Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Уууууу-вжжжж-тук-тук-уууууу. Звук был омерзительным. Он напоминал предсмертные хрипы гигантского шершня, которого заперли в пустой бочке и заставили крутить педали. Вибрация передавалась по каменному полу, отдаваясь легким зудом в пятках. Бэй Фэн сидела на своей идеальной пружинной кровати, подтянув колени к подбородку, и неотрывно смотрела на источник шума. Посреди комнаты стоял деревянный ящик. Его стенки были сколочены кривовато (Лао Чэнь отказался давать своих лучших людей на «очередную безумную поделку без чертежей», и Бэй Фэн пришлось собирать прототип с двумя косорукими новичками). Внутри ящика был закреплен крошечный Массив Ветра и пара раскаленных Огненных камней низкого качества. Наспех вырезанные бамбуковые лопасти крутились, безбожно люфтя на оси. Ящик гудел, дребезжал и подпрыгивал, грозя вот-вот развалиться на щепки. Но из-за деревянных жалюзи, прорезанных в его передней стенке, дул плотный, мощный поток восхитительно горячего воздуха. В каменной пристройке, где еще вчера изо рта шел пар, сейчас было стабильные плюс двадцать восемь градусов. Бэй Фэн блаженно прикрыла глаза. Она сняла с себя три слоя громоздких халатов, оставшись в легкой нижней рубашке. Из-за невероятной сухости горячего воздуха и трения о шелковое одеяло её волосы наэлектризовались. Они выбились из строгой косы и теперь стояли дыбом, образуя вокруг её головы пушистый, сердитый ореол. Она была похожа на сурового, нахохлившегося одуванчика. На верхней решетке гудящего ящика уютно сушились её постиранные носки. «Лог Системы: Внимание! Критическое нарушение техники пожарной безопасности. Риск возгорания шерстяных изделий: 85%. Рекомендуется отключить устройство». «Заткнись, — мысленно огрызнулась Бэй Фэн. — Мне тепло. Я впервые за месяц чувствую свои пальцы на ногах. Пусть хоть весь Пик сгорит, я этот обогреватель не выключу». Внезапно тяжелая дубовая дверь распахнулась. На пороге возник Шэнь Цинцю. Он сделал шаг внутрь и тут же споткнулся о коврик «Уходите», едва не потеряв равновесие. Его лицо, поначалу просто раздраженное, исказилось от боли, когда низкочастотный гул обогревателя ударил по его чутким ушам. — Бей Фэн! — рявкнул он, перекрывая рев вентилятора. — Ты пытаешься призвать демонов землетрясения?! Что это за адская машина?! Бэй Фэн даже не пошевелилась. Она сидела на кровати, обхватив колени, и смотрела на своего грозного Учителя. И вдруг она засмеялась. Вместо привычного сухого саркастичного смешка из нее вырвалось абсолютно искреннее, хулиганское хихиканье дорвавшегося до комфорта гремлина. — Хе-хе-хе... Шэнь Цинцю замер. Он посмотрел на её растрепанные, стоящие дыбом волосы, на носки, разложенные на каком-то вибрирующем ящике, и на её довольную, порочную ухмылку. — Бестолковая, шумная девчонка, — процедил он, брезгливо морщась. — Ты даже доски ровно прибить не можешь. Эта коробка звучит так, будто внутри кого-то перемалывают жерновами. У тебя нет ни капли изящества! — Зато у меня тепло, — Бэй Фэн снова захихикала, шмыгнув носом. — А вы... Учитель... в своей красивой хижине... скоро инеем покроетесь. Зима близко. Шэнь Цинцю хотел выдать еще одну язвительную тираду, но тут его накрыло потоком воздуха от ящика. Горячий, сухой ветер обволок его фигуру, мгновенно выгоняя из костей осеннюю сырость, которую не могли прогнать ни шелк, ни духовная энергия. Горный Лорд замолчал. Он медленно, словно против своей воли, сделал шаг ближе