Моно

Сойер проснулся в постели под трель будильника, обнимая скомканную половину одеяла. Он приподнялся на локтях и попытался осознать пространство вокруг себя. Харли выключил будильник и протёр лицо руками, сгоняя сон с век. Вчерашний день, а особенно вечер, выдались очень уж бурными на эмоции и поступки. Облизывая губы, он всё ещё чувствует лёгкую покалывающую боль, потому что Оливер не был скуп на укусы. Ох, Оливер… Этот мужчина заставлял его мозг кипеть и плавиться. Со стоном он встал с кровати и потянулся вверх, разминая спину. Сойер сразу направился на кухню. Там он заварил себе кофе и вылил его в чашку. Оставив чашку на столешнице он пошёл в ванную комнату, рассчитывая, что по возвращению кофе остынет до приемлемой температуры. Закончив дела, Сойер задержался напротив большого зеркала над раковиной. Что-то потянуло его поднять футболку и осмотреть собственное тело. В итоге он так и сделал. Подняв рубашку, он увидел на правой стороне живота слабо заметные красные полосы от ногтей, а внизу, на бедре, виднелись жёлтые отметины, похожие на формирующиеся синяки. Сойер решил прикоснуться к отметинам и почувствовал небольшой укол боли, который он со спокойствием принял. Оливер был так увлечён, что даже не заметил, как навредил Харли. Он не был против, ему они даже понравились, ведь так отчаянно напоминали о прошедшем вечере. Харли наконец перевёл взгляд на лицо, замечая как его синяки под глазами стали заметнее. Он даже не собирается отрицать у зеркала то, что ночь у него выдалась немного… Неспокойной. Наконец, он вернулся на кухню к своему уже остывшему кофе, которое быстро выпил, даже ничем не заев. Только чистый кофе, в бессмысленной надежде на то, что оно сможет вернуть его в русло и избавит от чувства небольшой усталости в теле. Горячая жидкость стекала по горлу, распространяясь теплом по груди, согревая в это прохладное утро. Сойер смотрел в окно, выходящее во внешний двор. Люди проходили мимо. Одни спешили на работу, другие неторопливо прогуливались или выгуливали собак. Жизнь не стояла на месте и крутилась вокруг различных вещей или хобби, в отличие от жизни Харли Сойера, чьи мысли и действия были только о работе. Он допил кофе и поставил кружку в раковину, не желая тратить лишнее время на то, чтобы помыть её. В спальне он переоделся в обычную тёмно-серую рубашку и классические брюки. Потом, он заскочил в кабинет, откуда взял несколько тяжёлых папок и пошёл в прихожую. Там он накинул на плечи плащ и набрал на сотовом номер местного такси. Выйдя на улицу его обдал кусачий утренний мороз. Зима была близко, а это было самое нелюбимое доктором время года. Холод и слякоть от снега никогда не радовали его, а приближающееся рождество казалось самым переоценённым праздником. К счастью, такси подъехало довольно быстро. Сойер поздоровался с водителем и они наконец двинулись к фабрике. Дорога прошла без лишних казусов, поэтому сегодня он прибыл вовремя. Проходя по главным залам фабрики, Сойер здоровался лишь с несколькими сотрудниками, которые заслужили хотя бы малую каплю его уважения. На самом деле, он часто слышал чужие разговоры о том, какой он сложный человек и все винили его в предвзятом отношении к каждому работнику. Это ничуть не ранило чувства доктора, он лишь мысленно смеялся над такими идиотами и продолжал свою работу. Людскую глупость ничто не оправдает, поэтому спорить с этими высказываниями, порочащими его честь, было абсолютно бессмысленно. Пусть они продолжают думать об этом, скатываясь в чужих глазах всё ниже и ниже. Сойер вошёл в лифт и облокотился на его стенку, бегло проверяя, все ли папки он взял с собой. Он чувствовал комичную неловкость в этом маленьком пространстве. В лифте было ещё несколько людей, который отказывались даже разговаривать в его присутствии. Видимо, думая, что он отчитает их за любое произнесённое слово. Ему никогда не понять этих людей. Сойер вышел на нужном этаже и сразу направился по коридорам к своему кабинету. В небольшом холле этажа Харли краем глаза заметил знакомую фигуру Оливера, который разговаривал с девушкой. Она что-то оживлённо ему