Чайка

Му Цин не был из тех людей, кто летел отдыхать и расслабляться по настоящему, как все. Он любил тихо походить по новым неизвестным местам и послушать новую интересную информацию сам, без лишнего шума и отвлекающих факторов. Любил пройтись по какой—то малоизвестной выставке и не делился ни одним из открытий. Такие походы нравились ему и только ему, так что он не собирался кричать о том куда и сколько ходил, хвастаясь чем—то подобным как новой брендовой сумкой. И уж тем более не переносил шумные компании, в которые тянул его Цинсюань, желая познакомить друга с миром и людьми помимо его раковины. Но у последнего мало выходило заставить упёртого Му Цина вылезти из своего переносного домика, что уж говорить о новых знакомствах. Нет, пару раз Му Цина таки удавалось вытянуть на очередную вечеринку, где б она не была. Но он всё время стоял в стороне, после чего в итоге покидал мероприятие незамеченным. Но сейчас происходит до того странные вещи что он решил, будто слова Ши Уду имеют смысл. И попытался выйти в люди. Ничего удивительного не случилось. Он нашел свободный шезлонг и улёгся под зонтиком, скрывшись от взора людей. Было непривычно, но хорошая книга, прихваченная с собой непременно скрашивала удовольствие. И только он погрузился в чтение как его нагло прервали. Это был заметивший его фигуру Цинсюань. Глаза у него заблестели и он поспешил навестить друга, которого не ожидал увидеть от слова совсем. — Му Цин!? Ничего себе! Ты действительно вышел поплавать?? — Нет. — Нет? — Пока что я читаю, не видно?, — он поднял книгу выше, светя обычной серой обложкой, которую приобрёл в книгарне вместе с книгой чтобы скрыть название и никто посторонний не мог увидеть что конкретно он читает. — Можно присоединиться!? Обещаю, я быстро сбегаю переодеться и вернусь! И глазом моргнуть не успеешь! И этот человек убежал, оставив за собой лишь легкий ветерок. Му Цин не предал этому значения, вновь углубляясь в книгу и уже ожидая уйму предстоящей головной боли от него. Не то чтоб он его не любил, но иногда Цинсюаня было слишком для всех и всюду, что уж говорить о нелюдимом Му Цине. — Что читаешь?, — голос молодого человека вновь отвлёк его от размышлений и чтения. — Тебя не касается, отстань. — А хочешь прикол?, — спросил другой голос. Это заставило его оторваться от книги и посмотреть на подошедших. Молодые специалисты стояли перед ним, а их имена он слабо припоминал из рассказов Се Ляня. Если он не ошибается, то одного из них зовут Жое, а второго Эмин? Но это не точно. Если Жое он видел на стажировке у Се Ляня, тот представлял подопечного при встрече, то второго он вообще слабо помнил. Он ведь из другой компании. Откуда ему наизусть знать сотрудников с которыми знаком меньше месяца? — Чего вам?, — Му Цин прищурился и оглядел палубу. Цинсюань уже улетел вниз к себе в каюту переодеваться, так что взгляд вернулся к собеседникам. Оба парни были подозрительными и им явно было что—то нужно. — Да ты просто скучный, прекрати быть таким занудой, — воскликнул Эмин и кивнул Жое, хватая его под плечи и заканчивая фразу уже подняв Му Цина с помощью развеселившегося вмиг Жое. Тот обхватил его ноги. Книга свалилась на шезлонг, а следом упала на палубу, но никто не предал значения упавшей вещи под напором веселья, — Пошли искупаемся! И они потянули его к бассейну. Никто не слышал и не хотел слушать ни его возмущений, ни просьб оставить его и поставить на землю. У самой кромки бассейна они начали раскачивать его под счёт с широкими улыбками, считая это достаточно смешным. И теперь Му Цин просил не только прекратить, но и не отпускать. Свист оглушил, а в следующую секунду он почувствовал как мир многократно замедлился. Му Цин подлетел вперед по воздуху, больше никем не удерживаемый и следом за этим мир ускорился. Послышался всплеск, вода больно резанула по животу и открытой груди. Лицо