Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Сентябрь на Пике Цинцзин в этом году выдался прозрачным — утренний воздух стал настолько чистым, что казалось, будто его можно резать алмазным резцом. Первые листья на кленах вспыхивали среди зелени бамбука, как мелкие системные ошибки в отлаженном коде природы. Но для Бэй Фэн это утро началось с тревожного ощущения — её внутреннюю систему кто-то взломал и переписал настройки терморегуляции, проигнорировав эстетическое любование. Она проснулась от того, что ей было душно. Жар шёл изнутри. Проверенная временем «Коробка Ветра» версии 4.1 исправно шелестела в углу, выдавая положенные по ТЗ семнадцать градусов, но кожа Бэй Фэн горела, словно у неё поднялась субфебрильная температура. Утяжеленное одеяло, которое раньше дарило чувство безопасности, теперь вызывало лишь раздражение. Тонкая ткань спальной рубашки казалась грубой наждачной бумагой, царапающей ставшую сверхчувствительной кожу. Бэй Фэн открыла глаза и резко дернулась, едва не ударившись затылком о стену. Ло Бинхэ сидел на самом краю её кровати. Прямо у её ног, нарушая все уставные протоколы дистанции. Его рука с какой-то гипнотической осторожностью разглаживала едва заметную складку на простыне. Пальцы юноши двигались всего в сантиметре от её лодыжки, едва не касаясь кожи. Он смотрел на эту несчастную складку с такой концентрацией, будто расшифровывал в переплетении нитей древнюю руну. — Бинхэ? — голос Бэй Фэн прозвучал значительно резче и выше, чем она планировала в своей голове. — Какого, черт возьми, девелопера ты делаешь в моей зоне комфорта еще до срабатывания будильника? Ло Бинхэ, словно нехотя, поднял на неё взгляд. Его глаза в полумраке пристройки выглядели почти полностью черными — зрачки были расширены до предела, поглотив радужку без остатка. — Ткань за ночь сильно смялась, тётушка Бей, — вибрирующим голосом произнес он. Его интонации изменились — голос стал ниже, приобретя странный резонанс, от которого у Бэй Фэн по затылку пробежали мурашки. — Немедленно устрани свою тушу на два метра назад, — огрызнулась Бэй Фэн, поспешно подтягивая ноги к животу. — Ты фонишь жаром, как реактор. У меня и так зафиксирован перегрев системы. Бинхэ проигнорировал привычное желание извиниться и отступить. Он наклонился вперед, сокращая дистанцию еще сильнее. Его ноздри хищно раздулись, словно он пытался уловить мельчайшие частицы информации в воздухе. Он сделал вдох, буквально втягивая в себя атмосферу вокруг её тела. — Тётушка... — прошептал он, и в этом шепоте Бэй Фэн почуяла вкус Бездны. — Вы сегодня пахнете... иначе. — Иначе? — Бэй Фэн нахмурилась, инстинктивно пытаясь провести диагностику и незаметно принюхиваясь к собственному рукаву. — Я что, забыла вчера помыться? У мыла закончился срок годности? — Нет. Вы пахнете... гуще, — Ло Бинхэ смотрел на неё с почти болезненной одержимостью. — Как будто в комнате одновременно расцвел ночной жасмин и пролился сладкий туман. У вас точно не началось воспаление? Ваша Ци... она вибрирует на совершенно новых частотах, которых я раньше не фиксировал. Бэй Фэн замерла. Внутри неё аналитик лихорадочно перелистывал медицинские справочники. «Диагностика: Возраст — 13 лет и 6 месяцев. Резкое изменение ольфакторного профиля. Повышенная чувствительность кожи. Перепады базальной температуры... О боже. Прошивка обновляется. Почему так не вовремя?!» В памяти всплыл пыльный файл. В самом начале своего пребывания на Пике Цинцзин Бэй Фэн всерьез озаботилась вопросами выживания. Её тогда пугали не монстры или коварные интриги, а перспектива столкнуться с суровым бытом без привычных земных удобств. Она прокралась в закрытый сектор библиотеки и откопала там медицинский трактат о девичьем теле. Бэй Фэн ожидала увидеть внятные инструкции по гигиене, но реальность заставила её надолго зависнуть