к вибрирующей коробке. Осторожно, чтобы не коснуться сушащихся носков, он протянул изящную, бледную ладонь к решетке. Горячий воздух лизнул его кожу. Шэнь Цинцю застыл. В его голове, вечно занятой расчетами и подавленной злостью, на мгновение наступила тишина. Тепло было… абсолютным. Ему больше не требовалась концентрация Ци или зависимость от настроения слуг — оно просто существовало само по себе. — Наглая, мерзкая дрянь, — прошептал он, не сводя взгляда с дрожащих лопастей. — Ты превратила свою келью в балаган. Шум невыносим. Эстетика отсутствует. Ты позоришь звание моей ученицы этим… грубым ящиком. Бэй Фэн снова захихикала, зарываясь подбородком в колени. Она видела, как он не убирает руку от потока. — Учитель… вы же сами цените… результат. Это прототип. Альфа-тест. Зато скоро… у вас в хижине будет такой же, но из красного дерева… и тихий. А этот… гремлин… останется мне. Терпите звук… это голос прогресса. Шэнь Цинцю посмотрел на неё — взлохмаченную, дерзкую, совершенно не боящуюся его гнева. Он почувствовал странное, почти забытое чувство… единства. Как будто они вдвоем сидели в осажденной крепости, и только они знали, как работают её механизмы. — Делай, — бросил он, резко разворачиваясь. — Но если через неделю я услышу хотя бы один лишний «тук» в своей спальне… я заставлю тебя разбирать этот ящик зубами. Он стремительно вышел, едва не сбив с ног Ло Бинхэ, который застыл у двери с подносом в руках. Лорд Пика даже не взглянул на него, лишь обдал ледяным шлейфом своего присутствия. Ло Бинхэ стоял неподвижно. Его руки, сжимавшие края подноса, побелели. Он всё слышал. Он видел сквозь приоткрытую дверь, как Бэй Фэн смеялась. Вместо привычной «пластмассовой» вежливости, которой она награждала его, её смех звучал искренне и по-свойски. С Шизюнем. С тем, кто называл её «дрянью». «Они говорят на языке, который я не понимаю», — подумал Бинхэ, и в его груди что-то болезненно ворохнулось. — «Шицзунь ненавидит меня, но её — он принимает. Даже её дерзость. Почему?» Он зашел внутрь. Гул обогревателя тут же ударил по ушам. В комнате было жарко, как в печи. — Шимэй, — тихо позвал он, ставя миску с лапшой на стол. — Я принес обед. Как ты и просила… упругая лапша, мало пряностей. Бэй Фэн медленно перевела на него взгляд. Дофамин от общения с Шэнь Цинцю еще не выветрился, но вид Бинхэ мгновенно вернул её в режим «защиты личного пространства». Главный Герой выглядел… подавленным. Опять. Его щенячий взгляд вызывал у неё не жалость, а глухое раздражение, как навязчивая реклама, которую нельзя пропустить. — Спасибо, Бинхэ-шисюн, — она слезла с кровати. — Поставь и уходи. Шум вентилятора… и так нагружает мои сенсоры. Лишнее присутствие… неэффективно. Ло Бинхэ не ушел. Он задержался у стола, разглядывая гудящий ящик. — Шимэй Бей… этот артефакт… он работает на силе огненных камней? Если изменить угол лопастей, можно ли уменьшить вибрацию? Я мог бы помочь… Бэй Фэн замерла. Она посмотрела на него — чистого, старательного, лезущего со своим участием туда, где его не просили. В ней внезапно вскипела вся усталость последних дней. Вечная необходимость следить за словами, прятаться от сюжета, играть в «Северный Ветер». Она решила ударить наотмашь. Прямо и грубо. Чтобы он наконец-то нашел себе другой объект для импринтинга. — Бинхэ-шисюн, — её голос стал ровным и холодным, как медицинский скальпель. — Послушай меня. Внимательно. Ло Бинхэ замер, ожидая очередной мудрости. — Ты мне неинтересен, — отчеканила