рассказывала, а он выглядел очень даже заинтересованным, поэтому Сойер не стал его беспокоить и пошёл дальше. Но пройдя небольшое расстояние, Сойер услышал позади себя быстрые шаги, а потом голос Оливера. – Мистер Сойер, стойте! – Слегка запыхавшись просил Оливер, хватая доктора за плечо. Харли немного напряжённо повернулся к нему. Слышать официальное обращение из его уст после вчерашнего было странно неприятно. – Что-то случилось, Оливер? – О- Я просто хотел немного поговорить с вами… – Объяснился Оливер, кладя руку на грудь, пытаясь успокоить дыхание. Он выглядел так, как будто внезапно сорвался и побежал, что видимо и произошло. Сойеру вдруг стало интересно как отреагировала та девушка на такое спонтанное и необъяснимое поведение Оливера. – Конечно. Тогда в мой кабинет? – Предложил Сойер, взмахнув в жесте вежливости, на что Оливер кивнул, и комично уверенной походкой направился в сторону кабинета доктора. Мыслено Харли хихикнул, а потом последовал за ним. Идя бок о бок, Оливер заметил в руках Сойера папки. Он вытянул шею, пытаясь заглянуть и прочитать о чём они, но в конечном итоге решил как нормальный человек задать вопрос. – Что за папки? – Просто отчёты которые я забирал домой. – Боже, вы ещё и дома работаете, – возмутился Оливер, разводя руки в стороны. – Это нормальный объём для руководителя крупного проекта, – пояснил Сойер жестикулируя, – Всё-таки я за многое ответственен, поэтому и приходится подписывать огромное количество соглашений. Мы же не хотим проблем со властью и налоговой, верно же? – Конечно, – сухо ответил Оливер, явно не удовлетворённый ответом Сойера. Похоже, ему совсем не нравилась идея переработок. Они вошли в кабинет, и Харли сразу же направился к своему столу, укладывая на него папки. Оливер же остался стоять у двери. Обернувшись, Сойер заметил, что стоило им остаться наедине, тот стал выглядеть явно беспокойнее. – Что тебя беспокоит, Оливер? – Спросил Харли спокойным голосом. – Просто скажи мне… – Тихонько начал Оливер, глядя в пол, – Скажи мне, то, что ты вчера сказал — правда? Что между нами всё в порядке. Сойер нежно вздохнул и сделал шаг к Оливеру, – Посмотри на меня. Оливер нерешительно поднял взгляд, встречаясь с серебристыми глазами Харли, который медленно подошёл к нему. Он обхватил его лицо ладонями, поглаживая тёплые щёки. – Между нами всё хорошо, Оливер, – серьёзно заявил Сойер, сжимая щёки Оливера, – Я предельно серьёзен. Ты единственный человек, который мне интересен, и которого я хочу узнать глубже, Олли. Оливер довольно промычал, когда его так нежно назвали. Он прижался к прохладным рукам Харли, наслаждаясь близостью. – Ты позволишь мне поцеловать тебя сейчас? – Шёпотом спросил Оливер, вглядываясь в эти завораживающие серебряные глаза Харли. – Ага, – не думая согласился Харли, сближаясь с Оливером, чувствуя его тёплое дыхание. Оливер наклонился и сократил расстояние между их губами. Контраст температуры быстро смягчился, стоило ему лизнуть губы Харли, сминая их сильнее. Он старался не кусаться, понимая, что если он это сделает, то доктору будет трудно оправдаться перед другими сотрудниками, хотя он знает что тот не ищет оправданий, но всё же… Язык Сойера проник между губ Оливера, взяв инициативу на себя. Он исследовал, запоминал и чувствовал. Они отстранялись на доли секунды, прежде чем столкнуться снова, уже более отчаянно. Руки Оливера легли на талию Харли, крепко держась за неё. Когда его пальцы легли на чувствительные отпечатки вчера, Сойер прервал поцелуй и резко втянул воздух. Олли ухмыльнулся и притянул доктора обратно в поцелуй, смещая руку немного в другое положение, не трогая больные места. Одна рука Сойера легла под лопатки Оливера, а другая зарылась в мягкие пряди, стягивая их в кулаке и оттягивая мужчину от себя, чтобы прервать, казалось бы, вечный круг поцелуев. Их губы на мгновение соединяла тончайшая ниточка слюны, которую Оливер разорвал быстрым поцелуем в губы напоследок. Они делили дыхание, стоя так близко друг к другу и прижимаясь телами. Сойер медленно отпустил локоны Оливера и кончиками пальцев обеих рук спускался по его спине, прослеживая