над текстом. «Когда Изначальный Исток Инь достигает своего апогея, и скрытая Луна в Киноварном чертоге начинает склоняться к горизонту Великого Предела, Снежные меридианы девы входят в фазу Созвучия Десяти Тысяч Гармоний. Нефритовый стебель духовного корня омывается небесной росой, а Тайный сад Небесного Лотоса раскрывает свои лепестки под дыханием Лазурного Дракона, дабы уравновесить Хаос и Порядок в Сосуде Жизни через слияние Пяти Стихий. Сие есть ритуал Отражения Цветов в Зеркале Воды. В этот миг Котел души начинает кипеть без огня, источая эфирный туман, подобный благоуханию тысячи бессмертных пионов, расцветших в полночь. Жар священного Ян, отраженный в лунной глади Иньского прилива, наполняет каналы Сладкой Росой, знаменуя триумф Космического Единства над Тленностью Плоти. Так Совершенная Жемчужина пробуждается от зимнего сна, и аромат тысячи садов возвещает о наступлении весны в меридианах, когда Цветы и Луна сливаются в гармонии вечного круговорота». Бэй Фэн честно пыталась расшифровать этот поток поэтического бреда целый час. Она крутила свиток под разными углами, пытаясь понять, какой именно «лотос» имеется в виду и где в её организме находится «море Ян». Наконец в её мозгу щелкнуло. — Аааа, ну теперь-то да, — весело констатировала она тогда, возвращая свиток на полку, хотя на самом деле нихера не поняла. — Господи, Самолёт, ну ты и хитрый жук. Проработал базу так, чтобы избавить мир от лишней рутины. Никакой крови, никакого мусора и никакой физиологической уязвимости. Красава, мастер ленивой оптимизации. Блять, только тушь зря переводят на этот пафос. Это казалось идеальным решением для фэнтези вселенной. Автор просто удалил из мира всё неприятное, заменив это «ароматом тысячи садов». Цензура была в восторге, автору было лень прописывать подробности, а заклинательницы могли сохранять неземной облик в любой день месяца. Но сейчас, когда этот самый «аромат садов» начал реально забивать ей ноздри, Бэй Фэн стало не до смеха. Её биологический софт запустил обновление строго по графику. — Это сезонная аномалия, — сухо бросила она, не глядя на него. Бэй Фэн, стараясь сохранять равновесие, сползла с кровати с другой стороны, выстраивая между собой и юношей баррикаду из черного дерева. Ей физически необходимо было разорвать эту удушливую волну жара и оказаться подальше от его звериного чутья. — Смена биоритмов... — она запнулась, пытаясь подобрать достаточно абстрактный термин. — Идет штатная перекалибровка внутренних узлов. Не смей вмешиваться в процесс. И прекрати этот ольфакторный анализ моей оболочки, Бинхэ. Твоя навязчивость классифицируется как деструктивное поведение. Это... нерационально. Рабочий день в «Блоке Управления» с самого утра превратился в изматывающее испытание воли и её пошатнувшегося самообладания. Бэй Фэн сидела за своим столом, пытаясь заставить свой разум сосредоточиться на чертеже новой системы фильтрации для главного бассейна Сяньшу. Это был важный заказ от Лорда Ци Цинци, которая, стиснув зубы, всё-таки приняла условия административного сотрудничества ради чистой воды. Однако сегодня чертежные линии отказывались сходиться в нужных точках. Хвойный маркер в руке Бэй Фэн издавал скрежещущий звук при каждом соприкосновении с поверхностью. Белая бумага нестерпимо била по глазам слепящей белизной, вызывая пульсирующую боль в висках. А прямо за её спиной, находясь в «слепой зоне» восприятия, замер Ло Бинхэ. В обычные дни он функционировал как тихая тень, но сегодня его присутствие стало плотным. Бэй Фэн чувствовала его немигающий взгляд каждой клеточкой затылка. Она ощущала жар его мощного тела сквозь два слоя плотной одежды, словно за спиной у неё работал неисправный паровой котел. Воздух в кабинете, казалось, наэлектризовался, превращаясь в среду, где любая искра могла вызвать детонацию. В дверь