Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Май на Пике Цинцзин в этом году решил полностью проигнорировать стадию «приятного весеннего тепла» и, совершив резкий температурный скачок, сразу перешел к экстремальному режиму «раскаленная чугунная сковородка». Солнце жарило немилосердно с самого рассвета, выжигая последние остатки ночной прохлады из пористых камней и сухих бамбуковых зарослей. Для Бэй Фэн этот день превратился в персональное многочасовое испытание на огнеупорность и выносливость. Её знаменитая «Коробка Ветра» версии 2.0, на которую возлагались большие инженерные надежды, стояла в углу комнаты бесполезным мертвым грузом. Бэй Фэн из-за хронической лени не успела интегрировать в её корпус Массивы Охлаждения. Установленные ранее Огненные камни лишь добавляли помещению пугающего сходства с промышленной духовкой. «Пиздец. Мой мозг окончательно отказывается обрабатывать даже простейшие логические задачи. В оперативной памяти крутится всего одна команда: "В воду. Немедленно". Еще полчаса в этой духовке, и я просто превращусь в жидкую субстанцию», — подумала она, лениво сползая с кровати. Бэй Фэн терпеливо дождалась глубокой ночи, когда раскаленный воздух стал хотя бы минимально подвижным. Она лениво подхватила свою плетеную «хозяйственную» корзинку с банными принадлежностями и, не зажигая фонаря, направилась в сторону общественного душевого блока. Ло Бинхэ неподвижно замер в густой тени старой раскидистой сосны, ровно в двадцати метрах от входа в «Санитарный блок». На нем была та самая черная шелковая рубашка с искусно вышитым лотосом — его персональная броня и предмет тайной гордости, которая теперь казалась ему естественным продолжением собственного тела. Его демоническое зрение, доведенное до совершенства ночными уроками Мэн Мо, без усилий разрезало плотную ночную тьму, словно раскаленный нож кусок мягкого масла. В этом монохромном сверхчетком мире он отчетливо видел каждую микроскопическую ворсинку на стеблях бамбука, каждое движение ночной бабочки... и, разумеется, он видел её. Бэй Фэн вышла из кабинки спустя ровно пятнадцать минут. Вместе с ней из дверей душевой вырвался тонкий шлейф аромата. Это был запах простого щелочного мыла — того самого куска, который Ло Бинхэ бережно прятал на своей сетке. Влажный жар ночи мгновенно подхватил этот аромат, донося его до раскидистой сосны. Темная Ци под кожей полудемона отозвалась на этот раздражитель мгновенной глухой вибрацией, требуя сократить дистанцию и заставляя его когти непроизвольно впиться в кору дерева. Ло Бинхэ внезапно перестал дышать. Его пульс, который он под руководством Демона Снов учился замедлять до состояния спящей зимней змеи, вдруг совершил резкий мучительный скачок. Бэй Фэн отказалась от надевания всех пяти положенных слоев ученического халата. Ей было слишком лениво. Ей было невыносимо жарко. Ей было, по большому счету, абсолютно всё равно, как она выглядит в три часа ночи на пустой дорожке. Она небрежно обернулась длинной простыней из тончайшего шелка Аньдин, завязав её на правом плече грубым узлом, что придавало ей сходство с какой-нибудь античной римской тогой. Ткань, мгновенно пропитанная остатками воды, стала тяжелой и пугающе полупрозрачной. Она плотно облепила её тело, которое за последние месяцы на усиленной «диете Лорда» окончательно потеряло прежнюю детскую угловатость, обретая мягкие контуры. Бэй Фэн шлепала босыми ногами по прохладным камням дорожки, удерживая простыню одним узлом на плече и совершенно не заботясь о том, как её «римская тога» выглядит со стороны. Ло Бинхэ видел происходящее со сверхъестественной, пугающей четкостью. Он видел её обнаженные ослепительно бледные плечи, на которых в холодном свете луны поблескивали мелкие капли воды. Видел четкие линии тонких ключиц. Видел её босые ступни — маленькие, всё еще розовые от воздействия горячего пара, которые сейчас уверенно ступали по его белой гальке, которую он каждое утро промывал и выравнивал. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Этот тихий звук мокрых шагов отдавался в голове Бинхэ тяжелыми ударами кузнечного молота, выбивая из его сознания последние остатки навязанного Шэнь Цинцю благочестия. Он стоял, скрытый мраком, и его зрачки затопили всю радужку, превращая глаза в два бездонных провала, жадно впитывающих этот запретный образ. Лишняя влага постепенно пропитывала дорогой шелк, делая его предательски невидимым на бедрах. Мокрая ткань слишком плотно натянулась на груди, очерчивая линии, которые Ло Бинхэ не имел права видеть. Теперь эти очертания врезались в его память навсегда. «Она... мой Архитектор... моя Тётушка...» — его сознание судорожно пыталось подобрать хоть одно безопасное слово. Он отчаянно стремился остановить лавину, сносящую его шаткий самоконтроль. Но привычные слова больше не работали. Перед ним стояла женщина. Единственная и истинная. Она была лишь обмотана куском тяжелой ткани. Бэй Фэн шла спокойно, впитывая кожей редкую прохладу ночи. Её совершенно не волновало отсутствие штанов или других слоев одежды. Её мало заботила даже очевидная прозрачность мокрой простыни. «Плотность волокон в мокром состоянии закономерно снижается на сорок процентов, а светопропускаемость растет. Пофиг. Бинхэ сейчас на посту, он быстро отфильтрует любых лишних свидетелей. А сам Бинхэ... ну, он — это Бинхэ. Верный помощник и часть привычного домашнего инвентаря». Она толкнула дубовую дверь пристройки и уверенно зашла внутрь. Ло Бинхэ скользнул следом бесшумной тенью, привычно закрывая вход на тяжелый засов. В помещении было душно. Старый обогреватель, выключенный еще днем, всё еще пах каленым металлом и терпкой канифолью. Бэй Фэн устало села на кровать, даже не потрудившись укрыться тонким одеялом. Она лениво откинулась назад, опираясь лишь на локти. Темные и влажные пряди её каре плотно облепили шею. — Бинхэ... — выдохнула она, глядя в бамбуковый потолок. Голос её был чуть хриплым после горячего пара. — Завтра у нас стоит приоритетная задача. Нужно доделать "Коробку Ветра". Мне плевать на библиотеку. Мне плевать на каллиграфию. Если я завтра не интегрирую Массив Льда внутрь этого ящика... я просто расплавлюсь и окончательно стеку под порог. Понял меня? На конопляной сетке под самым потолком раздался резкий скрежет заклинившего механизма. Ло Бинхэ сидел в темноте, так сильно вцепившись пальцами в веревки, что они начали едва заметно дымиться от его аномальной внутренней температуры. Он неподвижно смотрел вниз. С этого ракурса импровизированная тога Бэй Фэн открывала еще больше запретных деталей. Его взгляд, ставший невероятно зорким, фиксировал мягкую линию её живота, острые колени и блестящую влажную кожу плеч. — Бинхэ? — Бэй Фэн с трудом приподняла голову, недовольно нахмурив брови. — Ты опять завис? Протокол ответа не получен, я жду подтверждения задачи. — Д-да... Архитектор... — его голос теперь напоминал скрежет трескающегося льда под весом огромной горы. — Массив Льда. Будет готов завтра. Я... я лично принесу лучшие камни с холодного источника. Я всё сделаю, как ты велишь. — Хорошо. И еще... племяш, — Бэй Фэн лениво зевнула, потягиваясь всем своим телом на матрасе. Ткань простыни на её левом плече опасно соскользнула вниз, полностью обнажая край бледной лопатки. — Подойди ближе. Трогай мой лоб. Мне кажется... у меня случился тепловой удар. Мозг заметно подтормаживает, расчеты не идут. Ло Бинхэ почувствовал, как его сознание окончательно покидает реальность. Она просила его коснуться себя. Прямо сейчас. В таком виде. Он спрыгнул с сетки, но его ноги коснулись пола тяжело, с гулким неестественным ударом. Он не смог вовремя скомпенсировать прыжок энергией Ци, потому что вся его ментальная мощь сейчас была сосредоточена в одной-единственной точке. Он подошел к самой кровати. Бэй Фэн смотрела на него снизу вверх, её глаза были полуприкрыты густыми ресницами. Сейчас она выглядела как сытая кошка, которой просто лень совершать лишние движения. Бинхэ, словно подступая к взведенной ловушке, протянул дрожащую руку. Его пальцы едва коснулись её высокого лба. Кожа оказалась влажной и пугающе прохладной по сравнению с его раскаленной ладонью. — Ты слишком горячий, — Бэй Фэн нахмурилась, уверенно перехватывая его запястье своей маленькой рукой. — Бинхэ, у тебя что... случилась перегрузка системы? Твоя Ци буквально фонит в пространство. Ты сейчас как раскаленная печка. Она бесцеремонно потянула его руку вниз, прижимая его широкую ладонь к своей влажной щеке, просто потому что её измученному телу было приятно это стабильное тепло. «Массажный эффект: высокий. Температура контролируемого юнита: выше нормы на пять градусов. Странная аномалия». Ло Бинхэ задрожал всем телом. Вид её мокрого лица, доверчиво прижатого к его руке, её обнаженные плечи и этот резкий запах мяты... В его паху стало так тесно, что он едва сдержал стон физической боли. Его демоническая кровь яростно взревела, требуя немедленно повалить её на этот матрас, сорвать тонкую простыню и показать ей, насколько он на самом деле «горячий». — Шимэй... — это слово вырвалось из его груди как рваный полузадушенный звук. Ло Бинхэ предпринял слабую попытку высвободить руку, но Бэй Фэн удерживала его запястье с неожиданной для её хрупкого телосложения силой. — Сядь, — коротко приказала она, уже окончательно зажмурившись и отсекая визуальные раздражители. — От тебя исходит странная мелкая вибрация. Это странным образом... успокаивает. Просто побудь грелкой, пока моё сознание не уйдет в спящий режим. Ло Бинхэ был вынужден подчиниться и опустился на самый край матраса. Его плечо, обтянутое тонким черным шелком, плотно соприкоснулось с её полностью обнаженным влажным плечом. Разряд. Концентрированный импульс в миллион вольт мгновенно прошил его позвоночник от макушки до самого копчика. Ему показалось, что у него в этот миг выросли невидимые демонические крылья, которые тут же обуглились от одного этого контакта. Бэй Фэн устроилась поудобнее, без всякого стеснения положив голову ему на колено прямо через мокрую ткань простыни. Буквально через минуту её дыхание стало глубоким . Она уснула мгновенно и доверчиво, будучи полностью уверенной в своей неприкосновенности и безопасности под его неусыпной охраной. Ло Бинхэ сидел неподвижно, боясь даже моргнуть. Он буквально превратился в живое каменное изваяние. Он завороженно смотрел на её босые ступни и на прозрачные капли воды, которые постепенно высыхали в маленьких ямках её ключиц. Его правая рука невольно легла на её макушку, а пальцы глубоко запутались в коротких пахнущих мылом волосах. «Она не видит во мне мужчину», — с дикой и ядовитой горечью подумал он, чувствуя, как внутри закипает обида. — «Для неё я — всего лишь обогреватель. Удобный предмет мебели. Исправный бытовой инструмент. Она доверяет мне только потому, что я для неё — пустое место. Неживой объект из её бесконечных списков инвентаря». Он наклонился к её лицу, почти касаясь губами горячего виска. Его собственное дыхание было обжигающим, оно буквально опаляло её нежную кожу, но Бэй Фэн лишь инстинктивно прижалась щекой к его колену, издав