мышцы и позвоночник через рубашку. А вот рука самого Оливера, который лукаво ухмылялся, спустилась с его талии опасно близко к поясу брюк, за что получил неплохой удар по руке. Он почти мгновенно убрал обе руки с доктора и поднял их, словно ни в чём не виноват. В итоге он получил недовольный взгляд Сойера и болезненный щепок в бок, от которого слегка согнулся. Как только Харли отвернулся от Оливера, на его лице появилась довольная улыбка. Он сел за свой стол и стал наблюдать как до этого растерянный Оливер приходит в себя и возвращает себе свою дерзкую натуру. – Тебе нужно что-то ещё? – М-м, пока нет. Мне нужно дождаться Эдди, но я не знаю чем занять себя пока жду его, – Пожал плечами Оливер, – Я думал зайти за кофе. Тебе взять? – Будь добр, – коротко, но ясно ответил Сойер, беря в руки стикеры для заметок и отклеивая один листок. Он что-то быстро написал на нём, а потом протянул в сторону Оливера, – Мой номер. – Ох, чёрт, точно. Вообще, я изначально пришёл сюда именно за этим, – Рассказал Оливер, потирая затылок. – Хах, я знаю. Иди давай, я пить хочу. Оливер ухмыльнулся, – Слушаюсь, капитан, – С этими словами Оливер вышел из кабинета, оставив Сойера в приятной тишине. В это время Харли делал заметки на листочках и сортировал бумаги, пока не услышал стук в дверь. Очень непохоже на Оливера, который бесцеремонно ворвался бы в его кабинет. – Войдите, – скомандовал своим обычным скучающим тоном Сойер. Дверь открылась и в кабинет вошла недовольная и величавая фигура Эдди М. Н. Риттермана. Он оглядел весь кабинет, а потом с ног до головы самого Сойера, стоявшего возле стеллажа. – Мне сказали, что мистер Лютвиг с вами, доктор Сойер, – своим грубым и деловитым тоном заявил Риттерман, – Но я его здесь не вижу. Почему я вообще должен искать этого сопляка по всему комплексу. Вы знаете где он? Сойер кивнул, скучающе глядя на Риттермана, – Прибудет с минуты на минуту. – Уж я то надеюсь. Не собираюсь тратить ещё больше времени на его поиски, – сказал тот и прошёл вглубь кабинета, усаживаясь в кресло у стола. Сойер промычал и повернулся обратно к стеллажу, продолжая раскладывать документы в нужные секции. И действительно, спустя пару минут дверь в кабинет распахнулась, и в кабинет вошла довольная фигура Оливера с двумя чашками кофе в руках. – Я верну- О, мистер Риттерман, вы здесь, – тон Оливера с весёлого резко сменился на деловой и серьёзный, – Не ожидал вас так рано. По расписания наша встреча должна состояться через… Три четверти часа. Признаю, вы застали меня врасплох. Риттерман усмехнулся, наблюдая за тем, как Оливер ставит одну из чашек на стол Сойера, – А я, признаю, удивлён тем, что вы подрабатываете разносчиком кофе. Как давно Сойер прогнул вас под свой каблук? Сам Сойер внимательно слушал их разговор, но не отходил от стеллажа, желая подольше послушать то, как Риттерман будет плеваться ядом и издёвками, лишь для того, чтобы весь день после этого вспоминать по фразе и смеяться с каждой. – Никогда, мистер Риттерман, это моя инициатива. К тому же я не против, – возразил Олли, убирая руки за спину, на самом деле скрывая то, как они сжались в недовольстве. Риттерман презрительно рассмеялся, – Не позволяй вытирать об себя ноги, сопляк, иначе тебе здесь не выжить. В ответ Оливер лишь кивнул, – Да. Извините, сэр. Давайте продолжим наш разговор на месте встречи. Нам нужно многое обсудить. Риттерман хмыкнул, поднялся из кресла и направился к выходу из кабинета, напоследок кинув: – Будьте осторожнее в своих действиях, доктор Сойер, – снова намекая на то, что это именно Харли превратил Оливера в мальчика на побегушках. С этими словам он покинул кабинет, а Оливер, который всё ещё был внутри, помахал рукой у горла, показывая Сойеру, что тот уже по горло его достал. Харли вслух хихикнул, когда увидел это комичное выражение лица и жест, а потом махнул рукой, прогоняя Олли из кабинета, лишь бы Риттерман не возмущался ещё больше. На лице Оливера расплылась улыбка. С ней на губах он вышел из кабинета, оставив Сойера с горячим кофе на столе и забавным воспоминанием. Он поблагодарит Оливера за кофе позже.

