Ниндзя в Городе Супергероев

Туманное утро накрыло Логово бойцов Земного царства плотной серой пеленой. Город внизу утопал в молоке — только верхушки небоскрёбов торчали из облаков, как острова в бескрайнем море. Сырость проникала сквозь стены, делая воздух тяжёлым и влажным. Где-то вдалеке гудели машины, но звуки доносились приглушённо, будто сквозь вату. Джонни Кейдж стоял на балконе, облокотившись на перила. В руке — сигарета, тонкая струйка дыма поднималась вверх, смешиваясь с туманом. Он смотрел на город и о чём-то думал. Редкий момент, когда на его лице не было привычной ухмылки. — Красиво, — сказал он сам себе. — Жутко, но красиво. В зале за его спиной кипела жизнь. Соня Блейд тренировалась у стены. Удар, ещё удар, блок, подсечка. Она работала в одиночку, но казалось, что перед ней невидимый противник. Кулаки свистели в воздухе, ноги взлетали в идеальных маваши. Пот катился по лицу, но она не останавливалась. — Раз, два, левый хук, — бормотала она. — Быстрее, Соня, быстрее. Лю Кан сидел в углу с планшетом, изучая какие-то древние свитки. Время от времени он поднимал голову и что-то записывал в блокнот. Рядом с ним, на полу, развалился Кунг Лао, вертя в руках свою шляпу. — Скучно, — сказал он. — Когда уже что-то случится? — Не каркай, — бросила Китана, сидевшая у окна с чашкой чая. Рядом с ней Джейд точила своё копьё, проводя камнем по лезвию снова и снова. — Я не каркаю, я констатирую, — лениво ответил Кунг Лао. — С тех пор как Рю вернулся из того подземного мира, тишина. Ни Куан Чи, ни Шао Кана, ни даже этих... учителей. — Хорошая тишина, — сказала Джейд, не поднимая головы. — Надо пользоваться. — Ага, — усмехнулся Джонни с балкона. — Пока жопа не припечёт. Рю сидел на диване в углу комнаты. Ноги закинуты на журнальный столик, в руках — кунай, который он крутил с завидной скоростью. Глаза были закрыты, но все знали — он не спит. Он никогда не спал по-настоящему. — Я знаю, что Куан Чи что-то скрывает, — вдруг сказал он, открывая глаза. Тишина в зале стала абсолютной. Даже Соня перестала бить стену. — Чего? — переспросил Лю Кан, поднимая голову от свитков. — Куан Чи, — повторил Рю. — Я знаю, что он что-то скрывает. Но я не знаю что. Он встал с дивана. Подошёл к балкону, встал рядом с Джонни. Посмотрел на город, утопающий в тумане. — Надо выяснить, — сказал он. — Нам надо отправиться в его логово. Джонни посмотрел на него. На лице появилась та самая привычная ухмылка. — Да? — спросил он, скрестив руки на груди. — И что же он скрывает? Рю повернулся к нему. Взгляд холодный, спокойный. — Я не знаю что! — ответил он с нажимом. — Именно поэтому надо выяснить. — Отличная логика, — хмыкнул Джонни. — Мы не знаем, что идём искать, но мы идём. — А ты предлагаешь сидеть и ждать, пока он сам придёт? Джонни задумался. — Ну... когда ты так ставишь вопрос... — Пошлите, — сказал Рю, обращаясь ко всем. — Найдём его. Выясним. — А если он не захочет разговаривать? — спросила Соня, вытирая пот полотенцем. — Захочет. — С чего такая уверенность? — Потому что у меня есть кое-что, что он захочет. — Что? Рю усмехнулся. Белые глаза на секунду блеснули. — Я. Живой. Здоровый. И очень надоедливый. Лю Кан встал. Спрятал планшет. — Я с тобой. — Я тоже, — Кунг Лао поднялся, надел шляпу. — Куда вы без меня? — Китана поставила