Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Солнце Пика Сяньшу клонилось к закату, заливая розовые павильоны золотистым светом. Бэй Фэн сидела на резной скамеечке у пруда с карпами, закинув ногу на ногу. В одной руке у неё было сочное яблоко, в другой — горсть крошек, которые она с точностью дозирующего аппарата скидывала в воду. Карпы дрались за еду, вода кипела. Бэй Фэн зевала. Ей было скучно. Согласно расписанию штрафных работ, утвержденному лично Ци Цинци, в этот час "дерзкая ученица с Цинцзин" должна была переписывать Устав Скромности (еще двести раз) и подметать Аллею Падающей Сливы. Аллея действительно была подметена. Идеально. Ни одного лепестка на белом камне. Устав лежал в Зале Покаяния — пахнущей свежей тушью стопкой. Проблема заключалась в том, что Бэй Фэн не притронулась ни к метле, ни к кисти. Мимо пруда, чеканя шаг, шла наставница Ли — суровая женщина неопределенного возраста, чья спина была прямой, как жердь, а лицо выражало перманентное недовольство несовершенством мира. Увидев расслабленную Бэй Фэн, наставница остановилась. Её глаза сузились. — Ученица Бэй! — голос наставницы Ли прозвучал как скрежет металла. — Почему ты предаешься праздности? Аллея Сливы сама себя не подметет! Бэй Фэн неспешно дожевала кусок яблока, проглотила, вытерла пальцы о внутреннюю сторону своей черной накидки и повернула голову. — Приветствую наставницу Ли. Аллея подметена. Коэффициент чистоты — сто процентов. Устав переписан. Я нахожусь в режиме восстановления калорий после выполнения ТЗ. Наставница Ли побагровела. Она лично проверяла Аллею десять минут назад — там действительно было чисто. Но она знала, что Бэй Фэн физически не могла успеть сделать и то, и другое за два часа! — Ты лжешь! — процедила наставница. — Ты используешь демонические хитрости? Иллюзии?! — Я использую делегирование, наставница, — Бэй Фэн бросила огрызок яблока карпам (пусть жрут клетчатку). — Правилами Пика не запрещено оптимизировать труд. Главное — сданный в срок результат. Результат в Зале Покаяния. Можете провести инспекцию. Наставница Ли задохнулась от возмущения, круто развернулась и пошла прочь, бормоча проклятия в адрес «распущенного Шэнь Цинцю, который воспитал это чудовище». Бэй Фэн философски проводила её взглядом. «Уровень подозрительности администрации: 80%. Пора вводить режим секретности для нашего стартапа, иначе нас прикроет налоговая... то есть, инквизиция Пика». Подозрения наставницы Ли не были беспочвенными. В последние три дня Пик Сяньшу поразила пугающая аномалия. Самые прилежные ученицы начали вести себя как одержимые. Ин Юэ, которая раньше тратила час на укладку волос, сегодня утром вышла с наспех заколотым пучком и темными кругами под глазами. Сяо Мэй, чьи обрубки волос только начали отрастать, ходила с отрешенным лицом и, полностью проигнорировав былые слезы из-за внешности, яростно бормотала под нос, внося правки в воображаемые поля: «Она не могла ему так сказать, она же воин... Тут нужно больше холодного достоинства и меньше слов! Бэй Фэн, в этом абзаце Ли Мин недостаточно страдает, добавь больше описаний её старых шрамов, я сама проверю пунктуацию!» Изначально она пробралась на Пик Сяньшу с единственной целью — окончательно поднасрать Бэй Фэн и отомстить за свой позор. Она планировала красть её маркеры и подливать масло в чертежи, но всё пошло прахом, стоило ей украдкой прочитать первые три главы «Сказания». Месть была мгновенно забыта, вытесненная фанатичным желанием соучастия. Теперь она под любым предлогом задерживалась на чужом Пике, рискуя получить нагоняй от Мин Фаня, лишь бы прикоснуться к «священному тексту». Она окончательно дезертировала из стана врагов, превратившись в самого дотошного редактора, которого когда-либо видел этот мир. Девочки пропускали чайные церемонии. Они засыпали на уроках медитации. А количество расходуемой бумаги и туши на Пике выросло в геометрической прогрессии. Вечером наставница Ли собрала