***

Вместе с Риттерманом Оливер поднимался на служебном лифте на этаж, где были расположены кабинеты всех руководителей Playtime Co. Коридоры там были прохладные и пустые. Изредка мимо них проходили люди. В основном это были юристы, но также были и руководители некоторый отделов. Идя бок о бок, Риттерман вдруг решил прервать тишину и обратился к Оливеру: – Каково же работать с Сойером сейчас? – В его голосе слышалась усмешка. – Всё… Нормально. Иногда доктор Сойер вспыльчивый и невольно попадаешь под горячую руку, но в остальном всё в порядке, – лгал сквозь зубы Оливер, зная, что если он отзовется иначе, у Риттермана появятся лишние и никому не нужные вопросы. – Хах, ничего не меняется, – Грубо смеялся руководитель исследований, – После инцидента в театре его стало трудно контролировать. – Да, всё-таки это стресс… – Боже, даже не думай тратить силы на сочувствие такому человеку как он, – оборвал его Риттерман с отвращением, – Это психопат ещё давным-давно слетел с катушек. Он не заслуживает ни капли сочувствия. В ответ Оливер молча отвернулся и сжал губы в тонкую полоску, чувствую тошноту после слов Риттермана. Каким бы великим бизнесменом тот себя не нарекал, Оливер считал что он так же глуп как и сам Лейт Пьер, которого и он, и Сойер терпеть не могут. Наконец, они вошли в просторный кабинет, внутри которого уже сидели две фигуры. Видимо, сам мистер Уорренбах и его юрист — девушка, одетая в деловой костюм, который выглядел на ней неестественно. Её помада была немного размазана у уголка рта. Мысленно Оливер усмехнулся и сделал заметку. – Здравствуйте, мистер Уорренбах, меня зовут Оливер Лютвиг. – Он протянул руку в сторону директора строительной компании, который без заминки пожал её, – Я новый координатор «Инициативы Больших Тел», в рамках которой будет возводиться новая часть комплекса. – Приятно с вами познакомиться, мистер Лютвиг, – кивнул Уорренбах и отпустил руку Оливера, – У вас интересная фамилия. Напоминает фамилию бывшего директора Playtime Co. Оливер очень реалистично рассмеялся, – Я постоянно слышу это. С одной стороны повезло, а с другой вообще нет. Почти родился с золотой ложкой во рту. Уорренбах и его юрист рассмеялись, а Риттерман наконец сел во главе стола, – Раз всё хорошо, тогда давайте начнём встречу. Обсудим все нюансы строительства «Полки».

