Ночной гость

Со дня назначения Сакура практически перестала уходить домой. Она принесла на работу плед, одежду и огромную сумку медицинских свитков. Жить в кабинете оказалось оправданным решением — меньше времени на дорогу, да и ночью она всегда на месте. Кабинет преобразился. В шкафу ровными стопками стояли книги и свитки, папки — чуть ниже, чтобы удобнее было дотянуться. В самом низу — блюдца и чашки. Она пила много кофе и ещё больше чая. В углу стоял небольшой диванчик, на котором она спала. Рядом — вешалка для халатов. Прошла неделя в новой должности. Каждое утро — обход пациентов, отчёты, операции. Монотонность разрушали только гадания: придёт ли сегодня тот боец из Анбу? Он предпочитал заходить через окно. Передавал информацию и тут же исчезал, даже не снимая маски. Вчера Сакура успела спросить его имя. — Пёс, — бросил он и скрылся в темноте. Она повторила это слово про себя раз сто с тех пор. Глупое имя. Но почему-то не выходило из головы. Сегодня она подготовила две кружки, налила полный чайник чая и открыла окно. Впустила ночной воздух и села ждать. Час. Два. Три. Под утро глаза начали закрываться сами. Она задремала, положив голову на руки. Разбудил стук в дверь, когда солнце уже стояло над деревней. — Сакура-сама, планерка началась. Вы придёте? — маленькая медсестра заглянула в кабинет. Сакура резко встала — голова закружилась. Бросила взгляд на подоконник. Он так и не пришёл. — Да, идём. — Она сдёрнула халат с вешалки и на ходу набросила его на плечи. В кабинете Шизуне все были в сборе. Сакура бросила взгляд на часы. Опоздала на пятнадцать минут. Свободным был только стул рядом с Накамурой. Она села, стараясь не задеть старика локтем. Тот даже не повернул головы — зачитывал свои цифры: сорок семь пациентов, девять операций, летальных нет. Пауза. «В отличие от некоторых отделений». Сакура не слушала. Она смотрела в окно и думала о другом. Может, он ранен? Может, его отправили на миссию и он не мог прийти? — ...выделение западного крыла под ирьенинов было ошибкой, — донеслось откуда-то справа. Мори, хирургия. Вечно недовольный. — Ирьенины занимаются сложными случаями с шиноби, — автоматически ответила она, когда поняла, что все смотрят на неё. — Наши операционные простаивают в ожидании пациентов, — усмехнулся Мори. — Никто не простаивает, — вмешалась Сатоми, но Сакура снова провалилась в свои мысли. Пёс. Почему он не пришёл? Она же специально открыла окно, хотела предложить ему чай. У неё не было друзей. Со времён учёбы в академии она ни с кем не поддерживала тесное общение. После распределения в больницу она оказалась самой младшей и всё время в одиночестве. Команды не было. По голосу Пёс казался ровесником, и уж если он и так приходит к ней каждый день, то почему бы не попробовать подружиться. — Сакура, — голос Шизуне вернул её в реальность. — Твой отчёт. Она встала, развернула свиток: — Семнадцать пациентов. Четыре операции. Два отравления неизвестным ядом, один с летальным исходом. Шёпот прокатился по кабинету. — Что за яд? — голос Шизуне прозвучал резче обычного. — Летальный? — переспросил Мори, и в его голосе впервые не было привычного укора, только настороженность. — Отравление шиноби в мирное время? — Его изготавливал ирьёнин. Когда я пыталась извлечь яд, то чувствовала, как наши чакры вошли в резонанс. Тело шиноби и анализы уже переданы в спецотряд Конохи. Тишина стала абсолютной. Шизуне медленно кивнула, но в её глазах Сакура увидела то, что заставило похолодеть: тревогу. — По кадрам? — спросила Шизуне. — Некоторые сотрудники получают предложения от других отделений. Накамура даже не шелохнулся, но уголок его губ дёрнулся. Сакура заметила, но ей было всё равно. — Разберусь сама, — добавила она и села. Совещание тянулось бесконечно. Педиатр, невролог, поставки, отчёты. Сакура кивала и делала пометки в своём блокноте. Наконец Шизуне объявила о завершении встречи. Сакура собирала бумаги, когда рядом раздался тихий голос Сатоми: — Держитесь, Харуно-сан. — Спасибо. — Сакура подняла глаза. Сатоми смотрела спокойно, без враждебности. — Здесь каждый сам за себя. — Сатоми чуть склонила голову. — Но иногда полезно знать, кто не против вас. Она ушла. Сакура вышла в коридор последней. Накамура и Мори стояли у окна, о чём-то переговариваясь. Увидев Сакуру, они замолчали и разошлись. Плевать. — Сакура, — Шизуне подошла со спины. — Ты опоздала. — Да. Простите. — Я не хочу, чтобы все думали, что у тебя есть поблажки. Постарайся. Шизуне вернулась в кабинет. Сакура осталась одна. Пахло лекарствами и хлоркой. Где-то плакал ребёнок. Обычная пятница. Она глубоко вздохнула и пошла в своё отделение. Кабинет встретил её тишиной. Окно по-прежнему открыто, из-за сквозняка несколько бумаг сдуло со стола. Чайник холодный. Две кружки сиротливо стоят на столе. Сакура подошла к окну, чтобы закрыть — и замерла. Там, за окном, дети гоняли мяч, с диким хохотом. Сердце сжалось. Ей вдруг резко захотелось сбросить халат и ринуться играть к ним прямо с этого самого подоконника. Она погладила ручку окна и не стала закрывать его. В надежде, что Пёс всё-таки придёт сегодня.