во сне короткий вполне довольный вздох. В этот момент в его воспаленном сознании, подобно помехам на неисправном мониторе, вновь всплыл дребезжащий и отвратительно издевательский голос. — Какое поистине жалкое и ничтожное зрелище, — Мэн Мо материализовался в его ментальном пространстве. Старик вальяжно расположился на горе воображаемых черепов, лениво ковыряя в зубах длинным призрачным когтем. — Истинный наследник Небесного Демона, будущий Владыка трех миров, нашел свое подлинное призвание: работать мягкой подставкой для головы и бесплатной грелкой для ног. Ты чувствуешь этот специфический запах, мальчик? Это аромат твоего собственного унижения. Ло Бинхэ не стал отвечать старику вслух. Он лишь крепче стиснул челюсти до скрежета, продолжая неподвижно сидеть в реальности и охранять покой своей спящей «хозяйки». — Она не видит тебя, Бинхэ, — продолжал демон, и его вкрадчивый голос сочился едким ядом. — В её глазах ты — лишь инструмент. Она выдает тебе жетоны в душ, просто чтобы ты не вонял в её присутствии. Она разделась перед тобой этой ночью не потому, что ты ей нравишься, а потому, что ты для неё — неодушевленный предмет. Табурет. Печка. Ты — всего лишь мебель в её идеальном проекте комфорта. — Замолчи, — холодно отозвался Бинхэ внутри собственного сознания. — А разве я не прав? Взгляни на неё внимательно. Она сейчас полностью беззащитна. Один единственный рывок — и эта мокрая простыня исчезнет навсегда. Ты можешь взять её прямо сейчас, здесь, на этом самом матрасе, который ты сам притащил сюда на своем горбу. Ты — демон! Твоя суть — брать то, что ты хочешь! Зачем тебе её сложная "логика", если ты можешь получить её теплую плоть? Ло Бинхэ неподвижно смотрел на бледную шею Бэй Фэн. Его пальцы, всё еще лежавшие на её затылке, непроизвольно напряглись, но он мгновенно заставил их расслабиться. — Ты ничего не понимаешь, старик, — голос Бинхэ в его голове прозвучал как закаленная сталь, ударяющая о гранит. — Мне не нужна её плоть, если она будет ненавидеть меня. Бэй Фэн... она Архитектор. Она строит новые миры. Если я просто возьму её тело силой — я навеки разрушу её доверие, осквернив её труды. Я стану темным пятном, которое она выжжет из своей памяти без колебаний. А я хочу быть её сердцем. Тем единственным источником тепла, без которого её жизнь потеряет всякий смысл. Мэн Мо зашелся в хриплом хохоте, и его призрачная фигура мелко задрожала от удивления перед этой фанатичной преданностью. — Твои чувства — чистейшее безумие, мальчишка, — вкрадчивый голос Мэн Мо в его голове стал тише, наполняясь изумлением перед масштабом этого извращенного терпения. — Ты хочешь стать для неё незаменимым воздухом? Желаешь, чтобы она зависела от твоего тепла так же, как она зависит от своего чая? Это планомерная осада крепости. Ты плетешь свою липкую паутину прямо у неё под кожей! — Я — её персональный Паук, — просто и веско ответил Бинхэ в своем разуме. — И это моя сеть. Он открыл глаза в реальности. Его взгляд полностью утратил человеческий вид, полыхнув в полумраке пристройки густым алым светом, похожим на два раскаленных уголька. Он смотрел на Бэй Фэн с такой концентрированной жаждой, что воздух в комнате начал физически вибрировать. Ему нестерпимо хотелось кричать от этой физической близости и от этой ментальной дистанции. Он хотел, чтобы она прямо сейчас проснулась, увидела его настоящий облик без маскировки и не отвернулась с отвращением. Он до судорог хотел, чтобы она открыла глаза и признала его единственным защитником, без которого её существование потеряет всякий смысл. Но он кристально ясно знал, что время еще не пришло. В её голове сейчас крутились только формулы и схемы вентиляции. Она всё еще