Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Октябрь на Пике Цинцзин в этом году окончательно и бесповоротно перестал быть месяцем меланхоличного созерцания и увядания природы. Традиционные часы поэзии и неторопливые прогулки под бамбуковым дождем были принесены в жертву великому богу Прогресса. В этом году октябрь был переименован Бей Фэн в месяц Производственного Ада. Вместо привычных, ласкающих слух переливов гуциня над бамбуковыми рощами теперь безраздельно властвовал новый, доминирующий и беспощадный звук. Это был ритмичный, переходящий в ультразвук вибрирующий вой, от которого у непривычных к индустрии адептов закладывало уши и начинали ныть зубы. Вжжжжжух... Вжжжжжух... Это пела «Пила-02». На заднем дворе, где раньше младшие адепты лениво и крайне неэффективно махали топорами, теперь высился полноценный цех под навесом из огнеупорной ткани. В самом центре, на массивном столе из железного дерева, укрепленном демпфирующими массивами, вращался диск из закаленной стали. Он казался черным пятном в центре пространства, маслянисто поблескивая в лучах солнца — Ло Бинхэ лично, с фанатичным усердием, дважды в день натирал его очищенным маслом Теневого Паука. Этот состав не позволял металлу перегреваться от трения, обеспечивая идеальный срез и позволяя диску проходить сквозь волокна бамбука, словно раскаленный нож сквозь мягкое масло. Бей Фэн уверенно шла сквозь вихри летящих опилок, плотнее кутаясь в свою неизменную черную накидку. На её лице, придавая ей вид безумного алхимика из будущего, красовались тяжелые защитные очки из горного хрусталя с кожаными вставками. Местный воздух больше не пах благовониями или росой. Теперь здесь царила густая, рабочая смесь ароматов: острая, смолистая свежесть свежераспиленного кедра, запах раскаленного металла и едкий аромат озона, который генерировали работающие на износ Массивы Вращения. Она остановилась у главного станка, критически прищурившись. — Лао Чэнь! — её голос, усиленный простейшим акустическим амулетом на воротнике, легко перекрыл промышленный гул. — Зазор! Мои сенсоры фиксируют зазор в два миллиметра на стыке несущих панелей. Мы здесь проектируем артефакты высшего ранга для Лордов, а не строим временные скворечники для воробьев-мутантов! Пятипроцентное отклонение от чертежа — это не «допустимая погрешность», это брак. В переплавку. Старый мастер Лао Чэнь, чья борода и брови были так густо покрыты мелкой древесной пылью, что он напоминал ожившего снеговика, виновато втянул голову в плечи. Он мгновенно отвесил подзатыльник ближайшему подмастерью. — Переделывай, олух! Ты что, не слышишь?! Шимэй Бей не примет эту халтуру, даже если ты её золотом покроешь! Живее! Прямо рядом со станком, неподвижный, как скала, и сосредоточенный, как хищник в засаде, стоял Ло Бинхэ. На нем была простая одежда из грубого льна с закатанными рукавами, обнажающими литые мышцы предплечий, но аура, которую он излучал, ощущалась тяжелее и опаснее, чем вся механика цеха. Он не повышал голоса и не раздавал приказов. Он просто молча смотрел на рабочих своими темными, немигающими глазами. Стоило кому-то из адептов чуть замедлить движения, начать лениво перекуривать или — не дай бог — нарушить технику безопасности, как Бинхэ делал едва заметное движение в их сторону. Этого короткого импульса демонической Ци хватало, чтобы трудовая дисциплина в радиусе двадцати метров взлетала до недосягаемых небес. В этот момент в цех, спотыкаясь о штабели заготовок, ворвался Мин Фань. Он яростно размахивал официальным свитком, лицо его было красным от гнева и жары. — Я требую остановки всех работ! — заорал он, тщетно пытаясь перекричать визг пилы. — У младших адептов сейчас время священной медитации! Этот ваш адский грохот мешает им сосредоточиться на постижении великой пустоты! Я, как законный Первый Ученик и распорядитель порядка, приказываю немедленно выключить этот дьявольский механизм! Бей Фэн медленно, с каким-то механическим изяществом повернула к нему голову. Свет солнца на мгновение ослепительно отразился в её хрустальных очках, скрывая