чашку. — И я, — Джейд убрала копьё. Соня кивнула. — Собираемся. Джонни, идёшь? — А то! — Джонни щёлкнул пальцами. — Я ж звёздный актёр. Мне нужен драматический финал. — Тогда пошли, — Рю развернулся к выходу. — Найдём этого колдуна и вытрясем из него правду. — А если он снова сбежит? — спросил Кунг Лао. Рю остановился. Посмотрел на него через плечо. — Не сбежит. В этот раз — не сбежит. Он вышел. За ним потянулись остальные. Дверь захлопнулась. В логове остался только туман за окном и дым от сигареты Джонни, медленно тающий в воздухе. Они отправились, когда туман стал совсем густым. Рю шёл первым. Куртка с драконом почти сливалась с серой мглой, и казалось, что он не идёт, а плывёт над землёй. За ним — Джонни, который то и дело оглядывался по сторонам, словно ожидал нападения из каждого куста. Дальше — Лю Кан и Кунг Лао, готовые в любой момент сорваться в бой. Соня держалась рядом с Джейд, а Китана замыкала шествие, то и дело касаясь рукояти веера. Воздух был прохладным, но не освежающим — он лип к коже, пробирался под одежду, заставлял ёжиться даже самых стойких. Туман клубился вокруг ног, поднимался до пояса, скрывал тропинку, которая то появлялась, то исчезала. — Нам точно туда? — спросила Джейд, вглядываясь в белую стену впереди. — Точно, — ответил Рю, не оборачиваясь. — Идёмте. — Откуда такая уверенность? — усомнился Джонни. — Я чувствую его карму. Она здесь. Где-то рядом. — Карму? — переспросил Кунг Лао. — Ты теперь и это умеешь? — Учусь. Они вошли в лес. Деревья здесь были старыми, искривлёнными, с голыми ветками, тянущимися к небу, как руки мертвецов. Кора на них облупилась, обнажая гнилую древесину. Кое-где торчали пни, но не обычные — они напоминали фигуры, застывшие в агонии. — Как-то мрачно, — сказала Китана, поёжившись. — Прямо как во Внешнем Мире. — Там было хуже, — заметила Джейд. — Ненамного. Рю остановился. Поднял руку, призывая всех замереть. — Слышите? Все замерли, прислушиваясь. Где-то в глубине леса раздавались звуки. Странные, низкие, похожие на стоны. Они то приближались, то удалялись, словно кто-то (или что-то) бродило в тумане, не в силах найти выход. — Весело, — прошептал Джонни. — Прямо хоррор-мувик. — Выбора нет, — Рю двинулся дальше. — Если посмотреть на время... сколько? Джонни глянул на часы. — 5:45. — Утра или вечера? — уточнил Кунг Лао. — Без понятия. Тут солнца не видно. Они шли дальше. Звуки становились громче. Где-то слева заскрипело дерево — так, будто его ломали огромные руки. Справа кто-то прошептал имя — неразборчиво, но явно человеческое. — Здесь кто-то есть, — сказала Соня, сжимая кулаки. — Много кого-то, — поправил Рю. Тропинка раздвоилась. Две дороги уходили в разные стороны, обе теряясь в тумане. — Не люблю развилки, — призналась Соня. — Всегда выбираешь не ту. — Давайте разделимся? — предложил Кунг Лао. — Плохая идея, — покачал головой Лю Кан. — В таких местах лучше держаться вместе. — А если это ловушка? — возразила Джейд. — Если нас задерживают, чтобы кто-то успел сделать своё дело? Рю задумался. Потом кивнул. — Хорошая идея. Разделимся. Встречаемся у входа в логово. Если кто-то найдёт раньше — ждёт остальных. — А если не найдём? — спросил Джонни. — Тогда встретимся в аду, — усмехнулся Рю. Он пошёл по левой тропе. С ним — Китана и Джейд. Правая досталась