Ниндзя в Городе Супергероев

Рю спокойно гулял по улице. Был тёплый вечер. Солнце садилось за горизонт, окрашивая небо в оранжево-розовые тона. Город жил своей жизнью — машины сигналили, люди спешили по делам, где-то играла музыка. Обычный день. Ничего не предвещало беды. Рю думал о своём. Об отце. О детях. О новой способности чувствовать карму. Получалось всё лучше. Он уже мог с одного вздоха определить, кто перед ним — убийца или святой. — Надо тренироваться дальше, — пробормотал он себе под нос. — Может, завтра снова в парк схожу. Он сделал шаг. И вдруг земля под ним провалилась. Рю не успел даже вскрикнуть. Просто почувствовал пустоту под ногами, кубарем покатился вниз, ударяясь о какие-то камни, корни, твёрдую землю. Летел долго. Слишком долго для обычной ямы. — Ах ты ж... — только и успел выдохнуть он, прежде чем врезался во что-то мягкое. Тишина. Рю открыл глаза. Он лежал на подстилке из жёлтых цветов. Таких ярких, что казалось, будто они светятся изнутри. Над головой — каменный потолок. Вокруг — стены. Пещера. Большая, тёплая, пахнущая землёй и цветами. — Где я? — спросил Рю вслух. Он встал, отряхнулся. Огляделся. Никого. Только цветы. И тишина. — Что за хрень? Он сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Осматривался, пытаясь понять, куда его занесло. Из-под земли вылез цветок. Буквально. Земля раздвинулась, и из неё показался жёлтый цветок с зелёными листьями и... лицом. Улыбающимся лицом. — Привет! — сказал цветок голосом, полным фальшивой доброты. — Я Флауи! Флауи цветочек! Рю замер. Посмотрел на цветок. Сделал глубокий вдох. Медленный. Сосредоточился. Карма. То, что он увидел, заставило его кулаки сжаться. Чёрная. Густая. Липкая. Смерть. Много смертей. Дети. Убийства. Предательства. Ложь. Эта тварь убивала. Много раз. С удовольствием. — Я чувствую твою злую карму, — сказал Рю тихо. — Что? — переспросил цветок, всё ещё улыбаясь. — Какую карму? Я просто цветочек! — Ты убийца. Флауи замер. Улыбка сползла с его лица. — Ты... ты кто такой? — голос его изменился. Стал глубже. Злее. — Твоя смерть. Рю выхватил кунай. — ПОДОЖДИ! — заорал цветок, пытаясь нырнуть обратно в землю. Но Рю был быстрее. Кунай вонзился прямо в середину цветка. Зелёная жидкость брызнула во все стороны. Флауи дёрнулся, забился, заверещал: — НЕ-Е-ЕТ! ЭТО НЕ ПО ПРАВИЛАМ! ТЫ НЕ ДОЛЖЕН БЫЛ... — Правила? — усмехнулся Рю, выдёргивая кунай. — Здесь нет правил. Есть только карма. И твоя — чёрная. Флауи дёрнулся в последний раз и затих. Лепестки осыпались. Стебель поник. Цветок превратился в гнилую кучу. Рю вытер кунай о траву и убрал в ножны. — Ну и местечко, — сказал он. — Цветы говорящие. И злые. Он огляделся. Пещера. Выход где-то впереди. Надо идти. — Ладно, — вздохнул Рю. — Раз уж попал, надо разобраться. Он пошёл вперёд, в темноту, не зная, что ждёт его в этом странном подземном мире. А за его спиной, в гниющих останках Флауи, что-то шевельнулось. Но Рю этого уже не видел. Он пошёл дальше. Пещера кончилась, и Рю оказался в огромном зале, освещённом фиолетовым светом. Источник света он не видел — свечение исходило буквально отовсюду, от стен, от пола, от воздуха. Всё вокруг было выкрашено в лиловые тона — камни, колонны, древние постройки. — Ну и странное место, — пробормотал Рю, оглядываясь. — Словно в какую-то фиолетовую жижу окунули. Он шёл по мощёной дороге, мимо развалин, мимо статуй, мимо странных символов на стенах. Тишина стояла мёртвая — ни звука, ни шороха, только его шаги эхом отдавались от каменных плит. — Руины, — понял Рю. — Древние. Очень древние. Он подошёл к большой двери. Металлическая, с узорами, с огромным кольцом вместо ручки. Рю толкнул её — она открылась легко, будто ждала его. За дверью был дом. Не руины, не пещера — настоящий дом. Деревянный, уютный, с окнами, из которых лился тёплый свет. Вокруг росли цветы — те самые жёлтые, как тот, которого он убил. Но эти пахли нормально, без злобы. Рю подошёл ближе. Вдохнул. Карма дома была... странной. Не чёрной, не белой. Просто дом. Жильё. Место, где кто-то живёт. Он поднялся на крыльцо. Постучал. Дверь открылась. На пороге стояла женщина. Она была похожа на козу — мягкая белая шерсть, длинные висячие уши, маленькие рожки. Огромные добрые глаза с бордовым отливом смотрели на Рю с удивлением и какой-то материнской теплотой. На ней было фиолетовое одеяние с белыми рукавами и странным символом на груди. — Ой, — сказала женщина. — Ещё один ребёнок? Рю моргнул. — Я не ребёнок, — ответил он. — Мне двадцать два. — Двадцать два? — женщина удивилась. — Но ты такой маленький... — Я азиат, — буркнул Рю. — Мы все маленькие. Женщина улыбнулась. Тепло, по-доброму. — Заходи, — сказала она. — Ты, наверное, устал с дороги. Хочешь пирога? Я испекла ирисково-коричный. Очень вкусный. Рю хотел отказаться. Но вдруг понял, что ужасно голоден. И пирог пах умопомрачительно. — Ладно, — сказал он. — Зайду. Ненадолго. Он перешагнул порог. Дом внутри оказался ещё уютнее. Камин, кресла, книги на полках, вязание в углу. Пахло выпечкой и чем-то ещё — домашним, спокойным, безопасным. — Садись, — женщина указала на стол. — Я Ториэль. А ты? — Рю. — Красивое имя. Японское? — Ага. — У меня тут редко бывают гости, — Ториэль достала пирог, поставила на стол. — А уж тем более из мира людей. Рю насторожился. — Из мира людей? А ты кто? — Я монстр, — просто ответила Ториэль. — Мы живём здесь, под