кабинета постучали. На пороге возник младший адепт, чей вид выражал крайнюю степень интеллектуального бессилия. — Шимэй Бэй... я по поводу расчетной задачи номер пять... ну, та, что про наполнение резервуаров... — он замялся и некрасиво шмыгнул носом. Этот единственный звук — резкий шмыг — стал для натянутых до предела нервов Бэй Фэн последней каплей, сорвавшей все внутренние предохранители. — Ты издеваешься надо мной? — процедила она сквозь плотно сжатые зубы. В её голосе, обычно лишенном красок, прорезались почти истеричные нотки. — Ты не способен самостоятельно ликвидировать насморк? Зачем ты приносишь свои биологические угрозы и бактерии в мою зону?! Она резко вскочила, и её стул с грохотом повалился на пол. — Твоя задача про бассейны имеет решение в одно-единственное действие! Общий объем всегда равен произведению площади основания на высоту! Почему я вынуждена тратить свой ресурс и объяснять эту базу в сотый раз за неделю?! Почему всё в этом мире такое... тупое и громкое?! Адепт побледнел, его глаза округлились от ужаса, и он начал пятиться к выходу, прижимая свиток к груди. — Я... я прошу прощения... я не хотел... Бэй Фэн вдруг замолчала. Она почувствовала, как к её горлу подкатывает удушающий комок, а в носу начинает щипать. Вместо желания уничтожить этого глупого мальчишку её накрыла волна отчаяния, заставляя хотеть просто сесть на пол и горько разрыдаться. От того, что ученики безнадежно тупы. От того, что ей жарко и липко. От того, что этот мир фундаментально несовершенен и упорно сопротивляется любой попытке навести порядок. «Критический сбой эмоционального контура. Эмоции вышли из-под контроля и пожирают логику. Срочно требуется экстренная стабилизация и изоляция». Она закрыла лицо обеими руками, пытаясь скрыть дрожь в пальцах. — Уйди отсюда. Просто уйди и закрой дверь с той стороны. Больше никакой информации на сегодня. Пинга нет. Сеть недоступна. Несчастный адепт испарился из помещения, оставив после себя лишь облако оседавшей пыли и запах страха. В ту же секунду на плечи Бэй Фэн легли теплые ладони. Ло Бинхэ. Обычно она сбрасывала чужие руки резким движением, фиксируя нарушение границ личного пространства. Теперь же, когда измученный разум окончательно плавился, а разгоряченное тело дрожало от бессилия, это прикосновение внезапно принесло спасительное облегчение. — Тётушка... — его голос прозвучал у самого уха, вибрируя на низких частотах. — Ты мелко дрожишь. Твоя кожа горит. Его пальцы начали массировать затекшие мышцы шеи. Процедура вышла за рамки обычного физического воздействия. Бинхэ начал плавно вливать в её меридианы свою прохладную Ци. Для Бэй Фэн это ощущение было сопоставимо с глотком ледяной воды в раскаленной пустыне. Чужая энергия быстро гасила её внутренний пожар, обволакивая оголенные нервы плотным коконом. — М-м-м... — Бэй Фэн невольно откинула голову назад, прижимаясь затылком к его животу. — Да... продолжай. Охлади центральный процессор. У меня... перегрузка. Ло Бинхэ неподвижно смотрел на её открытую шею. На отчетливо пульсирующую под бледной кожей жилку. Запах, исходящий от неё, стал невыносимо концентрированным. Этот аромат бил по его демоническому нутру, как оглушительный барабан. «Она уязвима. Её Ци перестраивается, открывая её передо мной. И она принадлежит только мне». Ему нестерпимо хотелось укусить её. Им двигало сильное желание оставить на этой жилке несмываемое клеймо, чтобы заявить о своих правах владения перед лицом самой природы. Он с колоссальным трудом подавил этот дикий импульс, продолжая разминать её плечи. — Я держу контур, Архитектор. Я здесь. Ни один шум не потревожит твою систему. Вечер принес долгожданное снижение температуры воздуха, однако странное внутреннее состояние сохранялось без изменений. Бэй Фэн поняла, что ей необходимо затушить этот изнуряющий