остальным. — Удачи, — бросил Лю Кан. — И вам, — ответила Китана. Группы разошлись. --- Рю шёл быстро, почти не глядя под ноги. Китана и Джейд едва поспевали за ним. — Ты уверен, что это та дорога? — спросила Китана. — Нет, — честно ответил Рю. — Но выбора нет. Лес становился всё гуще. Деревья росли так близко друг к другу, что между ними приходилось протискиваться боком. Ветки цеплялись за одежду, царапали кожу, оставляли кровавые следы. — Смотрите, — вдруг сказала Джейд, указывая вперёд. Рю остановился. На деревьях были лица. Не нарисованные — настоящие. Человеческие лица, вросшие в кору, искажённые болью и страданием. Они шевелили губами, пытаясь что-то сказать, но из гортаней вырывался только беззвучный хрип. — Это... это что? — прошептала Китана. — Души, — ответил Рю. — Те, кого Куан Чи забрал. Он вмуровывает их в деревья. — Боже... — Он не бог. Он хуже. Они пошли дальше, стараясь не смотреть на лица. Но те смотрели на них. Сотни глаз провожали их сквозь туман. — Стоп, — вдруг сказала Китана. — Разве это не у нас во Внешнем Мире? — Что? — не поняла Джейд. — Эти деревья. Точно такие же были в проклятых лесах, где Шао Кан казнил предателей. Я думала, это только там. — Видимо, Куан Чи позаимствовал идею, — усмехнулся Рю. — Или они сотрудничают. — Тогда нам точно туда, — Китана указала вперёд. — Если это копия, то вход в логово должен быть за этим лесом. — Откуда знаешь? — Потому что во Внешнем Мире за такими лесами всегда была пещера. Шао Кан любил прятать свои секреты в пещерах. Рю кивнул и двинулся дальше. Они вышли на поляну. Посреди неё стояло дерево. Огромное, в три обхвата, с корнями, уходящими глубоко в землю. На его стволе было лицо. Не одно — сотни лиц, сплетённых в один кричащий комок плоти и коры. — Красиво, — съязвил Рю. — Художник, блин. — Рю, — предупреждающе сказала Джейд. — Сзади. Рю обернулся. Из-за дерева вылезало ОНО. Чудовище. Огромное, бесформенное, собранное из кусков тел. Руки, ноги, головы — всё это двигалось независимо друг от друга, создавая жуткий балет плоти. Оно ползло к ним, оставляя за собой кровавый след. — АТАКА! — крикнула Китана, взметнув веер. Монстр бросился вперёд. Огромная рука, собранная из пяти разных конечностей, попыталась схватить её. Китана ушла в сторону, полоснула веером по запястью. Чавк — и рука отлетела в кусты. — ЛЕГКО! — выдохнула она. Вторая рука ударила слева. Джейд парировала копьём, вонзила остриё в локоть. Монстр заревел голосами всех своих жертв. Рю не стал ждать. Он прыгнул вперёд, кунай сверкнул в воздухе. Удар, ещё удар, ещё. Лезвие входило в плоть, выходило, входило снова. Чудовище дёргалось, пытаясь достать его, но Рю был быстрее. — ГОЛОВУ! — крикнула Китана. — ОТРУБИ ГОЛОВУ! Рю прыгнул. Кунай взлетел, описал дугу и вонзился в основание шеи. Монтр замер. Дёрнулся в последний раз. И рухнул. Китана подошла ближе. Взмахнула веером. Голова отделилась от тела и покатилась по траве. — Боже... — выдохнула она, глядя на дело рук своих. — Идём дальше, — сказал Рю, вытирая кунай о траву. — Здесь недалеко. Они прошли поляну и оказались перед скалой. В ней зиял вход. Пещера. Тёмная, глубокая, пахнущая смертью. — Нам точно туда? — спросила Китана, вглядываясь в темноту. Рю посмотрел на неё. Взгляд его был спокойным, но в глазах горел тот самый