глаза. — Шисюн Мин, — произнесла она холодным, ровным тоном. — Твой текущий уровень допуска в данной индустриальной зоне определен как «Клининг». Для участия в административных процессах тебе не хватает примерно пятидесяти баллов IQ. Она небрежно подхватила прислоненную к стене бамбуковую метлу и с сухим стуком всучила её в руки ошарашенному Мин Фаню. — Концентрация опилок у третьего верстака достигла критического, пожароопасного уровня. Любая искра от массива — и твой Пик Искусств превратится в факел. Немедленно приступай к утилизации отходов. И не вздумай мешать дипломированным специалистам выполнять производственный план, лично утвержденный Учителем. Короче говоря, мети и выметайся сам. Мин Фань буквально задохнулся от такой запредельной наглости. Он набрал в легкие воздуха, готовясь выдать тираду, подкрепленную угрозами дисциплинарных взысканий, но в этот миг Ло Бинхэ медленно, не сводя с него тяжелого взгляда, положил ладонь на главный рычаг подачи энергии. Стальной диск в ту же секунду взвыл еще на октаву выше — звук стал хищным, пронзительным и откровенно угрожающим. Ци вокруг Бинхэ потяжелела, поползла к ногам Мин Фаня ледяным туманом. Первый Ученик мгновенно побледнел, сглотнул вязкую слюну и, судорожно вцепившись в метлу, начал яростно и молча мести пол, бормоча под нос такие проклятия, от которых бамбук в лесу должен был засохнуть на корню.

Ровно к полудню раскаленное небо над Пиком Искусств разрезал ослепительно светлый луч — это совершил экстренную посадку Шан Цинхуа. Лорд Аньдин выглядел так, словно по нему несколько раз проехался тяжело нагруженный торговый караван, причем в обе стороны. Он спрыгнул с меча, едва не запутавшись в собственных широких полах, и на негнущихся ногах подбежал к Бей Фэн, яростно размахивая внушительной пачкой накладных, исписанных мелким почерком. — Бро! — взвыл он, хватаясь за голову и едва не сбивая свою шапку. — Ты меня в могилу сведешь! Ты вообще понимаешь, какие объемы отборного кедра ты заказываешь в этом квартале? На Пике Байчжань уже вовсю ползут слухи, что Цинцзин тайно строит осадные башни и осадные машины, чтобы захватить всю школу и установить диктатуру! Лю Цингэ вчера лично прилетал ко мне в архив, выламывал двери и требовал честно ответить, не продаю ли я вам чертежи катапульт! Бей Фэн совершенно спокойно сняла свои защитные очки, методично протирая линзы краем широкого рукава. На её лице не дрогнул ни один мускул. — Лю Цингэ — это классический пример параноика с тяжелым молотком, которому в каждом кусте мерещатся гвозди, — сухо отозвалась она. — Я не трачу ресурс на войну, Самолёт. Я проектирую системный комфорт. А единственное, что мы собираемся осаждать — это местная непроходимая грязь и лень. — Но кедр, Бро! Это же северный кедр высшей пробы! Это безумно дорого! — продолжал ныть Шан Цинхуа, вытирая пот со лба. — Мои счетоводы скоро начнут грызть счеты от отчаяния! — Кедр обладает уникальной природной устойчивостью и практически не гниет от постоянного воздействия влаги, — отрезала БФ, возвращая очки на переносицу. — Ты же сам заинтересован в том, чтобы твои новые стиральные машины функционировали десятилетиями, а не превратились в труху через год эксплуатации? Либо мы закладываем качество в фундамент, либо работаем на корзину. Кстати, где обещанная партия ваты? — Какая еще вата в такой момент?! — Специфический материал для фильтров тонкой очистки Ци. Я запрашивала три тюка. Если ты их не доставил, я буду вынуждена сообщить Мобэй-цзюню, что ты нецелевым образом потратил выделенный бюджет на... — Привез! Всё я привез, клянусь меридианами! — Шан Цинхуа в панике замахал руками, мгновенно утратив весь боевой задор. — Вон она, в третьем пространственном мешке лежит, упакована по твоему стандарту! Ты просто чудовище, Бей Фэн. Великое, расчетливое и абсолютно безжалостное инженерное чудовище. — Просто распишись здесь, в графе о передаче ресурсов, — она сунула ему в руки планшет с зажимом для бумаг. — И немедленно освобождай рабочую зону. Ты создаешь лишнюю суету и снижаешь концентрацию персонала.

