Мир людей глазами бога.

В ночь операции, во дворце наступила необычная тишина. Девушки, которые все это время пытались отвлечься от новостей и ситуации, старались не перенапрягаться и не обсуждать подобные операции — таков был приказ Смерти. Ханну особенно старались не нагружать, давая ей возможность отдохнуть. В полном боевом обмундировании люди заняли свои места в машинах и отправились на позиции. Для глаз мафии такое сборище не могло остаться незамеченным, но, по непонятным причинам, они не вмешивались. Место назначения — филиал мафии, где базировались отряды, участвовавшие в той роковой операции с заводом, а также мирные граждане. Здесь казалось, что проходит вечеринка нескольких компаний и фирм, связанных с мафией. Они уже давно изжили себя и стали надоедать своими требованиями и наглостью. — Почему бы не попрощаться с ними? — подумали в мафии. В конце концов, никто не хотел защищать этих людей. Среди мафии царило недовольство: те, кто участвовали в операции, требовали компенсации за потерю друзей и полученные ранения. — Может, хоть поставим пару ловушек и снайперов? Неплохо же будет, если мы немного подстрелим кого-то, — предложил один из членов мафии. После короткого обсуждения было решено:  Почему бы и нет? Уменьшить их силу будет хорошо, но давайте после их операции это сделаем, а то мало ли, у них не получится ещё.— Все смеялись, пили дорогую выпивку, девушки танцевали, и музыка играла на всю катушку... В это время в замке филиала... Тени нежно скользили по стенам замка, отражаясь в блестящих полированных полах. В воздухе витал запах свежевыжатого сока и дорогих духов, смешиваясь с лёгким ароматом ночных цветов, проникающих сквозь приоткрытые окна. Здесь, вдали от шума и суеты вечеринки, царила иная атмосфера — ожидание чего-то великого и неизбежного. Люди за пределами стен замка были не похожи на тех, кто смеялся и пил. Они были сосредоточены и напряжены, каждый двигался с целью, словно марионетки, управляемые невидимым дирижёром. В их глазах читалась решимость, и каждый из них знал, что предстоящая ночь изменит всё. Фигура Савекса, стоявшая в тени, наблюдала за своими подопечными. Его взгляд был холоден и расчётлив, но в глубине его глаз таилось что-то большее — понимание тяжести момента и его последствий для каждого присутствующего. Он знал, что его приказы несут в себе вес судьбы, и каждое его слово могло стать последним для кого-то из этих людей. Линче спросил Савекса по средствам связи: — Начинаем заливать всё тут кровью? Савекс понял, что назад дороги уже нет... И все начали действовать согласно плану. Когда Линче столкнулся с первым охранником, тот не был готов к такому противнику. Охранник выругался, удивлённый внезапной атакой, но его слова были прерваны холодными пулями пистолета. Падая, он произнёс последнее проклятие. Линче навис над ним, его лицо было безжалостным. — Твоя некомпетентность — твоя смерть,— процедил он сквозь зубы. Он отвернулся, оставив тело охранника лежать в луже крови, и продолжил свой путь разрушения. Его глаза сверкали неистовым огнём. Вокруг него лежали обломки и пепел, свидетельствующие о его ярости. Он взмахнул рукой, и кровь врагов струилась по его пальцам, словно тёмная река. Его смех раздавался по территории, наполняя воздух диким трепетом. —Кровь! Мне нужна кровь!