землёй. Давно. Очень давно. — Под землёй? — Да. Это Подземелье. Все монстры заперты здесь. А люди приходят редко. Очень редко. Рю вспомнил цветок. Флауи. — Я тут одного цветка встретил, — сказал он. — Флауи. Злой был. Ториэль вздохнула. — Флауи... он не всегда был таким. Раньше он был... другим. Но потом что-то случилось. Он изменился. — Я его убил. Ториэль замерла. — Убил? — переспросила она. — Ага. Он хотел напасть. Я защищался. — Ох... — Ториэль опустила глаза. — Наверное, так было нужно. Но всё равно грустно. — Он убивал детей, — сказал Рю, вглядываясь в её лицо. — Я почувствовал его карму. Чёрная. Густая. Смерть. — Карму? — Я вижу её. Чувствую. Убийц — сразу вижу. Ториэль смотрела на него. Долго. Потом улыбнулась. — Ты необычный, Рю. — Знаю. — Ешь пирог. Рю ел. Пирог был божественным. Он почти забыл, когда в последний раз ел что-то домашнее. В Преисподней было не до пирогов, в саванне — тем более. — Спасибо, — сказал он, доедая. — Вкусно. — На здоровье, — Ториэль села напротив. — А ты надолго к нам? — Не знаю. Я случайно сюда попал. Провалился под землю. Ищу выход. — Выход есть, — сказала Ториэль. — Но путь опасный. Монстры не все добрые, как я. Некоторые... агрессивные. — Я справлюсь. — Уверен? — Я сын Скорпиона. Я справляюсь со всем. Ториэль не поняла, но кивнула. — Можешь переночевать у меня, — предложила она. — А завтра пойдёшь дальше. Рю хотел отказаться. Но усталость взяла своё. Он кивнул. — Ладно. Спасибо. Ториэль постелила ему в гостевой комнате. Мягкая кровать, тёплое одеяло, подушка. Рю лёг и закрыл глаза. — Странный мир, — прошептал он. — Монстры, цветы-убийцы, добрые козы. Но хоть пирог вкусный. Он уснул почти мгновенно. А за окном, в фиолетовой темноте, кто-то смотрел на дом. Долго. Не мигая. Потом исчез. Рю проснулся рано утром. Солнца в Подземелье не было — вместо него фиолетовое свечение лилось отовсюду, создавая вечные сумерки. Но в доме Ториэль было тепло и уютно, пахло пирогами и покоем. — Проснулся? — раздался голос из кухни. Ториэль уже хлопотала у плиты. На столе дымилась тарелка с яичницей, рядом лежали тосты и кружка с тёплым молоком. — Завтракай, — сказала она. — Дорога будет долгой. — Спасибо, — Рю сел за стол. — Ты правда добрая. — А ты сомневался? — В моём мире добрых мало. Ториэль вздохнула. — В нашем тоже не все добрые. Будь осторожен. Рю быстро позавтракал, поблагодарил хозяйку и вышел. Перед ним были огромные врата. Каменные, древние, покрытые резьбой. Они медленно открылись, пропуская его в новый зал. — Куда ведёт дальше Подземелье? — спросил Рю сам себя. Он шагнул вперёд. И попал в зиму. Холод ударил в лицо сразу. Снег хрустел под ногами, деревья стояли белые, покрытые инеем. С неба падали пушистые хлопья. Вокруг — ни души, только белая тишина. — Снежный лес, — понял Рю. — Красиво. Он пошёл по тропинке, вдыхая морозный воздух. Снег скрипел приятно, напоминая детство. Рю почти расслабился. — ХО-ХО-ХО! Голос раздался из ниоткуда. Громкий, радостный, но с подозрительными нотками. Рю замер. Рука потянулась к кунаю. Из-за дерева вышел скелет. Высокий, очень высокий, в синей куртке с капюшоном и смешных тапочках. На лице — широкая улыбка во весь череп. В глазницах горели белые зрачки. — Привет, привет, привет! — затараторил скелет. — Как дела? Как сам? Куда идёшь? Давно тут? Рю моргнул. — Ты... скелет? — Ага! — скелет просиял. — Я Папирус! Великий Папирус! Лучший воин Подземелья! А ты кто? — Рю. — Крутое имя! А хочешь стать моим другом? А хочешь посмотреть мою ловушку? А хочешь... — Папирус, отстань от человека. Из-за другого дерева вышел второй скелет. Пониже, в синей куртке, с такой же улыбкой, но глаза его смотрели спокойнее. Он лениво опирался на ствол. — Ты опять пугаешь прохожих, — сказал он. — Я не пугаю! Я знакомлюсь! — Знакомишься так, что они в обморок падают. Рю смотрел на них. Два скелета. Живые. Говорят. Улыбаются. Странно. Он сделал глубокий вдох. Медленный. Сосредоточился на карме. Карма Папируса светилась. Белая. Почти прозрачная. Чистая. Ни одного пятна. — Ты не убивал, — сказал Рю удивлённо. — Конечно нет! — возмутился Папирус. — Я добрый! Я хочу в Королевскую гвардию! Я буду всех защищать! Рю перевёл взгляд на второго. Карма Санса была сложнее. Не чёрная, нет. Серая. Много слоёв. Усталость. Знание. Что-то тёмное в прошлом, но не убийства. Что-то другое. — А ты, — сказал Рю. — Ты видел смерть. Много. Но не причинял её. Санс моргнул. Улыбка на его лице стала чуть напряжённее. — Интересный ты, — сказал он. — Карму видишь? — Вижу. — Полезный навык. — Давно тренируюсь. Папирус переводил взгляд с одного на другого. — Вы о чём? Какая карма? О чём вы говорите? — Ни о чём, брат, — Санс похлопал его по плечу. — Пойдём лучше домой. Макароны с сыром будем есть. — МАКАРОНЫ С СЫРОМ! — заорал Папирус и рванул в лес. — Я ПЕРВЫЙ ПРИДУ! Он скрылся за деревьями, поднимая тучи снега. Санс посмотрел на Рю. — Ты надолго к нам? — Не знаю. Ищу выход наверх. — Выход есть. За королевой. — Где она? — Дальше. В столице. Пройдёшь лес, потом пещеры, потом город. Там найдёшь. Рю кивнул. — Спасибо. — Не за что, — Санс развернулся и пошёл. — Береги себя, чувак. Тут не все такие добрые, как мы с Папирусом. — Знаю. Я чувствую. Санс остановился. Обернулся. — Чувствуешь, значит, — сказал он. — Тогда тебе точно надо идти дальше. Там есть один... с кем стоит познакомиться. Он исчез за деревьями. Рю