Ближе к вечеру, когда тени бамбука стали длинными и резкими, на территорию «завода» величественно спустился сам Шэнь Цинцю. Он медленно шествовал по новой, идеально выровненной галечной дорожке, лениво обмахиваясь веером, и весь его вид выражал царственное превосходство. Он принципиально не удостаивал взглядом потных, покрытых пылью рабочих адептов. Его взор был прикован исключительно к Готовому Продукту. В ровный ряд, сверкая свежим лаком, стояли десять «Вращающихся Лотосов» — первых в истории этого мира стиральных машин. Их корпуса из полированного темного кедра были искусно инкрустированы медью и защитными знаками. Чуть поодаль громоздились пять «Сфер Вечного Сохранения» — тех самых вакуумных сублиматоров, похожих на изящные шкатулки. Бей Фэн неспешно подошла к учителю, на ходу вытирая испачканные маслом руки куском ветоши. — Учитель. Тестовая партия для нужд Пика Цяньцао полностью укомплектована и готова к немедленной отгрузке. Считайте это вашим официальным «дипломатическим извинением» перед Му-шиди за недавний инцидент в лесу. Шэнь Цинцю с видимым удовольствием провел кончиком веера по идеально гладкой верхней крышке одной из машин. Внутренний перфекционист Лорда довольно заурчал. — Визуально выглядит... вполне достойно, — протянул он своим бархатным голосом. — Му Цинфан будет в настоящем восторге. Он уже десятилетие жаловался мне при каждой встрече, что бесконечная ручная стирка окровавленных бинтов и простыней отнимает у его лучших учеников драгоценное время от изучения токсинов и хирургии. Завтра же организуем доставку. Он довольно прищурился, глядя на закатное солнце сквозь бамбук. — Моя репутация мудрого благодетеля и гениального новатора неизбежно взлетит до самых небес. А Лю Цингэ... что ж, пусть этот варвар и дальше подавляет свою ярость, вручную отстирывая свои грязные носки в ледяной реке. Это весьма полезно для его закалки. Бей Фэн коротко кивнула, принимая похвалу как должное. — Всё развивается согласно утвержденному плану. Мы становимся главным технологическим флагманом всей школы Цанцюн. К зиме у нас будет монополия на комфорт. В ту самую секунду, когда Ло Бинхэ плавным, почтительным движением забирал из её ладони пропитанную маслом ветошь, Бей Фэн внезапно зафиксировала аномалию в пространстве. Это не было предчувствием или магическим озарением — её внутренний радар просто поймал «фоновое возмущение», вектор которого был направлен точно ей в затылок. Кто-то чужой, не принадлежащий к персоналу Пика Цинцзин, вел за ней неотрывное наблюдение из густой тени вековых деревьев, находясь далеко за официальным периметром лесопилки. Бей Фэн резко, с точностью работающего шарнира, повернула голову в сторону источника сигнала. Там, среди массивных стволов бамбука, на долю мгновения отчетливо мелькнула фигура. Человек был одет в добротные одежды цвета темной охры — универсальный маскировочный окрас для странствующего торговца или почетного гостя. Незнакомец стоял абсолютно неподвижно, напоминая затаившуюся рептилию. Он внимательно, почти методично документировал взглядом каждое её движение: то, как она коротким сухим жестом отдает команды Ло Бинхэ, как тот беспрекословно кивает, мгновенно транслируя волю Архитектора рабочим, и как сам Горный Лорд Шэнь — этот эталон высокомерия — слушает тринадцатилетнюю девочку с едва заметной, почтительной полуулыбкой на губах. Человек встретился с ней глазами всего на долю секунды. Бей Фэн успела зафиксировать холодный, профессиональный интерес, лишенный всякой эмоциональной окраски, прежде чем фигура бесшумно, словно растворившись в текстурах леса, исчезла из зоны видимости. «Классический промышленный шпионаж», — бесстрастно заключил её аналитический модуль. — «Конкуренты из других сект осознали наличие уникальных технологий и приступили к фазе сбора первичных данных. Логично. Требуется немедленное усиление внешнего периметра и обновление протоколов секретности». Она не стала тратить драгоценное время на тревогу. У неё в очереди стояло приоритетное ТЗ на проектирование вакуумной сушилки для грибов и лечебных корней — Му Цинфан уже начал присылать ей корзины с «тестовыми образцами», надеясь на чудо инженерной мысли.

