что надо. Сбрызнувшись любимыми вишневыми духами, я взяла в руки расческу, чтобы причесать свои длинные светлые волосы, но замерла, глядя на отражение. Пульс ускорялся с каждой минутой всё сильнее. Руки потели. Дышать становилось труднее. Тревожность брала свое. Как бы сильно я ни храбрилась, меня буквально трясло от мысли, что теперь я целый месяц буду работать в офисе Вайса. Неделю назад, я сомневалась, увижу ли его вообще хоть раз вновь, а теперь я собиралась на практику в его офисе и подбирала образ, чтобы вывести его из себя. Просто фантастика, Сэм. За ночь я успела продумать для себя небольшой план на месяц, который я собиралась осуществить за время практики. Во-первых, раз мама и Минди не верили, что Шэрил действительно настоящая невеста Вайса, я решила разнюхать об этом побольше. Возможно между ними действительно контракт или какая-то договоренность. В моей голове просто не укладывалось, что Вайс и вправду мог полюбить такую, как она. Да и его отношение к Шэрил было подозрительным. Слишком холодным. В общем, я поставила себе цель—понаблюдать за ними и понять, что же там всё-таки происходит. А во-вторых, то, как Вайс относился ко мне, меня тоже смутило. Он и раньше, подражая моему брату, вёл себя как охранник и телохранитель, но его нынешнее отношение, выходило на совершенно новый уровень. На страшный, опасный, но, не стану врать, безумно интригующий, уровень. И я хотела разузнать о его мотивах. Доказать или опровергнуть слова Минди. И возможно, если всё сложится, получить хотя бы каплю взаимности от парня, которого я любила с самого детства. Хоть это всё ещё звучало для меня, как первостатейный бред. В голове всплыло его вчерашнее смс и мои щеки тут же ярко вспыхнули от смущения и возбуждения. «—Если ты еще раз позволишь какому-то ублюдку прикасаться к тебе так, как это делал Рик, я сломаю ему обе руки. И прекрати кусать губы. Это раздражает». Усмехнувшись, я прикусила свою пухлую нижнюю губу в блеске и представила, как лицо Вайса побагровеет, когда я войду в его офис сегодня. Сможет ли он держать нейтралитет? А может сорвется и накричит на меня? Или... Вдруг, мой телефон на тумбочке у кровати завибрировал, оповещая о входящем звонке от неизвестного номера. Переступив через подготовленные заранее тёплые ботильоны на шпильке, я дотянулась до мобильного и взяла трубку: —Алло? —Мисс Хэйз?—раздался в трубке глубокий хрипловатый голос, явно принадлежащий мужчине в возрасте,—Это водитель мистера Торнтона. Я подъехал. Чёрный Audi a4. Ожидаю Вас у дома. —Сейчас выйду, спасибо,—ответила я и, сбросив звонок, тут же похватала подготовленные заранее вещи и рванула вниз на первый этаж. Расследование уже ждало меня. И на него нельзя было опаздывать. Черный, отполированный до зеркального блеска Audi A4 действительно ждал меня у ворот дома. Пожилой водитель в строгом темно-сером костюме уже стоял снаружи и, как только я подошла ближе, учтиво открыл передо мной заднюю дверь. — Доброе утро, мисс Хэйз. Меня зовут Генри, — учтиво произнес он, сгибаясь в легком вежливом поклоне. — Доброе утро. Можно просто Саманта, — неловко улыбнулась я, забираясь на роскошное кожаное сиденье, пахнущее дорогим парфюмом для авто. Мужчина лишь вежливо кивнул, закрыл за мной дверь и молча сел за руль. Дорога из Хиллсборо до Манхэттена прошла в тишине. Только еле слышная музыка по радио, доносящаяся спереди, не давала мне утонуть в тревоге окончательно. Тихо подпевая себе под нос песню one direction—story of my life, я смотрела через тонированное окно автомобиля, на пролетающие мимо небоскребы и чувствовала, как с каждой милей, приближающей нас к центру Нью-Йорка, кровь всё громче гудит в ушах, а пальто на мне словно становится в разы тяжелее и плотнее, давя на мои плечи и заставляя потеть. Одно дело — видеть Вайса за семейным ужином или в компании моего брата за