остался один в снежном лесу. Вдохнул морозный воздух. Улыбнулся. — Странные скелеты, — сказал он. — Но хорошие. И пошёл дальше. Рю шёл по снежному лесу уже около часа. Мороз кусал щёки, но для него это было не в новинку. В Преисподней жара, здесь холод — разница невелика, когда ты сын Скорпиона. Главное — идти вперёд, не останавливаться. Деревья постепенно редели. Впереди показались огни. Небольшой городок раскинулся у подножия заснеженных холмов. Домики, мостики, фонарики — всё уютное, почти сказочное. Сноудин, как гласила табличка на въезде. Рю прошёл по главной улице. Местные жители — монстры всех форм и размеров — провожали его любопытными взглядами, но не трогали. Кто-то махал, кто-то улыбался, кто-то просто смотрел. — Странное место, — пробормотал Рю. — Но приятное. Он вышел из города и снова оказался в лесу. Тропинка вела вниз, к скалам. Вода. Слышен был шум водопада. — Ватерфолл, — догадался Рю. Он спустился по каменным ступеням и оказался в пещере. Свет здесь был другой — голубоватый, мерцающий. Везде текла вода, капало со стен, журчало под ногами. Красиво, но скользко. Рю шёл осторожно, стараясь не поскользнуться на мокрых камнях. Вокруг росли светящиеся грибы, освещая путь. — Красота, — сказал он. И в этот момент воздух разрезал крик. — СТОЯТЬ! Из-за скалы вылетела она. Рыбоподобный монстр. Высокий, мускулистый, в боевых доспехах. Красные волосы развевались за спиной. В руке — копьё, острое, светящееся, направленное прямо на Рю. — Ты! — заорала она. — Ты человек! Я чую запах! — Я Рю, — спокойно ответил он. — Мне плевать, как тебя зовут! Я Андайн! Я остановлю тебя здесь и сейчас! Она прыгнула вперёд. Копьё мелькнуло в воздухе, целя прямо в грудь. Рю не стал уклоняться. Кунай взлетел вверх, перехватил древко, дёрнул. Андайн не ожидала такой силы — копьё вылетело из её рук и с лязгом упало на камни. — Что?! — выдохнула она. — Ты не убийца, — сказал Рю, глядя на неё. — Я вижу твою карму. Ты защитница. Хочешь защитить свой народ. — Я... — Андайн опешила. — Ты... ты что, карму читаешь? — Учусь. — Это... это... — Но ты напала первой, — перебил Рю. — А я не люблю, когда нападают. Кунай в его руке дёрнулся. Удар. Андайн не успела увернуться. Лезвие полоснуло по боку, распарывая доспехи и кожу. Кровь брызнула на камни. — А-а-а! — закричала она, хватаясь за рану. — Это тебе за агрессию, — сказал Рю, убирая кунай. — Живи. И не нападай на незнакомцев. Андайн рухнула на колени, зажимая рану. Глаза её горели, но теперь в них был не гнев — удивление. — Ты... ты мог меня убить... — прошептала она. — Мог. Но не стал. Твоя карма светлая. Ты заслуживаешь жить. Рю развернулся и пошёл дальше. — Эй! — крикнула Андайн вслед. — Ты куда?! — К королеве. Искать выход наверх. — Тебя там убьют! — Посмотрим. Он скрылся за поворотом. Андайн осталась сидеть на мокрых камнях, глядя на кровь на своих руках. — Странный человек, — прошептала она. — Очень странный. И, превозмогая боль, попыталась встать. Рю вышел к мосту. Длинный, деревянный, перекинутый через подземную реку. Вода внизу светилась голубым, отражая грибы на стенах. Где-то вдалеке шумел водопад. Красиво. Спокойно. Рю сел прямо на доски, свесив ноги вниз. Усталость навалилась внезапно — день был долгим, драка с Андайн отняла силы, хоть и длилась всего минуту. Он смотрел на воду, на грибы, на тени, пляшущие на стенах. В руке появился кунай. Рю начал крутить его по привычке. — Интересный мир, — сказал он сам себе. — Монстры, скелеты, рыбы-воины. И все такие... живые. Он вспомнил Ториэль. Добрая коза, которая накормила пирогом и уложила спать. Папирус — дурацкий скелет, который хотел дружить. Санс — загадочный, с тяжёлой кармой за плечами. Андайн — воин, которая просто защищала своих. — И Флауи, — добавил Рю. — Тот был злым. Но остальные... нормальные. Он посмотрел на воду. — Интересно, отец бывал в таких местах? — спросил он вслух. — Наверное, нет. Преисподняя — его дом. А здесь... другой мир. Другая жизнь. Тишина. Только вода журчит. — Может, задержаться тут? — усмехнулся Рю. — Пожить спокойно. Без войны, без убийств, без детей, которых надо спасать. Он покачал головой. — Нет. Не могу. Там дети. Там отец. Там война. Надо возвращаться. Он встал. Отряхнул штаны. — Ладно. Посидел — и хватит. Пора идти. Рю сделал шаг к следующей пещере. — Но если встречу ещё кого-то интересного... может, задержусь на пару минут. Он усмехнулся и пошёл вперёд. Рю вышел из Ватерфолла, и мир вокруг него изменился. Воздух, ещё минуту назад влажный и прохладный, стал сухим и горячим. Стены туннеля из серого камня превратились в металлические плиты, местами проржавевшие, местами покрытые копотью. Где-то в глубине гудели механизмы, и этот гул отдавался вибрацией в ногах. Рю остановился на пороге, вглядываясь в открывшийся перед ним пейзаж. Хотленд. Название подходило идеально. Перед ним раскинулся индустриальный ад. Металлические мосты перекинуты через каналы с лавой, которая текла медленно, лениво, пузырясь и выбрасывая в воздух снопы искр. Трубы тянулись к потолку, теряясь в темноте. Где-то шипел пар, где-то лязгали шестерни, где-то работали насосы, перекачивающие раскалённую жидкость. — Прямо как дома, — усмехнулся Рю, имея в виду Преисподнюю. — Почти уютно. Он шагнул на мост. Металл под ногами загудел, нагретый снизу лавой. Сквозь решётчатый настил было видно, как внизу бурлит огненная река. Рю