он скрыл за ладонями рук, успев только на адреналине и поджал ноги ровно настолько, насколько успел перед окончательным падением в воду, так что удар воды не сильно ударил по скрытым участкам, а ноги чудом не врезались в борт бассейна, сохранив ему кости целыми. Когда Му Цин вынырнул, пытаясь глотнуть воздух и выплюнуть попавшую в нос воду, он на автомате схватился за протянутую руку, вцепившись в неё как в последнюю спасительную соломинку и почувствовал как дрожит, то ли от холода, то ли от стресса. Его колени коснулись палубы и он отпустил ладонь, вместо этого опираясь на руки. С волос нещадно капала, даже лилась, вода, так что он одной рукой выжал волосы и сел на пяточки, загнанно дыша и выравнивая дыхание. Вода и хлорка попала в нос и неприятно осела на стенках носа, но ничего поделать не удавалось. Он слышал крики где—то под водой и неожиданно понял что ему заложило уши, так что наклонив голову Му Цин постукал по уху, потирая его в надежде вытрясти воду и когда он закончил с одним его неожиданно оторвали от земли. Первым решением было заорать, начать отбиваться, но в конце концов взгляд остановился на чертах лица и выраженных скулах человека напротив, так что он захлопнул челюсть, не успев произнести и звука. Он был похож на рыбку, но благо это никто не заметил и стыда от ситуации удалось избежать. Его положили на шезлонг, не его, на другой, но это было куда лучше чем сидеть под солнцем у бассейна. Му Цин принялся перебирать свои волосы, проигнорировав вопрос, адресованный ему как акт беспокойства. Он сейчас был не в духе и этому человеку несказанно повезло не получить ни единого комментария в свою сторону за это время. Постепенно начало возвращаться понимание ситуации, а вместе с этим вернулось раздражение и то самое необъяснимое жжение в груди, что преследует его рядом с этим придурком. Му Цин прокашлялся и заметил что сотрудник, так и не дождавшись его ответа – удалился. Это совершенно точно расстроило Му Цина, но он никогда не признается в этом, более того, что он вообще ожидал от него? Он просто очередной посетитель, слегка заносчивый и неудачливый, постоянно попадающем в передряги, хоть это и не было свойственно Му Цину в обычной жизни, но конкретно в этом путешествии всё перевернулось с ног на голову, так что ещё чуть—чуть и вечно собранный Му Цин будет в отчаянье. Протянутая пачка салфеток отвлекла его от мыслей и взгляд вернулся вверх, глядя на заботливого сотрудника нечитаемым взглядом от которого у любого мурашки пойдут по всему телу. Этот человек побыл ещё немного рядом, после чего ушёл, оставив его под зонтом один на один со своими чувствами. И Му Цин радо бы отрефлексировал, если бы не очередной подкол судьбы. Она над ним сегодня прям таки издевалась. — Как поплавал, чмошник?, — с усмешкой на губах, от которой воротит в прямом смысле, спросил Ци Жун. — Пошёл прочь. — Эй, ну! Эти отбросы хотели как лучше. Такие радостные были. А ты всё испоганил, сволочь. Сложно было повеселиться, а? Му Цин сжал салфетку в руке до хруста несчастного изделия и обернул голову настолько резко, что последний аж отступил на пару шагов: ТЫ!, — Му Цин поднялся с шезлонга и направился прямо к нему, — Это был ТЫ! — Что опять происходит?, — голос Ши Уду остановил убийство нищих и обкуренных придурков, но теперь он и сам ощутил степень злости Му Цина, заставив Ци Жуна смеяться, наблюдая за ситуацией с безопасного расстояния. — Иди нахуй! Ты и твои придурошные советы! Это он! Он подговорил стажёров скинуть меня в эту блядскую воду! А ты и не лучше! Хотел расслабиться, а сам бегаешь как ужаленный. Зато советы отлично раздаёшь!, — сдержав порыв зарядить скомканной салфеткой в лицо менеджеру, Му Цин поспешил удалиться, обогнув только поднявшегося радостного Цинсюаня вмиг растерявшего весь свой пыл, с которым бежал сюда прежде. — А что....? — Ты тоже свали