приставкой. И совершенно другое — вторгаться на его территорию. Когда машина начала замедляться у одного из зданий, я подняла глаза вверх и обомлела, неосознанно вжимаясь в сидение подо мной. Главный офис компании Вайса находился в огромном, подавляющем своим величием, стеклянном небоскребе почти в центре города. От одного только взгляда на него, в мою голову закралась шальная мысль всё бросить и попросить Генри отвезти меня домой. Но обратной дороги не было. Медленно, машина въехала через отдельный заезд на гигантскую подземную парковку, остановившись на минуту перед шлагбаумом, чтобы предъявить пропуск, проехала дальше, между пустых парковочных мест и остановилась у стеклянных дверей, за которыми виднелся светлый холл. — Приехали, мисс Хэйз, — отозвался с водительского кресла мужчина, даже не оборачиваясь на меня, — Вам нужно получить на ресепшен пропуск. Дальше Вам скажут куда идти. Доброго дня. —И Вам,—вздохнула я, отстегивая ремень безопасности и, сделав глубокий вдох, как перед прыжком в воду, вышла из машины, тут же направляясь через тяжелые стеклянные двери в просторный и тёплый холл офиса. На ресепшене, стоило мне назвать свое имя, администратор тут же выдала мне временный пропуск с черным чипом. — Семьдесят пятый этаж, мисс Хэйз. Личный лифт мистера Торнтона в конце коридора, — вежливо, но с явным любопытством в глазах сообщила мне безупречно уложенная блондинка за стойкой. Очевидно, Вайс не часто приглашал кого-то пользоваться своим личным лифтом. Это было приятно. И немного смущающе. Небольшая кабина в темных оттенках взмыла вверх почти бесшумно, закладывая уши. Цифры на электронном табло сменялись с сумасшедшей скоростью, отсчитывая секунды до момента истины. 73... 74... 75. Мелодичный звонок и двери плавно разъехались в стороны, открывая моему взору широкий, но короткий коридор с одной единственной дверью в конце и стойкой секретаря слева. Я шагнула на мягкий темно-серый ковер. Весь этаж буквально дышал роскошью и холодом. Приглушенный свет, стены из тонированного стекла, минимализм во всем. За массивной стойкой из черного дерева сидела молодая девушка в строгом костюме и гладким пучком чёрных волос. Заметив меня, она тут же поднялась, и ее профессиональная улыбка на секунду дрогнула, когда она окинула взглядом мой наряд. Да, для обычного стажера я выглядела слишком вызывающе. Ну и что? — Вы Саманта Хэйз? — спросила она, быстро беря себя в руки. — Меня зовут Линда, я помощница мистера Торнтона. Он уже ждет вас. Она указала рукой на высокие двустворчатые двери из матового стекла в самом конце приемной. —Спасибо,—тут же кивнула я, крепче перехватила свою папку с документами и пошла вперед. Каждый мой шаг, каждый стук шпильки по паркету отдавался дрожью где-то внизу живота. Остановившись перед дверью, я на секунду зажмурилась. Сделала глубокий вдох, наполняя легкие воздухом. «Посмотрим, как долго ты сможешь держать свою маску, Вайс», — пронеслось у меня в голове. И затем, я толкнула стеклянную дверь, переступая порог его кабинета. Первым, что я почувствовала, был запах. Свежий, цитрусовый аромат одеколона Торнтона витал в воздухе, такой яркий, словно он воспользовался им за пару минут, до моего прихода. Затем, я подняла глаза и огляделась. Его кабинет был большим и просторным. Через панорамные окна, выходящие на весь Нью-Йорк, солнце освещало каждый уголок этого громадного пространства. Но мебель, ковры и шторы тут были исключительно в темных оттенках. Это был кабинет, как в фильмах. Разделенный на зону для работы, с массивным столом из тёмного дерева и стеллажами с книгами, и зону для переговоров, с уютными темно-синими диванами и небольшим кофейным столиком. Вайс был здесь. Он стоял у окна, спиной ко мне, сложив руки на груди, и я на долю секунды потерялась, глядя на то, как чёрный пиджак натягивается на его потрясающих широких