— кричал он, и его слова были полны безумия. Он не искал пощады, не желал мира. Единственное, что он хотел, — это месть, сладкая и жестокая. В темноте одного здания, что было на задней части замка, освещённого лишь мерцающими фонарями, раздался смех. Это был не радостный смех победителя, а безумный, неконтролируемый хохот Линче. Он стоял посреди разрушений, его силуэт вырисовывался против пламени, и смех его был таким же мрачным, как и обстановка вокруг. —Аха-ха-ха. Как же сладко звучит песнь разрушения! Смех Линче отражался от стен, усиливаясь и наполняя воздух тревогой. Он был как музыка безумия, заставляющая сердца слушателей замереть от страха. Даже через средства связи, где его соратники и враги могли слышать этот смех, ощущение тревоги было ощутимым. Некоторые из них отвернулись, не желая слушать этот зловещий хохот, который был похож на звон колоколов, предвещающих неизбежное. Один из наёмников, стоявший на центральной части ворот, смотрел на замок, его лицо освещалось отблесками пламени. — Знаете, я даже жалею, что отдал ему все гранаты... — пробормотал он, чувствуя, как в его груди растёт страх. Его руки дрожали, а взгляд был прикован к тому месту, где Линче смеялся над разрушением. — Что я наделал? — прошептал он себе под нос, понимая, что он разбудил нечто, что не может быть контролируемым. Сам замок на возвышенности, казалось, был идеальным местом для корпоратива. Просторный зал, несколько уютных комнат, кухня с зоной отдыха – всё это создавало видимость роскоши и уединения. Но Имару не мог избавиться от ощущения, что что-то здесь не так. — Маловато для корпоратива... Надеюсь, подвал и чердак компенсируют недостаток пространства, – думал он, осматривая помещения. —Кто бы мог подумать, что меня пригласят в качестве гостя на такую вечеринку... И что мне делать? Я тут по работе, со мной моё руководство... – его размышления прервал голос помощницы. —Имарик, иди сюда, – сказала она. — Директору необходимо твоё присутствие. Не долго думая он поспешно подошёл к ней. Они вместе направились к директору и по группам людей. Ему задавали вопросы конкурирующие фирмы и просто провоцировали на сканда. Подходя очередной группе конкурентов, Имару ощутил напряжение в воздухе. Он знал, что каждое слово может быть использовано против него в будущем. —Имару, как ваш новый проект? Слышали, вы столкнулись с некоторыми... трудностями,—  с издёвкой начал один из конкурентов. —Проекты идут своим чередом, как и должно быть. А слухи... ну, вы знаете, они всегда преувеличены,— уверенно ответил Имару, стараясь не выдать своего беспокойства. —Надеюсь, ваш директор так же уверен в успехе,— – подкинул другой, пытаясь расшатать его уверенность. Имару лишь кивнул, не желая продолжать эту игру. Он знал, что каждый обмен репликами был похож на шахматную партию, где каждый ход имеет значение. —Мы все знаем, что ваши 'инновации' – это просто перелицованные старые идеи. Не так ли? – провоцирующее добавил третий конкурент, пытаясь вывести его из равновесия.Имару, сохраняя спокойствие, ответил: —Инновация не всегда означает изобретение чего-то совершенно нового. Иногда это означает умение взглянуть на старые вещи под новым углом. И именно это мы и делаем. С этими словами он оставил группу, чувствуя на себе их взгляды. Он знал, что его слова будут обсуждаться, но он также знал, что его уверенность в своих словах – это лучшая защита. Внезапно раздались взрывы и выстрелы, сердце Имару замерло. Он быстро предложил всем рядом стоящим его людям укрыться! Однако персонал, словно по команде, начал доставать оружие. —Без резких движений, иначе убью,— прошептал кто-то рядом. Имару понимал, что ситуация выходит из-под контроля. Его коллеги и представители конкурирующих фирм обменялись взглядами, полными страха и недоумения. —Я тут ни при чем, если что... Я сам не знаю, что происходит, – мысли Имару кружились в голове, пока он пытался найти выход из положения. За стенами замка развертывалась операция мести, о которой Имару и его коллеги даже не подозревали. Они оказались пешками в чужой игре, и теперь им предстояло найти способ выжить в этом хаосе. Имару, используя свои навыки переговорщика, начал успокаивать напряженную обстановку. —Давайте сохранять спокойствие. Мы все здесь по одной причине – чтобы работать. Давайте