нахуй, — толкнув плечом друга Му Цин спустился вниз, спускаясь на нижнюю открытую палубу и огибая весь народ, останавливаясь у бортика и не смотря на безумно жаркие перила, Му Цин положил на них предплечья и вздохнул свежий морской воздух. Ему не хотелось ни с кем разговаривать, ни с кем видеться, но и в номер возвращаться тоже никакого желания не было. Не день, а сплошное дерьмо. Ещё вечером вытерпеть конференцию а—ля вечеринку и можно вообще не высовываться из своей каюты до прибытия в порт. Он никогда не был сапожником и порицал такое отношение. Это пошло ещё с юных лет наверное, когда мама говорила его маленькой версии что матюкаться плохо и так делают только грубияны. Му Цин не был грубияном. И не находился в подобном обществе, за исключением Ци Жуна. Это персона со статусом ВИП в самом отрицательном смысле который только можно придумать. Хуже этого провокатора он не встречал ни одного человека за всю свою насыщенную жизнь. Жадно вдохнув ещё морского воздуха, успокаиваясь свежим ветром. Му Цин начинал понимать почему многие люди выбирают иногда наведаться на природу и перезарядится. Вот только в такую жарень стоять под палящим солнцем без, банально, накидки – не самое лучшее решение. Он уже мог ощутить жар, исходящий от порядком высохшего тела. Так что вдохнув в последний раз с закрытыми глазами, открыл их уже будучи полностью спокойным и оторвался от перил, направляясь вверх на палубу к своему невежественно брошенному шезлонгу, откуда любой прохожий мог украсть его вещи и в итоге остаться безнаказанным, если постараться, даже не смотря на хорошую слежку за местом и тесным знакомством всех коллег. На удивление, все его вещи остались в том же месте, где их бросили, даже лежащая на земле книга никак не изменила своего положения. Му Цин в первую очередь поднял вещь, которую читал ранее и стряхнул грязь с обложки и страниц, лежащих на земле. Страницы погнулись и Му Цин закусил нижнюю губу изнутри, пытаясь оставить лицо нейтральным, почти скучающим. Ключ от номера тоже нашёлся на полу, недалеко от местоположения книги. А вот его телефон так и остался лежать поверх коричневого махрового полотенца. Му Цин не собирался проверять рабочие сообщения, по крайней мере не сейчас и не в ближайшие полчаса. Он поднял голову, взглядом ища фигуру, которая совсем недавно тут ошивалась. На плечо легла прохладная мокрая рука и это заставило его дёрнуться уходя от прикосновения, но он запнулся, будучи зажатым у лежанки и почти упал на неё, больно ударившись коленкой о метал ложа и опёрся о руки, в одной из которой был телефон и ключ с висящим номерком, вырезанным на деревяшке-овале, а во второй была книга, ранее прижатая к груди в непринуждённой позе, но вновь её обложка страдала от невежества обращения, благо это была дешёвая обложка из обычной картонной бумаги. - Прости!, - Цинсюань поднял руки в примирительном жесте и отошёл на пару шагов назад, давая другу пространство, - Я просто беспокоюсь. Ты так быстро сбежал и.. - Не стоит, всё нормально, - сухо отозвался Му Цин, поднимаясь в исходное положение и оборачиваясь к другу лицом. - Божечки! Да ты весь краснющий! Му Цин приложил тёплую руку к щекам, но не почувствовал ровным счётом ничего. Наверное это из-за того что руки тоже горячие, но обычно стыдливый к такому проявлению своего тела, он смущается от подобного. Но сейчас ему было всё равно. Пострадала лишь губа, кожу с которой он начал обкусывать зубами и отвернул голову от друга, прослеживая путь к спуску в каюты и намереваясь уйти от друга как можно скорее. - Если это всё, то я пошёл. - Постой! Му Цин!, - Цинсюань схватил его за локоть обеими руками, обхватывая руку и посмотрел из-под лба этими своими огромными добрыми глазами, которым Му Цин никогда не мог отказать. Но сегодня в них читалась лишь грусть, - Я не хотел чтобы всё так обернулось. Может останешься? - В