плечах, а брюки очерчивают крепкие бёдра и накачанный округлый зад. Господи боже... Прикрыв за собой дверь кабинета, я сглотнула вязкую слюну и решительно обратилась к нему: —Вайс, доброе утро,—произнесла я, но мой голос подвел, слегка дрогнув под конец, выдавая с головой моё тревожное ожидание того, что будет дальше. Он обернулся не сразу. Несколько долгих, мучительных секунд в кабинете стояла абсолютная тишина, прерываемая лишь моим сбившимся дыханием и тиканьем часов на стене. Вайс продолжал смотреть на город сквозь стекло, и только по тому, как еще сильнее натянулся пиджак на его спине, я поняла — он услышал меня. Медленно, почти пугающе, он опустил руки, засунул их в карманы брюк и наконец повернулся. Мое сердце в ту же секунду сделало сальто и с размаху ударилось о ребра. Он выглядел... безупречно. Черный костюм, идеально сидящий на его крупном спортивном теле, белоснежная рубашка, расстегнутая на верхнюю пуговицу без галстука. Но его лицо было мрачнее грозовой тучи. Густые брови сдвинуты, а губы сомкнуты в тонкую напряженную линию. Взгляд его обычно сияющих, ореховых глаз потемнел, став почти черным. Он прошелся по моему лицу, по стрелкам на глазах, задержался на блеске на губах. А затем его взгляд скользнул ниже. Я увидела, как дрогнул его кадык, когда он сглотнул. Как сузились зрачки, когда его глаза намертво прикипели к вырезу моей расстегнутой блузки и чёрной жилетке, приподнимающей мою грудь как чьи-то большие ладони. Воздух в кабинете мгновенно стал густым и тяжелым. Мне даже показалось, что температура подскочила на десяток градусов. — Доброе утро, — наконец произнес он. Его голос звучал низко, с легкой хрипотцой, от которой по моей коже побежали горячие мурашки. Он не сделал ни шага в мою сторону, но его взгляд был настолько давящим и тяжелым, словно он уже прижал меня к стене. — Ты опоздала, — добавил он, и от его тона повеяло холодом. Я непонимающе моргнула, сбитая с толку. — Что? Нет, не опоздала. Сейчас ровно восемь ноль-ноль. Вайс медленно вытащил руку из кармана, бросил короткий взгляд на дорогие часы на своем запястье и снова посмотрел на меня. Мрачно и оценивающе. — Ты должна была быть на моем этаже в семь пятьдесят пять. Чтобы в восемь ноль-ноль уже сидеть за рабочим местом и изучать инструкции, а не стоять у меня на пороге, как потерявшийся щенок, — он сделал плавный, хищный шаг в мою сторону. — В моей компании время — это деньги, Саманта. А я не люблю терять ни то, ни другое. Его обращение ко мне по полному имени резануло что-то глубоко внутри. Словно он методично выстраивал между нами баррикаду из железобетонных блоков. Но снаружи я не подала виду и лишь возмущенно выдохнула. — Твой водитель привез меня только пять минут назад! И мне ещё пришлось ждать пропуск на ресепшене. — Значит, завтра ты выйдешь из дома на десять минут раньше, — отрезал он, делая еще один шаг ко мне. Теперь нас разделяло всего несколько метров. — Если, конечно, ты планируешь задержаться здесь дольше, чем на один день. Моя злость вспыхнула, как спичка. Весь этот властный тон и холод заставляли меня чувствовать себя глупой маленькой девочкой перед большим взрослым дядей. — Рассел просил тебя помочь мне с практикой, — с вызовом бросила я, вскидывая подбородок и сжимая папку так сильно, что побелели костяшки пальцев. — А не строить из себя надзирателя. Вайс остановился прямо передо мной. Он был таким высоким, что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в глаза. Запах его цитрусового парфюма смешался с ароматом дорогого кофе и мужского тела, ударяя мне в голову похлеще «поезда» из шотов от Минди. Он опустил взгляд на мои губы. Затем на шею. А потом снова на этот проклятый вырез блузки. Я видела, как ходят желваки на его скулах, как он борется с самим собой. И мне до дрожи хотелось узнать, о чем он сейчас думает. — Рассел просил меня