Random Match

Уилл заметил, как глаза Майка резко расширились. В них мелькнула тень настоящего страха. — Ты… — Майк запнулся, голос прозвучал хрипло. — Ты что, читал мою переписку? Это было подтверждением. Уилл очень хотел, чтобы Майк сейчас рассмеялся и сказал, что понятия не имеет, о чём речь. Чтобы всё оказалось чудовищным совпадением. Но хоть надежда была слабой и жалкой, она была до этого вопроса и только что разрушилась. Уилл не знал, что чувствовать в этот момент. С одной стороны, где-то глубоко внутри вспыхнула предательская, щемящая радость — его лучший друг, в которого он был влюблён годами, оказался не таким уж стопроцентным натуралом. А с другой — ледяной, удушающий страх потерять даже ту дружбу, которая у них была. Уилл сглотнул. — Типа того… — тихо выдавил он. Майк резко встал с кровати. Его движения были порывистыми, почти дёргаными. Уилл увидел, как у него слегка дрожат руки. — Ты что, брал вчера мой телефон? — голос Майка стал громче, в нём уже слышалась не только растерянность, но и нарастающий гнев. — Нет, — ответил Уилл дрожащим голосом. — Ты меня взломал? — теперь в голосе Майка звучала уже настоящая грубость. — Нет, я… — Уилл замолчал, не зная, как закончить фразу. Он смотрел на Майка и буквально видел, как в его голове двигаются шестерёнки. Как его взгляд мечется, как он пытается сложить все кусочки вместе. Уилл видел этот процесс осознания так ясно, будто смотрел фильм в замедленной съёмке. Майк замер. — Подожди… — почти шёпотом сказал он. — Ты…? Уилл едва заметно кивнул. На лице Майка промелькнуло что-то очень сложное. Смесь шока, растерянности и чего-то ещё, чего Уилл не смог прочитать. — Прости… мне нужно идти, — глухо бросил Майк. Он резко развернулся и быстрым шагом направился к двери. Уилл хотел пойти за ним, сказать что-то, остановить его, но тело не слушалось. Он просто застыл на месте, глядя, как Майк выходит из комнаты. Через несколько секунд в коридоре громко и резко хлопнула входная дверь. Уилл медленно опустился обратно на кровать. На столе остался белый бумажный пакет с завтраком, который Майк принёс ему. Оттуда пахло свежим кофе и круассанами. Уилл смотрел на этот пакет, глаза начали предательски жечь. Слёзы подступили так быстро, что он не успел их сдержать.

_____

💬 iMessage

MADMAX 🔥

16 сентября 2025

MADMAX 🔥 11:43 ну что там? MADMAX 🔥 11:58 Уилл MADMAX 🔥 12:13 Уилл, ответь, пожалуйста MADMAX 🔥 12:39 я сейчас приеду

Уилл Байерс 12:40

это он 100%

MADMAX 🔥 12:40 ты сказал ему???

Уилл Байерс 12:41

да

MADMAX 🔥 12:41 и???!

Уилл Байерс 12:42

он ушел

MADMAX 🔥 12:42 он что, ничего не сказал на это??

Уилл Байерс 12:43

нет, извинился и ушел

MADMAX 🔥 12:43 я его убью

Уилл Байерс 12:44

МАКС НЕТ

Уилл Байерс 12:44

он не виноват, что это оказался я

MADMAX 🔥 12:45 как он мог оставить тебя одного??? MADMAX 🔥 12:45 хочешь я приеду?

Уилл Байерс 12:46

нет, мне нужно побыть одному сейчас

Уилл Байерс 12:46

но спасибо

MADMAX 🔥 12:47 хорошо, только пиши мне, чтобы я знала что у тебя всё в порядке

_____

💬 iMessage

WonderTwin 💕

16 сентября 2025

WonderTwin 💕 13:48 мы идем с макс гулять потом наверное в кино WonderTwin 💕 13:50 хочешь с нами? WonderTwin 💕 14:11 уилл?

Уилл Байерс 14:12

спасибо, не сегодня

WonderTwin 💕 14:12 хорошо

_____

💬 iMessage

mom 🤍

16 сентября 2025

mom 🤍 14:40 ты сможешь встретить Джонатана? он прилетает в 08:30

Уилл Байерс 14:41

можешь попросить кого-то ещё, пожалуйста? я, кажется, заболел

mom 🤍 14:41 что у тебя болит???

Уилл Байерс 14:42

просто слабость

mom 🤍 14:43 выпей парацетамол и витамин c сразу же. и обязательно попей тёплый чай с мёдом. если температура поднимется - сразу звони мне. я могу отпроситься с работы

Уилл Байерс 14:44

хорошо, мам, спасибо

_____

💬 iMessage

Bro 👊

16 сентября 2025

Bro 👊 15:25 мама сказала, что ты заболел

Уилл Байерс 15:26

ага, извини, что не смогу встретить

Bro 👊 15:27 все хорошо, выздоравливай. надеюсь, завтра будешь лучше себя чувствовать. я соскучился)

Уилл Байерс 15:28

❤️

_____

💬 iMessage

MADMAX 🔥

16 сентября 2025

MADMAX 🔥 16:13 как ты?

Уилл Байерс 16:13

👍🏻

MADMAX 🔥 16:14 а честно?

Уилл Байерс 16:14

👎🏻

MADMAX 🔥 16:15 может я поеду вместе с эл к вам?

Уилл Байерс 16:16

Макс, правда, спасибо за твою заботу, но сегодня мне нужно побыть одному

MADMAX 🔥 16:17 можно я поеду к уилеру и придушу его?

Уилл Байерс 16:17

только попробуй

MADMAX 🔥 16:18 держусь только ради тебя MADMAX 🔥 19:12 как ты? MADMAX 🔥 19:48 Уилл

Уилл Байерс 19:49

пока так же

_____

💬 iMessage

WonderTwin 💕

16 сентября 2025

WonderTwin 💕 20:35 я купила лекарства которые сказала джойс откроешь дверь?

_____

💬 iMessage

MADMAX 🔥

17 сентября 2025

MADMAX 🔥 10:13 ты сегодня собираешься вставать с кровати?

Уилл Байерс 10:13

я уже встал

MADMAX 🔥 10:14 не правда, Эл сказала, что ты так и не выходил из комнаты

Уилл Байерс 10:14

я заболел

MADMAX 🔥 10:15 и твоя болезнь называется "влюблённость в придурка уилера"?

Уилл Байерс 10:15

Макс…

MADMAX 🔥 10:16 даю тебе день, завтра приеду и силой подниму тебя

_____

💬 iMessage

The Party

17 сентября 2025

Lucas 🏀 11:43 Майк, ты дописал сюжет?? Lucas 🏀 11:43 завтра играем? Dustin 🧢 11:50 Маааайк

_____

💬 iMessage

Dustin 🧢

17 сентября 2025

Dustin 🧢 12:12 ты не знаешь, где Майк?

Уилл Байерс 12:13

нет

Dustin 🧢 12:14 он не отвечает мне со вчера. тебе тоже?

Уилл Байерс 12:15

я ему не писал

_____

💬 iMessage

The Party

17 сентября 2025

Dustin 🧢 12:48 чувак, ответь Dustin 🧢 12:49 если завтра партии не будет, я поменяю планы Mike ❤️⚔️ 13:10 Холли залила все записи с сюжетом и я плохо себя чувствую Lucas 🏀 13:11 что вы подцепили? Mike ❤️⚔️ 13:11 вы? Lucas 🏀 13:12 Макс сказала, что Уилл тоже заболел Mike ❤️⚔️ 13:12 не знаю, но лучше нам не видеться какое-то время, раз это так заразно Dustin 🧢 13:13 выздоравливайте

Уилл Байерс 13:13

спасибо

_____

💬 iMessage

Bro 👊

17 сентября 2025

Bro 👊 13:48 ты ещё спишь? Bro 👊 13:48 я уже дома

_____

💬 iMessage

WonderTwin 💕

17 сентября 2025

WonderTwin 💕 15:42 возле твоей двери лекарства и обед

_____

💬 iMessage

MADMAX 🔥

17 сентября 2025

MADMAX 🔥 16:52 Я у вас, если захочешь зайду

Уилл Байерс 16:52

не надо, Эл придёт с тобой, а я не могу сейчас

MADMAX 🔥 16:53 напоминаю, у тебя время до завтра

_____

💬 iMessage

mom 🤍

17 сентября 2025

mom 🤍 17:13 сынок, как ты? поел, выпил таблетки?

Уилл Байерс 17:13

да, уже лучше

_____

💬 iMessage

MADMAX 🔥

18 сентября 2025

MADMAX 🔥 11:15 РАЙЗ ЭНД ШАЙН MADMAX 🔥 11:23 через 15 мин буду у тебя

Уилл Байерс 11:24

Макс, пожалуйста

Уилл Байерс 11:25

мне нужен ещё один день

MADMAX 🔥 11:25 выбирай, или я еду к тебе, или к уилеру

Уилл Байерс 11:26

ко мне

MADMAX 🔥 11:26 хороший выбор

_____

💬 iMessage

Lucas 🏀

18 сентября 2025

Lucas 🏀 15:29 Макс у тебя?

Уилл Байерс 15:35

да

Lucas 🏀 15:35 она не отвечает Lucas 🏀 15:36 как себя чувствуешь? Lucas 🏀 15:36 хочешь тоже приеду?