огонь, который пугал даже самых смелых. — Я не знаю, — честно ответил он. — Я вообще телепортировался к Куан Чи, а не ходил пешком. — Что?! — Я всегда открывал портал и был у него за минуту. В первый раз иду пешком. — Ты серьёзно?! — возмутилась Джейд. — Мы тащимся через этот ад, а ты мог просто телепортироваться?! — Мог, — кивнул Рю. — Но тогда бы я не узнал, что тут есть. Он указал на пещеру. — Он прячет здесь что-то. Что-то важное. Иначе не стал бы создавать такой лес. — Откуда знаешь? — Карма, — усмехнулся Рю. — Она везде. И первым шагнул в темноту. Они вошли внутрь, и мир изменился. Пещера оказалась огромной. Своды терялись где-то в темноте, но свет здесь всё-таки был — его источали кристаллы, вросшие в стены. Они светились тусклым голубоватым светом, отбрасывая причудливые тени на каменный пол. — Ух ты... — выдохнул Джонни, разглядывая кристаллы. — Если бы не обстоятельства, я бы пару таких свистнул. — Не свисти, — одёрнула Соня. — Мало ли, что это за хрень. — Кристаллы как кристаллы, — пожал плечами Кунг Лао. — Во Внешнем Мире таких полно. — Там много чего полно, — буркнула Соня. С потолка сорвалась стая летучих мышей. Они пронеслись над головами, едва не задев крыльями, и скрылись в глубине пещеры. — Мрачновато, — сказала Китана, поправляя маску. — Прямо как в старых легендах Эдении. — В Эдении были легенды о пещерах? — удивилась Джейд. — Были. О том, как злые колдуны прятали там свои сокровища и души. — Похоже, это не просто легенды. Они пошли дальше. Звук капель воды эхом разносился по пещере. Кап... кап... кап... Казалось, что время здесь течёт иначе, медленнее, тягучее. Джонни вдруг остановился. Присмотрелся к чему-то в углу. — Эй, народ, — позвал он. — Гляньте-ка. В нише, почти скрытой тенью, стоял сундук. Старый, окованный металлом, с огромным замком на крышке. — Сундук, — констатировал Лю Кан. — В пещере колдуна. Отличный знак. — Думаешь, ловушка? — спросил Кунг Лао. — Сто процентов. — Давайте откроем? — Джонни уже провёл рукой по крышке, стирая пыль. — Ну, интересно же! — Джонни, — предупреждающе сказала Соня. — Да ладно тебе! Мы бойцы Земного царства! Нас голыми руками не возьмёшь! Китана вздохнула. — Давайте... — сказала она напряжённо. — Но будьте готовы ко всему. Рю подошёл к сундуку. Ни секунды не колеблясь, дёрнул крышку. Петли заскрипели так, что, казалось, сейчас развалятся. Крышка поднялась. Внутри лежал свёрток. Старая ткань, пропитанная чем-то тёмным, перевязанная кожаным ремешком. Рю взял его. Развернул. Внутри был пергамент. Старый, пожелтевший, исписанный неровным почерком. — Что там? — подошла Джейд. Рю начал читать вслух: «Я, Куан Чи, оставляю эту запись для тех, кто найдёт моё убежище. Если ты это читаешь — значит, ты либо очень смел, либо очень глуп. Но раз ты здесь, ты заслуживаешь знать правду. Шао Кан не просто император. Он — орудие. За ним стоят силы, древнее самого Внешнего Мира. Я служил ему, но не из страха. Я служил, потому что у меня не было выбора. Эти силы... они следят. Они ждут. И когда придёт время, они потребуют своё. Я пытался противостоять. Я создавал армии, плёл интриги, воскрешал мёртвых. Но они всегда были на шаг впереди. Сын Скорпиона... если ты это читаешь... берегись. Ты можешь чувствовать карму, но есть вещи, которые карма не видит. Тени среди