***

Когда Оливер вышел из кабинета Риттермана, он был выжат как лимон. Честно говоря, он совсем не ожидал что эта юрист окажется такой дотошной к деталям. Это несомненно вызывало уважение, но так сильно раздражало, ведь эта встреча в итоге отняла несколько десятков минут его заслуженного отдыха и обеда. Когда он уже собирался отойти от кабинета Риттермана, дверь кабинета напротив внезапно открылась, и оттуда вышли две женщины: мисс Грейбер и неизвестная. – О, Оливер! – Своим тёплым голосом воскликнула мисс Грейбер и улыбнулась. Женщина рядом с ней выглядела растеряной. – Мисс Грейбер, приятно встретить вас, – поприветствовал Оливер, наигранно и с улыбкой поклонившись, на что Стелла рассмеялась. – Ну что за джентельмен, – мисс Грейбер махнула рукой и повернулась к своей спутнице, – Грейс, знакомьтесь, это Оливер Лютвиг. Самый очаровательный мужчина в комплексе. Оливер смутился и начал махать рукой в знак протеста, – Ну что вы, мисс Грейбер, вы меня переоцениваете. Та лишь усмехнулась, – Не скромничай мне тут. У тебя сейчас перерыв? Оливер кивнул и в Стелла просияла. – Тогда, может прогуляешься с нами до кафетерия? – Стелла обернулась к Грейс, – Ты же не против? Мне кажется, вы отлично поладите. Грейс пожала плечами, – Я не против небольшой компании. Услышав утвердительный ответ, мисс Грейберг улыбнулась ещё шире и потащила их за собой. Они шли по коридорам и объясняли Грейс устройство фабрики, конечно же в допустимых рамках. Женщина внимательно слушала, а иногда давала собственные комментарии по поводу чего-то. Как успел узнать Оливер, Грейс Грин была нанята не только в рамках «Инициативы Больших Тел», но также в рамках «Playcare», для создания поучающих видеоуроков для детей и промывки мозгов экспериментам. Достойная идея, которая была утверждена ещё до прибытия Оливера на должность координатора. Сама Грейс оказалась довольно эксцентричной личностью, о которой не сразу подумаешь, как об актрисе. Особенно для детских видео. Комичной выходит ситуация. Наконец они вошли в кафетерий, где было достаточно много людей. Втроём, они сразу же направились к стенду со сладостями. – Оливер, ты будешь кофе? – спросила мисс Грейбер отрываясь от выпечки. – Нет, спасибо, – Отмахнулся Оливер, – За утро я уже выпил достаточно. – Наверное, единственный человек в этом месте не страдающий кофейной зависимостью, – прокомментировала Стелла для Грейс, которая кивнула, явно запомнив информацию. Оливер лишь покачал головой и отвернулся, осматривая кафетерий. О, как же он быстро заметил знакомую черноволосую макушку. Сосредоточив взгляд на фигуре, Оливер увидел, как Сойер болтает с каким-то работником, на что лукаво улыбнулся и продолжил прожигать взглядом плечо доктора. Долго ждать не пришлось, и Харли обернулся, чувствуя на себе чужой пристальный взгляд. Оливер, увидев, что доктор его заметил и уставился на него, игриво помахал рукой, с улыбкой на губах. В ответ он сделал ворчливое выражение лица и ничего больше, что немного расстроило Олли. Он отвернулся от доктора, возвращая своё внимание к двум дамам впереди, которые всё ещё склонились, осматривая полочки. – Вы определились? – Спросил Оливер, скрестив руки на груди. Девушки выпрямились и обернулись на него, – Да, а ты? – Ещё давно, – гордо заявил Оливер, а потом замолчал, явно думая над выбором, чем рассмешил спутниц, – Я буду шоколадный круассан. – Вау, ты такой оригинальный, Оливер, – усмехнулась Стелла, прежде чем потянуться за бумажником, чтобы оплатить заказ. Оливер хотел остановить её, и уже потянулся, но она его прервала, – Я заплачу. Вы оба выглядите уставшими, и это меньшее, что я могу для вас сделать. Оливер вздохнул, а Грейс, явно довольная, улыбнулась. Похоже, она была очень рада тому, что ей не придётся платить из своего кармана. Мисс Грейбер оплатила и они решили сесть за ближайший столик, ожидая свой заказ. – Как тебе на новом месте? – Спросила Стелла, и Грейс вдруг заинтересовалась разговором. – Всё хорошо, просто бумажной работы стало