смысле не хотел?, - приподнятая бровь, прищуренный взгляд и напряжение в плечах так и говорило о рое мыслей в голове Му Цина. Он не мог поверить что это всё устроил его друг. - Я имею ввиду что был рад возможности наконец потусить вместе, ведь в кое-то веке ты наконец добровольно выбрался в люди! Но всё так обернулось, что я чувствую вину за всё случившееся, так что прости меня. Теперь Му Цин понял. Как он вообще мог подумать, что в этой голове могут быть многоходовые попытки унизить? Смешно. Так что с лёгким кивком он направился обратно к себе в номер, чувствуя что его больше никто не удерживает. - Может быть... Ты всё таки задержишься? Я куплю тебе коктейль. Или что-то ещё, - попробовал Цинсюань, переминаясь с ноги на ногу и перебирая пальцами, не зная куда их ещё деть. Он действительно хотел провести время с другом и только это заставило Му Цина остановиться и обернуться к другу, от которого ушёл от силы шага три. Му Цин обернулся и посмотрел на друга. А потом решил ответить, но прежде чем слова вырвались из него, он сжал губы и помотал головой: Нет, всё нормально, мне надо побыть одному. И видимо это было достаточно убедительным для того чтобы отпустить его к себе и более не дёргать в попытке оставить на развлекаловке у бассейна. С него было хватит социума и Ши Цинсюань достаточно понимал намерения друга чтобы оставить его в покое. Спустившись на нижнюю палубу, откуда смотрел на море некоторое время, Му Цин заметил того самого сотрудника, от которого мурашки идут по телу, а корабль начинает словно потряхивать, вызывая у него неконтролируемый заворот кишков и головокружение в последнее время. Это и не страх и не просто интерес к красивой персоне. Этот Фэн Синь его по настоящему бесил до самых мелких атомов! Он весь из себя такой идеальный и правильный, просто.. нереальный! И это бесит больше всего! На этих ярких эмоциях, вспыхнувших огнём в его груди и на его щеках, конечно от крайней степени возмущения, Му Цин резво удаляется. Удивительно что даже Ци Жун не вызывал таких мощных и противоречивых чувств по отношению к своей гадкой натуре! До каюты он добрался впопыхах, перескакивая по две ступеньки разом, что было очень травмоопасно, особенно движущемся морском судне. И только когда дверь оказалась заперта, он уселся на заправленную кровать, пытаясь угомонить выпрыгивающее из груди сердце из-за небольшой пробежки по половине корабля. Му Цин не понимал что не так и что такого удивительного в этом человеке, что заставляет его так сильно о нём печься. Никогда раньше у него не возникало подобных желаний. И никогда раньше он не думал какой красивый нос у человека перед ним, прежде чем его сломать. Да он даже и особо драться с ним то и не хотел! Он же ничего ему не сделал! Ну да, столкнулись в коридоре, неприятно было грохнуться на задницу, но это всё меркнет перед дальнейшей ситуацией когда он попросил передать его утерянные вещи. А потом и вовсе спас. Ну да, Му Цин прекрасно понимает что это была его работа! И этот придурок не предпринимал попыток пригласить его куда или извиниться за нанесённый вред после столкновения! Но и то была случайность. А вот дополнительная забота, которая либо присуща ему как человеку, либо это такое проявление желания познакомиться, уже повод для раздумий! И Му Цин понимает что всё что он тут себе воображает, сидя на кровати в одних трусах, хоть это и плавки, полнейший бред! Но что ещё можно поделать, если в этих поступках хочется отыскать что-то большее чем рабочую тактичность! И вообще непонятно почему Му Цину это так важно! Му Цин упал на двуспальную кровать и сразу же поморщился, когда ткань одеяла потёрлась о его спину. Хотелось вздохнуть и закрыть глаза, выспаться и проснуться у себя дома, понять что всё произошедшее лишь бредовый сон и собраться на работу, возвращаясь в обычный образ жизни, вскоре забыв об этом