она. — Как юнит. Как личность. Твое присутствие для меня… как этот гудящий ящик. Только ящик дает тепло, а ты — просто занимаешь место в моей оперативной памяти. Ты скучный. Ты слишком… предсказуемый. Твои попытки помочь, твое хождение за мной… это просто «белый шум». Исчезни. Мне не нужны твои советы. Мне нужна тишина. Ло Бинхэ сжал поднос так, что дерево жалобно скрипнуло, а его костяшки мгновенно побелели от бешеного напряжения. В горле встал точно такой же тугой спазм, какой бывал после побоев Мин Фаня, но на этот раз сглотнуть его и послушно промолчать не вышло. Перед глазами слишком отчетливо стояли картины последних дней: вот Бэй Фэн с легкой полуулыбкой наливает чай для Шицзуня, вот она с веселым визгом падает на матрас в обнимку с Нин Инъин. Но при его появлении её взгляд мгновенно остывал, превращаясь в холодное зеленое стекло, а на смену живому смеху приходили рубленые приказы унести посуду или притащить на хребте очередной ящик. Шицзе Инъин получала её тепло, тайные заговорщические шепоты и мягкие прикосновения, а он, занимавший на Пике точно такое же положение соученика, оставался лишь удобным инструментом для доставки калорий. Тихий, бесстрастный приказ исчезнуть окончательно сорвал внутренние тормоза, заставляя заговорить вопреки въевшемуся в кровь страху. — Почему ты так жестока? — спросил он, и в его голосе прозвучала горечь. — С Шицзунем ты смеялась. Ты дерзила ему, и он... он смотрел на тебя как на равную. Почему ему ты позволяешь нарушать твою тишину, а меня гонишь прочь? Я же не сделал тебе ничего плохого! Бэй Фэн медленно перевела на него взгляд своих пустых глаз. — Учитель — это сложная система, — скучающим тоном пояснила она. — Он злой, капризный, параноидальный и чертовски непредсказуемый. Каждая минута общения с ним — это игра в сапера. Это бодрит. Это заставляет мой процессор работать на полную мощность. Она указала пальцем на Бинхэ. — А ты? Ты — безопасная зона. С тобой мне не нужно думать. Ты всегда рядом, всегда готов помочь, всегда предсказуемо добр. Это усыпляет, Бинхэ-шисюн. Ты занимаешь место в моей жизни, но не приносишь в неё никакой новой информации. Ты просто... фоновый звук. — Но я могу измениться! — Бинхэ сделал шаг вперед, почти вплотную к гудящему ящику. — Если ты скажешь, какой я должен быть... я стану таким! Я выучу любые твои «системы»! «Твою ж мать, он реально хочет, чтобы я его перепрошила под свои нужды», — Бэй Фэн ощутила холод в животе. — «Это уже не лояльность, это какая-то терминальная стадия фанатизма». — В том-то и проблема, — она покачала головой. — Если я скажу тебе, каким стать, и ты им станешь — ты снова будешь предсказуемым. Понимаешь? Круг замкнется. Ты просто сменишь один алгоритм на другой по моей указке. В тебе нет... собственной воли. Только желание угодить. Ло Бинхэ застыл. Эти слова про «желание угодить» ударили его больнее, чем плеть Мин Фаня. Он вдруг осознал, что вся его жизнь действительно была попыткой подстроиться под чужие ожидания. — Я понял… — прошептал он, и его взгляд стал пугающе ясным. — Я… я слишком прост. Я не даю тебе достаточно пищи для ума. Я — как каша без соли. Полезно, но тошно… Шимэй Бей, ты… ты хочешь, чтобы я нашел свою суть? Чтобы я перестал быть «шумом»? Бэй Фэн уронила голову на руки. «Боже… за что мне это… Я говорю ему, что он мусор, а он слышит вызов на дуэль интеллектов. Система, забирай меня отсюда, я не справляюсь с этим уровнем мазохизма. Надо срочно избавляться