Глава 18: Новости для Императора
8 марта 2026 г., 23:13
Китана шла по тропинке через мрачный лес Внешнего Мира.
Деревья здесь были чёрными, с голыми ветками, тянущимися к багровому небу. Где-то вдалеке кричали неведомые твари, воздух дрожал от магии и боли. Знакомый пейзаж. Родной. И одновременно чужой.
Она не была здесь много лет. С тех пор, как сбежала от Шао Кана, от этого места, от всего, что напоминало о прошлом. Но сейчас пришлось вернуться. Ради правды. Ради будущего.
— Что же будет, если отец узнает? — прошептала Китана, перешагивая через корягу. — И почему Рю убил Куан Чи, а не Шан Цунга?
Вопросы роились в голове, не находя ответа. Рю поступил правильно — Куан Чи заслужил смерть. Но Шан Цунг, настоящий виновник, всё ещё жив. Где-то прячется, зализывает раны, плетёт новые интриги.
— Надо было добить, — вздохнула Китана. — Но он сбежал. Снова.
Она вышла к замку.
Огромная чёрная крепость возвышалась над равниной, уходя шпилями в багровое небо. Стены из обсидиана, башни с бойницами, мост через ров с лавой. Знакомо до боли.
Китана остановилась у входа. Сердце колотилось, как бешеное. Сколько раз она входила в эти ворота девочкой? Сколько раз выходила, мечтая никогда не возвращаться?
— Ну, с богом, — сказала она и шагнула вперёд.
Стражники узнали её. Клан Шоканов, верные псы императора, расступились, пропуская. Никто не посмел остановить принцессу.
Внутри замок был таким же, как прежде. Холодный камень, факелы, черепа на стенах. Запах серы и власти. Китана шла по коридорам, и каждый шаг отдавался эхом в пустоте.
У тронного зала её ждали.
Синдел.
Королева стояла у дверей, в белом одеянии, с короной на голове. Глаза её были чисты — без фиолетовой дымки контроля. Она улыбнулась, увидев дочь.
— Мама... — выдохнула Китана и бросилась к ней.
Они обнялись. Крепко, как много лет назад, когда Синдел ещё была собой, а не марионеткой Куан Чи.
— Я так скучала, — прошептала Китана.
— Я тоже, доченька, — ответила Синдел, гладя её по волосам. — Я тоже.
Они отстранились. Синдел оглядела дочь.
— Ты похудела. Устала. Что случилось?
— Много всего, мама. Я пришла с новостями.
— Новостями? — Синдел нахмурилась. — Хорошими или плохими?
— Всякими. Мне нужно поговорить с отцом.
— С Шао Каном?
— С ним.
Синдел помолчала. Потом кивнула.
— Хорошо. Пойдём. Он в тронном зале.
Они пошли по коридору. Синдел взяла дочь под руку.
— Как ты? — спросила она. — Как Джейд? Как Лю Кан?
— Мы живы. Воюем. Спасаем мир.
— Всё как всегда, — усмехнулась Синдел.
— А ты? Ты... свободна?
— Да. Куан Чи мёртв. Его магия рассеялась. Я снова собой.
— Я знаю. Рю убил его.
— Рю? — Синдел подняла бровь. — Сын Скорпиона?
— Да. Он теперь... наш друг. И защитник.
— Интересно. Очень интересно.
Они подошли к огромным дверям. Створки были закрыты, но стражи уже распахивали их, пропуская принцессу.
— Я подожду здесь, — сказала Синдел. — Иди. Он ждёт.
Китана кивнула. Вошла.
Тронный зал был огромен. Высокие колонны, чёрный мрамор, багровый свет из окон. В центре, на возвышении, стоял трон. А на троне сидел ОН.
Шао Кан.
Император выглядел... странно. Не таким, как раньше. Он сидел расслабленно, опираясь подбородком на кулак, и смотрел куда-то в пустоту. Доспехи были сняты, на плечи накинута простая мантия. Рядом, на полу, валялся его знаменитый молот — не в руке, не на поясе, а просто брошенный.