свято верила в свою логику и безопасность. Она по-прежнему видела в нем лишь послушного слугу, совершенно не подозревая, насколько сильно этот хищник перерос рамки её мнимого контроля. Ло Бинхэ медленно, буквально миллиметр за миллиметром, выскользнул из-под её головы. Он осторожно подхватил Архитектора на руки. Влажная простыня тут же соскользнула в сторону, обнажая бедро, но он усилием воли не позволил себе задержать взгляд на коже. Его ладони, давно натренированные таскать сотни килограммов, сейчас казались ему чудовищно грубыми для такой хрупкой ноши. Он отчетливо чувствовал через мокрый шелк ткани каждое размеренное движение её ребер при вдохе, а тепло её чистой кожи обжигало его руки даже сквозь мокрую преграду. Он бережно переложил её на пружинную кровать. Ткань самодельного матраса мгновенно впитала излишки влаги с шелка, потемнев в центре. Бинхэ заставил себя сделать шаг назад. Он натянул на её плечи утяжеленное одеяло — тот самый пресловутый «антистрессовый панцирь», прошитый речной галькой для создания давления. Под этим ровным и тяжелым весом вегетативная нервная система Бэй Фэн мгновенно отреагировала на глубокое давление, запуская протокол абсолютного покоя. Она издала глубокий удовлетворенный вздох и окончательно «заякорилась», полностью защищенная от любых внешних стимулов. Теперь она была скрыта от его голодного взгляда, оставив на поверхности торчать лишь макушку с растрепанными прядями. Ло Бинхэ выпрямился во весь рост. Его лицо в полумраке выглядело по-настоящему пугающим. Расширенные зрачки всё еще не вернулись в норму, а Ци вокруг юноши вибрировала с такой разрушительной силой, что по каменным стенам пристройки пополз тонкий иней. И это несмотря на удушающую майскую жару снаружи. Этот мороз стал закономерным побочным эффектом его отчаянной попытки экстренно «заморозить» собственные демонические инстинкты. «Ты проиграл этот раунд, Демон Снов», — с нескрываемым торжеством бросил он в пустоту своего разума. — «Я не сорвал с неё этот покров. Я не поддался искушению. Я стал её абсолютной защитой. И завтра утром, когда она откроет глаза, она увидит, что её удобный мир по-прежнему стабилен. В результате она будет доверять мне еще больше». Мэн Мо лишь недовольно проворчал что-то невнятное про «деградировавшее поколение добровольных рабов», но его старческий голос быстро затих, полностью вытесненный железной волей Бинхэ. Он сел, скрестив ноги ровно над головой спящей Бэй Фэн, полностью отказавшись от мысли лечь на собственный матрас. Его ладони привычно легли на колени, а пальцы начали быстро сплетаться в сложные печати для маскировки ауры. В его сознании отчетливо звучал её наказ о массиве Льда. Задача наивысшей важности. Он не сомкнул глаз всю ночь. Он сосредоточенно анализировал каждую линию чертежей, которые ранее видел на её столе. Несмотря на безупречно нарисованный внешний корпус и аэродинамику лопастей, Бэй Фэн не знала местной магии, препятствующей таянию кристаллов от трения воздуха. Бинхэ прикрыл веки, послушно вызывая в памяти страницы из тех старых трактатов. Он сосредоточил свою духовную силу, заставив её циркулировать по комнате тончайшим прохладным потоком. Заместо грубого льда Бинхэ ласково окутал её постель невесомой прохладой, защищая её сон от майского зноя. Бэй Фэн во сне перестала хмуриться. Её дыхание выровнялось, она сладко уткнулась носом в тяжелое одеяло. Бинхэ смотрел на неё сверху, и его сердце утихало от осознания того, что его пугающая демоническая сила сейчас служит исключительно её покою. Он планомерно перекраивал древние магические формулы Сянься строго под её жесткую инженерную логику. Для него этот процесс ночных вычислений был настоящим актом