Ночной гость

За окном уже привычно смерклось. Сакура выверяла формулу возможного противоядия, исписывая страницы одна за другой. Все сводилось к тому, что пока враг не завершит формулу яда, она не сможет сделать формулу противоядия. В таких вопросах нельзя было полагаться на удачу. Только цифры, только опыт. Шея затекла, руку предательски сводило от ручки. «Нужно сделать перерыв» - она встала и попыталась размяться. Мышцы натягивались, а кости хрустели. Это была приятная боль, кровь разливалась по телу, отдавая в виски. Как вдруг на окне снова возник знакомый силуэт. Она слегка дёрнулась от неожиданности и посмотрела на него. Весь грязный, в крови, но без отчета и без свитка. Он просто сидел и смотрел на неё. - Тяжёлый день? – Сакура села за стол и достала две чашки, Пес смотрел на нее не двигаясь – Проходи, пить чай на подоконнике неудобно – сердце бешено колотилось в груди. Она увидела, как он замер на мгновение, будто принимая решение. А потом спрыгнул с подоконника и сделал пару медленных шагов в комнату. В свете настольной лампы она заметила, что кровь спеклась не только на его нагруднике, но и на руках. - Вон там дверь, пойдем, я провожу помыть руки – он молча прошел за ней вглубь кабинета. В каждом кабинете заведующего была своя маленькая уборная с раковиной и крошечной душевой. Он снял перчатки, она заметила, что на кончиках пальцев у самой ткани были едва заметные металлические когти. Гость медленно начал омывать руки, сначала вода была ярко-красной, затем все светлее и светлее. Кровь въелась в кожу, во все маленькие ямочки и складки. Он так тщательно оттирал руки, что казалось, пытается смыть все свои грехи. Сакура не спрашивала, что случилось. Она понимала — если захочет, расскажет сам. Но вряд ли захочет. Она молча протянула ему полотенце. И пригласила за стол. Когда он сел на соседний стул, она уже убрала все важные бумаги и поставила чашки. Он следил за каждым ее движением. Как она ставит чашки на стол, как наливает в них чай. - Зелёный. Должен немного взбодрить – Она подставила чашку ближе к нему. Пес медленно снял маску и Сакура ощутила боль разочарования. Под маской собаки оказалась еще одна маска, черная, закрывающая половину лица до глаз. Она заметила, как осунулось его лицо, как глубоко залегли тени под глазами, как посеклись волосы от грязи и крови. Взгляд скользнул по его протектору, по шраму на левом глазу, и остановился на шарингане. Шаринган. Живой, настоящий. Она столько раз читала о нём в отчётах и медицинских свитках, но видеть вживую... Уникальная сосудистая структура, особое строение сетчатки, чакра, которая течёт иначе, чем у обычных людей. Ей вдруг захотелось попросить его задержаться, чтобы изучить — но она тут же отогнала эту мысль. - Будем знакомы, Сакура – она улыбнулась, видя, как он отпивает чай прямо в маске. - Какаши – он выдавил из себя своё имя, словно это было признанием. Какаши допил чай и поставил чашку на стол. Аккуратно, без стука. Посмотрел на Сакуру — долго, будто пытался запомнить. — Спасибо, — сказал он тихо. — Приходите ещё. Даже без свитков. Он чуть заметно кивнул, надел маску собаки поверх чёрной и бесшумно скользнул к окну. Замер на миг на подоконнике — и исчез. Сакура сидела неподвижно, боясь спугнуть тишину. Потом перевела дыхание и подошла к окну. Закрывать не стала — вдруг вернётся? Но ночной воздух уже не казался таким тёплым. «Идиотка, — сказала она себе. — Ты даже лица его не видела. Под маской — маска. Может, там вообще ничего нет или третья маска». Она попыталась вернуться к формулам, но цифры расплывались перед глазами. Перед глазами до сих пор стояла сцена, как он мыл руки, как тщательно оттирал кровь из каждой складочки, как будто это могло что-то изменить. Сакура закрыла лицо ладонями и глубоко вздохнула. Имя всё ещё звучало в голове, когда она провалилась в сон прямо за столом, положив голову на руки. Утром её разбудил стук в дверь. — Сакура-сама! — голос медсестры. — Планерка через полчаса. Вы просили напоминать вам заранее. Сакура подняла голову. Шея затекла, во рту было сухо. Она посмотрела на стол — и замерла. Рядом с её чашкой лежала перчатка. Чёрная, с когтями на кончиках пальцев. Вчера он мыл руки, затем пил чай без перчаток. Значит, снял их и забыл. Она взяла перчатку в руки. Ткань была холодной и жесткой от запекшейся крови. — Сакура-сама! — снова крикнула медсестра. — Иду! — отозвалась Сакура и бросила перчатку в ящик стола. Она накинула халат, поправила длинные розовые волосы и вышла в коридор, стараясь не думать о том, что вчера в её кабинете впервые был гость. Не подчиненный, не руководитель, а просто гость. Когда она вошла в малую переговорную, Мао уже сидел с блокнотом. Рядом — пожилой Иноуэ, второй ирьёнин отделения, молчаливый и надёжный, как старый скальпель. Около десятка медсестёр сидели за длинным столом, поглядывая в бумаги. — Сакура-сама, — Мао привстал, но она махнула рукой: сиди. — Начнём. — Она плюхнула папку на стол и села напротив. — Сложные случаи. Что у нас? Иноуэ зашелестел бумагами: — Палата три. Послеоперационная инфекция, не поддаётся стандартному лечению. Придётся чистить рану заново. — Запланируй на сегодня, я помогу. — Сакура чиркнула в своём списке. — Мао? — Палата семь. Шиноби с границы, ранение. — Мао поднял глаза. — Мы его стабилизировали, но сознание не возвращается. — Кома? — Глубокая. Показатели в норме, но... — Знаю. — Она потёрла переносицу. — Продолжай капельницы. И каждые четыре часа замеры чакры. Если показатели изменятся — сразу ко мне. Мао кивнул и уткнулся в блокнот. — Выписка, — Сакура перевернула страницу. — Палаты один, пять и двенадцать. Все готовы? — Кроме двенадцатого, — подал голос Иноуэ. — Анализы пришли утром, там ещё не до конца. — Тогда переносим. Медсестрам подготовить пациентов к выпискам. — Она вычеркнула строку. — Операции. Что у нас на сегодня? — Две плановых, — Мао. — Если что — зовите. — Она снова чиркнула. — Лекарства. По морфию остатки? — Меньше трети, — подала голос медсестра и нахмурилась. — Если будут массовые поступления, не хватит. Сакура вздохнула. Ещё одна проблема в копилку. — Сегодня же подам заявку. Мао, напомни мне после планерки. — он кивнул. Она обвела взглядом стол. Мао старательно выводил иероглифы в блокноте. Иноуэ сидел с каменным лицом, но под глазами — синева. Тоже не спит. — Вопросы? — По яду, — Мао замялся. — Есть ли сроки, когда начнутся испытания первых противоядий? Сакура посмотрела в окно. Там, за стеклом, по больничному двору ходили пациенты в пижамах. Кто-то кормил птиц. — Не знаю, Мао. — Она сказала это тихо, почти себе. — Но мы торопимся. Пауза затянулась. Иноуэ кашлянул. — Тогда работаем. — Работаем, — кивнула Сакура и захлопнула папку. — Все свободны. Все вышли. Сакура осталась одна за пустым столом, глядя на свои каракули. «Нужно срочно попасть к Хокаге и поторопиться с противоядием» - она поправила халат и вышла из переговорной.