Уилл Байерс 15:37

уже лучше, спасибо

Уилл Байерс 15:37

Макс скоро уходит, сейчас тебя наберёт

_____

💬 iMessage

The Party

18 сентября 2025

Dustin 🧢 18:38 я так рад, что вы заболели Dustin 🧢 18:38 в смысле это хреново, но если бы вы не заболели, я бы не был сейчас в тц и не встретил Джессику Lucas 🏀 18:39 и что она? как обычно прошла мимо? Dustin 🧢 18:39 вот именно, что нет Lucas 🏀 18:40 а чтоооо Dustin 🧢 18:40 мы идём ужинать сейчас вместе Lucas 🏀 18:41 офигеть, чувак, поздравляю

Уилл Байерс 18:41

👍🏻

Mike ❤️⚔️ 18:41 👍🏻 Dustin 🧢 18:42 спасибо за такую поддержку, друзья

_____

💬 iMessage

Bro 👊

18 сентября 2025

Bro 👊 19:13 выйдешь к нам посмотреть фильм?

Уилл Байерс 19:15

ага, через мин 5

_____

💬 iMessage

MADMAX 🔥

19 сентября 2025

MADMAX 🔥 12:23 как дела?

Уилл Байерс 12:23

👍🏻

MADMAX 🔥 12:24 ты сидишь дома уже 3 дня, сегодня идём гулять

Уилл Байерс 12:24

нет

MADMAX 🔥 12:25 это не был вопрос

Уилл Байерс 12:25

я не хочу

MADMAX 🔥 12:26 я у тебя не спрашивала MADMAX 🔥 12:26 я ради тебя отменила свидание с Лукасом, так что ты идешь

_____

💬 iMessage

mom 🤍

19 сентября 2025

mom 🤍 13:01 Джонатан написал, что ты идешь гулять с Макс. Ты достаточно хорошо себя чувствуешь?

Уилл Байерс 13:03

да, нормально чувствую

mom 🤍 13:03 Аккуратно и не долго

Уилл Байерс 13:04

ок

Уилл сидел на старой деревянной лавочке, слегка ссутулившись, будто на его плечах лежал невидимый тяжёлый груз. Вокруг медленно шелестели листья, осенний ветер лениво перебирал кроны деревьев, заставляя их тихо вздыхать. Где-то сверху негромко, почти лениво, пели птицы. Солнечные лучи пробивались сквозь листву неровными золотистыми полосами, но даже они казались Уиллу слишком яркими и слишком назойливыми. Перед ним, у яркого фургончика с мороженым, стояли Макс и Эл. Они что-то обсуждали, показывая пальцами на меню, тихо смеялись и переглядывались. Их голоса доносились до него приглушённо, словно сквозь толстое стекло. Уилл смотрел на них и чувствовал, как внутри поднимается тяжёлая и вязкая волна раздражения. Конечно он любил их. По-настоящему любил. Эл была для него почти сестрой, той, с кем он делил самые тёмные и самые светлые моменты своей жизни. Макс была его лучшей подругой, которая всегда умела его рассмешить, вытащить из тишины и защитить, когда нужно. Они были его семьёй. Его опорой. А сейчас их присутствие невыносимо раздражало. Каждый их смешок, каждое движение, каждый вопрос как будто царапали изнутри. Ему хотелось, чтобы они просто исчезли. Чтобы оставили его одного. Чтобы не смотрели на него с этой заботой, которую он сейчас не заслуживал и не мог вынести. — Ты уверен, что не хочешь? — спросила Макс, повернувшись к нему. Уилл медленно моргнул, будто выныривая из тяжёлого тумана. — Уверен, — ответил он тихо, почти безжизненно. Он не хотел мороженого. Он вообще ничего не хотел есть уже несколько дней. Желудок сжимался от одной мысли о еде. Ему хотелось только одного — вернуться домой, забраться под одеяло с головой и чтобы весь мир наконец отстал. Но сильнее всего ему хотелось достать телефон. Он уже в который раз открыл чат с «Оливером» и начал медленно перечитывать сообщения. Каждое слово. Каждую паузу. Каждое «малыш» и каждое сердечко. Он знал эту переписку наизусть. И каждый раз, когда он читал, внутри всё снова переворачивалось. Он перечитывал и искал закономерности и объяснения. Искал то за, что он мог зацепиться, чтобы вовремя понять с кем он общается и остановить всё заранее. Например, во второй день общения, 2 сентября, Уилл предложил своим друзьям погулять после школы. Все отказались. В том числе Майк, он тогда сказал, что у него свидание с Эл. Но ведь после школы они с «Оливером» смотрели фильм. И Майк явно не был с Эл. То есть даже если бы Уилл в какой-то момент заподозрил, что общается с Майком и начал проверять факты, он бы увидел, что Майк должен был быть занятым в тот день. Что у него якобы было свидание с Эл. А парень, с которым он переписывался, в это время спокойно смотрел фильм и писал ему длинные сообщения. Логично было бы решить, что это точно не Майк. Но это был он. О, боже. Уилл закрыл глаза и медленно выдохнул. Его мозг мог взорваться от попыток совместить два образа одного человека. Того Майка, которого он знал с детского сада — своего лучшего друга, который всегда был рядом и того «Оливера», с которым он провёл две недели в тайной, жаркой и нежной переписке. Это были как будто два совершенно разных человека. Особенно иронично было вспоминать тот день, когда он впервые рассказал о своей ориентации. Первым, кто об этом узнал, оказался именно Майк. А еще в тот же вечер Майк сам начал делиться своими чувствами и сомнениями… с незнакомцем. С ним. Почему он не рассказал об этом Уиллу? Ну, в смысле настоящему Уиллу. Почему Уилл тоже так мало рассказывал о себе? Что же на самом деле творилось в голове у Майка Уилера? — Уилл? Голос Макс вывел его из тяжёлого тумана. Он медленно поднял голову. — Что? — Ты куда-то уплыл в мире своих фантазий, — раздражённо сказала Макс, но в её голосе слышалась скорее забота, чем злость. Она подошла ближе, взяла его за руку и мягко, но настойчиво потянула с лавочки. — Давай уже. Хватит сидеть тут как статуя. Уилл не сопротивлялся. Просто встал и пошёл за ними, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой, болезненный узел.

_____

💬 iMessage

Mike ❤️⚔️

19 сентября 2025

Mike ❤️⚔️ 22:15 Прикреплённый файл

Уилл Байерс 22:23

?

Mike ❤️⚔️ 22:23 билеты в кино

Уилл Байерс 22:24

я вижу

Mike ❤️⚔️ 22:24 мы вроде как договаривались

Уилл Байерс 22:25

я думал, что ты передумал

Mike ❤️⚔️ 22:25 нет. ты?

Уилл Байерс 22:26

нет

Mike ❤️⚔️ 22:26 тогда завтра заеду за тобой в 18:00?

Уилл Байерс 22:27

хорошо

Mike ❤️⚔️ 22:27 спокойной ночи, Уилл ❤️

Уилл Байерс 22:28

спокойной ночи, Майк ❤️

_____

💬 iMessage

Bro 👊

19 сентября 2025

Уилл Байерс 22:33

Джонатан, не спишь?

Bro 👊 22:33 нет

Уилл Байерс 22:33

у меня большая-большая просьба

Bro 👊 22:34 что угодно

Уилл Байерс 22:34

если завтра Макс спросит, подтверди, что я с тобой

Bro 👊 22:34 а ты где будешь?

Уилл Байерс 22:35

можно я расскажу тебе об этом позже?

Bro 👊 22:35 ладно, но у меня есть условие

Уилл Байерс 22:36

что угодно

Bro 👊 22:36 ты правда проведешь со мной завтра время, столько сколько сможешь

Уилл Байерс 22:37

конечно, я свободен до 18:30 примерно

Bro 👊 22:37 👍🏻

_____

💬 iMessage

MADMAX 🔥

20 сентября 2025

MADMAX 🔥 11:30 доброе утро! что сегодня делаем?

Уилл Байерс 11:30

сорри, сегодня весь день тусуюсь с Джонатаном ☺️

MADMAX 🔥 11:31 ладно MADMAX 🔥 15:12 эй, Уилл

Уилл Байерс 15:12

да?

MADMAX 🔥 15:13 скинь фото

Уилл Байерс 15:13

какое?