не допустим, чтобы страх взял над нами верх, – сказал он, стараясь звучать убедительно. С этими словами он подошел к окну и увидел, как за стенами замка уходят темные фигуры, исчезая в ночи. Он понимал, что сегодняшний вечер изменил все, и теперь ему предстоит не только вести бизнес, но и выяснить, кто стоит за этими событиями. Операция началась с устранения охраны и вырывания ворот. В то же время, с разных сторон, люди перелезали через трехметровый забор. Спустя пару секунд после начала шума, свет был выключен. Послышались крики что подземном этаже были генераторы, но они требовали управления. —Нужно включить свет, иначе мы все здесь крысы,— прошептал один из гостей, но его голос потонул в общем гвалте. На удивление Имару он даже достал оружие. Имару, чувствуя вес ответственности, решил действовать. Гости, поглощенные собственным страхом и паникой, не замечали, как тень пробиралась к двери. Он знал, что без света их шансы на выживание стремительно падают. Собрав волю в кулак, он направился к подземелью, где находились генераторы, рискуя столкнуться лицом к лицу с неведомой угрозой. Имару осторожно спускался по ступеням, каждый его шаг отдавался эхом в темноте. Он ощущал, как адреналин заполняет его тело, придавая силы и решимость. В подземелье царила мертвенная тишина, нарушаемая лишь его собственным дыханием. Когда он достиг генераторной, он увидел, что дверь в помещение была приоткрыта. Имару остановился, прислушиваясь. Внутри было слышно тихое жужжание машин, но никаких признаков присутствия людей. Он вошел внутрь и быстро осмотрел комнату. Генераторы были целы, но панель управления была повреждена. —Черт, нужно быстро что-то придумать, – подумал он, осматривая панель. Имару не был инженером, но основы управления генераторами ему были знакомы. Он начал переключать рычаги и нажимать кнопки, надеясь восстановить электроснабжение. Спустя несколько напряженных секунд гул генераторов разорвал тишину, и свет вновь заполнил замок, выгоняя тьму в укромные уголки. Имару, стоящий в полумраке, выдохнул с облегчением, но радость его была недолгой. Как только яркие лампы осветили пространство, он уловил приближающиеся шаги, которые заставили его сердце забиться быстрее. —Кто там?— окликнул он, напряжение нарастало, и он готовился к худшему. В ответ раздался знакомый голос, который, как лучик света, пробился сквозь его тревоги: —Это я, Казис. Я видела, как ты сюда спустился. Ты в порядке? Имару почувствовал, как груз тревоги немного приподнимается, узнав голос своей старой подруги. Хотя они и были соперниками в бизнесе, их объединяло общее стремление, и теперь они должны были работать вместе. Вместе они вернулись наверх, чтобы объединить усилия с остальными и разобраться в происходящем. —Да, всё в порядке,— ответил он, стараясь скрыть свою растерянность. —Но как ты здесь оказалась? Ты не боишься тьмы и здорово в ней ориентируешься. Казис, с недоумением глядя на него, добавила: —Когда свет погас, я успела запомнить строение. Не хотелось оставаться в темном зале с людьми, которые нацелились на тебя оружием. Как ты можешь оставаться таким спокойным, Имару? —Ты ведь и сама понимаешь, что порой приходится через многое проходить, — произнес он, стараясь звучать уверенно. —Я просто стараюсь выглядеть сильным, может, перед тобой... и не более. Казис скептически подняла брови, сплетая руки за спиной. —Вот оно как, — произнесла она, явно не веря в его слова. —Что будем делать? Есть идеи? —Пошли на задний выход, — предложил Имару, но Казис тут же возразила: —Это опасно! Ты что, давай лучше подождем здесь. Время шло, и за стенами становилось всё тише. Люди, окружавшие их с фонариками, обменивались взглядами, полными разлада и паники. Несколько гостей, не зная, что делать, попытались действовать, но их сразу же