шёл спокойно, не ускоряя шага. Для того, кто вырос рядом с отцом-призраком и провёл полжизни в Преисподней, такая жара была даже приятной. По бокам моста стояли какие-то механизмы — насосы, генераторы, огромные баки с непонятными жидкостями. Рю разглядывал их без особого интереса, пока не заметил кое-что странное. Из одной трубы торчал скелет. Не целиком — только рука и часть черепа. Кость была чёрной от копоти. Рю остановился, пригляделся. — Привет, — сказал он скелету. — Как жизнь? Скелет молчал. Что неудивительно. — Ну и ладно, — Рю пошёл дальше. Мост кончился, и он оказался на небольшой платформе, где стояло несколько мусорных баков и ржавый автомат с газировкой. Надпись на автомате гласила: «Mettaton's Miracle Cola — пей и становишься звездой!» — Меттатон, — вспомнил Рю имя, которое назвала Альфис. — Местная знаменитость. Он пошёл дальше, следуя указателям. Дорога вела через очередной мост, потом через туннель, забитый трубами, потом снова через мост. Хотленд был лабиринтом из металла и огня. Рю шёл и думал. Он думал о том, как странно устроен этот мир. Монстры, запертые под землёй, создали свою цивилизацию. У них есть дома, города, учёные, даже телевидение. Они боятся людей, но при этом не все хотят убивать. Ториэль накормила его пирогом. Папирус хотел дружить. Санс предупредил об опасности. Альфис испугалась, но обрадовалась, когда он заговорил об аниме. — Не такие уж они и чудовища, — пробормотал Рю. — Страшнее люди бывают. Он вспомнил Грейс. Орден. Учителей, которые ставили опыты на детях. Вот кто настоящие монстры. А эти... просто хотят жить. Туннель вывел его к огромному зданию. Оно было похоже на завод — куча труб, резервуаров, дымящих вентиляций. Но над входом висела табличка: «ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ КОМПЛЕКС. ВХОД ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА». Рю дёрнул дверь. Закрыто. — Опять, — вздохнул он. Кунай появился в руке. Одно движение — и замок разлетелся на куски. Рю вошёл внутрь. В лаборатории было прохладно. Кондиционеры гудели ровно, создавая приятный холод. После уличной жары это было настоящим спасением. Рю остановился, прикрыл глаза, наслаждаясь. Потом открыл и осмотрелся. Он стоял в коридоре. Стены были выкрашены в белый, но кое-где краска облупилась, открывая ржавчину. Везде тянулись провода, свисали кабели, мигали лампочки. Пахло озоном, химикатами и ещё чем-то сладковатым. Рю пошёл по коридору, заглядывая в ответвления. Лабораторные столы, заставленные колбами и пробирками. Мониторы, на которых бежали непонятные графики. Клетки, пустые, с открытыми дверцами. Какие-то механизмы, назначения которых он не понимал. — Есть кто? — крикнул он. Эхо заметалось по коридорам. Рю прислушался. Где-то в глубине здания что-то упало. Потом шорох. Потом снова тишина. Он пошёл на звук. Коридор привёл его в большой зал. Здесь было светло — горели все лампы. В центре стоял огромный стол, заваленный бумагами, чертежами, дисками. К стене был приклеен постер с аниме-девушкой в военной форме. На другой стене висела полка, забитая дисками — сотни, если не тысячи. А за столом, уткнувшись в монитор, сидела она. Жёлтая ящерица в квадратных очках. Тёмно-зелёная куртка, красный галстук, коричневые брюки. Она что-то печатала, стуча по клавиатуре с такой скоростью, будто от этого зависела её жизнь. — Привет, — сказал Рю. Ящерица подпрыгнула. Стул под ней опрокинулся, она грохнулась на пол, замахала лапами, заверещала: — А-А-А-А-А! К-К-КТО ТЫ?! КАК ТЫ СЮДА ПОПАЛ?! ДВЕРЬ БЫЛА ЗАПЕРТА! Рю пожал плечами. — Я открыл. — Н-НО ТАМ БЫЛ ЗАМОК! ЭЛЕКТРОННЫЙ! С КОДОМ! — Я его сломал. Она смотрела на него снизу вверх, трясясь всем телом. Потом перевела взгляд на кунай, который Рю всё ещё держал в руке. Побледнела. — Т-ТЫ ЧЕЛОВЕК! — прошептала она. — Т-ТЫ МЕНЯ УБЬЁШЬ?! Рю глубоко вздохнул. Медленно. Сосредоточился. Карма. Она была странной. Светлой, но с пятнами. Страх занимал большую часть — липкий, холодный, въевшийся в каждую клетку. Одиночество — огромное, как этот зал. И любовь. Огромная, тёплая, направленная на кого-то. Не здесь. Где-то далеко. К роботу? К монстру? — Ты не убийца, — сказал Рю. — Ты учёная. Ты боишься людей. Ты одинока. И ты кого-то любишь. Ящерица замерла. — К-как... как ты узнал? — Вижу карму. — Ч-что? — Долгая история. Вставай. Пол холодный. Она кое-как поднялась, поправила очки, одёрнула куртку. Села на стул, но на самый край, готовая в любой момент сорваться и бежать. — Т-ты правда не убьёшь меня? — Не убью. — И... и не съешь? — Я не каннибал. — А... а что ты хочешь? — Поговорить. Она смотрела на него недоверчиво, но любопытство постепенно побеждало страх. — О чём? — Обо всём. Как тебя зовут? — А-альфис. — Я Рю. — Т-ты откуда? — Сверху. Из мира людей. — З-знаю. Я поняла. Но... как ты попал? — Провалился. Буквально. Шёл по улице, земля разверзлась — и я здесь. Альфис моргнула. — Т-так просто? — Ага. — Обычно люди попадают через гору. Эботт. — Я не обычный. — Э-это точно, — пробормотала она, разглядывая его куртку, кунай, спокойное лицо. Ру сел на стул напротив. Убрал кунай в ножны. — Расскажи о себе, — сказал он. — Чем занимаешься? Альфис замялась, но потом, видимо, решила, что раз он не убивает, можно и поговорить. — Я учёная. Исследую всё. Физику, химию, биологию, магию... И аниме. Я люблю аниме. — Вижу, — Рю кивнул на полку с дисками. — Много. — Д-да. Это