MADMAX 🔥 15:14 как ты проводишь время с Джонатаном

Уилл Байерс 15:15

Фото

MADMAX 🔥 15:16 ладно, хорошо

Уилл Байерс 15:16

ок, МАМ

Уилл уже двенадцать минут ходил взад-вперёд вдоль проезжей части возле своего дома. Он вышел в 17:45, потому что, во-первых, его всего трясло и он не мог вынести ни одного разговора с семьёй в данный момент, а во-вторых, он не знал, как именно Майк собирался его забирать. Раньше он просто заходил к нему в дом, и они выходили вместе. Сейчас это было бы странно. Дома были Джонатан и Эл. И если Эл, возможно, ничего бы не заподозрила, то Джонатан… Особенно после того, как Уилл попросил его прикрыть. В общем, Уилл ходил туда-сюда уже тринадцать минут и оставалось ещё две. Наверное. Он отчаянно надеялся, что Майк опоздает, как всегда. Ему нужно было ещё хоть немного времени, чтобы собраться. Как будто лишние пять минут могли его спасти. Сердце колотилось так сильно, что он чувствовал его удары в горле. Ладони были влажными, а в груди словно сжимался тугой горячий ком. Но нет. Ровно в 18:00 знакомая машина Майка появилась в пределах видимости. Уилл почувствовал, как земля уходит из-под ног. Ему на секунду показалось, что он сейчас потеряет сознание. Колени предательски дрогнули. Это было до невозможного глупо. Это его лучший друг. Тот, кого он знал уже тринадцать лет. С которым прошёл через моменты между жизнью и смертью. Они виделись миллиарды раз, ночевали вместе, делили секреты, смеялись до слёз. А сейчас у них было… первое свидание? Это вообще можно так назвать? Машина мягко остановилась у бордюра. Двигатель тихо урчал. Уилл сделал глубокий, дрожащий вдох, обошёл автомобиль, открыл дверцу и сел на своё обычное пассажирское сидение. — Привет, — сказал Майк, даже не повернувшись к нему. Голос звучал ровно, но Уилл уловил в нём лёгкую напряжённость. — Привет, — ответил Уилл. Его голос прозвучал неожиданно спокойно. Он сам не понял, как ему это удалось. Они выехали. Уилл всю дорогу смотрел в окно, прижавшись плечом к холодному стеклу. В салоне тихо играла музыка. The Smiths — There Is a Light That Never Goes Out. Уилл знал текст наизусть, каждое слово. Раньше он всегда тихо, почти неслышно подпевал, особенно на строчке «to die by your side is such a heavenly way to die». Сейчас он не мог заставить себя даже шевельнуть губами. Тишина была такой густой, что казалась более громкой, чем музыка. Уилл судорожно пытался прокрутить в голове идеи для диалога, но там было абсолютно пусто. С того момента, как Майк прислал ему билеты, он так нервничал, что потратил всё время на это, а не на то, чтобы продумать как себя вести. Ни одной чертовой идеи в голове. Но судя по тому, что Майк точно так же молчал, у того идей тоже не было. Уилл на секунду повернулся в его сторону и заметил как Майк сжал челюсть. Уилл быстро отвернулся. Дорога до кинотеатра пролетела до невозможного быстро. Уилл хотел, чтобы эта поездка длилась вечно. Чтобы они просто ехали молча, без необходимости смотреть друг на друга, без разговоров. Но машина уже мягко остановилась на парковке. Пришлось выходить. Они шли рядом к входу в кинотеатр. Уилл держал руки в карманах, чтобы скрыть, как они слегка дрожат. Когда они подошли к стеклянным дверям одновременно, их плечи на секунду столкнулись. Лёгкое, почти невесомое прикосновение, но Уилла будто ударило током. Кожа в месте касания мгновенно вспыхнула жаром, а по позвоночнику пробежала острая дрожь. Он быстро отшатнулся, пробормотав «извини», и пропустил Майка вперёд. В фойе пахло свежим попкорном — сладковато-масляным, тёплым ароматом, который обычно вызывал у Уилла приятное предвкушение. Сейчас этот запах казался слишком густым, почти удушающим. Он смешался с запахом сладкой ваты и дезинфицирующего средства для полов, создавая тяжёлую и липкую атмосферу. Майк подошёл к кассе и купил пакетик Reese’s Pieces. Он повернулся к Уиллу и они впервые за всё это время встретились взглядами. Уиллу снова показалось, что он теряет сознание. Сердце пропустило удар, а в ушах на мгновение стало оглушительно тихо. — Если хочешь, можем взять попкорн, — сказал Майк, чуть улыбнувшись. — Но я думал, что мы можем пойти потом в пиццерию. Уилл просто кивнул, не доверяя своему голосу. — Если хочешь, — снова добавил Майк. — Да, хорошо. Майк протянул ему пакетик с конфетами. Их пальцы на секунду соприкоснулись. Снова тот же электрический разряд, только теперь ещё сильнее. Уилл быстро отдёрнул руку. Они подошли к залу. Майк протянул билеты контролёру — молодой девушке, которая улыбнулась им обоим. Они прошли внутрь. Предпоследний ряд. Не последний. Уилл не знал точно, ему расстраиваться или радоваться этому. Они сели. Уилл сразу улетел в свои мысли. Переписка стояла перед глазами яркими, обжигающими строками. Что там они обсуждали? Кино, пицца, первый поцелуй… Как он тогда писал эти слова, не зная, что на том конце Майк. Как он представлял себе этого «Оливера». Как мечтал… Уилл резко тряхнул головой, пытаясь отогнать мысли. Когда там уже начнётся фильм? Что за фильм вообще? Уилл даже не посмотрел, на что они идут. Майк всегда мог настолько окружить все его мысли, что остальное уходило куда-то на второй план. Уилл покосился в сторону Майка. Тот крутил в руках билеты, но разглядеть название сдалека и в темноте зала было тяжело. Спросить у Майка на какой фильм они пришли было бы странно. Уилл достал телефон, зачем-то слегка отвернув его от Майка, хотя тот ни разу ещё не повернулся в его сторону и открыл диалог с Майком, чтобы проверить что за фильм. На экране высветилось название — «Him». Уилл хотел загуглить, чтобы узнать о чём вообще фильм и какой жанр, но заметил лёгкое движение рядом. Он резко повернул голову и встретился взглядом с Майком. Уилл быстро заблокировал телефон, спрятал его в карман и открыл конфеты, чтобы чем-то занять руки. Они посмотрели трейлеры к фильмам, которые скоро выйдут, впервые за все годы их дружбы, не прокомментировав их. Обычно это было их старым и тёплым ритуалом. Они шепотом обсуждали, на какой фильм обязательно пойдут, а на какой никогда в жизни не потратят время, они смеялись, подшучивали друг над другом и строили планы на следующие выходные. В этот раз никто так и не решился произнести ни слова. Наконец-то начался фильм. Уилл вцепился в упаковку с конфетами и брал по одной. Он никак не мог сосредоточиться на том, что происходило на экране. В целом он был рад, что когда-то в переписке предложил именно кинотеатр как место для первого свидания. Тут действительно не нужно было говорить и смотреть друг на друга. Так что хорошо, что они оказались именно здесь, а не в какой-нибудь галерее, как он сначала хотел предложить. Конфеты почти закончились, когда Уилл вдруг осознал, что даже не предложил Майку ни одной. — Ты хочешь? — тихо спросил он, повернувшись к Майку. — Ммм? — Хочешь конфеты? — уточнил Уилл. — Да, — ответил Майк. Но никто из них не пошевелился. Уилл ждал, что Майк просто протянет руку, однако тот сидел неподвижно. Тогда Уилл решился и осторожно придвинул упаковку ближе к нему. Как же это было нелепо. Они дружили тринадцать лет, за эти годы они съели вместе миллионы разных блюд, делились чипсами и сладостями, даже ели с одной тарелки, а сейчас его рука предательски дрожала, когда он просто протягивал Майку конфеты. На экране медленно разворачивалась напряжённая сцена. Уилл почувствовал, как по спине пробежал холодок. Уилл держал ладонь вверх, осторожно придерживая пальцами упаковку, он сильнее сжал её и целлофан тихо зашуршал в его дрожащих пальцах, как напоминание Майку о том, что тому нужно сделать. Он ожидал, что Майк просто возьмёт несколько штук, но вместо этого Майк медленно, почти нерешительно, взял всю упаковку из его рук. Уилл инстинктивно двинулся, собираясь отдёрнуть руку, но Майк опередил его. Тёплые пальцы уверенно перехватили запястье Уилла, а затем плавно переплелись с его пальцами. Майк мягко, но решительно прижал их соединённые руки к своему колену. У Уилла на мгновение поплыло в глазах. Казалось, будто кто-то резко убавил звук во всём мире. Остались только они двое и их приглушённое дыхание. Он почувствовал, как сильно и быстро бьётся пульс Майка, точно такой же неровный и отчаянный, как у него самого. И именно это странным образом немного успокоило его. На одну короткую секунду. А потом пришло резкое, обжигающее осознание. Майк Уилер держит его за руку. Он ощущал с одной стороны тепло его ладони, а с другой тепло колена сквозь ткань джинсов. Как вообще можно было следить за сюжетом, когда происходило такое? Уилл совершенно перестал понимать, что творится на экране. Когда сердце чуть успокоилось, он начал размышлять над поведением Майка. Майк действительно сделал два шага. Купил билеты и взял его за руку. Означало ли это, что теперь и Уилл должен что-то сделать? Уилл привык, что ему нельзя ничего. Прошло уже так много лет после первого осознания своей ориентации, что за эти годы он приучил себя скрываться. Не смотреть ни на кого слишком долго, избегать прикосновений и молчать о своих желаниях. Даже сейчас ему было страшно пошевелиться. Руки слегка дрожали, дыхание оставалось неровным, а в груди всё