в разы больше. – Что у тебя за должность? – Встряла в разговор Грейс. – Я координатор «Инициативы Больших Тел». – Это для неё я буду записывать видео? – Верно, но это согласовывал не я, а мой предшественник. – Интересно. Звучит так, будто люди на этой должности часто сменяются, – задумчиво говорила Грейс. – Верно, – Ответила ей мисс Грейбер, – В основном это происходит из-за руководителя проекта – доктора Харли Сойера. Кстати, как тебе работать с ним, Оливер? – Всё нормально, он просто немного вспыльчивый. Пока ничего сверх меры, – просто ответил Оливер, не желая останавливаться на этой теме. Ему было неприятно врать о Сойере. – С ваших слов этот Харли Сойер очень неприятный тип. – Ага, он склонен к психопатии и ненавидит большую часть комплекса, – уточнила Стелла. – Ужас, и тебе не страшно работать с таким жутким человеком? – Спросила Грейс, обращаясь к Оливеру. – Не совсем. Когда умеешь находить подход к людям и не говоришь ничего лишнего, боятся нечего, – объяснял свою позицию Оливер, легко находя аргумент. – О, вот он кстати, – Стелла приобняла Грейс за плечо, притягивая к себе и указывая на фигуру, доктора, которая направлялась к выходу с кафетерия. – Ого… Он вроде симпатичный, но у него какая-то очень жуткая аура, – прокомментировала Грейс, всматриваясь во внешность Сойера. Оливер не удержался и тоже посмотрел на доктора прикрыв рот рукой, чтобы спутницы не увидели как на его лице расплывается улыбка из-за желания рассмеяться. Доктор конечно же их заметил и обернулся на троицу, выглядя искренне раздражённым. Девушки почти сразу же отвернулись, а Оливер продолжил смотреть вслед доктору. Когда Сойер ушёл, Стелла и Грейс выдохнули. Как будто они были не взрослыми женщинами, а девочками-подростками в школьной столовой. Их окликнул голос работника кафетерия, уведомляя о том что их заказ готов. Они сразу же встали из-за стола и забрали свой заказ. Оливер попросил переложить своей десерт в контейнер, чтобы забрать его с собой. – Не посидишь с нами? – Спросила Грейс, держа в руках кофе и какое-то пирожное, которое выглядело очень приторно и неестественно ярко. – Я пойду к себе в кабинет, мне ещё нужно подготовить несколько отчётов и подписать бумаги, – Покачал головой Оливер, показывая разочарование. – Тогда удачи. Не засиживайся допоздна, – нарекла ему мисс Грейбер и ушла вместе с Грейс к столику где-то в глубине кафетерия. Оливер хмыкнул и направился к выходу. Стелла Грейбер словно видела в нём ребёнка, за которым нужно следить, наставлять и ухаживать. Как мило. Доверие других сотрудников было очень важно для Оливера. Во-первых, это его репутация, а во-вторых это путь, по которому будет идти его план. Он быстро добрался до собственного кабинета, который был заполнен огромным количеством бумажек, но это были не только документы. Везде валялись черновики с чужими подписями, почерками и его собственными рисунками на стикерах для заметок, которые были прилеплены почти везде, где он обычно проводит свободное время. Даже мусорка была переполнена ими. Оливер сел на небольшой диван у стены, по бокам которого стояли стеллажи, а напротив стоял стеклянный столик, с лежащими блокнотами и канцелярией. Он положил контейнер с круассаном на столик, а сам откинулся на диван, вытянув ноги. Оливер положил руку на спинку и подпёр ей голову, пялясь на нетронутый десерт. Что-то после обсуждения Сойера в не очень хорошем свете желание поесть совсем отпало, хотя он всё ещё чувствовал себя выжатым. Закрыв глаза, он подумал о своём плане, но надолго задуматься о нём не получилось, потому что мысли вернулись к Сойеру. Этот мужчина занимал всё мыслительное пространство Оливера, а воспоминания об утре не делали ситуацию лучше. Даже простые мысли о его глубоком голосе заставляли тепло в груди стекать вниз, оставаясь жарким комом в солнечном сплетении. Рука Оливера лежала на бедре, и он отчаянно хотел поднять её выше, сжать, и перестать мучаться. Но он был на работе, и это единственное что его останавливало. Даже