Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Пик Сяньшу на закате после назначения наказания продолжил встречать Бэй Фэн так, будто она являлась опасным биологическим объектом, спешно помещенным в карантин после предварительного обильного обрызгивания духами. Её вели по бесконечным мостикам из белого камня. Сяньшу служил архитектурным воплощением фразы «дорого-богато». Если Цинцзин славился строгим бамбуковым минимализмом с запахом чернил, то здесь всё фонило режущей глаз эстетикой. Каждое здание венчала ажурная резьба, каждую крышу покрывала глазурованная черепица цвета заката, каждый свободный метр земли занимала клумба с цветами, выделявшими, по скромному мнению Бэй Фэн, критически токсичные объемы пыльцы. «Лог системы: Локация "Пик Сяньшу". Уровень визуального шума: 120%. Рекомендуется зажмуриться». — Твои покои здесь, — Ин Юэ остановилась перед небольшим павильоном, густо увитым цветущей глицинией. Лиловые гроздья свисали так низко, что Бэй Фэн пришлось пригнуться ради спасения вышитых «шипов» на своей накидке. — Шицзунь приказала выделить тебе отдельную комнату, чтобы ты не… — Ин Юэ запнулась, с трудом подбирая слово, — не смущала младших сестер своим видом и привычками. — Автономный блок. Рационально, — кивнула Бэй Фэн. — Где находится санитарная зона? Ин Юэ растерянно моргнула, явно не понимая строительного термина, но догадалась по контексту. Она грациозно указала на изящную ширму в углу комнаты и спрятанную за ней дверь. — Там всё необходимое. Вечером служанки принесут горячую воду. Если, конечно, ты не решишь снова… материализовать запах мяса. Когда адептки удалились, Бэй Фэн первым делом закрыла дверь на засов и отправилась проводить жесткий «гигиенический аудит». За ширмой обнаружилась купальня. Она была красивой. Настолько, что её отчаянно хотелось сфотографировать и выложить в соцсети, если бы таковые существовали в этом отсталом мире. Пол устилали плиты из розового нефрита, в центре красовалась медная бадья с гравировкой лотосов, по углам теснились кувшины с ароматическими маслами. Бэй Фэн подошла к «туалетному модулю». Предмет мебели представлял собой резной деревянный ящик со спрятанным внутри фарфоровым горшком. Рядом на шелковой подушечке лежала стопка тонкой каллиграфической бумаги и — Бэй Фэн брезгливо поморщилась — позолоченная бамбуковая лопаточка в специальном стакане. — Ожидаемо, — пробормотала она, устало потирая переносицу. — Эстетика полностью сожрала эргономику. Никакого проточного слива. Нулевой гидрозатвор. Чтобы очистить этот драгоценный артефакт, служанка должна зайти сюда и унести горшок вручную. Коэффициент полезного действия системы равен двум из десяти. Мой унитаз на Цинцзин является непревзойденной вершиной цивилизации по сравнению с этим пафосным ведром. Нарушение приватности через регулярное вторжение обслуживающего персонала в мою санитарную зону — это просто катастрофа. Выйдя в основную комнату, она подвергла анализу жилое пространство. Покои были светлыми. Катастрофически светлыми. Стены, плотно обтянутые нежно-розовым шелком с вышивкой бабочек, ловили каждый луч солнца. Сквозь резные рамы внутрь лился резкий фиолетово-розовый закатный свет. Никаких спасительных штор блэкаут, к которым она привыкла. Настоящий визуальный кошмар для уставшего, требующего темноты мозга. А запах... Комната представляла собой локальную газовую камеру. Воздух густо пропах глицинией, приторными лилиями и какими-то агрессивными сладкими благовониями. Для её гиперчувствительного носа этот парфюмерный концентрат ощущался как токсичное облако, от которого уже начинала пульсировать тупая боль в висках. Она подошла к широкой кровати и с размаху села на неё. Тело мгновенно утонуло в лебяжьем пуху по самый пояс. — Угх… — Бэй Фэн с трудом попыталась выкарабкаться. — Мягкость избыточная. Поддержка позвоночника отсутствует. Коэффициент проваливания: 90%. Как они тут спят? Это же не кровать, а зыбучее болото. Завтра же попрошу Бинхэ прислать мой матрас… а, точно, он же не может сюда зайти. Она судорожно вздохнула, осознавая неизбежную перспективу целого месяца беспрерывного физического дискомфорта. Ради отвлечения от мрачных мыслей Бэй Фэн достала из своей сумки мешочки с ингредиентами, заранее экспроприированными со склада Аньдин. Охра. Порошок корицы. Пережженные скорлупки грецкого ореха. Густая меловая пыль. — Итак. Запуск проекта "Контуринг", — Бэй Фэн деловито