ещё сжимался тугой и болезненный ком. Но с другой стороны он знал того, кто сидел рядом. Майк никогда не делал ничего просто так. Он не говорил лишних слов и почти никогда не совершал лишних движений. Значит, то, что он сделал сейчас, должно было что-то значить. Уилл глубоко вдохнул, собирая остатки смелости и медленно провёл большим пальцем по ладони Майка. Осторожно, почти робко, рисуя едва заметную линию. Майк заметно дёрнулся. Уилл на секунду перестал дышать, тело мгновенно напряглось в ожидании отказа или неловкого отстранения. Но в следующий момент Майк крепко сжал руку Уилла, словно без слов говоря: «Всё в порядке». Уилл продолжил аккуратно рисовать круги по коже Майка. Медленно, почти благоговейно, чувствуя, как под его пальцами слегка дрожит чужая ладонь. Уилл позволил себе расслабиться и раствориться в этом моменте. Он даже наконец-то немного вник в сюжет фильма, не потому, что ему вдруг стало интересно, а потому, что прикосновение Майка немного притупило панику, и мозг наконец перестал кричать. Тёплая ладонь под его пальцами, тихое дыхание рядом, редкие лёгкие движения большого пальца Майка по его коже в ответ, всё это создавало странное, почти хрупкое ощущение безопасности посреди тёмного зала. Когда начались титры, они медленно и неохотно рассоединили руки. Яркий, холодный и беспощадный свет в зале включился резко и безжалостно. Реальность обожгла не только сетчатку, но и нервы, которые вернулись с той же силой, что и раньше. Уилл моргнул, чувствуя, как по телу пробежала неприятная дрожь. Внезапно всё стало слишком громким. Шорох одежды, голоса людей, поднимающихся с кресел, далёкий гул разговоров в фойе. Руки, только что тёплые от чужого прикосновения, теперь казались холодными и пустыми. Они выбрались из зала, протискиваясь сквозь толпу людей и молча дошли до машины. Уилл шёл чуть позади Майка, чувствуя, как по спине всё ещё пробегает лёгкая дрожь от недавнего прикосновения. — Так что, ты не против пиццы? — спросил Майк, застегивая ремень безопасности. — Не против, — ответил Уилл, улыбнувшись. Это была первая улыбка за всё это время, и Уилл, знавший каждую эмоцию Майка, увидел, как в его глазах появилась тёплая, немного неуверенная, но настоящая ответная улыбка. По радио играла весёлая ритмичная песня «Take On Me» от A-ha. Знакомый высокий вокал и бодрый синтезатор заполнили салон. Уилл позволил себе тихонько подпевать, почти шёпотом, едва шевеля губами. Он всё ещё смотрел в окно, но это уже был прогресс. Маленький, почти незаметный, но всё-таки прогресс. Уилл пытался понять, по какому маршруту едет Майк, потому что пиццерия, в которую они всегда ходили, была совершенно с другой стороны. Когда Майк выехал на главную улицу, Уилл понял. Они не ехали в их обычную дешёвую забегаловку с потрёпанными красными диванами, липкими столами и запахом старого масла. Они ехали в «Luna Rossa» — новое дорогое заведение в центре, которое открылось пару месяцев назад. Уилл хорошо помнил день, когда они с Майком услышали об открытии и нашли меню в инстаграме. Они долго смеялись над ценами, потому что одна пицца там стоила как их обед на всю компанию из шестерых с напитками, картошкой и десертами. Неужели Майк вез его именно туда? Да, так и оказалось. Когда Майк припарковался, они на минуту оба застыли. Уилл чувствовал, что должен что-то сказать, но слова застревали в горле, словно боялись вырваться наружу. — Майк, — начал тихо Уилл, голос прозвучал едва слышно. — Да? — Майк наконец-то повернулся в его сторону. Их взгляды встретились, и Уилл увидел в его глазах смесь ожидания и лёгкой тревоги. — Это… это… — Уилл запнулся, пальцы нервно сжали край ремня безопасности. — Слишком? — спросил Майк. В его глазах на долю секунды пронеслась настоящая тревога, плечи слегка напряглись. — Ну, типа да, — Уилл сглотнул, — но в хорошем смысле. Майк медленно и мягко улыбнулся, с той самой знакомой искрой в глазах, которую Уилл знал с детства. У Уилла свело что-то в животе, тепло разошлось по груди, а сердце пропустило удар. — Тогда идём? — тихо спросил Майк. Уилл кивнул, не доверяя своему голосу, и потянулся расстегнуть ремень. Пальцы слегка дрожали. Он чувствовал, как Майк смотрит на него, и от этого взгляда по коже пробежали мурашки. Да уж, это место полностью отличалось от пиццерии, к которой привык Уилл. Они шли по залу и Уилл замечал всё новые детали. Тёмные деревянные панели на стенах, мягкий приглушённый свет от настенных бра, создающий тёплые золотистые ореолы, тяжёлые тёмно-бордовые шторы, которые слегка колыхались от движения воздуха. Каждый стол был отделён небольшой перегородкой из матового стекла и живых растений, что создавало ощущение уединения. Было довольно темно, но небольшое освещение от свечей на столах и приглушённых ламп делало пространство интимным и почти волшебным. Всё казалось нереальным. Уилл впервые попал в такое место, но самым удивительным было то, с кем он был. Несколько раз Уиллу показалось, что он сейчас проснётся, потому что это скорее походило на сон, чем на реальность. Уилл быстро подошёл к столу и сел на диванчик рядом, чтобы ему не пришлось решать, где садиться, если Майк займёт место первым. Майк застыл на секунду, провёл взглядом по местам и сел рядом с Уиллом, так близко, что Уилл почувствовал тепло его тела. Уилл взял меню, но не мог сосредоточиться на позициях. Он действительно пытался прочитать, но такое близкое присутствие Майка сбивало с толку. Буквы плыли перед глазами, а мысли возвращались только к одному, к руке Майка, которая совсем недавно держала его ладонь в кинотеатре. — Ты выбрал? — спросил Майк тихо. — Эээ, нет, не знаю, я буду то же, что и ты, — выдохнул Уилл. — Хорошо. Майк сделал заказ. Официант отошёл. Всё, теперь нужно было разговаривать. Это не кино, где можно молчать и смотреть фильм, это не машина, где можно слушать музыку и смотреть в окно. — Знаешь, я был прав, — вдруг сказал Майк. Уилл медленно повернул голову. — Ты о чём? — Когда предположил, что ты красивый. Уилл почувствовал, как щёки краснеют, а в животе разливается тепло, похожее на тех самых бабочек, про которых иногда пишут в книгах. Такого он точно не ожидал. — Ты правда так думаешь? — спросил Уилл. — Да, помнишь, я писал, что когда пытался представить тебя, я… — Майк замялся. — представлял своего друга? Конечно Уилл помнил. Он в принципе наизусть помнил весь диалог. — Да. — Я тогда о тебе и говорил. О, кажется теперь красными были не только щёки, а и уши Уилла. Скорее всего и шея. Он не знал, что ответить. Он просто уставился на Майка, чувствуя, как жар разливается по телу. Майк снова замялся, пальцы нервно сжали край скатерти. — Боже, извини, я придурок, — выпалил он, его голос дрогнул. — Извини, что делаю всё только хуже. — Нет, нет, — остановил его Уилл, быстро покачав головой. — Тебе не стоит переживать, это мне стоит. — Почему? — Ну, знаешь, это я тебе писал про своего лучшего друга. — А, это… Ну, да, — сказал Майк, слегка отводя взгляд. — Но тебе не стоит переживать, всё в порядке. В порядке? На секундочку, Уилл случайно рассказал Майку о том, что влюблён в него и, что ещё хуже — а может и на том же уровне по неловкости — то, что дрочил раньше, думая о нём. Хотя, учитывая новую информацию, выходит, что он и не переставал. Уилл думал об этом последние четыре дня, и каждый раз эти мысли вызывали тошноту и состояние, близкое к паническим атакам. А теперь Майк сказал, что всё в порядке. Из мыслей Уилла вытащил внезапно появившийся официант. Он выставил на стол горячую, тонкую пиццу с идеально подрумяненной корочкой, на которой тянулся густой слой расплавленного моцареллы, смешанного с пармезаном. Сверху лежали тонкие ломтики прошутто, свежие листья базилика и капли ароматного трюфельного масла, которые блестели в мягком свете свечей. Рядом стоял салат, который выглядел не как обычные нарезанные овощи, а как настоящее произведение искусства. Хрустящие салатные листья разных видов, маленькие помидоры трёх цветов, яркие дольки апельсина, посыпанные измельчёнными фисташками и лёгкой стружкой выдержанного сыра. Напитки оказались необычными коктейлями глубокого рубинового цвета с тонкой пенкой и веточкой розмарина, которая медленно кружилась в бокале. Уилл и Майк взяли по кусочку пиццы и откусили. Сыр потянулся длинными, блестящими нитями, которые медленно рвались между кусочком в руке и тем, что остался на тарелке. Хрустящая корочка приятно ломалась на зубах, а внутри было мягкое, тёплое тесто с насыщенным вкусом. Они одновременно уставились друг на друга. — Ого, — сказал Уилл. — Да, мне кажется, что после этого я больше никогда не смогу есть ту пиццу, что мы ели раньше. — Если это настоящая пицца, — подтвердил Уилл, — то я даже не знаю, что мы ели всю свою жизнь. — Мм, толстый шарик теста с тем, что было жалко выбросить? Уилл засмеялся. Майк улыбнулся. Свет от свечи мягко падал на лицо Майка, подсвечивая его веснушки, которые всё ещё были слишком хорошо видны, будто лето отказывалось уходить. Уилл смотрел на них, на эти маленькие золотистые точки, которые он знал наизусть, на лёгкую щетину, которая уже начала пробиваться, на то, как тень от ресниц ложилась