теней. Пустота. Не доверяй даже себе.» Рю замолчал. Сложил пергамент и убрал во внутренний карман куртки. — Что за хрень? — нарушил тишину Джонни. — Какие-то тени? Пустота? — Не знаю, — ответил Рю. — Но это не просто записка. Это предупреждение. — О чём? — О том, что мы ещё ничего не знаем. — Идём дальше? — спросила Китана. Рю посмотрел на развилку. Два прохода — налево и направо. — Идём налево, — сказал он и двинулся в выбранном направлении. Они прошли по узкому коридору. Стены здесь были гладкими, словно отполированными. Кристаллов не было — только металл. Коридор вывел их к арке. Старой, заброшенной, покрытой ржавчиной. За ней открылось огромное помещение. — Ни хрена себе... — выдохнул Джонни. Зал был огромен. Стены, пол, потолок — всё из стали и железа. Трубы, шестерни, механизмы неизвестного назначения. Везде горели красные лампы, создавая адское освещение. В центре, под самым потолком, горел огромный красный глаз. Он вращался, осматривая зал, и, казалось, смотрел прямо на них. — Глаз, — констатировал Кунг Лао. — Красный. Огромный. Не нравится мне это. — А это? — Джейд указала на стены. Вдоль стен стояли колбы. Огромные, в человеческий рост, заполненные зеленоватой жидкостью. Внутри каждой плавало нечто. Люди. Нет. Души. Они парили в жидкости, полупрозрачные, искажённые, с открытыми ртами, застывшими в беззвучном крике. Некоторые бились о стекло, пытаясь выбраться, другие замерли в полной неподвижности. — Как жутко... — прошептал Джонни. Впервые за долгое время на его лице не было улыбки. — Это души, — сказала Китана. — Те, кого Куан Чи забрал. — Или Шан Цунг, — добавил Рю. — Где мы вообще? — спросила Соня, оглядываясь. Рю осмотрел зал. Глаз следил за каждым их движением. Механизмы гудели. Колбы пузырились. — Видимо, это чьё-то логово, — сказал он. — Может, Шан Цунга. Или Куан Чи. Или кого-то похуже. — Похуже? — переспросил Кунг Лао. — Есть кто-то хуже Куан Чи? Рю посмотрел на красный глаз. — Есть. И я начинаю понимать, о чём была та записка. — О чём? — О том, что мы ещё ничего не видели. Они замерли. Голоса доносились из-за массивной металлической двери, чуть приоткрытой. Внутри горел свет — не красный, как везде, а зелёный, знакомый, колдовской. Рю поднял руку, приказывая всем остановиться. Сам прильнул к щели. Внутри были двое. Куан Чи сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и лениво помешивал что-то в бокале. Напротив него, опираясь на посох, стоял Шан Цунг. Длинные седые волосы, жёлтые глаза, та самая улыбка, от которой у нормальных людей кровь стынет. — Ты уверен, что это сработает? — спросил Куан Чи. — Абсолютно, — ответил Шан Цунг. — Орден Чистого Разума существует не первый год. Эти учителя — марионетки. Они делают то, что я им говорю. — И они верят, что служат высшей цели? — Конечно. Я внушил им эту идею много лет назад. «Очистить мир от магии». Звучит благородно. А то, что ради этого надо убивать детей... ну, это издержки. Куан Чи усмехнулся. — Ты всегда умел убеждать. — Это талант. Джейд побледнела. Китана сжала кулаки. Джонни открыл рот, но Соня зажала ему ладонь. — Значит, это ты, — сказал Куан Чи. — Ты основал этот Орден. Ты натравливаешь учителей на детей. — Именно, — кивнул Шан Цунг. — Я создал эту структуру, чтобы ослабить тех, кто обладает магией. Чтобы они не могли