от этого клеща». — Так… окей, — она подняла лицо, в котором читалось полное отчаяние. — Хочешь мудрый совет от шицзе? Финальный урок на сегодня? Ло Бинхэ подался вперед, затаив дыхание. — У тебя внутри всё кипит? Ревность, обида, жажда чего-то там? — Бэй Фэн махнула рукой в сторону двери. — Сходи в лес. Найди самый старый, толстый дуб. И проорись в него. В полную глотку. Пока голос не сорвешь. Пока всё, что у тебя там накопилось, не вылетит вместе с воздухом. Это называется… очистка кэша. Иди. И не возвращайся, пока не станешь… тихим. — Очистка… кэша… — повторил Бинхэ, словно это было священное заклинание. — Выпустить звук… чтобы найти тишину внутри… Он низко поклонился — так низко, что едва не коснулся лбом пола. — Спасибо за наставление, шимэй Бэй! Я не подведу тебя! Я найду свою соль! Он выскочил из комнаты с видом человека, которому только что подарили карту к сокровищам. Бэй Фэн молча смотрела на закрытую дверь. Тишина (если не считать рева обогревателя) наконец-то воцарилась. Она пододвинула к себе миску с лапшой. — Надеюсь, он там не встретит медведя, — пробормотала она, отправляя в рот первую порцию. — Хотя… медведю я сочувствую больше. Ло Бинхэ бежал к лесу. Его сердце колотилось. «Проорись в дуб». Для него эти слова прозвучали истинным откровением, совершенно лишенным статуса «мусорного совета». Он знал: Шицзунь всегда называл его «животным», существом, которое руководствуется инстинктами. Но Бэй Фэн предложила ему управлять этим зверем. Выпустить его контролируемо. Он нашел глухую лощину, где вековые деревья сплетались кронами, закрывая небо. Бинхэ встал перед огромным замшелым дубом. Он закрыл глаза. Вспомнил холодный взгляд Бей Фэн. Вспомнил её хихиканье с Шизюнем. Вспомнил свою никчемность. Его демоническая кровь, еще не пробужденная, но уже чувствующая мощь поглощенного (пусть и через объедки), отозвалась глухим рыком в венах. — АААААААААААААААААААААААААА!!! Крик разорвал лесную тишину. Вместо слабого крика обиженного ребенка из его груди вырвался глубокий, вибрирующий рев раненого хищника. Бинхэ орал, пока легкие не начало жечь огнем, пока перед глазами не поплыли красные круги. В какой-то момент под его челкой, на самом лбу, на мгновение вспыхнула багровая метка, похожая на лепесток пламени. Воздух вокруг дуба дрогнул, несколько пожелтевших листьев осыпались, превратившись в пыль еще в полете. Бинхэ замолк, тяжело дыша. Внутри него стало… пусто. И в этой пустоте, впервые за много лет, стало спокойно. Грязная Ци, которая давила на его меридианы, вышла вместе с криком. «Она знала… — подумал он, вытирая пот со лба. — Она знала, что моя кровь требует выхода. Она дала мне технику подавления безумия, замаскированную под простую прогулку. Шимэй Бей… ты действительно Мозг этого мира». Он посмотрел на свои руки. Они больше не дрожали. «Я буду тихим. Я буду идеальным. Я стану тем инструментом, который тебе не захочется удалять из памяти». Ло Бинхэ развернулся и пошел обратно на Пик. Его шаги были неслышными. В его глазах больше не было щенячьей надежды. В них поселилась холодная, расчетливая преданность охотника. Лог Системы: [Внимание! Главный Герой освоил скрытый навык: "Выброс скверны через звук".] [Уровень психической стабильности Ло Бинхэ: +30 (Режим "Теневой Сталкер" активирован).] [Бей Фэн: Вы только что создали самого опасного молчаливого фаната в истории Сянься.] [Предупреждение: Ло Бинхэ решил, что "соль" — это его право на владение вами. Удачи.]