странном сне. Но пульсирующая теплом, отдающая болью спина не дала ему совершить задуманное. Вместо этого Му Цин таки спустился с кровати и поплёлся в ванную комнату. А взглянув в огромное зеркало, висящее на пол комнаты – ужаснулся. Щёки, нос и шея, некоторые участки на груди и полностью все плечи были краснющие, как и описал Цинсюань. Му Цин прямо таки подлетел к зеркалу трогая своё лицо пальцами, но ощущая как от мягкого прикосновения подушечками собственных пальцев – ему стало больно. Это было плохо, очень плохо, просто ужас! Он выкрутил кран в сторону холодной воды и плеснул себе на руку, с неё уже умывая лицо, но от этого действия лучше не стало. Он кинулся к своей сумке, но запоздало осознал что крема от загара он не взял, от чего и не был покрыт защищающим кремом у бассейна. А ещё большим разочарованием стало то, что кроме крема для рук у него и не было никакой другой заживляющей мази на любой случай жизни. Как он мог вообще забыть столь важные вещи дома!? Телефон на кровати завибрировал и Му Цин на автомате взял его в руки, разблокировав устройство отпечатком пальца. Экран лишь раз выдал ошибку и разблокировал экран, признав хозяина. Большим пальцем Му Цин пролистнул вкладку сообщений и открыл мессенджер. Там было много разных сообщений, но конкретно то, что он открыл на автомате из только что пришедших, оказалось от сотрудника Се Ляня, муж которого был в конкурирующей компании и именно из-за каши между этими двоими и началось всё это сближение компаний. Му Цин припомнил Жое с Эмином, от которых сейчас сидел на корточках с телефоном в руке, а спина покрыта красными пятнами солнечного ожога. “Му Цин” 15:24 “Привет, я видел что Вы с Цинсюанем ругались, всё в порядке?” 15:24 “Я узнал о ситуации от Жое и Эмина. Я хотел бы принести тебе извинение от этих двоих. Они не ведали что творят и мне очень жаль что Ци Жун так с тобой поступил. Я не думал что мой брат способен на нечто подобное, обычно он проворачивает всё лично, так что я не предупредил ребят и очень сожалею об этом. Я надеюсь что ты не слишком на них злишься, я уверен что они не хотели причинять тебе зла. И я уже их отругал. Они согласны лично принести извинения и сделают что скажешь. Так что не ругайся на них сильно, если хочешь – ты можешь поговорить со мной на этот счёт, я всегда тебя выслушаю. Это поможет понять ситуацию со всех сторон. Как мне, так и тебе. Я буду рад, если ты всё таки выйдешь на вечеринку сегодня вечером!” 16:49 Первая реакция Му Цина была злостью. Он сел на ковёр, который был вокруг кровати и прислонился спиной о холодный бортик кровати, открыв раскладку и начав яростно печатать: “Ты серьёзно? Эти двое скинули меня в воду и ты считаешь это адекватным отношениям к старшему коллеге!? У них не было мозгов? Или их заменил Ци Жун!? Ещё скажи что я теперь должен плясать с бубном вокруг них и слушать никому не нужный лепет о том как им жаль? И вообще, почему тебя волнует мои отношения с Цинсюанем. Недостаточно много впихнул свой нос в чужие дела? Лучше б контролировал своих подчиненных так, как лезешь в чужую жизнь!” И он почти отправил эту гневную тираду в ответ на попытку примирения со стороны Се Ляня, но его остановило чувство несправедливости по отношению к этому человеку. Да, тот не идеален, но он не заслужил отдуваться за других. Поэтому Му Цин стёр своё сообщение и написал новое, более короткое и более привычное глазу, непримечательное. “ Где ты сейчас?” 16:52 “А?” 16:53 “О, мы с Сань Ланом уже в номере!” 16:53 “Если нужно, я поднимусь!” 16:54 “Где тебя встретить?” 16:54 “Не нужно, я у себя.” 16:54 “О.. Мне подойти?” 16:54 “У Вас есть крем от загара или что-нибудь от ожогов?” 16:55 “Да, думаю что где-то было, я сейчас гляну.” 16:55 “А что случилось?” 