Ночной гость

День летел как будто мимо неё. Она подала заявку на лекарства, помогла Иноуэ прочистить рану пациенту и вместе с Мао ещё раз пересмотрела заключение того самого шиноби в коме, добавив рекомендации по плану лечения. В кабинете она переобулась из медицинских тапок в сандалии шиноби и сняла халат. — Я скоро вернусь. Если будет что-то срочное, я у Хокаге, — бросила она медсестре в регистратуре и вышла на улицу. Воздух ударил в лицо — свежий, движущийся, пахнущий пылью и летом. После затхлой больничной стерильности всё вокруг казалось непривычным. Вон там пациенты курят под деревом, здесь родственники несут бенто. Обычная жизнь, мимо которой она пролетала последние годы. Она шла по улице, прижимая к себе папку с анализами. Сейчас ей нужен был не только совет коллеги, но и поддержка сенсея. В резиденции, как всегда, было людно — люди сновали из кабинета в кабинет, секретари таскали стопки бумаг. Она поднялась на самый верх, к кабинету Цунаде, и постучалась. — Кого принесло? — голос Хокаге звучал так, будто её оторвали от важного дела. Сакура чуть приоткрыла дверь: — Харуно. — Войди. Она толкнула дверь — и замерла на пороге. На окне, привычно облокотившись на подоконник, сидел он. Пёс. Сегодня его руки были без перчаток — Сакура заметила это сразу, краем глаза. Она посмотрела на его маску, но в черных разрезах их не было видно. Смотрел ли он на нее? — Я надеюсь, что ты, как капитан, понимаешь всю серьёзность положения. Нам нужны образцы, достань их хоть из-под земли. Свободен. Он кивнул и исчез. — Цунаде-сама, я к вам по поводу яда, — Сакура заставила себя подойти к столу и положила папку. — Догадалась. — Цунаде открыла результаты анализов, вчиталась, нахмурилась. — Вы, как специалист по ядам, можете дать мне совет? Дело в том, что я подозреваю: состав ещё не готов, его активно тестируют. Враг меняет формулу от тела к телу. Без чёткой конечной версии мы не можем сделать противоядие, которое сработает наверняка. Цунаде подняла голову: — Ты, как всегда, смотришь в конечный результат. Если есть механизм, тебе нужно, чтобы он работал. Это похвально. Но если механизм ещё не готов? Как тогда будешь работать ты? — Я допускала, что исходя из основных ингредиентов можно попробовать сделать заготовку. Но это не решит вопрос с действием, лишь замедлит всасывание... — Что даст нам время спасти жизнь, — закончила за неё Цунаде. — Тебе не нужен совет, ты и так знаешь, что делать. Этот экспериментатор обгоняет нас на несколько шагов — нужно сократить дистанцию. Доработать заготовку потом легче, чем начинать с нуля. Сакура выдохнула — сама не замечая, что задерживала дыхание. — Спасибо, Цунаде-сама. Она поклонилась и уже взялась за ручку двери, когда Цунаде добавила в спину: — И, Сакура. Она обернулась. — Образцы принесёт человек от Анбу. Будь готова работать ночью. Сакура кивнула и вышла в коридор. «Человек от Анбу. Значит Какаши сегодня придет снова». Она спускалась по лестнице и вдруг поймала себя на странной мысли: он назвал ей имя. Какаши. Анбу не называют имён просто так. А он назвал. Она толкнула дверь на улицу, и солнечный свет ударил в глаза. Весь день впереди, а ночью — работа. И, видимо, чай. Это было... приятно. Когда она вернулась в больницу, то почти сразу столкнулась с Накамурой лицом к лицу. — А, Сакура-сама, ходили к Хокаге? — он многозначительно улыбнулся. — Да. Вопрос с ядом стоит остро, и чем быстрее мы его закроем, тем лучше для деревни. — Она смотрела ему прямо в глаза, не сомневаясь в своей правоте ни секунды. — Значит, потребовалась помощь наставника? Понял. Желаю удачи, Сакура-сама. Он оставил её одну и ушёл в другую сторону, даже не дожидаясь ответа. «Вот же прилип. Вынюхивает», — подумала Сакура и направилась к себе. По пути она невольно провела параллель: кабинет Хокаге и её кабинет были на третьем этаже. И в оба Какаши входил исключительно через окно. Забавно. Она открыла дверь ключом, бросила папку на стол и прошла в уборную — помыть руки. Накинула халат, переобулась в привычные тапки — сандалии шиноби всё-таки натирали. Секунду поколебавшись, открыла ящик стола. Перчатка лежала там же, где она её оставила. Сакура взяла её в руки, покрутила, разглядывая грубую ткань, металлические пластины, острые когти на кончиках пальцев. Потом осторожно нажала пальцем на один из когтей. — Ай! Она отдёрнула руку — на подушечке выступила капля крови. Коготь рассёк кожу. «Острые, как мой скальпель», — подумала она и прошла к раковине, осторожно, держа перчатку за другой конец, чтобы не порезаться снова. Включила воду и начала выполаскивать кровь из ткани. Закончив, повесила влажную перчатку на кран — пусть сохнет. Вернулась к столу. Анализы уже ждали. Она просидела над формулами весь вечер, делая пометки, сверяясь с записями, снова зачёркивая и начиная заново. Изредка её отвлекали — медсёстры приносили документы на подпись: поставки лекарств, выписки пациентов, новые назначения. Когда всё стихло, Сакура положила голову на руки, чтобы просто закрыть глаза на минуту. Она очнулась от того, что кто-то тронул её за плечо.