взять тебя на стажировку, — тихо, почти угрожающе произнес он, наклоняясь ко мне так близко, что я почувствовала жар его тела через тонкую ткань своей блузки, — И я согласился. Но пока ты находишься в этих стенах, Саманта... ты обязана следовать моим правилам. В следующий миг, он поднял руку и я инстинктивно затаила дыхание, глядя на мужчину во все глаза. Его жилистая, покрытая сеточкой тонких выпуклых вен ладонь зависла в воздухе рядом с моей шеей всего на долю секунды. Пальцы замерли в нескольких сантиметрах, опаляя мою кожу жаром, а затем, опустились ниже, грубоватыми горячими подушечками скользя по трепещущей артерии на самом основании шеи, под воротничком моей блузки. Меня тут же бросило в дрожь, а щеки залила краска. Сердце подскочило к горлу перекрывая доступ к кислороду, а мировая гравитация казалось сместилась, концентрируясь на этом дьявольски притягательном мужчине. — И правило номер один, — его голос упал до рычащего шепота. — Ты больше никогда не придешь в мой офис в таком виде. Между нами на несколько долгих секунд повисла напряженная искрящая тишина. Через туман возбуждения в моей голове пробивалось удовлетворенное понимание. Он заметил мой ход. И отреагировал. — В каком? Офисном? — усмехнулась я, игриво пожимая плечами. Пульс ту же подскочил до сотни, а руки задрожали. Я играла с огнем и понимала это. Всё равно, что сунуть руку в пасть тигру и попросить тебя сфоткать. Но остановиться я уже не могла. Его лицо в мгновение стало ещё мрачнее, если это вообще было возможно. Воздух вокруг нас завибрировал. Стало невыносимо жарко. И тут, он шагнул вперёд, резко впечатывая меня спиной в холодное матовое стекло двери. Крепкое, твердое тело Вайса прижалось ко мне так сильно, что у меня закружилась голова, а низ живота свело болезненной судорогой возбуждения. В таком положении я остро чувствовала каждую напряженную мышцу под его одеждой, каждую дрожь и реакцию его тела. А он, определенно точно, чувствовал мою. Папка с документами едва не выскользнула из моих рук, а сумка с ноутбуком на локте больно вжалась в моё бедро. В ту же секунду, одна его ладонь врезалась в стекло, прямо рядом с моей головой, отрезая путь к отступлению, а вторая тяжело опустилась на мою талию, сжимая длинными горячими пальцами ткань моей жилетки почти до хруста швов. — Ты думаешь это смешно? — прорычал он, опаляя раскаленным дыханием мой висок, — Думаешь это всё блять игра? Его рука на моей талии сжалась ещё крепче, собственнически, а большой палец погладил мой живот через ткань одежды. Табун горячих мурашек тут же пробежал по моей спине до самой поясницы, а дыхание окончательно сбилось. — Я оделась по дресс-к...—дрожащим голосом попыталась возразить я, но не успела. — Ты оделась так, чтобы довести меня до ручки, — жестко перебил он, и его нос скользнул по коже на моей скуле, — Чтобы каждый мужик на этом этаже пускал слюни на твою грудь в декольте этой долбанной блузки. А потом, я был вынужден уволить их всех, одного за другим. Его темные, поглощающие свет, карие глаза впились в мои. В них плескалась такая первобытная тьма, что у меня перехватило дыхание. — Если ты пришла сюда провоцировать меня, мышонок... — его голос упал до опасного, хриплого шепота, пробирающего до самых костей. — Ты очень сильно пожалеешь, когда моя выдержка наконец лопнет. Секунда. Две. Я видела, как его взгляд тяжело опустился на мои губы, накрашенные вишневым блеском. Видела, как расширились его зрачки, полностью поглощая радужку глаза, как участилось дыхание, став рваным и поверхностным. Словно он боролся с желанием поцеловать меня прямо здесь, вжимая в дверь своего кабинета. А затем маска ледяного, неприступного босса с оглушительным грохотом опустилась обратно. Вайс резко отстранился, лишая меня тепла своего тела и спасительной опоры. Он отвернулся, провел рукой по волосам, приводя