на щёки. Он восхищался всем. Тем, как Майк слегка прищуривается, когда улыбался, как его волосы падали на лоб, как он всегда чуть наклонял голову, когда слушал. Всё это было таким родным и одновременно таким новым, что у Уилла перехватывало дыхание. Когда они съели по два куска пиццы, Майк потянулся к салату и перемешал его. — О, боже, почему тут апельсины? — с ужасом спросил Майк, глядя на яркие дольки так, будто они лично его оскорбили. — Потому что ты выбрал салат с апельсинами, наверное, — предположил Уилл, едва сдерживая улыбку. — Я даже не прочитал, что туда входит, мне просто понравилось название, — с улыбкой сказал Майк. — Не думаю, что я готов к таким изыскам. — Мне кажется, это может оказаться чем-то вкусным. — Наслаждайся, Уилл, — сказал Майк, протягивая ему миску с салатом с видом человека, который только что спасся от ядовитого фрукта. Уилл положил немного в свою тарелку. Наколол на вилку всего по чуть-чуть. Майк следил за каждым его движением с неподдельным интересом, будто Уилл собирался съесть живого паука. — Ты правда собираешься это есть? — спросил Майк, приподняв бровь. Уилл просто поднёс вилку ко рту и попробовал. Это действительно было вкусно. Сладковатая кислинка апельсина мягко смешивалась с хрустящими листьями, лёгкой горечью фисташек и солоноватым сыром. Вкусы танцевали на языке неожиданно гармонично. На лице Уилла явно разлилось блаженство и Майк с недоверием посмотрел на него. — Тебе правда понравилось? — Да, ты должен это попробовать. — Я не буду есть салат с апельсинами. — Ты не знаешь, вдруг тебе понравится. — Но Уилл, тут апельсины, кто вообще может додуматься положить фрукты в салат? — Шеф-повар этого заведения? — Я думаю, он какой-то извращенец. — Майк, попробуй, ты не узнаешь, что тебе нравится, пока не попробуешь. Внезапно фраза обрела какой-то другой смысл. Как будто они уже говорили не о дурацком салате с апельсинами. — Знаешь что? — резко сказал Майк, глядя Уиллу прямо в глаза. — Ты прав. Я не узнаю, пока не попробую. Майк вдруг потянулся и, не спрашивая, взял вилку Уилла. На мгновение их тёплые, чуть влажные от нервов пальцы соприкоснулись. Не отводя взгляда от Уилла, он наколол на эту же вилку салат прямо из его тарелки и поднёс ко рту. Видно было, как он на секунду замер, словно собираясь с духом. В его глазах мелькнуло явное опасение, то самое, детское, почти трогательное. Но уже через мгновение, когда он медленно прожевал, опасение растаяло, сменившись искренним и мягким удивлением. Брови слегка приподнялись, а на губах появилась едва заметная, почти растерянная улыбка. Он смотрел на Уилла так, будто только что открыл для себя что-то совершенно новое — не просто вкус салата, а целый маленький мир, который раньше проходил мимо него. — Да, это реально вкусно, — сказал Майк и тут же положил щедрую порцию с миски себе в тарелку. — Кажется, этот шеф-повар что-то знает. — Помнишь, как Дастин однажды решил, что апельсины — это «идеальное оружие»? — вдруг спросил Уилл. Майк замер с вилкой в руке, а потом негромко рассмеялся, откинувшись на спинку диванчика. — О боже, конечно помню! Он тогда притащил целую сетку апельсинов на нашу стратегическую встречу и пытался доказать, что если кидать их с размаху, то кислота разъест плоть монстра. Мы потом ещё полдня отмывали сок со стен подвала. Уилл тоже засмеялся, впервые по-настоящему за последние дни. Смех получился лёгким, почти звонким. Уилл неожиданно расслабил плечи, только лишь в этот момент впервые осознав насколько он был напряжен всё это время. — А помнишь, как он потом сам же и поскользнулся на этом соке и упал лицом в миску с попкорном? — продолжил Уилл, вытирая уголок глаза. Майк смеялся уже в голос, глаза блестели. Атмосфера мгновенно изменилась. Тяжёлая, накалённая тишина исчезла и перед Уиллом снова появился его лучший друг. Тот самый Майк, с которым они всегда знали, о чём поговорить, над чем посмеяться и как сделать даже самый обычный вечер особенным. Они ели, наслаждались едой и смеялись. Напряжение постепенно таяло, уступая место привычной, тёплой лёгкости, которая всегда была между ними. — Хочешь десерт? — спросил Майк, всё ещё улыбаясь. Уилл очень не хотел, чтобы этот ужин заканчивался. Но учитывая, что он не ел последние дни, а этим вечером съел почти всю пачку конфет, пиццу и салат, он понимал, что от десерта ему будет плохо. Ну что ж, всё хорошее рано или поздно заканчивается. — Нет, я всё, больше ничего не осилю, — ответил Уилл. Майк позвал официанта. Уилл попытался в голове посчитать, сколько могло всё это стоить. Чёрт возьми, нужно было нормально просмотреть меню, а не витать в облаках. Конечно, финансовое положение Майка было намного лучше, чем у Уилла. Но Уилл не мог так. Майк и так заплатил за билеты и вообще вёл себя как настоящий джентльмен. Да, тут точно всё было невероятно дорого, но Уилл всегда носил с собой деньги на всякий случай. Он обычно ничего себе не позволял, так что неплохая сумма, накопленная за последние дни рождения, лежала в отдельном кармане в его бумажнике, за которым он потянулся. Майк уловил это движение. — Нет, только попробуй, — резко сказал он. — Майк, ты и так много сделал. — Нет, это я тебя пригласил, я выбрал это место и я не позволю тебе платить. Уилл почувствовал себя невероятно неловко. Он делал это не просто потому, что так было прилично. Он действительно хотел внести какую-то долю, чтобы хоть немного выровнять счёт в этом странном, волшебном вечере. — Я не буду с тобой разговаривать, — сказал Майк. Майк явно понял, что сказал, учитывая, что они действительно не разговаривали последние дни. В его глазах появилось сожаление, плечи слегка напряглись. — Нет, прости, что я так сказал, — тут же добавил Майк, его голос стал мягче, практически виноватым. — Конечно я буду с тобой разговаривать, просто я это всё придумал и ещё я хочу попросить прощения за то, что я тебя так оставил тогда. Надеюсь, это сможет загладить вину. И тут мозг Уилла, который обычно не позволял себе верить во что-то хорошее, понял, что это всё — кино и ресторан — на самом деле было совсем не тем, чего хотел и о чём мечтал Уилл. Наконец-то он осознал, что вряд ли мог действительно нравиться Майку. Просто Майк был самим собой, хорошим другом, его лучшим другом. Ему стало неудобно за то, что произошло, за то, как они общались, и за то, что Майк сбежал. Поэтому всё это было просто извинением, а не чем-то большим. Господи, почему Уилл был таким наивным и посмел понадеяться на что-то. Его горло вдруг перехватило, а за глазами начало неприятно щипать. Он опустил взгляд на стол, чтобы Майк не увидел, как сильно он сейчас себя ненавидит за эту глупую надежду. — Не стоит извиняться, — сказал Уилл, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я на тебя не обижался, я понимаю. Майк мягко улыбнулся. — И всё же, пожалуйста, позволь мне сделать приятный вечер для тебя, о котором я хочу сам полностью позаботиться, — твёрдо сказал Майк. — Хорошо. Уилл согласился. Он действительно не злился и не обижался на Майка. Он злился на себя. Он хотел дать эту возможность Майку попросить таким образом прощения, чтобы они смогли забыть о том, что произошло и жить дальше. Тем временем внутри, где-то очень глубоко, тихий голос продолжал шептать: «Это просто жалость. А ты снова позволил себе поверить». Принесли счёт и Майк расплатился. Его лицо расплылось в победоносной улыбке. Они вышли из ресторана и сели в припаркованую рядом машину. — Ты хочешь, чтобы я отвёз тебя домой? — спросил Майк. И да, конечно Уиллу стоило сказать «да». Ему нужно было вернуться домой и быть благодарным за самый лучший вечер в его жизни. Но вы уж его простите, он был влюблён в своего лучшего друга практически всю свою жизнь. И если его «типа свидание» с парнем его мечты могло продлиться чуть дольше, он не мог заставить себя отказаться от этого. Да, потом он пожалеет, когда Майк вернётся к образу его лучшего друга, когда он поймёт, что достаточно извинился за то, что произошло и сердце Уилла в очередной раз разобьётся. Зато этот вечер Уилл сможет вспоминать всю свою жизнь, когда будет одинок, или когда он будет встречаться с каким-то парнем, который сможет полюбить Уилла и который (возможно), (хотя бы), (на что Уилл очень надеялся), будет нравиться Уиллу. Потому что он точно знал, что никогда больше не сможет кого-то полюбить. В мире не было другого Майка Уилера. Так что… — Нет, — ответил Уилл. — Ты хочешь поехать ко мне? — Хочу. Майк завёл машину. Салон тут же наполнился громкими аккордами «Walking On Sunshine». Они оба начали весело подпевать. Громко, не в такт, почти по-детски, как делали это тысячу раз за все эти годы. Уилл улыбался, голос его звучал легко и беззаботно, но внутри уже тихо и остро ныло сердце. Он прекрасно понимал, насколько абсурдна эта картина. Уже завтра, скорее всего, всё вернётся на свои круги. Безопасная дистанция лучших друзей. А значит, сейчас, в эти несколько минут, пока музыка играет и Майк ещё рядом, Уилл жадно, почти отчаянно пытался впитать каждую секунду: тёплый голос Майка, его смех, лёгкое покачивание машины, запах его одеколона и это странное, невозможное чувство, что