экстренный совет в учительской. — Сестры, — она обвела взглядом трех других старших наставниц. — На нашем Пике зреет ересь. Я чувствую это. Ученицы больше не обсуждают Дао. Они собираются в стайки, шепчутся, а когда я подхожу — прячут какие-то свитки в рукава. — Я тоже это заметила, — кивнула наставница Ван, потирая виски. — Вчера я проверяла покои младших. Они жгут свечи до рассвета. А Лю Минъянь! Наша гордость! Она третий день не выходит из Восточного Павильона! И эта девчонка в черном... Бей Фэн... постоянно крутится там. — Это она! — наставница Ли ударила кулаком по столу. — Это ведьма с Цинцзин отравляет их умы! Я уверена, она заставляет их переписывать свои наказания с помощью темных чар или шантажа! Мы должны схватить её с поличным! — Я видела, как Ин Юэ и еще пятеро девочек крались к Восточному Павильону с корзинками еды и стопками бумаги полчаса назад, — тихо сказала третья наставница. Лицо наставницы Ли исказилось хищной радостью. — Вот оно. Логово. Идемте, сестры. Мы выжжем эту скверну прямо сейчас. Восточный Павильон напоминал подпольную типографию. Воздух был сизым от дыма десятка свечей, тяжело пахнув смесью дорогого ладана, пота от усердной работы и едва уловимого аромата оленины. На полу, подложив под себя подушки, сидели десять адепток Сяньшу. Они буквально пахали над листами. Кисти летали по бумаге со скоростью пулеметных лент. Слышался исключительно скрип, шелест перелистываемых страниц и периодические всхлипывания. Лю Минъянь сидела во главе стола, скрестив пальцы, и диктовала: — ...И тогда Ли Мин посмотрела на свой окровавленный меч. 'Я не просила этой силы,' — прошептала она, и слеза скатилась по её грязной щеке. 'Но я использую её, чтобы защитить тебя, даже если ты никогда не узнаешь правды'. — О-о-о... — Сяо Мэй шмыгнула носом, заливая бумагу слезами. — Это так больно... Шицзе, я не успеваю записывать её страдания! В центре этого броуновского движения, на импровизированном троне из тюков с шелком (сверху была брошена её любимая парусина), возлежала Бэй Фэн. Она жевала кусок вяленой оленины, периодически сверяясь с главным планом, начерченным маркером на широком пергаменте. — Ин Юэ, — лениво бросила Бэй Фэн, даже не глядя на девушку. — У тебя в абзаце слишком много прилагательных. «Её прекрасные, дрожащие, нежные губы» — это мусор. Оставь «она прикусила губу до крови». Это повышает градус драмы и экономит чернила. — Да, Главный Редактор! — Ин Юэ поспешно зачеркнула строку. — Исправляю! — Шицзе Минъянь, — Бэй Фэн перевела взгляд на соавтора. — Темп проседает. Она уже две страницы страдает над мечом. Пора вводить Лорда Шэня. Пусть он выйдет из тумана и скажет какую-нибудь токсичную дрянь, чтобы сбить её пафос. Читатель должен качаться на эмоциональных качелях. Минъянь кивнула, её глаза под вуалью горели безумием творца. — Да! Он выходит и говорит: 'Ученица Лю, ты собираешься заставить свой клинок заржаветь благодаря жидкости из глаз? Или мы всё-таки пойдем убивать демона?' Девочки внизу синхронно ахнули и застрочили с удвоенной скоростью. Именно в этот момент парадные двери Восточного Павильона с грохотом распахнулись. Створки ударились о стены так сильно, что пара свечей погасла от сквозняка. На пороге стояли четыре старшие наставницы Пика Сяньшу. От них исходила аура карающего правосудия. — Что здесь происходит?! — прогремел голос наставницы Ли. — Прекратить немедленно! Кисти замерли над бумагой, звонко стукнув деревянными древками. Девочки оцепенели. Лю Минъянь испуганно вскочила. Бэй Фэн даже не поперхнулась олениной. Она прожевала мясо, проглотила, вытерла пальцы о черную накидку и посмотрела на ворвавшихся преподавателей. «Облава. Служба безопасности компании обнаружила теневой майнинг на рабочих компьютерах. Ожидаемо». Наставница Ли стремительным шагом подошла к ближайшей ученице — Сяо Мэй — и вырвала у неё из рук исписанный лист. — Взамен сутр чистоты вы занимаетесь непонятными записями! — она поднесла бумагу к глазам. Глаза наставницы Ли забегали по строчкам. «...