их в порядок, и уверенным шагом направился к своему массивному столу. — Твое рабочее место в приемной, напротив стола Линды, — бросил он холодным, отстраненным тоном, усаживаясь в кожаное кресло и открывая ноутбук. Словно между нами только что не искрило напряжение в тысячу вольт. — На столе лежат папки с договорами за прошлый квартал. Изучи их и сделай сводку ошибок. И принеси мне черный кофе. Без сахара. Я моргнула, пытаясь собрать себя по кусочкам. Согретое его теплом тело тут же начало колотить, как в лихорадке. — Кофе? — тупо переспросила я, всё еще ошалело прижимаясь спиной к двери. — Я тебе не секретарша. Я пришла сюда на практику в финансовый отдел. Вайс медленно поднял глаза от монитора. Взгляд был абсолютно непроницаемым. — Ты пришла сюда работать на меня, мисс Хэйз. И если твой босс хочет кофе — ты идешь и делаешь его. Приступай.

***

Отчеты расплывались перед глазами. Каждую строчку мне приходилось перечитывать по семь раз, чтобы хоть что-то понять. Мозг совершенно отказывался концентрироваться на задаче, поглощенный произошедшим в кабинете Вайса. Бок продолжал гореть так, словно на нём остался ожог от его ладони. Щеки пылали, а пропитанные возбуждением трусики теперь ощущались липкими и отвратительно холодными на коже. Я пропала. Боже, на что я согласилась? Если бы я знала, что практика в офисе Вайса будет такой... Что с ним вообще произошло? Раньше он не позволял себе такого, касался меня только по надобности. В какой-то момент я даже начала думать, что противна ему, потому что он отшатывался от меня, когда я тянулась обнять его при встрече. А тут... такое. Я снова опустила глаза в договор, лежащий на столе передо мной. Лицо А обязано обеспечить исполнение договоренностей с лицом Б... бла-бла-бла... Нет. Это было бесполезно. Щелканье клавиш со стороны стола Линды и противное жужжание вентиляторов охлаждения моего ноутбука, совершенно не помогали сосредоточиться, а лишь усиливали мою тревогу и рассеивали внимание. Нервно закусив губу, я подняла глаза на дверь, за которой был кабинет Вайса и вздрогнула. В воздухе всё ещё витал аромат кофе, который я принесла ему час назад. Точнее, закинула его ему на стол, словно бомбу и не глядя, выскочила за дверь, даже не попрощавшись. Ну и кошмар. Позорище. —Добрый день, госпожа МакАдамс!—голос Линды, прозвучавший совсем рядом громко и звонко, тут же выдернул меня из омута мыслей. МакАдамс? Резко дернув головой, я увидела, что рядом со стойкой секретарши, красиво подбоченившись, завернутая в меха, стояла она. Невеста Вайса. Шэрил. Услышав слова девушки, она театрально закатила глаза и протяжно вздохнула: — Дорогая, ну я же просила. Называй меня—миссис Торнтон. Я ведь уже почти его жена... Линда, стоящая по стойке смирно, тут же побледнела на пару оттенков, но покорно кивнула, натягивая на лицо вежливую улыбку. —Конечно... миссис Торнтон. Господин Торнтон сейчас занят. Но я могу спросить, готов ли он Вас при... Взметнувшаяся в воздух рука Шэрил, с красивым дорогим маникюром, нагло оборвала слова Линды. Снова разочаровано вздохнув, она покачала головой и усмехнулась. — Дорогуша, я его будущая жена. Я вообще имею право просто зайти и не разговаривать с тобой. «Правда что ли?» — подумалось мне, — «так что ж ты тут стоишь, время на челядь тратишь? Неужели от сильного желания осчастливить своим присутствием низшие слои общества?». Фыркнув, я отвела глаза, чувствуя, как внутри закипает гнев на эту избалованную дрянь. Вот она разница между интернетом и реальностью. Смотришь на её соцсети и думаешь «Какая хорошая девушка. Красавица, да ещё и благотворительностью занимается. Просто ангел», а видишь её в жизни и понимаешь, что за личиной благодетеля скрывается гниль. Напомаженная, завернутая в меха и бриллианты куча го... —Ой, и ты тоже тут!