моя коллекция. Я собираю годами. — Какое любимое? — М-много... Но больше всего — «Мью Мью». Это махо-сёдзё. Девочки-волшебницы. Там про дружбу, любовь, борьбу со злом... — Понятно. — А ты? — осмелела Альфис. — Ты смотрел аниме? — Жил в Японии. Смотрел. Наруто, Блич, немного. — О-о-о! Наруто! Классика! — глаза её загорелись. — А кто любимый персонаж? — Итачи. — И-итачи?! Он же злодей! — Не злодей. Он жертва. Альфис задумалась. Потом кивнула. — Т-ты прав. Он сложный персонаж. Его многие не понимают. — В мире полно тех, кого не понимают, — сказал Рю, глядя на неё. Она отвела взгляд. — Э-это точно. Тишина повисла между ними, но не тяжёлая, а какая-то... спокойная. — Альфис, — сказал Рю. — Почему ты здесь? Одна? — Я... я всегда одна. Монстры считают меня странной. Боятся. Не понимают. Мне проще сидеть тут, с моими исследованиями и аниме. — А Меттатон? Она вздрогнула. — К-как ты знаешь про Меттатона? — Ты говорила. — Я не говорила! — Говорила. Только что. — Н-не говорила! — Ладно, — усмехнулся Рю. — Не говорила. Я сам догадался. Кто он тебе? Альфис покраснела. Сильно. Даже сквозь жёлтую чешую было видно. — О-он... он мой друг. Мы вместе работали. Я его создала. Он робот, но... но он личность. Настоящая. У него есть мечты, желания, характер. Он хочет быть звездой. И он... он хороший. — Ты его любишь. — Я... я... НЕ ТВОЁ ДЕЛО! Рю поднял руки. — Ладно, ладно. Молчу. Альфис отвернулась, пытаясь справиться со смущением. — Т-ты странный, — сказала она. — Ты человек, но не убиваешь. Ты видишь карму. Ты понимаешь. Ты... ты первый, кто со мной нормально разговаривает. — Первый? — Первый за долгое время. Монстры приходят редко. А те, кто приходят, обычно хотят что-то украсть или сломать. — Понятно. Рю встал. Прошёлся по лаборатории, разглядывая приборы. — Красиво у тебя. Беспорядок, но красивый. — Э-это творческий беспорядок! — Японцы называют это «wabi-sabi». Красота несовершенства. Альфис улыбнулась. — Т-ты правда из Японии? — Жил там. Сейчас везде. — А почему ушёл? Рю задумался. — Долгая история. Война. Друзья. Враги. Долги. — П-понятно. Она помолчала, потом спросила: — Т-ты пойдёшь к королеве? — Да. Говорят, она может выпустить наверх. — М-может. Но она... она не любит людей. — Я знаю. — И у неё есть сын. Азриэль. Он... он особенный. — Чем? — Он добрый. Очень добрый. Слишком добрый для этого мира. Рю кивнул. — Я пойму, когда увижу. — Т-ты уверен? — Я чувствую карму. Она не обманывает. Альфис смотрела на него. Долго. Потом встала, подошла к полке, сняла с неё диск. — В-возьми, — сказала она. — Это «Мью Мью». Первый сезон. Посмотришь, если будет время. Рю взял диск. Посмотрел на неё. — Спасибо. — Н-не за что. Ты первый, кто... кто просто поговорил. — Ты тоже, — сказал Рю. — Первая, кто не напал. Она улыбнулась. — Удачи тебе, Рю. — И тебе, Альфис. Он пошёл к выходу. У двери остановился. — Если Меттатон обидит тебя, — сказал он, не оборачиваясь, — скажи мне. Я с ним поговорю. — Т-ты не сможешь! Он робот! Он сильный! — Я сын Скорпиона. Я с кем угодно поговорю. Он вышел. Альфис долго смотрела на закрывшуюся дверь. Потом села за стол, уткнулась в монитор, но работать не могла. Слишком много мыслей. — Странный человек, — прошептала она. — Очень странный. И... хороший. Она улыбнулась и включила аниме. Рю вышел из лаборатории Альфис и снова оказался в пекле Хотленда. Жара ударила в лицо, но он уже привык. Диск с аниме лежал в кармане куртки, и эта маленькая деталь почему-то согревала лучше любого огня. Странная учёная ящерица, которая боялась собственной тени, но при этом создала робота-звезду и коллекционировала аниме. В его мире таких не было. — Надо будет зайти к ней ещё, — пробормотал Рю. — Если выживу. Он пошёл по мосту, перекинутому через лавовую реку. Жидкий огонь внизу пузырился, выбрасывая в воздух снопы искр. Где-то вдалеке работали насосы, перекачивая раскалённую массу по трубам. Индустриальный пейзаж казался бесконечным. Мост кончился, и Рю оказался на развилке. Три туннеля уходили в разные стороны. На каждом висела табличка с надписью: «ГОЛОВОЛОМКА №1 — ТОЛЬКО ДЛЯ УМНЫХ» «ГОЛОВОЛОМКА №2 — ДЛЯ ОЧЕНЬ УМНЫХ» «ГОЛОВОЛОМКА №3 — ДЛЯ ГЕНИЕВ» — Головоломки, — усмехнулся Рю. — Серьёзно? Он заглянул в первый туннель. Там были какие-то плиты, которые нужно было нажимать в определённом порядке. На стене висела инструкция на три страницы. Рю вздохнул. Поднял руку. Жёлтое пламя вспыхнуло в ладони. — Магия решает. Он шагнул в туннель. Плиты под ногами начали светиться, активируя механизмы. Но Рю не обращал внимания — он просто шёл вперёд, а огонь в его руке плавил все ловушки на пути. Механизмы искрили, дымились, взрывались, но он уже прошёл. Второй туннель был с лазерами. Красные лучи пересекали пространство в хаотичном порядке. Рю остановился на входе, прикидывая маршрут. Потом снова поднял руку. — Телепортация. Жёлтая вспышка — и он уже на другой стороне. Лазеры продолжали работать впустую. Третий туннель оказался самым сложным. Там были какие-то кнопки, рычаги, датчики веса, таймеры. Рю постоял, посмотрел на всё это великолепие. — Нет уж. Пламя вспыхнуло вокруг него полностью. Рю превратился в огненный шар и пронёсся через туннель, сжигая всё на своём пути. Когда он вышел с другой стороны, за его спиной догорали остатки головоломки. — Гении, блин, — фыркнул он. Дальше пошёл коридор. Длинный, металлический, с мигающими