ранили, приняв за предателей. Затем начались звуки разбиваемых окон и выбивание дверей. Битва у черного выхода разгоралась с новой силой. По рации раздавались команды и предложения: —Слышь, может, я через крышу, а вы через окна войдёте? — предложил Савекс, его голос звучал уверенно, несмотря на хаос вокруг. —Линче, ты задний двор зачистил? Нужно отвлечь их как-то, — продолжал он, не теряя времени. —Да, сейчас всё сделаю, — ответил Линче, общаясь с последним мальчиком, который, похоже, был в панике. —Хорошо! Значит, вы двое на крышу, а ты со мной. Вы трое — в окно! — приказал Савекс наёмникам, его голос звучал как команда, которая должна была привести их к спасению. Ситуация накалялась, и Имару с Казис обменялись быстрыми взглядами, полными понимания и решимости. Время действовать пришло, и они знали, что должны быть готовы ко всему. На заднем дворе Линче безжалостно метался, бросая осколочные гранаты и стреляя по всему, что двигалось. Его глаза горели яростью, а движения были точными и решительными — казалось, что каждая граната несёт в себе не только взрыв, но и всю боль мести, накопленную за долгие годы. Люди на крыше, словно хищники, выцеливали цели, терпеливо ожидая приказа, готовые в нужный момент обрушить огонь на врагов. Тем временем те, кто находился у окна, напряжённо обсуждали тактику: как ворваться внутрь максимально эффективно и неожиданно. В их планах мелькали идеи использовать газ или светошумовые гранаты, чтобы дезориентировать охрану. Они с сожалением вспоминали, что все гранаты отдали Линче — возможно, слишком доверились одному человеку. Шум, который создавал Линче, был оглушительным — взрывы разрывали тишину, а пламя и дым заполняли пространство. Почти семьдесят процентов охранников и защитников замка были уничтожены именно благодаря его гранатам. А так же темноте и их же безрассудным действиям в замкнутых помещениях. Для самого Линче это было несложно — гнев и жажда мести придавали ему невероятную силу. Продвигаясь всё глубже в замок, он создавал такой хаос, что остальные бойцы воспользовались моментом и ворвались через окна, крыши и двери. Те, кто находился на крыше, уверенно прикрывали их, а Линче продолжал метать гранаты, сея панику и разрушение. В этот момент Имару с Казес настигла охрана, и они были возвращены в зал, где свет уже горел, а люди суетились. Несмотря на напряжённость, их даже поблагодарили, но тут же настоятельно попросили лечь на пол или подойти к окнам, чтобы стать живым щитом. После этого в помещение был выпущен газ — лёгкий, но достаточно действенный, чтобы начать вызывать головокружение и слабость. Имару почувствовал, как сознание начинает покидать его, но в то же время в здание уже проникали люди. Некоторые фигуры казались знакомыми, что вызывало странное смешение тревоги и надежды. Газ не был слишком сильным — скорее лёгкое покачивание на ногах, но большинство охранников и персонала быстро теряли сознание. Только парочке удалось сохранить стойкость — и эти ребята оказались действительно достойными. После сигнала о начале штурма Линче прекратил хаотичное метание гранат и переключился на добивание раненых. Его действия были жестокими: он наслаждался их криками и мольбами о пощаде, словно находя в этом какое-то извращённое удовольствие. Среди поверженных он «отобрал» несколько «игрушек», с которыми играл, пока остальные бойцы разбирались в зале. В зале охрана замка, не выдержавшая воздействия газа, лежала без сознания, как и большинство гостей. Лишь Имару, с трудом удерживаясь на ногах, сидел среди своих коллег, внимательно наблюдая и слушая слова тех, кто нарушил вечеринку и, вероятно, собирался его убить. Его лицо выражало смесь усталости, решимости и внутренней борьбы — он понимал, что это ещё не конец, и многое зависит от того, что произойдёт дальше.