пожар ледяной водой. Ей требовалось много воды. Она подхватила полотенце и направилась в сторону душевых блоков. Ло Бинхэ, естественно, следовал за ней безмолвной тенью. Сегодня он полностью отказался от прежней дистанции в пять положенных шагов и двигался почти вплотную, шаг в шаг, перекрывая её след своим сапогом. — Бинхэ, — не оборачиваясь, бросила она, чувствуя его близость. — Задолбал. Ты дышишь мне прямо в затылок. — Я лишь обеспечиваю охрану тыла, — глухо отозвался он, не замедляя хода. — В густой темноте... всегда слишком много лишних теней. Бэй Фэн вошла в кабинку, задвинула засов и включила воду на полную мощность. Она простояла под струями ровно десять минут, пытаясь смыть с себя это навязчивое ощущение тревоги. «Это всего лишь временная перестройка организма. Нужно просто переждать это цветение Киноварного поля. Скоро настройки стабилизируются». Она выключила воду и вытерлась полотенцем. Однако надевать плотный халат было выше её сил — любая грубая ткань сейчас казалась её коже колючей проволокой. Она снова привычно обмоталась влажной простыней-тогой, завязав узел на плече, и вышла наружу. Ночь выдалась прохладной. Ло Бинхэ неподвижно стоял у входа, прислонившись спиной к гладкому стеблю бамбука. Когда она переступила порог, он резко выпрямился, словно натянутая струна. Лунный свет упал на её фигуру, подсвечивая мокрый шелк, который безжалостно прилип к её телу, обнажая каждую линию. Бинхэ замер, и его зрачки мгновенно затопили радужку, превращая глаза в две черные дыры, жадно поглощающие свет. Ло Бинхэ сделал жадный вдох, вбирая остывший воздух и ловя её новый запах. Запах изменился. К привычному аромату мяты и «сладкого тумана» добавилась новая нота — земляной аромат, напоминающий запах озона перед сокрушительной бурей. Его демоническая кровь мгновенно отозвалась на этот призыв, почуяв её беззащитность. Он сделал шаг к ней. Его зрачки в густой темноте окончательно вспыхнули багровым светом. — Тётушка Бэй... — он плавно протянул руку, словно намеревался коснуться её влажного плеча. — Вы... вы сейчас буквально излучаете сияние. Бэй Фэн инстинктивно отшатнулась назад, едва не запутавшись в мокром шелке. Впервые за всё время их сожительства привычное раздражение полностью уступило место отчетливому опасению. От юноши исходила волна такой плотной хищной энергии, что у неё на мгновение перехватило дыхание. «Критический сбой! Уровень внешней угрозы — оранжевый. Объект Ло Бинхэ демонстрирует неадекватную реакцию. Требуется немедленное восстановление границ». — Отмена, Бинхэ! — рявкнула она, прикрываясь согнутым локтем. — У тебя зафиксирован сбой настроек! Убери свои руки! Ты сейчас выглядишь как маньяк из подворотни! Ло Бинхэ замер на месте, словно наткнулся на невидимый барьер. Его рука так и осталась висеть в воздухе. Он несколько раз моргнул, и красный блеск в его глазах постепенно погас, уступив место привычной растерянности и чувству вины. — Я... я просто хотел помочь вам не споткнуться в темноте. Камни здесь очень скользкие после полива. — Я способна дойти самостоятельно, — Бэй Фэн демонстративно обошла его по широкой дуге. — Возвращайся в пристройку. И проветри помещение насквозь. Там скопилось слишком много... твоего присутствия. Оно мешает мне дышать. Вернувшись в пристройку, Бэй Фэн сразу же залезла под одеяло, натянув его до самого подбородка, словно пытаясь закутаться в плотный кокон. Густые запахи и душный воздух давили на неё, вызывая легкую тошноту. Ло Бинхэ бесшумно вошел следом, запер массивный засов и погасил масляную лампу. — На сетку, — сухо скомандовала Бэй Фэн из темноты своего убежища. Внутри у неё всё вибрировало от непривычного дискомфорта, который её прагматичный разум пока не мог классифицировать. Она кожей чувствовала, как Бинхэ замер у края кровати, превратившись в сосредоточенного