лампами. Где-то впереди слышался гул машин. Чем дальше шёл Рю, тем сильнее становилась вибрация. Он вышел в огромный зал. Ядро. Это было неописуемо красиво. Огромное пространство, уходящее вверх и в стороны. В центре вращалась гигантская сфера, излучающая голубоватый свет. От неё отходили лучи энергии, питающие механизмы. Везде горели огни, переливались всеми цветами радуги. Металлические конструкции создавали сложный геометрический узор. — Как будто будущее, — прошептал Рю. — Прямо как в аниме. Он стоял и смотрел. Такого он не видел даже в Преисподней. Там был хаос, разрушение, вечная борьба. Здесь — порядок, технологии, гармония. Рю пошёл по мосту, огибающему центральную сферу. Свет лился отовсюду, создавая причудливые тени. Было тепло, но не жарко — системы охлаждения работали идеально. Он дошёл до двери. Металлическая, герметичная, с надписью «Доступ только для персонала». Рю толкнул — открыто. За дверью была комната. Небольшая, но уютная. Мягкий свет, кресло, стол, на столе — мониторы. И перед мониторами, в полный рост, стоял ОН. Робот. Высокий, блестящий, с прямоугольным корпусом и двумя руками-манипуляторами. На голове — светящаяся панель, на которой сменялись разные выражения лица. На груди — надпись «Mettaton EX». Робот повернулся. Светящаяся панель изобразила удивление. — Человек! — заорал он голосом, полным драматизма. — Ты посмел явиться сюда?! Рю остановился. Смерил робота взглядом. — Меттатон? — ОН САМЫЙ! — робот выпрямился, принимая эффектную позу. — Звезда сцены! Любимец публики! И твой злейший враг, жалкий человечишка! Рю вздохнул. — Слушай, я устал. Просто скажи, где проход к королю. — ХА! — Меттатон вскинул руку, и из неё выдвинулось что-то похожее на пушку. — Ты не пройдёшь! Я уничтожу тебя здесь и сейчас! Моё шоу будет легендарным! Рю поднял бровь. — Шоу? — ДА! Финал сезона! Смерть человека в прямом эфире! Рейтинги взлетят до небес! Меттатон сделал шаг вперёд. Пушка в его руке засветилась. — СТОЯТЬ, ЧЕЛОВЕК! Я УБЬЮ ТЕБЯ! ТЫ НЕ ДОЙДЁШЬ ДО КОРОЛЯ! Рю смотрел на него. Потом сделал глубокий вдох. Медленный. Карма. Она была... странной. Искусственной. Не живой, но и не мёртвой. Робот, запрограммированный на эмоции, но за этим программами чувствовалось что-то настоящее. Тоска по признанию. Желание быть любимым. И любовь. К ней. К Альфис. — Маловероятно, Сектор, — сказал Рю. — ЧТО?! — опешил Меттатон. — КАКОЙ СЕКТОР? КТО ЭТО ТАКОЙ? Рю моргнул. Присмотрелся. — Ты чего? Ты новый киборг из Лин Куэй? — ЛИН... ЧТО?! — Меттатон опустил пушку, явно сбитый с толку. — Я МЕТТАТОН! ЗВЕЗДА! РОБОТ! НИКАКОЙ НЕ КИБОРГ! — А форма похожа, — задумчиво сказал Рю. — Сектор тоже такой квадратный был. — Я НЕ КВАДРАТНЫЙ! — возмутился Меттатон. — Я СТРОЙНЫЙ! КРАСИВЫЙ! СОВРЕМЕННЫЙ! — Ну да, ну да, — Рю усмехнулся. — Ладно, проехали. Что такое Лин Куэй — не важно. — НЕ ВАЖНО?! — Меттатон снова вскинул пушку. — ТЫ ОСКОРБИЛ МОЙ ВНЕШНИЙ ВИД! ЗА ЭТО НАДО УБИВАТЬ! Он выстрелил. Луч энергии ударил в то место, где только что стоял Рю. Но Рю уже исчез. Жёлтая вспышка — и он оказался в метре слева. — Промах, — констатировал он. — СЛУЧАЙНОСТЬ! — Меттатон выстрелил снова. И снова. И снова. Рю телепортировался раз за разом, уклоняясь от лучей с лёгкостью, отточенной годами тренировок. — Медленный, — сказал он. — Сектор был быстрее. — Я НЕ СЕКТОР! — заорал Меттатон в ярости. — ПРЕКРАТИ МЕНЯ ТАК НАЗЫВАТЬ! — Как скажешь. Рю поднял руку. В ладони вспыхнул жёлтый огонь. — Давай закончим это. Меттатон направил на него пушку, готовясь к новому залпу. Но Рю уже не телепортировался. Он просто стоял и смотрел. — Что ты делаешь? — опешил робот. — Почему не уклоняешься? — А зачем? — Рю усмехнулся. — Ты не опасен. — Я НЕ ОПАСЕН?! ДА Я СЕЙЧАС... Меттатон не договорил. Пламя из руки Рю ударило в него. Не сильное, не убийственное — просто жар. Сильный жар. — Что... что происходит? — Меттатон смотрел на свои руки. Металл начал нагреваться. Краснеть. — Ты робот, — спокойно сказал Рю. — Металл проводит тепло. Я нагреваю тебя изнутри. — Н-НО ЭТО... ЭТО... Меттатон задымился. Панель на голове замигала, показывая ошибки. Из стыков повалил пар. — ОСТАНОВИСЬ! — закричал он. — Я ПЕРЕГРЕВАЮСЬ! — Знаю. — ЭТО БОЛЬНО! — Роботам не больно. — МНЕ БОЛЬНО! Я ЧУВСТВУЮ! Рю задумался. Пламя в руке чуть ослабло. — Правда? — ДА! Я ЖИВОЙ! НАСТОЯЩИЙ! У МЕНЯ ЕСТЬ ДУША! Рю посмотрел на него. На дымящийся корпус. На мигающую панель. На руки, которые бессильно опустились. Карма. В ней было что-то живое. Не искусственное. Настоящее. Рю убрал огонь. — Живи, — сказал он. — Ты не враг. Меттатон рухнул на колени. Металл всё ещё дымился, но остывал. — Т-ты... ты пощадил меня? — прошептал он. — Ага. — Н-но почему? — Альфис тебя любит. Не хочу, чтобы она плакала. Меттатон замер. Панель на голове изобразила удивление, потом смущение, потом благодарность. — А-альфис... — прошептал он. — Ты знаешь Альфис? — Встретил. Она дала мне диск с аниме. — О-она... она дала? Тебе? Незнакомцу? — Ага. Меттатон помолчал. Потом поднял голову. — Ты странный человек, — сказал он уже без пафоса. — Очень странный. — Я знаю. Рю развернулся и пошёл к выходу. — Эй! — крикнул Меттатон. — Король там! Дальше по коридору! Он... он не злой! Просто... просто поговори с ним! — Поговорю. — И... и спасибо. — Не за что. Рю вышел из комнаты. Меттатон остался сидеть на полу, глядя на свои руки. — Альфис... — прошептал