Однако далеко от границ Цинцзин, в ослепительных золотых чертогах Дворца Хуаньхуа, этот мимолетный взгляд имел далеко идущие и крайне опасные последствия. Старый Глава Дворца неподвижно восседал на своем массивном троне, методично перебирая пальцами тяжелые нефритовые четки. Каждое соприкосновение камня о камень звучало в тишине зала как сухой щелчок костей. Прямо перед ним, склонив голову в глубоком поклоне, стоял тот самый «торговец» в охровых одеждах. На низком столике между ними лежал свежий, еще пахнущий угольной пылью набросок. На бумаге была изображена девочка в черном. Короткие волосы, графичная челка, тяжелая накидка с вышитым шипастым узором. Она стояла на рисунке, скрестив руки на груди, с абсолютно пустым, «мертвым» взглядом, а за её спиной, словно карающая тень, возвышался рослый юноша с глазами прирожденного убийцы. — Шэнь Цинцю... — проскрипел Старый Глава, и в его голосе послышался шорох сухих листьев. — Этот заносчивый павлин внезапно, спустя десятилетия скуки, начал выдавать одно за другим изобретения, достойные высших богов? Автоматические стирающие машины, артефакты вечного сохранения пищи, дороги, которые не знают грязи... Он медленно взял рисунок, поднося его ближе к лицу. — Нет. Это определенно не его рук дело. У Шэнь Цзю никогда не было нужного склада ума. Он — посредственный поэт, мастер ядовитых эпитетов и дешевого пафоса, но никак не кузнец реальности. У него нет архитектурного гения. Дряблый палец старика коснулся изображения Бей Фэн, медленно очерчивая контур её накидки. — Черный шелк... Холодный, лишенный страха взор... — прошептал старик, и в его голосе прорезалась алчная, неприятно липкая ностальгия. — Своей энергетикой она до дрожи напоминает мне... Су Сиянь. Но эта девчонка — гораздо жестче. Она не просто талантливая ученица. Она — само Сердце этой новой Машины. Как она стоит. Она управляет мальчишкой. Она, фактически, управляет самим Шэнем. Он поднял свои выцветшие, но всё еще острые глаза на шпиона. — Я требую знать её подлинное имя. Я хочу иметь полный отчет о её прошлом до момента появления на Пике. И я... искренне хочу пригласить это юное дарование на чашку элитного чая в свои покои. Его губы медленно растянулись в широкой, плотоядной улыбке, от которой даже у бывалого разведчика, видевшего сотни смертей, по спине побежали ледяные мурашки. — Немедленно отправьте на Пик Цинцзин "Цветы". Мои самые изящные тайные приглашения. Мы обязаны заполучить этот стратегический актив в полную собственность Дворца еще до начала Собрания Союза. Если школа Цанцюн монополизирует подобные технологии, они станут недопустимо сильными. Эта девочка... она биологически и интеллектуально должна принадлежать исключительно Хуаньхуа. Лог Системы: [Глобальное событие: "Внимание Золотого Спрута".] [Уровень угрозы: Оранжевый.] [Статус Бей Фэн: Рассекречена как "Ключевой актив".] [Ло Бинхэ: Почувствовал холодный ветер с юга. Он точит нож.]