ДОЖДЬ

Мария сидела в кресле с книгой, но буквы расплывались перед глазами. В голове было пусто и одновременно слишком много мыслей. Евгения, учёба, флешка, вороны за окном, Лена, храпящая на диване. Всё смешалось. Она отложила книгу, накинула куртку и вышла на улицу. Вечерний Питер пах сыростью и выхлопными газами. Мария глубоко вдохнула холодный воздух и пошла в сторону знакомого бара. Того самого, где она раньше работала. Ноги сами принесли. В баре было шумно, накурено, играла музыка. За стойкой стояла новая девушка — Зинаида Петровна явно наняла замену. Мария прошла вглубь, к столику, где сидели Лена, Катя и Илья. — О! — заорала Лена, увидев её. — Наша ректорская фаворитка явилась! — Заткнись, — Мария плюхнулась на свободный стул. — Не ори на весь бар. — А чего стесняться? — Катя пододвинула ей бокал с соком. — Ты теперь важная персона. — Я та же, что и была. — Ну да, — Илья усмехнулся. — Только теперь с засосами от начальства. Мария машинально прикоснулась к шее. Точно, у неё тоже засосы. Евгения вчера постаралась. — Ладно, — сказала она. — Чего нового? — У меня — ничего, — Лена отпила пиво. — Учусь, работаю, сплю. Катька влюбилась. — Что? — Мария уставилась на Катю. — В кого? — В лаборанта с кафедры гистологии, — Катя покраснела. — Он такой… красивый. И умный. — Он женат, — вставил Илья. — Ну и что? Я не замуж собираюсь, просто пообщаться. — Пообщаться у него с женой есть с кем, — философски заметила Лена. Катя показала ей язык. — А у тебя? — повернулась она к Марии. — Как там твоя… ну, женщина? — Нормально. — Просто нормально? — Сложно, — Мария вздохнула. — Но хорошо. — Если что — мы рядом, — Лена вдруг стала серьёзной. — Если будут проблемы — поможем. Только скажи. — Знаю. — Правда, — Илья кивнул. — Мы за тебя горой. Мария улыбнулась. Тёплое чувство разлилось в груди. — Спасибо. Она вышла из бара через час, попрощавшись с друзьями. На улице моросил дождь. Мария достала зонт, собралась идти к остановке, и вдруг увидела его. Коля. Тот самый парень, который продавал ей таблетки. Он стоял у входа, курил, и смотрел прямо на неё. — О, Маруся, — ухмыльнулся он. — Давно не виделись. Ты как? Жива? Мария замерла. Воспоминания нахлынули волной. Тот вечер. Пять таблеток за раз. Вкус во рту. Головокружение. Потом — темнота. Реанимация. Трубка в горле. Лицо Евгении над ней. Она вспомнила, как хотела ещё. Как руки тянулись к пакетику. Как мысли путались и единственным желанием было — принять ещё одну. Ещё. Ещё. Она вспомнила страх. Дикий, животный страх, что таблетки кончатся. Что она останется одна с этой пустотой внутри. Ты наркоманка, — шептал внутренний голос. — Ты всегда будешь хотеть их. Даже если бросишь. Даже если не принимаешь. Желание останется навсегда. — Нормально, — выдавила Мария. — Я завязала. — Да ладно? — Коля удивился. — А мне казалось, ты без них не могла. — Могла. И могу. Не подходи ко мне больше. Она развернулась и быстро пошла прочь. Сердце колотилось. Руки тряслись. В горле стоял ком. Одна таблетка, — шепнул голос в голове. — Всего одна. Никто не узнает. — Нет, — вслух сказала Мария. — Нет. Она зашла в туалет бара, закрылась в кабинке и умылась холодной водой. Смотрела на себя в зеркало: бледная, глаза расширены, губы дрожат. Ты справишься, — сказала она себе. — Ты уже справилась. Евгения поможет. Ты не одна. Она глубоко вдохнула, выдохнула. Ещё раз. Ещё. Стало легче. Она вышла из туалета. И чья-то рука схватила её за локоть. Марию втащили в комнату для VIP-гостей так быстро, что она не успела даже вскрикнуть. Дверь захлопнулась. В комнате было темно, только маленький светильник на столике. И в этом свете она увидела Евгению. Та сидела в кресле, скрестив руки на груди. Лицо — каменная маска. Глаза — два куска льда. — Что ты здесь делаешь? — голос низкий, опасный. — Я… с друзьями сидела, — Мария всё ещё пыталась отдышаться. — Вы чего? — Не ври. — Я не вру. Евгения встала, подошла к ней, схватила за подбородок, заглянула в глаза. — Зрачки, — прошипела она. — Опять. — Это не таблетки! Это адреналин! Я Колю увидела, того, который мне продавал, меня перетрясло всю! — Я должна тебе верить? — Да! Мария шагнула к ней и поцеловала. Горячо, отчаянно, вкладывая в этот поцелуй всё, что могла. Евгения не ответила. Отстранилась. — Поехали. — Куда? — В клинику. Анализы. Она схватила Марию за руку и потащила к чёрному ходу. Там ждала машина. Водитель открыл дверь, они сели. — Быстро, — бросила Евгения. Всю дорогу Мария пыталась её убедить. — Я ничего не принимала. Честно. Я его увидела и меня затрясло. Я испугалась. Я вспомнила, как было плохо. Евгения молчала, глядя в окно. — Вы мне верите? — Узнаем. В клинике их ждали. Евгения провела Марию в процедурную, лично наблюдала, как берут кровь. — Ждите, — сказала медсестра. — Минут двадцать. Они сидели в пустом коридоре. Евгения — прямая, напряжённая. Мария — сжавшись в комок. — Я ничего не принимала, — тихо сказала Мария. — Я правда бросила. С того дня ни одной таблетки. — Я знаю, что ты бросила. Но срывы бывают. — Не будет срыва. Я не хочу назад. Евгения посмотрела на неё. Взгляд чуть смягчился. Через двадцать минут вышла медсестра с бумажкой. — Чисто, Евгения Леонидовна. Ничего. Евгения взяла бумажку, прочитала, выдохнула. — Извини, — сказала она тихо. Мария смотрела на неё. — Вы за меня испугались? — Да. — Сильно? — Очень. Мария улыбнулась. — Я вас прощаю. Они вышли на улицу. Села в машину. — Как на работе? — спросила Мария. — Ужасно. Совещание, отчёты, эти идиоты из министерства, — Евгения потёрла виски. — Голова раскалывается. — Понимаю. — Правда? — Правда. Я же видела, как вы пашете. Евгения усмехнулась. — Кстати, — Мария посмотрела на кольцо на пальце. — Как вы меня нашли? Евгения перевела взгляд на кольцо и улыбнулась. — Умная. — Вы серьёзно поставили туда жучок? — Конечно. — Вы ненормальная. — Я знаю. — Я сегодня сплю на диване. Евгения приподняла бровь. — Что? — На диване. В наказание. Чтобы не таскали меня по клиникам среди ночи. — А если я не согласна? — А вас никто не спрашивает, — Мария улыбнулась, наклонилась и поцеловала её. Евгения ответила. Долго. Тепло. Почти нежно. — Ладно, — сказала она, оторвавшись. — Диван так диван. Но я буду приходить и проверять, как ты там. — Проверяйте. Машина тронулась в сторону дома.