мир на мгновение стал идеальным и хрупким одновременно. Он пел громче обычного, словно боялся, что если замолчит — всё сразу исчезнет. Они подъехали к дому Уилеров. — Уилл, дорогой! — тепло позвала его Карен, едва они переступил порог. В её голосе звучала привычная материнская нежность, от которой у Уилла всегда становилось немного легче на душе. — Что-то ты давно не заходил, я уже привыкла видеть тебя каждый день, — добавила она с мягкой, искренней улыбкой, которая всегда освещала этот дом. — О, да… я болел последние дни, — тихо ответил Уилл, стараясь, чтобы голос звучал естественно. — Да, Майк тоже не выходил из своей комнаты, — кивнула Карен, вытирая руки о фартук. — Осень только наступила, а вирусы уже тут как тут. Уилл пожал плечами, но внутри у него всё сжалось. Майк тоже не выходил? Неужели он провёл эти несколько дней так же, как и Уилл — лёжа в кровати, глядя в потолок и не находя сил встать? Был ли у него хоть кто-то, кто, как Макс, настойчиво тянул его обратно в мир живых? — Мальчики, садитесь за стол, ужин почти готов, — позвала Карен, уже поворачиваясь к плите. — Мы ели пиццу, — быстро ответил Майк, не поднимая глаз. — О, хорошо, — легко согласилась Карен. Майк на мгновение встретился взглядом с Уиллом. В его глазах мелькнуло что-то неуловимое — смесь неловкости и тихой решимости. Он молча кивнул в сторону лестницы, ведущей в подвал, и развернулся, не сказав больше ни слова. Уилл пошёл следом, чувствуя, как каждый шаг отдаётся тяжёлым эхом в груди. Он бывал в этом подвале сотни, тысячи раз. Кажется, шестьдесят процентов своей жизни он провёл именно здесь, среди старой мебели, постеров, коробок с настолками и запаха, который всегда ассоциировался с безопасностью и домом. Но сегодня всё было иначе. Впервые за весь вечер они должны были остаться совершенно вдвоём. Не в машине, где можно было просто смотреть на дорогу и подпевать песне. Здесь, в их старом убежище, им наконец предстояло поговорить. И от этой простой мысли сердце Уилла сжималось в тугой и тревожный ком. Майк открыл дверь в подвал и пропустил Уилла вперед. Уилл спустился на пару ступенек, тем временем Майк закрыл дверь на замок. Уилл услышал звук и повернулся. — О, с каких пор тут появился замок? — спросил он. — Ну знаешь, после того инцидента с Холли пришлось что-то сделать, — ответил Майк. Они спустились по знакомой скрипучей лестнице и сели на старый потёртый диван, оставив между собой небольшую, но ощутимую дистанцию. Где-то минуты две оба молчали. Лёгкость, с которой они общались за ужином в ресторане исчезла без следа, словно её никогда и не было. Вместо неё вернулось острое, холодное осознание того, в какую опасную и хрупкую ситуацию они себя загнали. Уилл чувствовал, как в груди нарастает давление. Нужно было что-то сказать. Прямо сейчас. Как будто резко оттолкнуться и прыгнуть с высокого обрыва в тёмную, холодную воду озера, не зная, насколько глубоко дно. — Майк, — слишком громко начал Уилл. Его собственный голос показался ему чужим, резким и дрожащим в тишине подвала. — Да? — тихо отозвался Майк, не поднимая глаз. — Послезавтра мы возвращаемся в школу, и как ты знаешь, мы с тобой в одной компании… — Уилл сглотнул. — Мы не сможем друг друга избегать так, чтобы на нас не полился поток вопросов. Так что надо решить всё сейчас. — Ага, — только и ответил Майк, глядя куда-то в сторону старого телевизора. Почему он ничего не сказал больше? Тишина между ними становилась всё гуще, почти удушающей. Каждый вдох Уилла отдавался в ушах слишком громко. Он ждал, что Майк наконец скажет что-то привычное, тёплое, успокаивающее. Давай же, Майк. Скажи уже это. Напомни, что они лучшие друзья. Что они справятся с этим. Что всё будет как раньше. Но Майк молчал. И от этого молчания в подвале становилось всё холоднее, будто кто-то медленно выключал свет и тепло, оставляя их наедине с тем, чего они оба так боялись. — Так что… — Уилл с трудом сглотнул, чувствуя, как ладони становятся влажными и липкими. — Если ты хочешь, я не против забыть об этом. Сделать вид, будто ничего не было. Майк медленно поднял на него взгляд. — Ты хочешь так сделать? — спросил он тихо. Уилл пытался прочитать его лицо, но ничего не мог понять. Оно было напряжённым, челюсть сжата. Ни тепла, ни злости, ни облегчения, только глухая, непроницаемая стена. — Да, конечно, — выдавил Уилл, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Я не против. Я очень ценю нашу дружбу и не хочу, чтобы она закончилась из-за такой глупости. — Глупости? — резко переспросил Майк и в его голосе впервые прозвучало что-то острое. Уилл почувствовал, как горло мгновенно сжалось, будто кто-то сдавил его железной рукой. Слова выходили с трудом, почти через силу. — Ага… Да, я… — он сделал короткий, прерывистый вдох, — я понимаю, что ты просто… развлекался. После того, как расстался с Эл. Чтобы было легче это пережить. Я не обижаюсь, правда. Ты не хотел сделать мне больно. Ты даже не знал, что это я. Так что я просто хочу, чтобы мы смогли перешагнуть через это. Я тебя простил. Хотя, если честно, я даже не обижался. Ты не виноват в том, что случилось. Майк молчал. Ни слова, ни движения. Только тяжёлое и неровное дыхание. — И я никому об этом не расскажу, — тихо, почти шёпотом добавил Уилл. Технически это была ложь. Он рассказал Макс. Не в подробностях, конечно. Просто признался ей в своей ориентации и рассказал о том, что общается в интернете с парнем. А потом в панике рассказал о своих подозрениях по поводу личности этого парня. А потом в порыве грусти и боли подтвердил это предположение. Но основного — самого страшного и интимного — Макс не знала. И Уилл был уверен, она никогда никому не скажет. Он ей доверял. Тишина в подвале стала невыносимой. Она давила на грудь, заползала под кожу, делала воздух густым и тяжёлым. Уилл подумал, что, возможно, стоит сказать ещё что-то, а может нужно просто встать и уйти. Он чувствовал себя маленьким, жалким и невероятно одиноким в этом подвале. В месте, где когда-то было безопасно и тепло. — Уилл, — наконец произнёс Майк. — Я… я не хочу забывать об этом. И я не развлекался. Долбаная, глупая, ничтожная надежда снова вспыхнула в груди Уилла. Яркая и опасная, как спичка в сухой траве. Он знал, что однажды она точно его убьёт. — А что ты хочешь, Майк? — тихо спросил Уилл. Майк глубоко вдохнул, его грудь заметно поднялась и опустилась. Он смотрел куда-то в сторону, словно боялся встретиться взглядами. — Я… — начал он и замолчал, подбирая слова. — Я… — Ты можешь не отвечать сейчас, — быстро сказал Уилл. И, конечно же, его голос предательски дрогнул, выдав всю его уязвимость. — Нет, — твёрдо перебил Майк, наконец поднимая глаза. — Я… хочу... Майк не договорил, он тяжело вздохнул, откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. Представьте себе два молодых дерева на одной поляне. Они всю жизнь росли вместе, рядом друг с другом. Попадали под один и тот же дождь, купались в одинаковом количестве солнечных лучей и вместе изгибались под порывами ветра. Такими были Уилл и Майк. Они росли вместе, они переживали всё плохое и всё хорошее, находясь рядом, и одной из составляющих системы их поведения, было инстинктивное повторение движений друг-друга. Как бывает у людей, которые настолько сильно связаны. Что и привело к тому, что Уилл точно так же откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. Он даже не заметил этого. Пока не почувствовал тепло руки на своей щеке. Открывать глаза стало невыносимо страшно, будто один взгляд мог разрушить этот хрупкий и дрожащий момент. — Я хочу, — снова тихо повторил Майк. Эти два простых слова прозвучали оглушительно громко в тишине подвала, хотя Майк почти шептал. Уилл внезапно осознал, насколько близко они находятся. Он чувствовал тепло дыхания Майка на своей коже, слышал, как неровно тот дышит. Следующим, что Уилл почувствовал, было совсем другое прикосновение. Самое волшебное прикосновение в его жизни. Тёплые и мягкие губы осторожно коснулись его щеки. Они замерли на мгновение, а потом медленно, почти благоговейно сдвинулись чуть ближе к центру, всё ещё оставаясь на девяносто процентов на щеке, но уже нежно дотрагиваясь до уголка его рта. Это было так легко, так трепетно, что Уилл ощутил, как по всему телу пробежала сладкая, почти болезненная дрожь. — Я хочу… Губы Майка опустились ровно на губы Уилла. Он слегка приоткрыл их и очень медленно, невероятно нежно обхватил нижнюю губу Уилла своей. Это было не торопливое движение, а почти благоговейное. Мягкое, тёплое и осторожное. Майк задержался на этом поцелуе, словно пробуя на вкус каждый миллиметр. Его губы были удивительно тёплыми и чуть влажными, они двигались медленно и ласково, словно боялись сделать что-то слишком резко. Уилл почувствовал лёгкое, почти невесомое давление, а потом мягкое и трепетное прикосновение кончика языка, которым Майка едва заметно провёл по его нижней губе, будто спрашивая разрешения. Как будто миллионы фейерверков взорвались прямо в голове Уилла. Как будто бежишь марафон в самый жаркий день года и когда меньше всего ожидаешь, кто-то протягивает тебе стакан холодной воды. Как будто просыпаешься