— Отец? — осторожно позвала Китана.
Шао Кан поднял голову. Увидел её. Усмехнулся.
— Китана, — сказал он. — Пришла. Давно не виделись.
— Я... я пришла с новостями.
— Слушаю.
Китана подошла ближе. Остановилась в нескольких шагах от трона.
— Куан Чи мёртв.
— Знаю.
— Его убил сын Скорпиона. Рю.
— Знаю.
— Орден Чистого Разума уничтожен.
— Знаю.
Китана замерла.
— Ты... всё знаешь?
— Я император, Китана. Я знаю всё, что происходит в моих владениях.
— Но... ты не вмешивался?
Шао Кан молчал. Потом встал. Подошёл к окну, посмотрел на багровое небо.
— Знаешь, Китана, — сказал он. — Я много лет завоёвывал миры. Уничтожал, порабощал, правил. Я думал, что это принесёт мне счастье.
— И что? Принесло?
— Нет. — Он повернулся. — Знаешь, что приносит счастье?
— Что?
— Покой. Тишина. Когда не надо ни с кем воевать, никого убивать, ничего доказывать.
Китана смотрела на него во все глаза.
— Я освободил всё, что захватил, — продолжил Шао Кан. — Все миры. Все территории. Вернул их законным правителям.
— Что?!
— Я устал, Китана. Устал от крови. От войн. От вечной борьбы. Куан Чи был последней каплей. Он предал меня. Работал за моей спиной. А я даже не заметил.
— Но... но ты же император!
— Был. Теперь я просто... старик. Который хочет покоя.
Шао Кан подошёл к ней. Положил руку на плечо.
— Ты хорошо справилась, дочка. Ты нашла свой путь. Без меня. Без крови. Ты стала лучше, чем я.
— Отец...
— Не надо. Я всё решил. Я передаю власть тебе. Эдения, Внешний Мир, всё, что осталось — теперь твоё.
— Что?! Нет! Я не хочу!
— Придётся. Ты сильная. Ты справишься. А я... я уйду.
— Куда?
— Не знаю. В горы. В пустыню. Туда, где нет людей. Где можно просто... жить.
Китана молчала. Смотрела на него и не верила.
— Ты серьёзно?
— Серьёзнее некуда.
Она обняла его. Впервые за много лет. Шао Кан замер, потом ответил. Крепко, по-отцовски.
— Я передам Лю Кану, — сказала Китана. — И Рю.
— Передавай. И скажи... спасибо. За то, что избавил мир от Куан Чи.
— Скажу.
Она отстранилась. Посмотрела на него.
— Ты правда изменился?
— Правда.
— Почему?
Шао Кан усмехнулся.
— Может, потому что понял: величие — это не количество завоёванных миров. А количество тех, кто тебя любит.
Китана улыбнулась.
— Я люблю тебя, отец.
— И я тебя, дочка. Иди. И живи своей жизнью.
Китана кивнула и пошла к выходу. У дверей обернулась.
— Ты зайдёшь попрощаться?
— Нет. Так легче.
— Прощай, отец.
— Прощай, Китана.
Она вышла.
В коридоре ждала Синдел.
— Ну что? — спросила она.
— Он... он передаёт власть мне.
— Я знала, — улыбнулась Синдел. — Он говорил об этом.
— Ты останешься с ним?
— Да. Нашёл таки покой, — Синдел взяла дочь за руки. — Иди. Там тебя ждут.
— А вы?
— Мы будем рядом. Всегда.
Китана обняла мать. Потом развернулась и пошла прочь.
Синдел смотрела ей вслед, пока фигура дочери не скрылась за поворотом.
— Хорошая у нас дочь, — сказал Шао Кан, подходя сзади.
— Да, — ответила Синдел. — Очень хорошая.
Они стояли вдвоём у окна, глядя на багровое небо.
Война кончилась. Начиналась новая жизнь.