16:55, - заведомо глупый вопрос. Почему Се Лянь об этом спрашивает? Как будто без этого не понятно, что да, случилось. Му Цин вздохнул и отложил вышел из чата, читая что же там прислали остальные. Цинсюань написал кучу смс-ок ещё будучи у бассейна, Ши Уду спросил контрольное о самочувствии, скорее не от искреннего волнения, а от нужды. Сообщение от мамы с вопросом как он там на отдыхе и напоминание позвонить ей как только он освободится. Му Цин сжал губы и вышел из мессенджера, сразу переходя в контакты и набирая последний номер из списка недавних. Слышаться гудки, прежде чем трубку берут и слышится мамин голос на другом конце провода: Алло? Цин-эр? Зайка, ты как? Как твой отдых? Всё хорошо? Как коллеги? - Всё хорошо, мам, не волнуйся. Всё круто, тут хорошо. Коллеги нормально. - Расскажи мне что-то, я за тебя волнуюсь. - Не переживай, мам. Я поселился, прости что не написал сразу. Разобраться было не трудно. Потерял флэшку, но её вернули. Я забыл солнцезащитный крем и уже сгорел. - Божечки, сынок! Как же так, обычно ты у меня всё по сотню раз проверяешь. Тебе кто-то может дать что-то из своего? - Да, я уже попросил, всё хорошо. Персонал хороший и ответственный, еда вкусная, а море просто невообразимо красивое, - почему-то из всего персонала в голову пришёл только один. Му Цин не мог понять почему завис и поэтому почти прослушал следующую фразу. - Ох! Как я рада что всё в порядке. Вечером ж ещё вечеринка? - Мг, - Он еле разобрал что конкретно спросила мама, витая мыслями совершенно в другом месте, гуляя где-то среди облаков. Ну или у себя на ногтях, которые стал разглядывать со скуки и разминать коленку. В конце концов он откинул голову на диван и посмотрел в потолок, слушая голос мамы. - Понятно, позвони завтра ещё, ладно? - Хорошо, мам. - Сынок. - Что? - Точно всё в порядке? Голос у тебя такой... - Да, всё хорошо, не переживай пожалуйста, лучше о себе побеспокойся. - Хаха. Ну что ты в самом деле! Обо мне есть кому позаботится. Госпожа Чжан и впрямь просто чудо. Передавай Ши Цинсюаню искреннюю благодарность от меня! - Хорошо, передам. - Ну ладно. Тогда отдыхай, не буду больше мешать. - Ты и не мешаешь.., - но звонок уже сбросили, а на экране появилось сообщение о том, что Се Лянь нашёл мазь и готов зайти. Пришлось снова открыть чат и вписать короткое: “Заходи”. Телефон остался на тумбочке, а поднявшийся Му Цин подпихнул сумку под стол и поправил свои вещи, делая пространство приемлемым. Встречать гостя в плавках – не самое разумное решение, так что Му Цин принялся одеваться. Каюта Се Ляня и его Сань Лана была всего в паре шагов, так что неудивительно, что он не успел одеть футболку, открыв дверь в одних шортах. - Какой ужас!, - с порога воскликнул Се Лянь, завидев степень урона. - И тебе привет, - закатил глаза Му Цин, пропуская Се Ляня внутрь. - Ой, прости. Тебе нужна помощь?, - уточнил пришедший, ставя баночку с мазью на ближайшую поверхность. И в начале Му Цин намеревался отказаться, но чуть помедлив и потратив это время на раздумья, всё же кивнул и уселся на кровати, поджав одну ногу под задницу и сев на неё. И в таком положении, сидя спиной к Се Ляню он откинул волосы со спины и уточнил: Только со спиной. Я там не вижу. - Ох, хорошо. Се Лянь подошёл ближе, прихватив ранее оставленную мазь с собой и сел сзади на кровати, открыв крышку и выдавив на ладонь немного крема, закрутил бутылочку и пальцами другой руки провёл по крему, возвращая те к коже и проводя ими по чужой спине в красных местах. Му Цин не шипел и сидел смирно, лишь однажды поведя плечом и попросив быть осторожнее. Они сидели в молчании и Се Лянь не решался заговорить с ним о ситуации, что было неправильным. А когда решился – Му Цин словно предвидел подобное и обернулся, спрашивая: Ты закончил? - А? Да. - Мг, спасибо. - Незачто. Они глупо смотрели друг на друга какое-то время, но в конце концов Му Цин уточнил не желает ли Се Лянь вернуться к себе и последний вынужден был подняться с кровати и