утром, за окном дождь, а в комнате темно, берёшь телефон, чтобы посмотреть время и понять нужно ли уже вставать и видишь на экране слово «суббота». Как будто всё, о чём мечтал, но давно болезненно принял, что этого никогда не произойдёт, внезапно происходит. Вот так чувствовал себя Уилл. Майк отстранился, Уилл открыл глаза. Он боялся пошевелиться, боялся дышать, лишь бы этот момент не исчез. — Это нормально? Ты в порядке? — тихо спросил Майк. Его голос был таким мягким, таким тёплым и бережным, словно предназначался только для Уилла и больше ни для кого на свете. — Да… — кое-как выдохнул Уилл. Голос прозвучал хрипло и дрожаще, почти неузнаваемо. Майк едва заметно кивнул и в его глазах мелькнуло что-то невероятно нежное. Он снова прижался к губам Уилла. Уже смелее, но всё так же осторожно. Уилл даже забыл, что должен переживать из-за того, что совсем не умеет целоваться. С Майком всё получалось само собой. Естественно, правильно, почти инстинктивно. Словно тело давно знало, как именно нужно двигаться рядом с этим человеком, и успевало реагировать раньше, чем мозг успевал испугаться или засомневаться. Уилл шире приоткрыл рот, и Майк тяжело, прерывисто вдохнул прямо в него. Этот звук был таким интимным, таким откровенным, что по позвоночнику Уилла пробежала горячая волна. Майк держал лицо Уилла обеими тёплыми, чуть дрожащими ладонями. Большие пальцы нежно гладили его скулы, словно успокаивая и одновременно удерживая. Уилл одной рукой опирался на крепкое плечо Майка, чувствуя, как под тонкой тканью футболки напрягаются мышцы, а второй запустил пальцы в его волосы, слегка сжимая их у затылка. Поцелуй становился глубже, медленнее, жарче. Не прерывая его, Майк медленно опустил одну руку и провёл кончиками пальцев по шее Уилла, от линии челюсти вниз, оставляя за собой обжигающую, чувствительную дорожку. Затем пальцы скользнули по плечу, по руке и наконец добрались до бедра. Он слегка потянул ногу Уилла на себя. Повинуясь этому тихому, но уверенному движению, Уилл перекинул ногу через бёдра Майка. Тот сразу же обхватил его талию рукой и мягко, но настойчиво подвинул Уилла ещё ближе, так, чтобы теперь он полностью сидел у него на коленях. До этого момента Уилл был уверен, что лучше уже быть не может. Но оказалось — может. Ещё как может. Майк и вторую ладонь положил ему на талию и уверенно придвинул Уилла ещё ближе к себе, почти вплотную. От этого простого, но жадного движения у Уилла непроизвольно вырвался глухой, низкий стон, прямо в приоткрытые губы Майка. Майк резко остановил поцелуй и чуть отстранил голову назад. Уилл мгновенно похолодел от страха. Помните про мозг Уилла? Тот самый, который не давал ему надолго расслабиться, который всегда напоминал, что у Уилла не будет ничего хорошего, а если даже будут небольшие крупицы счастья, в конце концов и они исчезнут. Вот этот самый мозг тут же услужливо зашептал: «Это было лишним. Ты всё испортил. Майк только сейчас осознал, что делает, и уже жалеет». Если после той переписки у них ещё оставался хоть крошечный шанс сохранить дружбу, то сейчас он исчез окончательно. — Боже, Уилл… — выдохнул Майк, широко распахнув глаза. Уилл попытался слезть с его колен, но когда он сдвинулся всего на сантиметр, руки Майка, всё ещё лежавшие на его талии, мягко, но твёрдо вернули его на место. — Что? — едва слышно спросил Уилл, его голос снова дрожал. Майк посмотрел ему прямо в глаза. — Я точно гей, — торжественно заявил он. Уилл сначала замер, а потом внутри него внезапно поднялась странная, почти истерическая волна смеха. От такого прямолинейного и внезапного признания ему действительно стало смешно. — Как ты понял, что ты гей? — спросил Уилл, не удержавшись от улыбки, хотя глаза всё ещё были испуганными. — Заткнись, — Майк закатил глаза. Не сказав больше ни слова, он снова прижался к губам Уилла. Жадно, глубоко и без малейших сомнений. Губы Майка были горячими и настойчивыми, они накрыли рот Уилла полностью, раскрываясь глубже, требуя ответа. Уилл всё еще пытался удержать в голове хоть какую-то мысль, хоть какое-то «это правда происходит?», но уже через секунду всё растворилось. Язык Майка снова скользнул по его нижней губе и Уилл невольно приоткрыл рот, впуская его. Поцелуй стал влажным, глубоким, почти отчаянным. Слышались тихие, непристойные звуки. Мягкое чмоканье, едва уловимое скольжение языков, прерывистое дыхание. Иногда их зубы слегка стукались, но вместо неловкости это только добавляло остроты, заставляя обоих вздрагивать и прижиматься ещё сильнее. Они оба словно боялись, что если оторвутся хоть на миг, всё исчезнет. Руки Майка двигались уверенно и в то же время трепетно. Одна ладонь легла Уиллу на затылок, пальцы запутались в волосах, притягивая ближе, вторая скользнула по спине, под футболку, оставляя за собой обжигающую дорожку из мурашек. Уилл тоже не остался неподвижным, его ладони сами потянулись к груди Майка, чувствуя, как быстро и сильно бьётся сердце под тонкой тканью. Он провёл пальцами по ключицам, по плечам, спустился ниже, обхватывая талию, прижимаясь всем телом. Каждый новый участок кожи под его руками казался тёплым, живым, принадлежащим только ему открытием. В какой-то момент Уилл осознал, как твёрдо и болезненно у него стоит. Он едва успел ощутить вспышку смущения, но тут же, будто в ответ, под его задницей ясно и отчётливо проступила такая же твёрдая и горячая выпуклость. Майк был возбуждён не меньше. Это новое и невероятное ощущение — тяжёлое, пульсирующее тепло, на котором Уилл буквально сидел — ударило волной по всему телу. Мурашки пробежали от затылка до самых кончиков пальцев ног. Он не мог поверить. Не мог поверить, что это он сделал с Майком. Что именно он, Уилл, вызвал такую реакцию. Что всё, что происходило этим вечером, не было жалостью. В переписке Майк не развлекался и не подыгрывал. Он был искренен. Каждое слово было правдой. И от этой мысли Уилл наконец отпустил последние остатки страха. Он просто полностью и без остатка растаял в руках Майка. Поцелуй стал ещё глубже, ещё влажнее, ещё неистовее. Уилл тихо застонал ему в губы, не в силах сдержаться и позволил себе полностью раствориться в этом моменте. В жаре чужого тела, в ритме их дыхания, в сладком, головокружительном ощущении, что он всё таки заслуживает чего-то хорошего. Руки Майка уверенно опустились на бёдра Уилла и крепко сжали их, пальцы впились в мягкую плоть сквозь ткань джинсов. Он, тяжело дыша, отстранился всего на сантиметр от губ Уилла и посмотрел на него с лёгкой, почти торжествующей улыбкой. — Я должен был догадаться… — тихо проговорил Майк. — Мм? — непонимающе уставился на него Уилл, всё ещё пытаясь поймать дыхание. — Я должен был понять, чья это задница, — усмехнулся Майк, слегка сжимая бёдра Уилла сильнее. Несмотря на то, что Уилл сидел на коленях у Майка, прижимаясь к нему своим твёрдым стояком, от этих слов по его щекам снова разлился жаркий румянец. Неловкость накатила неожиданно остро. — Уилл, мне нравится, — мягко сказал Майк и нежно поцеловал его в горячую щёку. — Мне правда очень нравится. Он чуть сдвинул руки и его пальцы скользнули за ткань пояса джинсов Уилла, касаясь горячей кожи. — Можно? — спросил Майк, глядя ему прямо в глаза. — Что? — выдохнул Уилл. — Не знаю… — искренне ответил Майк. — я просто хочу всего. Уилл улыбнулся, чувствуя, как внутри всё тает от этой честности. — Тогда делай, что хочешь. Можешь не спрашивать. Я тебе доверяю. Майк кивнул. Одну руку он оставил на том же месте, а вторую вернул к лицу Уилла и мягко приподнял его за подбородок, открывая шею. Губы Майка тут же прижались к чувствительной коже чуть ниже уха. Поцелуи были медленными, влажными и горячими, он не просто целовал, а словно пробовал Уилла на вкус. Он мягко прикусывал, проводил языком по пульсирующей жилке, затем снова целовал, оставляя влажный след. Уилл не ожидал, что это будет так невероятно приятно. По телу пробежала сильная дрожь, колени невольно сжались вокруг бёдер Майка. Из горла вырвался тихий, дрожащий стон. Низкий и совершенно непривычный для него самого. Каждый поцелуй отправлял тёплые электрические разряды по позвоночнику, прямо в низ живота. Вторая рука Майка, всё ещё лежавшая на пояснице, медленно опустилась ниже, под ткань, и жадно сжала обнажённую кожу ягодиц. — Я не могу… — резко выдохнул Майк, его голос сорвался. — Не могу продвинуть руку дальше. Уилл кивнул, почти не в силах говорить. Он привстал, давая Майку возможность стянуть с него джинсы. Майк быстро расстегнул ремень, замок, и одним движением спустил джинсы вниз по бёдрам. Уилл попытался сесть обратно, но со спущенными до колен джинсами было неудобно. Пришлось полностью слезть с колен Майка и встать, чтобы стянуть их до конца. И только когда он отстранился и перестал чувствовать тепло тела Майка, реальность резко ударила в грудь. Он заметил, что взгляд Майка был прикован к явной, напряжённой выпуклости в его боксерах. Уилл почувствовал себя обнажённым даже в одежде и решил быстро сесть обратно. — Подожди, — остановил его Майк. Уилл неловко замер. — Можешь снять всё остальное тоже? — спросил Майк, его голос был низким и чуть дрожащим от желания. — Чтобы