Его рука, холодная как горный ручей, сжалась на её запястье. 'Не смей отворачиваться, когда я говорю с тобой,' — прошипел Лорд Шэнь, прижимая её спиной к холодному камню пещеры...» Лицо наставницы Ли мгновенно залилось свекольным румянцем. Её рот открылся, закрылся, потом снова открылся. Её рука откровенно задрожала, удерживая крамольный лист. Внутренняя женщина явно вступила в ожесточенный бой с суровым цензором, глаз непроизвольно цеплялся за текст, но статус победил. — П-порнография! — взвизгнула она, отбрасывая бумагу так, словно она была пропитана ядом. — Грязь! Бесстыдство! Вы... благородные девы Сяньшу... пишете грязные романы про Лорда Цинцзин?! — Это не порнография! — вдруг выкрикнула Ин Юэ, вскакивая на ноги. Привычный страх перед учителями в её голосе полностью уступил место ярости преданного фаната. — Там нет ничего грязного! Это глубокая драма о поиске себя в жестоком мире мужчин! Вы ничего не понимаете! Наставницы остолбенели. Чтобы младшая ученица кричала на старшую? Да еще и защищая крамольный текст? Это был бунт. Немыслимый бунт. — Замолчи! — рявкнула наставница Ван, выхватывая меч. — Все рукописи в огонь! Вы все отправитесь в ледяные пещеры на месяц! А эту... — она указала клинком на Бэй Фэн, — эту демоницу мы немедленно тащим к Лорду Ци! Она отравила ваши умы! Две наставницы шагнули к столу, намереваясь сгрести стопки готовых глав (а их было уже пятнадцать) в жаровню. — Не трогайте! — Сяо Мэй, девочка, которая еще неделю назад боялась собственной тени, бросилась грудью на стол, закрывая собой бумагу. — Мы еще не дописали арку Бездны! Вы не можете это сжечь! Я умру, если не узнаю, что он ей ответит! Остальные девять адепток вскочили и плотным кольцом окружили стол, ощетинившись, как волчицы, защищающие детенышей. Они были готовы драться. Их глаза лихорадочно блестели. Отсутствие сна, переизбыток эмоций и адреналин сделали их невосприимчивыми к авторитетам. Наставница Ли попятилась. Она поняла, что если сделает еще шаг — эти девочки пустят в ход духовную силу. Ради кусков бумаги! — Достаточно. Тихий голос Бэй Фэн ударил по нервам всех присутствующих, словно тяжелый гонг. Она с грацией жирного леопарда соскользнула со своего возвышения и подошла к линии фронта. Девочки расступились, пропуская своего "Главного Редактора". Лю Минъянь решительно шагнула вперед, становясь плечом к плечу с Бэй Фэн. Заступничество первой красавицы Пика Сяньшу мгновенно создало серьезный политический противовес. Бэй Фэн остановилась напротив наставницы Ли. Её серо-зеленые глаза были абсолютно спокойными. Взгляд излучал исключительно оценивающий прагматизм. — Уважаемые наставницы, — произнесла Бэй Фэн тоном лектора, объясняющего первокурсникам технику безопасности. — Уничтожаемые вами рукописи являются важным психологическим тренингом взамен банальной ереси. — Тренинг?! — выплюнула наставница Ли. — Это грязь! — Это — эмпатический резонанс, — Бэй Фэн произнесла эти слова так веско, что наставницы невольно прислушались. — Метод, разработанный под кураторством Пика Цинцзин. Эти девочки... они подавляют свои эмоции годами. Их Ци застаивается от постоянного контроля. Они — бомбы замедленного действия. Рано или поздно у них случится искажение Ци от подавленных желаний. — И древние трактаты подтверждают это! — твердо заявила Лю Минъянь. — В свитках упоминаются практики эмоционального высвобождения через письмо для профилактики застоев Ци! Бэй Фэн указала рукой на своих "литературных рабов". — То, что они делают здесь — это безопасный выброс энергии. Художественная сублимация. Они проживают страдания, страх и страсть через бумагу, очищая свои ментальные каналы. Посмотрите на их меридианы! Наставницы инстинктивно активировали духовное зрение. И замерли. Ци учениц, которая обычно была спокойной, но вялой, сейчас бурлила, текла мощными потоками. Творческий экстаз и выброс адреналина