разложила всё на низком столике. — Местные девицы используют пудру исключительно ради замазывания лица в ровный белый блин. Это неэффективно. Лицо является рельефом. Рельефом можно управлять. С помощью теней я могу сделать нос тоньше, скулы выше, а взгляд — пугающе тяжелым. Она взяла небольшую каменную ступку, прихваченную из родной пристройки. Всыпала ложку меловой пыли. Добавила щепотку охры для живого оттенка. Насыпала уголь из ореха ради создания темного пигмента. — Нужно довести фракцию до состояния абсолютной пыли, — бормотала она, начиная ритмично вращать пестиком. — Мелкое зерно обеспечит хорошую адгезию к коже. Кррр-кррр-кррр. Она терла пять минут. Десять. Пятнадцать. Кисть правой руки мучительно затекла, но неумолимая логика твердила: «Чем дольше трешь, тем меньше частицы. Это база физики». Наконец порошок в ступке стал казаться ей однородным, приобретя приятный бежево-коричневый цвет. Бэй Фэн решительно подошла к медному зеркалу. Макнула палец в получившуюся смесь и попыталась нанести её на скулу, чтобы создать безупречную тень. Скрип. Кожа отозвалась резким чувством жгучей боли. Порошок не лег мягким облаком. Он размазался грубой полосой грязи. Бэй Фэн попыталась растушевать его пальцем. — Ай! — она с шипением отдернула руку. Порошок ощущался как наждачная бумага нулевка. Крупные острые частицы мела и неперемолотого угля безжалостно царапали нежную кожу. Взамен изящного контуринга на её щеке теперь красовалось неровное серое пятно, поразительно похожее на след от падения лицом в сухую дорожную пыль. Бэй Фэн присмотрелась к своим рукам. Порошок осыпался с кожи мелкими крупинками, оставляя после себя сетку красноватых микроцарапин. — Что за… — она вернулась к ступке и с силой растерла щепотку между пальцами. — Текстура абразивная. Фракция недопустимо крупная. Она попробовала добавить каплю жасминового масла со столика. Смесь мгновенно свернулась в липкую комковатую грязь, которая пахла цветами, но выглядела как содержимое сточной канавы. Бэй Фэн хмуро посмотрела на плачевный результат своего «инженерного подхода» к красоте. В её голове стремительно выстроилась логическая цепочка, приведшая к фатально ошибочному выводу. «Анализ провала: Ингредиенты: Охра, мел, уголь. Метод: Механическое истирание. Результат: Нулевой. Вывод: В этом проклятом мире минералы имеют совершенно другую молекулярную структуру! Мел здесь — это не мел, а какой-то агрессивный кристалл. Уголь не крошится в пыль, упорно сохраняя режущие кромки. Косметика в Сянься основана исключительно на магии, а химия тут не работает. Мои земные знания в этой области абсолютно неприменимы». Свято веря в собственную гениальность, она даже не подозревала о существовании таких процессов как отмучивание в воде или просеивание через тончайший шелк. Логика теоретика сработала безупречно: раз «простой метод» провалился, значит, виновата бракованная физика этого мира. Бэй Фэн брезгливо вывалила содержимое ступки в горшок и вытерла лицо жестким полотенцем, морщась от саднящей боли в исцарапанной коже. — В жопу контуринг, — вынесла она безапелляционный вердикт. — Тратить драгоценное время на изучение местной магической химии ради того, чтобы нравиться этим юнитам? В высшей степени неэффективно. Я артефактор, а не гример. Пусть ходят со своими белыми блинами вместо лиц. У меня есть задачи поважнее. Она подошла к открытому окну. Вечернее небо над Сяньшу светилось ядовито-розовыми красками. В густом, сладком воздухе плыл звон колокольчиков — адептки неспешно собирались на вечернюю молитву. Пик Сяньшу выглядел прекрасным, но для Бэй Фэн он являлся лишь утомительным нагромождением бесполезных излишеств. — Сады с капельным поливом я им сделаю, — проворчала она, с трудом забираясь в удушающе мягкую кровать. — А лица… лица пусть себе сами оптимизируют. Она крепко зажмурилась, отчаянно пытаясь игнорировать приторный запах лилий, насквозь пропитавший пуховые подушки. Ей не терпелось уснуть, чтобы хотя бы во сне вернуться в свою тихую, сухую и логичную каменную пристройку на Цинцзин. «Лог системы: Проект "Контуринг": Статус — Закрыт как бесперспективный. Уровень разочарования в местной химии: 100%. Внимание: Ваше лицо покраснело от скрабирования мелом. Ин Юэ решит, что ты плакала всю ночь от раскаяния. Репутация +10 за "смирение"». — Иди к черту, Система, — пробормотала Бэй Фэн, засыпая в пушистом болоте перины. — Это не смирение. Это дерматит.