противостоять нам. Чтобы Шао Кану было легче завоевать этот мир. — А Шао Кан знает? — Нет. И не должен. Ему достаточно того, что я приношу результаты. — Хитро. — Это не хитрость. Это стратегия. — Что дальше? — Дальше? — Шан Цунг встал, прошёлся по комнате. — Дальше мы уберём сына Скорпиона. Этот мальчишка слишком много знает. Он видит карму, он чувствует правду. Он опасен. — Ты уже пытался. Не вышло. — Потому что я действовал чужими руками. В следующий раз сделаю сам. — И когда? — Скоро. Очень скоро. Рю слушал. Спокойно. Холодно. Внутри него закипала та самая ярость, которую он так долго учился контролировать. — Что? — прошептала Джейд. — Это... это он? — Тсс, — шикнула Китана. Но было поздно. Рю выпрямился. Толкнул дверь. Она распахнулась с грохотом. Куан Чи и Шан Цунг обернулись. На лицах — удивление. Всего на секунду. Потом — усмешки. — О, гости, — протянул Куан Чи. — Какая неожиданность. — Неожиданность? — Рю шагнул в комнату. Глаза его горели жёлтым. — Это ты, блять! — Я? — Шан Цунг поднял бровь. — Я что-то сделал? — Ты создал Орден! — рявкнул Рю. — Ты натравливал учителей на детей! Ты убивал! — Ну, допустим, — пожал плечами колдун. — И что? — И что?! Рю шагнул вперёд. Кунай в его руке засветился. — Я точно скажу императору Шао Кану. Ему это точно не понравится. Шан Цунг замер. Улыбка сползла с его лица. — Ты... ты не посмеешь. — Посмею. — Шао Кан — мой союзник! Мы вместе! — Вместе? — Рю усмехнулся. — А он знает, что ты создал организацию, которая убивает магов? Что ты ослабляешь его будущих подданных? — Я... — Он будет в ярости, Шан Цунг. Ты работал за его спиной. Ты плел свои интриги. Думаешь, он это простит? Куан Чи с интересом наблюдал за этой сценой. — Знаешь, — сказал он лениво, — а мальчишка прав. Шао Кан не любит, когда его обманывают. — Заткнись! — огрызнулся Шан Цунг. — Не затыкайся! — рявкнул Рю. — Ты ответишь за каждого ребёнка, которого убили твои учителя. За каждого, кого мучили. За каждую каплю крови. — Ты не докажешь! — Уже доказал. — Рю похлопал по карману, где лежал пергамент. — Тут всё написано. Твоим почерком. Шан Цунг побелел. — Ты... — Я, — кивнул Рю. — А теперь — вали отсюда. Пока я не передумал и не убил тебя прямо здесь. — Ты не посмеешь. — Хочешь проверить? Огонь в руках Рю разгорелся ярче. Пламя поднялось до потолка. Шан Цунг отступил. Посмотрел на Куан Чи, который даже не думал вмешиваться. — Ты мне заплатишь, — прошипел он и растворился в зелёном дыме. Тишина. — Ну и дела, — выдохнул Джонни из-за двери. — Вот это поворот. Рю повернулся к Куан Чи. — А ты — следующий. Куан Чи поднял руки. — Я ничего не делал. Просто сидел, пил. — Ты всё делал. И ты ответишь. — Посмотрим. Рю развернулся и вышел. За ним — остальные. Куан Чи остался один. Посмотрел на пустой бокал. — Интересный мальчик, — сказал он. — Очень интересный. Они вышли из пещеры, и туман уже начал рассеиваться. Серые клочья всё ещё цеплялись за ветви деревьев, но небо постепенно светлело, открывая бледно-голубой горизонт. Где-то вдалеке запели птицы — обычные, живые, не те, что стонут в проклятых лесах. Группа шла молча. Слишком много информации нужно было переварить. Слишком много лжи, предательства и крови осталось за спиной, в этом металлическом зале с красным глазом и колбами душ. Джонни первым нарушил