тебе не пришлось больше слезать с меня. Это было слишком. Они даже толком ничего не обсудили. Как Уилл вообще оказался в этой ситуации? Нужно было взять штаны, надеть их обратно, сесть и поговорить… А знаете что? Да и чёрт с ним. Уилл кивнул и шагнул ближе. — Сделай это сам. На лице Майка расцвела такая широкая и счастливая улыбка, будто сейчас было Рождество и ему предстояло распаковать самый желанный подарок в жизни. Он притянул Уилла к себе, встал с дивана и медленно, почти благоговейно, стянул с него футболку через голову. Ткань скользнула по коже, оставляя Уилла обнажённым по пояс. Майк снова сел и тут же прижался горячими губами к животу Уилла, он целовал каждый сантиметр, спускаясь ниже, проводя языком по рельефу мышц. Тем временем его пальцы зацепили пояс боксеров с обеих сторон и медленно, уверенно стянули их вниз. И вот Уилл стоял перед ним полностью голый. Прохладный воздух подвала коснулся горячей кожи и по телу пробежала лёгкая дрожь. Майк заметил её мгновенно. — Хочешь, я тоже разденусь? Или тебе и правда нравится, когда я полностью одет, а ты — нет? — спросил он с лукавой, чуть дерзкой ухмылкой. Значит, Майк тоже помнил их переписку. Интересно, перечитывал ли Майк её столько же, сколько и он сам? Уилл подумал, что если Майк сейчас разденется перед ним, то он окончательно потеряет последние остатки самообладания. — Давай пока оставим так, — тихо ответил он. Майк кивнул, не споря. Он мягко, но уверенно уложил Уилла на диван, накрыл его своим телом и снова приник губами к его шее. Поцелуи были ещё жарче и настойчивее. Он целовал, посасывал, слегка прикусывал кожу, оставляя влажные следы и лёгкие отметины. Тело Уилла выгнулось под ним, дыхание стало частым и прерывистым. Каждый поцелуй в шею отзывался сладкой, почти невыносимой волной удовольствия, которая стекала вниз, заставляя член Уилла подрагивать и пульсировать между их телами. Майк медленно оторвался от шеи Уилла, оставляя на коже влажный, горячий след. Его губы начали неспешно спускаться ниже. Мягкие, тёплые поцелуи ложились на ключицу, на грудь, на напряжённый живот. Каждый поцелуй был будто тихим обещанием. Он целовал медленно, почти благоговейно, словно хотел запомнить вкус каждой клеточки кожи Уилла. Когда губы Майка добрались до низа живота, он вдруг замер. Поцелуи стали повторяться на одном и том же месте. чуть ниже пупка, снова и снова, чуть нервно, чуть нерешительно. Горячее дыхание обжигало кожу. Уилл открыл глаза и опустил голову, чтобы встретиться взглядом с Майком. Тот смотрел вверх, глаза были тёмными, полными желания и одновременно растерянности. — Майк… — нежно позвал Уилл, голос звучал невероятно ласково. — Тебе не нужно ничего делать. — Я хочу, — тут же ответил Майк, почти без паузы. — Просто… это не так легко, как описывать в сообщениях. Уилл мягко улыбнулся, чувствуя, как внутри всё сжимается от нежности. — Я понимаю. Не нужно. Ты можешь просто вернуться ко мне и мы продолжим целоваться, если хочешь. — Я очень хочу целовать тебя, — тихо сказал Майк, но тут же покачал головой. — Но нет… не сейчас. Он резко опустился ниже. Губы Майка осторожно коснулись головки члена Уилла в лёгком, почти невесомом поцелуе. Затем он медленно провёл по ней языком, обводя чувствительный край. Уилл резко выдохнул. Майк обхватил член губами и начал медленно опускаться вниз, одновременно двигая рукой у основания. Движения были неумелыми, но от этого только горячее. Он то слишком сильно сжимал губы, то случайно задевал зубами, отчего Уилл дёргался и тихо шипел. Каждый раз, когда зубы Майка слегка царапали чувствительную кожу, по телу Уилла пробегала острая, почти болезненная волна — смесь удовольствия и лёгкой боли. Но именно эта неидеальность делала всё невыносимо настоящим. Майк старался. Он старался так искренне, что у Уилла от этого сжималось сердце. Иногда Майк отстранялся, чтобы провести языком по всей длине, длинным, влажным движением, а потом снова брал в рот, глубже, медленнее, дроча рукой в том же ритме. Уилл чувствовал всё одновременно. Восторг, стыд, невероятное удовольствие, страх, любовь и какую-то пронзительную нежность к этому человеку, который сейчас так старался доставить ему удовольствие. — Майк… — в какой-то момент почти выкрикнул Уилл, его голос срывался. Майк отстранился, тяжело дыша, его губы были влажными и припухшими. — Угу… я это чувствую, — хрипло сказал он. — Не сдерживайся. Он снова опустился вниз, уже смелее, глубже. Рука двигалась быстрее, язык работал настойчивее. Уилл не смог удержаться. Оргазм накрыл его внезапно и настолько мощно, словно внутри взорвалась горячая волна, которая прокатилась по всему телу, выгибая спину и вырывая из горла громкий и дрожащий стон. Спермы было очень много. Майк сначала попытался проглотить всё, но в какой-то момент не справился, он резко отстранился, продолжая быстро двигать рукой. Белые густые струи попадали ему на пальцы, на губы, на подбородок. Майк не останавливался, выжимая из Уилла каждую каплю, пока тот не обмяк, тяжело дыша и дрожа всем телом. Когда всё закончилось, Уилл почувствовал себя оголённым гораздо сильнее, чем просто без одежды. Реальность вернулась резко и безжалостно. Он лежал совершенно голый на старом диване в подвале, а Майк — его лучший друг — только что сделал ему минет. Сердце колотилось уже не от удовольствия, а от внезапного, холодного осознания того, что произошло. Всё стало слишком настоящим. Слишком опасным. Майк резко встал с дивана, его дыхание было тяжёлым и прерывистым. Уилл внимательно всматривался в его лицо, опасаясь найти хотя бы тень отвращения или сожаления, но ничего такого не было. Только жар, желание и какая-то отчаянная нежность. — Уилл, можно я, пожалуйста… — быстро протараторил Майк, его голос дрожал. Он неловко указал рукой вниз, на очевидную выпуклость в его джинсах. — Я очень близко… мне нужно это снять. — Конечно, — тихо ответил Уилл, почти не узнавая свой голос. Майк резкими, нетерпеливыми движениями снял футболку, вытер ею лицо и руку, которые все ещё были в сперме Уилла, затем расстегнул ремень, спустил джинсы вместе с боксерами вниз по бёдрам и шагнул из них. Уилл не мог отвести взгляд. Он смотрел на полностью обнажённого, возбуждённого, с тяжело вздымающейся грудью Майка и всё ещё не мог поверить, что это происходит на самом деле. Что это Майк Уилер стоит перед ним. Что всего несколько минут назад член Уилла был у него во рту. Уилл, всё ещё лёжа на спине, протянул руку и осторожно зацепил пальцами запястье Майка. Он мягко, но уверенно потянул его ближе к себе. Затем медленно сел, чувствуя, как всё тело мелко дрожит от нервов, от перевозбуждения и от переполняющих эмоций. Его пальцы обхватили горячий и твёрдый член Майка. Кожа была удивительно гладкой и обжигающе горячей. Уилл начал медленно двигать рукой, вверх-вниз, сначала неуверенно, потом чуть смелее, чувствуя, как под его ладонью пульсирует и подрагивает возбуждённая плоть. Ноги Майка заметно задрожали, колени слегка подогнулись. Из его горла вырывались низкие, глубокие стоны, всё громче и отчаяннее с каждым движением руки Уилла. Уилл резко опустил голову и приблизил губы к головке члена Майка. Сначала просто коснулся, а потом приоткрыл рот и осторожно взял его внутрь. — Боже, Уилл… — простонал Майк. Майк кончил почти сразу. Горячая, густая сперма резко заполнила рот Уилла. Вкус был солоноватым, немного горьковатым, но странно возбуждающим. Уилл инстинктивно попытался проглотить всё как можно быстрее, но её было слишком много. Он старался, глотал быстро, жадно, чувствуя, как часть жидкости всё равно вытекает из уголка губ и стекает по подбородку. Тёплые пульсирующие толчки продолжались, и каждый новый всплеск заставлял Уилла вздрагивать от странной, глубокой интимности происходящего. Он продолжал медленно двигать рукой, выжимая из Майка всё до последней капли, пока тот не начал мелко дрожать и тихо постанывать от переизбытка ощущений. Когда всё закончилось, Уилл медленно отстранился, тяжело дыша, с мокрыми губами и подбородком. Было видно, как сильно дрожат ноги Майка, его колени буквально подкашивались. Через пару секунд он тяжело рухнул на диван рядом с Уиллом, прижимаясь к нему всем горячим и влажным от пота телом. Его грудь часто и неровно вздымалась, будто он только что пробежал марафон. Уилл инстинктивно обнял его одной рукой, притягивая ближе. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле. — Уилл… — тихо позвал его Майк низким, хриплым и невероятно мягким голосом. — Да? — так же тихо ответил Уилл, поворачивая к нему голову. Майк помолчал пару секунд, словно собирался с духом. Его пальцы слегка дрожали, когда он провёл ими по обнажённой груди Уилла. — Можно рассказать тебе секрет? — почти шёпотом спросил он. Уилл не смог сдержать лёгкую и тёплую усмешку. — Конечно. Я же левый чел из интернета, — ответил он с шутливой интонацией, хотя внутри всё ещё дрожало от пережитого. Майк нервно, но искренне улыбнулся. Потом приподнялся на локте, чтобы лучше видеть лицо Уилла. Его глаза были тёмными, серьёзными и одновременно невероятно уязвимыми. — Кажется… я тоже влюблён в своего лучшего друга, — произнёс он медленно.