охотника, улавливающего малейшие изменения её состояния. Бэй Фэн прекрасно понимала — пусти она его сейчас за валик, и этот несносный ищейка со своим обостренным нюхом мгновенно срисует, что происходит... или додумает сам. Он и так на грани, а если подпустить его ближе, то он окончательно поедет кукухой от инстинкта гнездования или защиты. Допустить такой сбой в его и без того нестабильном разуме было нельзя. — Никаких «заземлений» сегодня. Дистанция — два метра. Исполнять. В комнате установилось гулкое молчание. Бинхэ не совершил своего привычного прыжка под потолок. Он остался стоять неподвижно у изножья кровати. — Бинхэ? — в голосе Бэй Фэн прозвучало холодное предупреждение. — Моя команда была ясной. Пинг? — Там... наверху сейчас слишком сильный сквозняк из окна, — тихо, но твердо ответил он. — А у тебя нарушена терморегуляция. Я отчетливо чувствую, как тебя начинает знобить. Это было верным наблюдением. Бэй Фэн действительно начало мелко потряхивать — то ли от остаточного холода воды, то ли от нервного истощения. Её тело требовало тепла, игнорируя доводы рассудка. — Я не полезу сегодня наверх, — заявил Ло Бинхэ, и в его голосе прозвучало нечто новое, не поддающееся её классификации. — Я останусь здесь, внизу. Моё присутствие необходимо, чтобы тебя согреть. Ло Бинхэ плавно сократил дистанцию, приблизившись к самому краю кровати. Бэй Фэн мгновенно вся подобралась под одеялом, её мышцы превратились в натянутые струны. «Проверка готовности к обороне: если он сейчас совершит попытку несанкционированного проникновения в горизонтальную плоскость матраса — я его пну. Честное слово. Невзирая на разницу в весовых категориях». Однако Бинхэ не стал переступать границу её постели. Он бесшумно опустился на ворсистый коврик прямо у её изголовья. Юноша сел на пол, плотно прислонившись спиной к деревянному каркасу кровати, буквально в паре сантиметров от её подушки. Со стороны это выглядело как позиция верного стража у входа в сокровищницу. — Я буду здесь. На полу, — произнес он голосом, в котором вибрировала почти пугающая нежность. — Если почувствуешь, что замерзаешь — просто протяни руку. Я согрею воздух. Бэй Фэн замолчала, анализируя ситуацию. Он не нарушил границы кровати, не попытался навязать тактильный контакт, а просто занял позицию сторожевого пса. С точки зрения безопасности это было... приемлемо. — Ладно, — наконец выдохнула она, закрывая веки. — Допуск разрешен. Но имей в виду — если ты начнешь сопеть мне прямо в ухо или нарушишь молчание, я без предупреждения вылью на твою макушку ведро ледяной воды. Протокол наказания готов к запуску. — Я буду молчать, Архитектор. Буду лишь слушать твое дыхание. Бэй Фэн провалилась в сон практически мгновенно. Отдых вышел беспокойным — ей снился тревожный сон. Ей снилось, как она погружается в огромное красное озеро, а на берегу, неподвижно застыв, на неё смотрит колоссальный паук с бездонными глазами Ло Бинхэ. А сам Ло Бинхэ в это время продолжал сидеть на полу, не шевелясь и чутко вслушиваясь в каждый удар её сердца. Запах «Сладкого тумана» в комнате становился всё гуще, заполняя собой всё пространство. Его демоническая кровь бурлила в венах, требуя немедленных действий, но железная воля продолжала удерживать внутреннего зверя на короткой цепи. «Что именно сейчас происходит?» — лихорадочно размышлял он, вглядываясь в её спящее лицо. — «Она меняется на глазах. Или это какая-то неизвестная мне болезнь? Я обязан быть наготове. Если ей станет хуже — я переверну этот мир, спущусь в самую глубокую Бездну, но найду лекарство». Лог Системы: [Биологический статус: "Преддверие Шторма".] [Ло Бинхэ: Инстинкт "Защита Гнезда" активирован на 100%.] [Бей Фэн: Уровень интоксикации повышается. Рациональность падает.] [Предупреждение: До инициации регенеративной перестройки системы осталось 14 дней.].