прочистили их каналы лучше любой медитации у водопада. Бэй Фэн сделала контрольный шаг вперед, вторгаясь в личное пространство наставницы Ли. — А теперь... включите логику, уважаемая. Эти девочки уже запечатлели сюжет в своем сознании. Их эмоциональный цикл запущен. Если вы сейчас сожжете эти свитки... вы прервете цикл на пике напряжения. Это вызовет колоссальный ментальный откат. Отложенный катарсис. Голос Бэй Фэн упал до зловещего шепота. — Вы получите десять лучших талантов Сяньшу... бьющихся в припадках искажения Ци. Вы готовы взять на себя ответственность за уничтожение элиты вашего Пика? Что скажет Лорд Ци, когда узнает, что вы покалечили их из-за своего... литературного консерватизма? Наставница Ли побледнела. Меч в руке наставницы Ван дрогнул и опустился. Слова Бэй Фэн звучали как научный бред, но в них была неумолимая логика. Они не могли рисковать здоровьем учениц. И, честно говоря, глаза девочек выглядели настолько безумно, что угроза искажения Ци казалась вполне реальной. — Это... это софистика! — слабо возразила наставница Ли. — Вы пишете о Лорде Цинцзин! Это осквернение! — Все имена вымышлены, — Бэй Фэн пожала плечами. — Лорд Шэнь в тексте — это архетип. Собирательный образ холодного разума. Она наклонилась и подняла с пола тот самый лист, который отбросила наставница Ли. Бэй Фэн аккуратно разгладила его, собрала несколько глав в стопку и протянула женщине. — Если вы сомневаетесь в духовной ценности материала... вы можете конфисковать этот экземпляр. Для "тщательного изучения на предмет демонического влияния". Прочитайте его в тишине. Проанализируйте. И если вы найдете там демонизм взамен трагедии долга и чести... тогда можете сжигать. Она знала, что делает. Это была первая доза дилера. Бесплатно. Наставница Ли сглотнула. Её взгляд предательски метнулся к строчкам, где Лорд Шэнь "прижимал деву к камню". Ханжество боролось с первобытным женским любопытством. И любопытство, подкрепленное страхом за учениц, победило. Она выхватила лист из рук Бэй Фэн. — Мы... мы конфискуем это! Все первые пять глав! — заявила она, стараясь сохранить суровый вид. — И если я найду там хоть каплю скверны... вам всем не поздоровится! А пока — карантин! Всем оставаться в павильоне и молиться! Наставницы развернулись и поспешно покинули зал, унося с собой драгоценные свитки. Двери захлопнулись. Звук ударившихся створок отдался гулким эхом, оставив после себя лишь прерывистое дыхание напряженных адепток. Девочки ошарашенно смотрели на Бэй Фэн. Она только что в одиночку, без капли магии, заболтала администрацию Пика и спасла их проект. — Сестренка Бэй... — прошептала Сяо Мэй. — Они же... они же всё равно запретят. Они прочитают и всё сожгут. Бэй Фэн повернулась к своему "трону", подняла кусок оленины и откусила половину. — Не сожгут, — меланхолично ответила она, жуя мясо. — К завтрашнему утру наставница Ли будет сидеть под дверью и умолять выдать ей шестую главу, потому что я оборвала пятую на сцене, где они застряли в таверне. Она обвела взглядом свою притихшую армию. — Инцидент исчерпан. Работаем дальше. Группа А — пишем внутренний монолог Ли Мин в конюшне. Группа Б — проверяете пунктуацию. И ради бога, поменьше слова "нефритовый", меня от него уже тошнит. Лю Минъянь под вуалью счастливо улыбнулась. «Она — демон, — подумала первая красавица Пика. — Расчетливый литературный демон. И я пойду за ней до самой последней главы». А в это время, в Главном Зале Наставников, четыре строгие женщины заперли двери, зажгли яркие свечи и, склонив головы над конфискованными свитками, с замиранием сердца читали о том, как холодные пальцы Лорда Шэня скользят по рукояти чужого меча... Лог Системы: [Событие "Рейд Цензуры" — Отражено.] [Административный Газлайтинг: Уровень МАСТЕР.] [Старшие наставницы Пика Сяньшу: Заражены вирусом "Стекла". Ожидайте новых читателей.] [Уровень влияния Бэй Фэн: 80% Пика Сяньшу теперь тайно работает на вашу издательскую империю].