любви — переводить законы мироздания на сухой язык её таблиц. Утро ворвалось в каменную пристройку вместе с первым ослепительным лучом солнца, бесцеремонно пробившимся сквозь узкое окно-щель под самой крышей. Бэй Фэн приоткрыла глаза, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Она чувствовала себя подозрительно хорошо, словно её аккумулятор за ночь прошел цикл глубокой регенерации. Память оперативно подгрузила логи вчерашнего вечера: мокрая простыня, твердое колено Бинхэ... «Анализ состояния. Фаза погружения в сон: 10/10. Использование колена юнита Ло Бинхэ в качестве анатомической подушки: предельная эффективность. Критические побочные эффекты на первый взгляд не обнаружены». Она резко села, одним движением откинув тяжелое одеяло. Простыня на ней за ночь окончательно высохла, превратившись в мятый и жесткий комок. Бэй Фэн бегло огляделась по сторонам. Конопляная сетка под потолком пустовала — Ло Бинхэ ожидаемо отсутствовал в зоне видимости. Зато в дальнем углу, именно на том месте, где еще вчера гудел и вибрировал старый системный прототип, теперь стоял совершенно новый объект. Это был идеально выверенный куб из темного мореного дерева, отполированный до зеркального блеска. Никаких технологических щелей, ни одного кривого угла. Даже ламели жалюзи были заменены на тончайшие пластины из холодного белого нефрита. Бэй Фэн босиком подошла ближе, чувствуя стопами приятный холод пола. От деревянного куба веяло ощутимой и по-настоящему вкусной прохладой. На верхней крышке лежал свиток с подчеркнуто аккуратным отчетом и... еще теплая булочка, бережно накрытая льняной салфеткой. Бэй Фэн развернула бумагу. «Архитектор. Проект "Коробка Ветра 3.0" успешно переведен в фазу эксплуатации. Массив Льда интегрирован через тройной контур термической изоляции. Уровень шума снижен до 2 децибел (я сверился с вашим стандартом абсолютной тишины). Ламели регулируются внешним рычагом. Я направился в столовую за свежим мясом. Прошу провести финальную приемку». Бэй Фэн осторожно тронула рычажок. Нефритовые пластины плавно повернулись на осях, направляя мощную струю ледяного воздуха прямо ей в лицо. — О... да... — Бэй Фэн блаженно зажмурилась, чувствуя, как её «перегретый процессор» мгновенно остывает до рабочих температур. — Племяш... ты определенно превзошел ТЗ. Это настоящий премиум-класс бытовой инженерии, превосходящий примитивный инструмент. Она опустила на табурет своё тело, откусила кусок булочки и окинула взглядом свою чистую сухую комнату. Всё было технически безупречно. Система функционировала без сбоев. Её персональный «Теневой Модуль» демонстрировал рекордные 200% производительности. Она даже не подозревала, что Ло Бинхэ в этот самый момент неподвижно стоял прямо за дверью, жадно прислушиваясь к её тихому и удовлетворенному «О... да...». Он замер, плотно прислонившись спиной к холодному камню пристройки, и на его губах играла та самая тихая паучья улыбка. Он накормил её. Он охладил воздух в её легких. Он незаметно превратился в сам её комфорт. Теперь она была в его невидимой сети. И самое прекрасное — она сама её для него сплела, день за днем, приказ за приказом. «Спи спокойно, тётушка», — подумал он, глядя в пустоту коридора. — «Я готов дать тебе любой покой и любую радость, которые понадобятся тебе завтра. Я сделаю всё, чтобы ты никогда не захотела покинуть этот созданный для тебя мир». «Лог Системы: [Проект «Климат-контроль»: Сдан с отличием. Индекс комфорта пользователя: Максимальный.] [Ло Бинхэ: Уровень «Скрытого доминирования» повышен до 40%. Зависимость цели от услуг юнита подтверждена.] [Бей Фэн: Вы чувствуете себя абсолютной Хозяйкой положения. Оценка ситуации: Ложная стабильность.]».