—заметив меня, она преобразилась. Ее самодовольное выражение стало просто адски-злорадным. Она расплылась в улыбке от уха до уха, словно Чеширский кот и, подойдя ближе к моему столу, снисходительно улыбнулась,—приветик, милая. Я и забыла, что ты будешь тут теперь,—враньё,—как здорово. Будем чаще видеться. Как тебе тут? Нравится? Мой малыш на тебя не ругался? Горло сдавила горькая яростная тошнота. Малыш? И вот на этом Вайс собирался жениться? Не верю. Какая отвратительная розовая пошлость. Ещё бантик ему на волосы прилепи. —Нет, не ругался,—процедила я сквозь зубы, давя в себе стойкое желание ляпнуть что-то вроде «Хотя, может и было немного. Я могла не заметить, пока он прижимал меня к двери своего кабинета». —Чудненько,—хитро улыбнулась она, сверкая идеально белыми зубами и вдруг, сделав шаг вперед, наклонилась, опираясь руками на мой стол, и понизила голос до свистящего шепота,—Играй в стажерку сколько влезет, милая. Но не забывай свое место. Вайс взял тебя сюда лишь из жалости к твоему брату и, так же просто, как он тебя взял, может и выкинуть. Не наглей, ладно? Натянутая из вежливости улыбка, тут же сползла с моего лица. Руки начали крупно дрожать от резкого выброса норадреналина в кровь. Глазами я буквально вгрызлась в кукольное личико Шэрил, мысленно решая, какой клок её крашеных каштановых паклей вырвать первым. Но от драки нас спас звук открывающейся двери в кабинет директора. Матовая стеклянная дверь распахнулась. На пороге появился Вайс. Он выглядел так, словно только что сошел с обложки журнала о миллиардерах, но аура вокруг него была мрачная, гнетущая. Пиджак исчез, галстук был ослаблен, а рукава белоснежной рубашки — закатаны до локтей, обнажая крепкие предплечья с выступающими венами. Шэрил моментально отпрянула от моего стола. Вся её ядовитая стервозность испарилась за долю секунды, сменившись маской преданной собачки. — Вайс, котик! — сладко пропела она, цокая каблуками по паркету. Бросившись на его шею и прижавшись грудью к его рубашке, она повисла на нём, как вешалка, еле слышно мурча ему какие-то милости. — А я решила сделать тебе сюрприз и забрать на обед! Я сжала челюсти так сильно, что зубы скрипнули. Но то, что произошло дальше, заставило мое сердце пропустить удар. Вайс не обнял её в ответ. Его руки висели безвольными плетями вдоль тела, словно она была пустым местом. Лицо было словно высечено из камня. Он медленно, почти брезгливо перехватил запястья Шэрил и оторвал её от своей шеи, отодвигая в сторону. — Я работаю, Шэр. И терпеть не могу сюрпризы, — его голос прозвучал настолько холодно и равнодушно, что даже Линда за своей стойкой вжала голову в плечи. Но самое главное — он даже не смотрел на свою «невесту». Поверх макушки Шэрил его потемневшие, тяжелые глаза были намертво прикованы ко мне. Он сканировал мое лицо. Мои покрасневшие от гнева щеки, плотно сжатые кулаки на столе и тяжело вздымающуюся грудь. Он безошибочно считал мое состояние. Он не мог знать наверняка, но почувствовал, что эта дрянь была причиной моего праведного гнева. Повисла тишина. Стало трудно дышать, словно кто-то выкачал весь воздух в приемной. Атмосфера была настолько тяжелой, что будь тут цветы, они бы моментально завяли. — Но, милый... — растерянно пискнула МакАдамс, пытаясь снова дотронуться до его плеча. — У меня нет времени на обеды, — отчеканил он, жестко обрывая её и всё ещё не сводя с меня своего темного, прожигающего взгляда. А затем произнес тем самым тоном, не терпящим возражений: — Мисс Хэйз. Возьмите блокнот и зайдите ко мне в кабинет. Сейчас же. Мое сердце ухнуло куда-то в район желудка, а затем забилось с удвоенной, бешеной скоростью. Я медленно поднялась со стула, чувствуя на себе полный неприкрытой ненависти взгляд Шэрил. Перехватив блокнот дрожащими пальцами, я сделала глубокий вдох и направилась прямиком в логово зверя. И в этот раз, я понятия не имела, чего от него ожидать.