кивнуть в подтверждение, тихо уходя и закрывая за собой дверь каюты, оставляя Му Цина один на один в своём номере. И наконец он мог привести себя в порядок. Помыться с телом возможности более не было из-за нанесённой на кожу мази, но он всё ещё мог помыть волосы после хлорки, чем в итоге и занялся. Время, проведённое в одиночестве медленно его успокоило и близился вечер. Скоро ужин, а значит совсем скоро начнётся и вечеринка. Му Цин включил экран телефона который показывал 19:34 и это значило что некоторые уже стремились в красивых вечерних нарядах к части корабля, на которой проводилась вечеринка. Му Цин нанёс на лицо ещё этого чудо крема и пошёл одеваться, ожидая когда тот немного подсохнет. Рубашка, которую он брал с собой уже не подходила, она б натирала ему плечи и спину. И конечно, он бы выглядел так, как изначально планировал – с иголочки. Но жизнь весьма непредсказуема. И Му Цин готов к любой непредсказуемости, ведь у него нашёлся не менее прекрасный наряд. Светло-бежевые брюки с высоким поясом и толстым брендовым ремнём теперь держали другую, не менее прекрасную рубашку, более свободного кроя. Он брал её на случай, если в первой будет жарко, или с ней что-то случится. И эта, изначально шла как вещь, что не мнётся, ведь на ней куча складок, которые смотрятся просто “обалденно”, как однажды прокомментировал Цинсюань, впервые увидев это чудо бренда. И Му Цин не одел бы её повторно, желая удивить друга, который и так редко видит нечто такое на нём. Так что теперь, облачившись в тёмно-коричневую рубашку, застегнув лишь нижнюю половину пуговиц, оставив четыре верхних нараспашку из-за крема – Му Цин вернулся в ванную. Немного тонального крема скрыло покраснения на лице.  Волосы он причесал наново, переплетя их в новую причёску с высоким хвостом и расправив пару прядей он выглядел как чья-то мечта из просторов соц-сетей. Пора было выбираться и провести вечер где-нибудь сбоку от остальных. Хотелось б так сказать Му Цину, если б не Цинсюань который не отлипал от него с начала шоу. Всё началось с его презентации, а продолжилось с салютами и фаер шоу в исполнении нескольких мужчин и шумной вечеринки в стиле сливок общества. Му Цин не раз замечал Фэн Синя, который бегал всё время по кораблю, вызывая у первого необъяснимое желание покрасоваться конкретно перед этим человеком, показывая превосходство и восхитительный внешний вид. Но тот словно и не замечал присутствия. Ни его, ни других привлекательных или обсуждающих что-то гостей. И совсем не заметил как газировка в его руках сменилась алкоголем и коктейлями, принесёнными шумным Цинсюанем. Заметил только когда отпил и почувствовал терпкий вкус мартини, который от непривычки вовсе не казался приятным. - Цинсюань, что за чёрт? Ты ведь знаешь что я не пью! - Знаю, прости, но ты так напряжён, что я подумал.. - Но я – не пью. - Правда, прости, но попробуй просто расслабиться. Я могу дать что-то слаще. Му Цин за сегодня и так пережил слишком много потрясений и изменений в своей жизни, так что просто поставил мартини на стол, махнув рукой на всё что творит Цинсюань и без слов выпил следующее принесённое в бокале до дна. И оказалось что это не так уж и плохо. Приятный легкий вкус больше не тёр язык и не тянул в горле, вызывая запить эту дрянь, наоборот было приятно ощутить нечто такое и Му Цин вопросительно изогнул бровь, глядя на довольного друга, который восхищенно и радостно смотрел как он допивает напиток из бокала целиком. - Что это? - Это вино, розовое сухое, выдержанное на цветах и определённом сорте винограда, - беспристрастно отозвался довольный Ши Цинсюань, доставая из кармана пачку жвачек со вкусом “bubble gum” и выдавил себе пару на ладонь, пряча остальное в карман. Он недавно видел брата в толпе и пытался скрыть запах алкоголя с их помощью, ведь последний запретил ему сегодня пить, боясь что Цинсюань