если никого не было рядом, даже если он находился в собственном кабинете, который был закрыт изнутри. Оливер раздражённо промычал и встал с дивана, направляясь к креслу за столом. Теперь он сидел там и осматривал собственные черновики, пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей. Он глядел на эти чертовы неудачные попытки что-то написать или нарисовать, а лучше не становилось. Он держал себя в руках, пока не откинулся в кресле, и сдавшись вздохнул. Оливер потёр лицо руками, чувствуя безысходность, а потом одной из них начал медленно спускаться по телу вниз, другой прикрывая рот. Ему не нужно было издавать лишних зауков. Рука остановилась у пояса брюк, которые жёстко стесняли его эрекцию. Он ёще раз обдумал целесообразность своих действий, а потом забил и расстегнул сначала пуговицу, а потом и ширинку. Он сгорбился в кресле, томно глядя в пустоту перед собой и оттягивая резинку нижнего белья вниз, избавляясь от лишнего давления. Встреча с холодным воздухом вызвала у Оливера нуждающийся вдох, который оказался приглушён рукой. Он обхватил основание своего члена и сжал его, медленно поднимаясь вверх, надавливая подушечкой большого пальца на головку. Оливер прикрыл глаза, отвлекаясь на мысленный образ растрёпанного и зацелованного Сойера. Как тогда в машине. Рука спускалась вниз, а потом медленно поднималась вверх, представляя что это именно изящные руки Сойера, покрытые тонкими шрамами от царапин и порезов, поглаживают и сжимают его член. Он кусал собственные губы, дыхание сбивалось всё больше с каждым толчком. Чем дольше он продолжал в таком темпе, тем сильнее становилась нужда в освобождении. Пульсирующий жар, собравшийся в паху, не давал покоя. Темп Оливера стал быстрее, стремясь скорее достичь разрядки. Он убрал руку ото рта, позволяя каждому звуку вырываться наружу. Он склонился над столом и теперь уже свободной рукой сжал собственные волосы, вспоминая как Харли нравится сжимать их притягивать к себе. И с протяжным, нуждающимся стоном Оливер достиг желаемого. Он зажмурился, а по телу прошла лёгкая дрожь от испытываемого удовольствия. Тяжело дыша, он упёрся лбом в край стола, глядя размытым взглядом на руку, покрытую липкой спермой. – Чёрт… – Хриплым голосом шептал Оливер. Он медленно выпрямился в кресле, всё ещё выглядя разбитым. Волосы взъерошены, губы опухли от того как сильно он их кусал, пока сдерживал откровенные стоны. Чистой рукой Оливер открыл ящик и достал оттуда салфетки, которыми убрал собственные бардак. Он застёгивал штаны, а в душе всё ещё чувствовал себя неудовлетворённым, на что вздохнул: – Вы сводите меня с ума, доктор Сойер.

***

Заканчивался рабочий день. На удивление, Сойеру удалось сегодня уйти вовремя. Он стоял на ресепшене у входа на фабрику, где лежала посылка, которую он ждал достаточно долго, чтобы захотеть побыстрее её забрать и отправиться домой. Вдруг, рядом с ним материализовалась тень от фигуры, и доктор, оторвал взгляд от работницы, которая неловко подписывала соответствующие бумаги. – О, доктор Сойер, вы тоже здесь, – раздался оживлённый голос Оливера. В ответ доктор кивнул и снова посмотрел на сотрудницу, которая теперь протягивала документы для подписания ему. – Что вы делаете? – Интересовался Оливер, подглядывая в бумажку. – Просто забираю посылку, а ты для чего здесь? – А, попросили передать пару заявлений на ресепшен, вот я и заскочил, – пожал плечами тот и протянул девушке, которая неловко улыбалась, стопку бумаг. Она взяла их и спрятала под стол. Сойер закончил подписывать форму и вернул её, за что ему наконец выдали небольшую коробку. – Вы сейчас домой? – Неожиданно спросил Оливер. Сойер думал он сразу же уйдёт. – Да, а что? – О, я тоже. Может я тогда вас подвезу? Сойер промычал, – Ладно, идём. Оливер улыбнулся и показал ему ещё один проход, через который можно сразу выйти к частной парковке. Пока они удалялись от ресепшена, Сойер чувствовал на своей спине чужие взгляды. Видимо, это были сотрудники, которые оказались шокированы