он. — Она дала диск незнакомцу. Наверное, он правда хороший. Он улыбнулся. Панель на голове засветилась розовым. Рю шёл по длинному коридору замка. Стены здесь были тёмно-фиолетовыми, почти чёрными, с золотыми узорами, тянущимися от пола до потолка. Факелы горели ровным пламенем, отбрасывая танцующие тени. Пол был выстлан красной ковровой дорожкой, мягкой, заглушающей шаги. — Как в старом замке, — пробормотал Рю. — Прямо как в Японии. Только мрачнее. Он шёл уже минут десять. Коридор казался бесконечным — за одним поворотом следовал другой, за другой зал, за залом — новый коридор. Замок Азгора был огромен. Рю думал о том, что скажет королю. Попросит выпустить наверх? Расскажет о своей карме? Просто убьёт, если придётся? — Разберусь на месте, — решил он. Впереди показались двери. Огромные, чёрные, с золотыми ручками. Герб на створках — треугольник с кругом внутри. Дельта-руна, как называла это Ториэль. Рю положил руку на створку. Толкнул. Двери открылись. За ними был тронный зал. Огромный, высокий, с колоннами, уходящими в темноту. В центре, на возвышении, стоял трон. Пустой. А перед троном, выстроившись в ряд, стояли ОНИ. Санс. Лениво опирался на стену, но глаза его были серьёзны. Папирус. Выпрямился во весь рост, сжимая в руках кость — своё оружие. Андайн. В боевых доспехах, с копьём наперевес, рана на боку уже затянулась. Альфис. Тряслась, но стояла твёрдо. В руках — какой-то прибор, явно опасный. Меттатон. В своей базовой форме — квадратной коробке на колёсиках. Из его руки торчала пушка, нацеленная прямо на Рю. — Ого, — сказал Рю, останавливаясь. — Целая делегация. Санс шагнул вперёд. Глаза его — те самые чёрные дыры с белыми точками — смотрели без улыбки. — Ты дошёл, — сказал он. — Молодец. — Дошёл. — Но дальше не пойдёшь. — Это почему? — Потому что здесь ты умрёшь. — ЧТО? — Папирус дёрнулся. — САНС, ТЫ ГОВОРИЛ, МЫ БУДЕМ ЕГО СУДИТЬ, А НЕ УБИВАТЬ! — Я передумал, брат, — спокойно ответил Санс. — Он слишком опасен. — Слишком опасен? — переспросил Рю. — Я никого не трогал. — Ты убил Флауи, — сказала Андайн. — Ты ранил меня. Ты чуть не сжёг Меттатона. — Флауи был убийцей, — спокойно ответил Рю. — Ты напала первой. Меттатон тоже. Я защищался. — Это не важно, — Санс покачал головой. — Важно то, что ты можешь сделать. Твоя карма... она странная. Ты убивал. Много. Даже если по делу — это оставляет след. — Я не убиваю невиновных. — Но ты убиваешь. Рю молчал. — Ты не пройдёшь к королю, — продолжил Санс. — Мы тебя не пустим. — Нихуя себе заявление, — усмехнулся Рю. — Целая толпа против одного. — Ты не один, — тихо сказала Альфис. — Ты полудемон. Мы знаем. — Альфис рассказала, — подтвердил Меттатон. — Мы готовы. Рю оглядел их. Воинов, учёных, скелетов, робота. Все стояли твёрдо. — Ну посмотрим, — сказал он, и голос его изменился. Стал глубже. Страшнее. — Посмотрим, кто здесь сдохнет. Он щёлкнул пальцами. Жёлтое пламя вспыхнуло вокруг него. Куртка с драконом исчезла — вместо неё появился боевой костюм. Чёрно-жёлтый, облегающий, с символом Ширай Рю на груди. В руках загорелся огонь — яркий, жгучий, живой. Во второй руке материализовался кунай. — ПОЛУДЕМОН, — прорычал Рю, — ПРОТИВ КАКИХ-ТО ЖАЛКИХ МОНСТРЯШЕК. — АТАКУЕМ! — заорала Андайн и бросилась вперёд. Копьё метнулось к Рю. Он уклонился, даже не сдвинувшись с места — просто корпусом. — Медленно, — сказал он. Санс поднял руку. Кость ударила из пола прямо под ногами Рю. Тот подпрыгнул, перекувырнулся в воздухе и приземлился на другом конце зала. — Быстрее, — кивнул он. Папирус метнул десяток костей. Рю ушёл в телепортацию, появляясь то слева, то справа, то за спинами врагов. — ХВАТИТ БЕГАТЬ! — заорал Папирус. — А я и не бегаю. Я играю. Меттатон выстрелил из пушки. Луч ударил прямо в Рю — но тот даже не дёрнулся. Пламя вокруг него впитало энергию. — Спасибо за подзарядку, — усмехнулся он. Альфис активировала свой прибор. Электрический разряд ударил в Рю. Тот покачнулся, но устоял. — Неплохо, — признал он. — Но мало. Андайн снова бросилась в атаку. Копьё вонзилось Рю в плечо. Кровь брызнула. — АЙ! — выдохнул он. — Вот это уже больно. Он выдернул копьё. Удар кулаком — Андайн отлетела к стене. — Трое готовы, — констатировал Рю, оглядываясь. — Остались вы, скелеты. Санс и Папирус стояли плечом к плечу. — Брат, — сказал Санс. — Давай вместе. — ВМЕСТЕ! Они атаковали одновременно. Кости летели со всех сторон. Рю телепортировался, уклонялся, блокировал, но их было двое, и они были быстры. Удар. Ещё удар. Кость вонзилась в ногу. Рю упал на колено. — ГОТОВ! — заорал Папирус. — Не-а, — выдохнул Рю. Он встал. Рана затянулась на глазах. — Я полудемон, — напомнил он. — Я регенерирую. Санс нахмурился. — Это плохо. — Очень плохо. Рю поднял руку. Огонь ударил во все стороны. Санс и Папирус отлетели к стенам. — ВЫ МЕНЯ ВСЁ РАВНО НЕ УБЬЁТЕ, — прорычал Рю. — Я ВСЕГДА ВОЗВРАЩАЮСЬ. Они напали снова. И снова. И снова. Андайн пришла в себя и метнула копьё. Попала в сердце. Рю упал. Пиксельное сердце вылетело из его груди. Красное, светящееся, оно зависло в воздухе. — ЕСТЬ! — заорал Папирус. — Мы сделали это, — выдохнула Андайн. — Наконец-то, — прошептал Меттатон. Сердце Рю затрещало. По нему пошли трещины. Ещё секунда — и оно разлетится на куски. — Прощай, полудемон, — сказал Санс. Сердце раскололось. Но не рассыпалось. Оно замерло на мгновение. А потом — начало собираться заново. Быстрее, чем