набухается и приведёт вечеринку в негодность. - М. Му Цин пригубил второй бокал этого вина из ближайшего подноса с напитками и выпил его, а затем ещё и ещё. Вскоре почувствовалась лёгкость, а язык начал развязываться сам собой, словно воли Му Цина никогда не существовало и остались лишь чувства: Ну почему всё так?, - начал выговариваться он Цинсюаню, - Я даже не хотел сюда ехать. Так и знал что получится какое-то говно как обычно. Му Цин покрутил бокал у себя в руке. С виду он не казался пьяным. Уголки глаз расслабились и разгладились, а напряжение спало, даже его поза была такой. А о мимолётных касаниях Му Цин и вовсе не думал, продолжая сосредоченно вертеть жидкость на дне бокала, в конце концов допив и заев ближайшим бутербродиком. - Не так уж всё и плохо. Зато будет опыт! - Думаешь? Я даже не понимаю своих чувств. Особенно в отношении этого чудика, - как-то неоднозначно ответил Му Цин взглядом выискивая официантов с подносами или заветные бокалы с этим чудо-напитком на столах. О других он и не думал, остановившись на понравившемся, что принёс Цинсюань, который сейчас заинтересовано выгнул бровь: Какого? - Один из сотрудников, Фэн Синь, - равнодушно ответил Му Цин, так, словно вещал о погоде. - Ну.. Возможно у вас получится в итоге подружиться?, - попробовал Цинсюань, всё ещё удивляясь такой разговорчивости от друга. Да и чего скрывать – тема тоже была офигеть какая необычная, особенно от Му Цина слышать подобное всё равно что узнать о приближающемся апокалипсисе. - Не хочу я быть с ним друзьями, в том то и проблема!, - Му Цин злобно скрипнул зубами и грубо поставил бокал на столик, сменив его другим и выпив сразу два залпом, умолк. - Ну может.., - жуя резинку, уточнил Цинсюань, но в итоге запнулся и не стал заканчивать эту мысль. - Нафиг любовь, нафиг романы, не хочу..., - Ши Цинсюань был.. мало сказать что удивлён, он был в полнейшем шоке, даже от удивления лопнула надутая в пузырёк жвачка: Что?, - простая фраза, которую смог из себя выдавить бедолага, как в следующую секунду его добили окончательно, запутав настолько, что смысл фраз терялся, а в голове отчётливо замерцало понимание яркими лампочками, гласящее что его близкий друг неповоротно и безошибочно – пьян. Взгляд Му Цина случайно уловил того самого Фэн Синя, который вызывал в нём эту бурю. Алкоголь, в помесе с осознанием чувств ударил в голову, заставив думать о том как он скучает по своей обыденности. Всё это было так сюрреалистично для него и он просто хотел спокойствия. - Я так устал.. Хочу домой, - как там мама? Может он мог бы успеть сделать что-то ещё по дому, или помочь оставшимся коллегам на работе, вместо того чтобы сидеть тут и неустанно страдать от нежеланной поездки и нежеланной любви к одному идеальному человеку. Ши Цинсюань не понял. Он реально и совершенно точно ничего не понял и уже замахал руками, собираясь осадить друга, успокоить тем, что скоро они будут дома. Но Му Цин развернулся, поставил пятый или шестой выпитый им бокал, никто из них не считал сколько их было. Ведь алкоголь не бьёт в голову так быстро, да? Прошло ж не более получаса с начала первого глотка, да? Кажется совсем наоборот, алкоголь таки успел принять меры в чужом организме. Поэтому Му Цин, не обращая ни на что внимания - пошёл подальше от шума, из-за чего Цинсюаню пришлось догонять друга. Не успел он спросить о состоянии или планах Му Цина, лишь выдавил вопросительное: “А..”, что должно было стать началом вопроса, как его отвлёк брат. Он подошёл спросить на счёт алкоголя, беспокоясь о младшем, но Цинсюань попросил брата подождать его, но обогнув брата он понял что не успел. Му Цин уже перелез сквозь бортик судна и прыгнул вниз. На секунду он завис, а затем осознание и весь ужас ситуации накрыли его с головой. И Ши Цинсюань кинулся к бортику, но увидел в воде лишь расплывающиеся круги тёмной воды.