тишину. — Ну и денёк, — сказал он, закуривая прямо на ходу. — Сначала туман, потом кристаллы, потом сундук с предсказанием, потом выясняется, что Шан Цунг — главный злодей за кулисами. — Он всегда был злодеем, — буркнула Соня. — Но чтобы создать целый Орден... это новый уровень. — Уровень предательства, — поправил Лю Кан. — Он работал за спиной Шао Кана. Ослаблял магов, которые могли бы стать солдатами Императора. — Или противниками, — добавил Кунг Лао. — Шао Кану нужны сильные воины, чтобы завоёвывать миры. А он их убивал. — Хитро, — кивнула Китана. — Очень хитро. Шан Цунг всегда славился своей изворотливостью. Но чтобы так рисковать... — Он рисковал не просто так, — сказал Рю, шагавший впереди всех. — Он готовил почву. Хотел, чтобы, когда Шао Кан придёт, магов уже не было. Чтобы никто не мог сопротивляться. — А потом? — спросила Джейд. — А потом, — Рю усмехнулся, — он, наверное, планировал убрать самого Шао Кана. И стать главным. — Самоубийца, — фыркнул Джонни. — Или гений. Тонкая грань. Они вышли из леса. Впереди показалось Логово — знакомое здание, утопающее в зелени, с балконами и террасами, где ещё недавно Джонни курил, глядя на туман. — Ну что, — сказала Соня, останавливаясь у входа. — Теперь точно будет донос императору? Все посмотрели на Рю. Он стоял, глядя на небо. В руках крутил пергамент — ту самую записку, что нашёл в сундуке. — Да, — сказал он наконец. — Теперь точно. — И как ты это сделаешь? — спросил Лю Кан. — Шао Кан не любит, когда к нему приходят просто так. — А я не просто так приду. Я приду с доказательствами. — Он тебя убьёт, — констатировал Кунг Лао. — Может быть. А может, он заинтересуется. — Чем? Рю повернулся к ним. В глазах его горел тот самый огонь, который они уже научились распознавать. — Тем, что его самый доверенный колдун всё это время работал против него. Что Шан Цунг ослаблял его армию. Что он готовил переворот. — Это серьёзное обвинение, — тихо сказала Китана. — Это правда. — Доказательства? Рю похлопал по карману. — Тут всё. Даты, имена, приказы. И его подпись. — Откуда ты знаешь, что это его подпись? — Я видел его карму. И почерк. Это он. Тишина. — Ладно, — вздохнул Джонни. — Значит, летим к Шао Кану. Весело. — Не летим, — поправил Рю. — Я лечу. Один. — С ума сошёл? — вспылила Соня. — Он тебя убьёт! — Не убьёт. — Почему? — Потому что я принесу ему голову врага. Не буквально, но... информацию. А он любит информацию. — А если не поверит? Рю усмехнулся. — Тогда я вернусь призраком и буду мстить. Как отец. Он развернулся и пошёл прочь от Логова. — Рю! — окликнула Китана. — Куда ты? — В Преисподнюю. К Шао Кану. Разбираться. — Мы с тобой! — Нет. — Он остановился. — Это моё дело. Шан Цунг охотился за мной, за моими друзьями, за детьми. Я сам закончу. — Но... — Никаких «но». Ждите здесь. Если не вернусь через сутки — значит, меня убили. Тогда придёте. — И что мы сделаем? — спросил Кунг Лао. — Отомстите. Рю топнул ногой. Жёлтое пламя вспыхнуло вокруг него. — Удачи, — сказал он напоследок. — Она вам понадобится. Вспышка — и он исчез. Они остались стоять у входа в Логово. Тишина. Только птицы поют. — Доигрался Шан Цунг, — сказал Джонни, выбрасывая окурок. — Теперь у него будут проблемы. — У него? — усмехнулась Соня. — У всех теперь проблемы. Они вошли внутрь. Ждать. И надеяться.