разлеталось. Трещины затягивались. Свет становился ярче. Ярче. Ещё ярче. — ЧТО ЗА... — начал Санс. ОСЛЕПИТЕЛЬНАЯ ВСПЫШКА. Все закрыли глаза. Зал содрогнулся от взрыва энергии. Когда свет погас, они открыли глаза. Рю стоял на том же месте. Живой. Целый. Но другой. Глаза его стали белыми. Совершенно белыми, без зрачков, как у Скорпиона. От него веяло жаром Преисподней. Пламя вокруг него стало зелёным. — Я же сказал, — произнёс он голосом, полным эха могил. — Я возвращаюсь. — НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! — заорал Папирус. — Может. — АТАКУЕМ СНОВА! — крикнула Андайн. Они бросились в бой. Санс, Папирус, Андайн, Альфис, Меттатон — все вместе. Удары сыпались градом. Рю не уклонялся. Он стоял и принимал удары. Копья пронзали его. Кости ломали рёбра. Лучи жгли кожу. Он падал. И вставал. Снова. И снова. И снова. Пять раз его убивали. Пять раз он воскресал. — КАКОГО ХЕРА?! — заорала Андайн после пятого раза. — ПОЧЕМУ ОН НЕ УМИРАЕТ?! Рю стоял перед ними. Израненный, но живой. Белые глаза горели холодным светом. — Я стал призраком, — сказал он. — Как отец. Вы меня никогда не убьёте. — ЭТО НЕЧЕСТНО! — заорал Папирус. — Жизнь вообще нечестная штука, — усмехнулся Рю. — Особенно моя. Санс опустил руки. Сел на пол. — Всё, — сказал он. — Я сдаюсь. — САНС?! — опешил брат. — Мы не можем его убить, Папирус. Он прав. Он призрак. Он будет воскресать вечно. — Н-но... — Хватит. Тишина повисла в зале. Рю подошёл к Сансу. Протянул руку. — Ты хороший боец, — сказал он. — Лучший из всех. Санс посмотрел на него. Потом пожал руку. — Ты тоже. — Я пойду к королю. — Иди. Мы не остановим. Рю кивнул. Посмотрел на остальных. — Вы молодцы, — сказал он. — Правда. Держались до конца. Я уважаю. — У-убирайся, — прошептала Альфис, но без злобы. Рю усмехнулся и пошёл к трону. За его спиной монстры смотрели ему вслед. — Странный человек, — сказал Меттатон. — Полудемон, — поправил Санс. — Какая разница, — вздохнула Андайн. — Главное, что он ушёл. А Рю уже открывал дверь в тронный зал. Впереди был король. Рю вошёл в тронный зал. Двери за ним захлопнулись с тяжёлым гулом, отрезая звуки снаружи. Здесь было тихо. Огромное помещение, уходящее вверх, в темноту. Колонны, украшенные золотом. Красная дорожка, ведущая к возвышению. А на возвышении — трон. И на троне — ОН. Король. Огромный, белый, с длинными ушами и рогами. В мантии, с короной на голове. Глаза его — добрые, усталые — смотрели на Рю без злобы. — Ты пришёл, — сказал Азгор голосом, полным печали. — Пришёл. — Ты прошёл через всё Подземелье. Через всех моих подданных. — Прошёл. — И теперь ты здесь. Передо мной. Рю подошёл ближе. Остановился в трёх метрах от трона. — Слушай, король, — сказал он. — Я не за душами. Не за войной. Мне просто нужно наверх. Азгор молчал. Смотрел на него. — У тебя такие долбоёбы в Подземелье, — продолжил Рю. — Я просто в ахуе с их агрессии. Скелеты, рыбы, роботы — все нападают. Я никого не трогал, а они лезут. — Они защищают свой дом, — тихо сказал Азгор. — Я понимаю. Но я не враг. — Ты человек. А люди заперли нас здесь. — Я не那些人. Я из другого мира. Из другого времени. Мне просто надо домой. Азгор поднялся. Огромный, величественный, он сошёл с трона и приблизился к Рю. — Я чувствую твою карму, — сказал он. — Ты убивал. Много. — Много. — Но не невинных. — Никогда. — Ты защищал. — Всегда. Азгор кивнул. — Ты не такой, как другие люди. Я вижу. — Освободи меня, — сказал Рю. — Хрен с вами, с вашим Подземельем. Я просто хочу домой. Азгор смотрел на него долго. Потом вздохнул. — Барьер может разрушить только большая сила, — сказал он. — Семерых человеческих душ. Или... — Или что? — Или магия самого Подземелья. Но я не могу её использовать. Не сейчас. Рю задумался. Потом усмехнулся. — А если я сам? — Что? — Если я сам найду выход? — Это невозможно. Барьер... — Для вас — да. Для меня — посмотрим. Рю топнул ногой. Жёлтое пламя вспыхнуло вокруг него. — Пока, король. Не скучай. — Что ты... Земля под Рю разверзлась. Он провалился вниз, в огонь, в жар, в знакомую пустоту. — ЧТО?! — Азгор подбежал к месту, где только что стоял Рю. — КАК?! Но там уже никого не было. Только дымящаяся плита. --- Рю летел. Сквозь тьму, сквозь огонь, сквозь крики душ. Он знал этот путь. Преисподняя. Его второй дом. Он приземлился на каменный пол. Встал, отряхнулся. Огляделся. Вокруг была Преисподняя. Лава, чёрные скалы, красное небо. Знакомо. Почти уютно. — Отец! — крикнул Рю. Тишина. Потом — знакомое шипение. Из тени вышел Скорпион. — Ты звал, сын? — Звал. Выведи меня домой. В тот мир. Где школа, дети, все дела. Скорпион посмотрел на него. Белые глаза блеснули. — Ты был в другом мире? — Долгая история. Монстры, скелеты, рыбы. Хотят убить, но не могут. — Почему не могут? — Я призрак теперь. Как ты. Скорпион усмехнулся. — Горжусь. — Выведешь? — Легко. Скорпион поднял руку. Зелёное пламя вспыхнуло, открывая портал. — Иди. Там твой мир. Рю шагнул к порталу. На пороге обернулся. — Спасибо, отец. — Иди. Я рядом. Рю шагнул в пламя. --- Яркий свет. Тепло. Знакомые запахи. Рю открыл глаза. Он стоял посреди улицы. Той самой, где провалился под землю. Солнце светило. Люди ходили. Машины ездили. — Хэ, — усмехнулся Рю. — Умно. Он отряхнул куртку. Проверил кунай. В кармане — диск с аниме от Альфис. — Надо будет посмотреть, — пробормотал он. — Обещал же. И пошёл в сторону школы. К детям. К новой жизни.