его сдержанным поведением и терпением по отношению к Оливеру. В этот раз машина Оливера располагалась на другом месте. Со всем естеством Олли снова придержал для Сойера дверь и закрыл её за ним. Доктор пристегнулся и расслабился в мягком автомобильном кресле, держа на коленях посылку. Машина в уже привычной манере замурчала, когда Оливер сел за руль и провернул ключ зажигания. Они выехали с парковочного места и так же как и вчера показали удостоверение охране, прежде чем их выпустили на трассу. Приятную тишину, в которой они ехали, решил прервать Сойер. – Выглядишь потрёпанным. Неужели деловая встреча и милый обед в окружении Стеллы и ещё какой-то женщины оказались такой трудной задачей на день? Я видел как вы, и в частности ты, пялились на меня. Оливер усмехнулся с зубастой улыбкой и напряг руки на руле, – Конечно. Особенно когда мне приходится врать каждому о том, какой ты отвратительный и вспыльчивый человек. – Вот как, но обычно такой вид как у тебя соответствует физической активности, а не умственной. Я не воспринимаю открывание рта как физическую активность. Это потребляет минимум энергии, – продолжал Сойер, глядя на машину, которая ехала перед ними. – О, Харли, – начал Оливер покачивая головой, – Не стремитесь узнать то, что пока не хотите знать. Сойер усмехнулся, – Спасибо за информацию, теперь я знаю достаточно. – Тебе удалось потешить своё самолюбие? – С невинной издёвкой спросил Оливер, включая поворотник и идя на обгон. – О, конечно. Кажется, моя самооценка возросла, – наигранным задумчивым тоном утверждал Харли и потирал подбородок как какой-то мудрец из мультиков. Оливер рассмеялся, когда закончил манёвр, – Да, конечно, она же наверное была у тебя занижена. – Ну что ты. Не знаю как бы жил, если бы не узнал, чем ты тихонько занимался в своём кабинете, – открыто насмехался Сойер, глядя на то как щёки Оливера медленно краснеют. – Боже… С чего ты взял, что это было в моём кабинете… – Жалко отозвался Оливер и свернул в жилые районы. – Угадал. Ты бы не осмелился сделать это там, где тебя смогли бы застать. – Вау, как проницательно с вашей стороны, – процедил Оливер сквозь зубы, – Может, сменим тему? – Зачем? Мне нравится заставлять тебя выглядеть жалким. – Ха-ха, это так мило. Я щас сдохну, – ныл Оливер, сворачивая на уже знакомую улицу. Сойер рассмеялся, – Удивительная реакция, я обязательно запишу это. – А вы что, ведёте записи обо мне? – Конечно. Не хочу забыть способ того, как можно свести тебя с ума, – без всякого смущения ответил Харли, окончательно уничтожив попытку Оливера подшутить над ним. – Ты говоришь обо мне так, словно я один из твоих милых экспериментов. – Неверно. Я не испытываю сексуального влечения к своим экспериментам. – О, так значит у меня однозначно есть шансы? – Помечтай ещё чуть-чуть, – Сойер быстро угомонил интерес Оливера, за что получил только расстроенное ворчание. Оливер свернул на подъездную дорожку у дома Сойера и поставил машину на ручник. – Мы прибыли, капитан, – сказал Оливер, откинувшись назад и повернув голову в сторону спутника. – Как быстро, – Харли наклонился и чмокнул Оливера, а потом открыл дверь машины, – Отличная работа. Увидимся завтра. – И это всё, что я получу? – Спрашивал Оливер надув губы. Сойер хмыкнул, – Ладно. Он снова наклонился, но теперь полноценно поцеловал Оливера в губы, сминая их во всё ещё недолгом поцелуе. – Уже лучше, – прошептал Оливер, когда они отстранились друг от друга, на что Харли хмыкнул. – Теперь точно до завтра. Если что, можешь позвонить мне. – Конечно. Увидимся завтра. Сойер вышел из машины только после того как услышал ответное прощание, оставив Оливера наедине со своими мыслями. Он поднялся на крыльцо, довольно быстро находя ключи и открывая дверь домой. Машина Оливера тронулась только когда Харли вошёл в дом. Как мило с его стороны заботится о том, добрался ли он в безопасности домой. Это несомненно грело чувства Сойера. «Какой насыщенный день», думал про себя Сойер, ставя на диванчик посылку.