Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Подготовка к прорыву Шэнь Цинцю на следующий уровень культивации напоминала запуск баллистической ракеты в кустарных условиях. Воздух внутри бамбуковой хижины стал густым и вязким, словно его наэлектризовали до предела. Бей Фэн сидела в углу, окруженная своими датчиками — кристаллами, которые теперь пульсировали зловещим фиолетовым светом. Она до белых костяшек сжимала в руках шумоподавляющие наушники, чувствуя, как мелко дрожат кончики её пальцев. За окном, вопреки полуденному времени, стремительно темнело. Чернильные тучи наползали на Пик Цинцзин, прижимая бамбуковые рощи к земле. В наступившей тишине не было ни капли покоя; она пахла озоном, жженой пылью и чем-то еще — резким, металлическим и пугающе знакомым. — Учитель, — произнесла Бей Фэн, и её голос в этой плотной тишине прозвучал неестественно сухо. Она не сводила глаз с потемневшего кристалла, который теперь казался куском угля. — Время вышло. Плотность достигла предела. Через две минуты небо... ответит. Шэнь Цинцю сидел в позе лотоса в самом центре комнаты. Его Ци уже не просто текла — она вибрировала, искажая пространство вокруг его фигуры. Лицо Лорда оставалось маской холодного спокойствия, но Бей Фэн видела, как ходят под кожей его меридианы. — Я готов, Бей Фэн. Надень свою защиту. Гром будет по-настоящему громким. Бей Фэн послушно надела наушники, и мир вокруг мгновенно схлопнулся до глухого, ватного пространства. Она смотрела в окно, не в силах отвести взгляд. Свинцовое небо казалось ей тяжелым бетонным перекрытием, которое вот-вот треснет. Вспышка. Ослепительная, выжигающая сетчатку белая полоса разрезала полумрак. Бей Фэн инстинктивно начала считать, сжимая кулаки. Раз... два... БА-БАХ! Звук не просто прошел сквозь наушники — он ударил её в грудь, прошил кости черепа и заставил пол под ногами подпрыгнуть. Это не был раскат грома, к которому привыкло ухо заклинателя. Для Бей Фэн это был резкий, сухой, физический удар, от которого всё внутри скрутило судорогой. Чашка на столе подпрыгнула и с мелким звоном разлетелась на куски. Бей Фэн замерла. Её мозг, который только что оперировал графиками и формулами, внезапно захлебнулся в мутной волне адреналина. Логика пошла трещинами и рухнула, оставив после себя лишь первобытный, животный ужас. В её ушах зазвенело. Привычный мир рассыпался, обнажив под собой правду, которую она так долго прятала: небо — это не Дао, небо — это смерть. Она вскочила. Стул с грохотом повалился на пол. Шэнь Цинцю открыл глаза, пытаясь удержать ускользающую концентрацию. Он увидел свою ученицу и не узнал её: её зрачки сузились до точек, а лицо стало серым, как пепел. — Бей Фэн? Сядь обратно! Это всего лишь... Она не слышала его. Она издала тихий, жалобный звук — что-то среднее между скулежом и всхлипом — и бросилась к дверям. Для неё этот уютный бамбуковый домик в одно мгновение превратился в хрупкую, картонную ловушку. Тонкие стены больше не были защитой, они казались ей прозрачными, невесомыми. Она видела в них не искусство, а груду будущего мусора, который вот-вот обрушится на неё, превращая в месиво. Здесь не было ни одного надежного узла, ни одной плиты, способной выдержать удар сверху. Она выбила дверь плечом, даже не заметив сопротивления. Снаружи ливень стоял сплошной стеной, но Бей Фэн этого не чувствовала. Небо над головой буквально разрывалось на части от вспышек, а непрерывный гул вжимал её в землю. Она бежала босиком по размокшей гальке, и каждый новый удар грома заставлял её инстинктивно вжимать голову в плечи, ожидая, что сейчас её накроет обломками. В её голове больше не было схем. Только пульсирующая темнота и единственное стремление — стать невидимой. Исчезнуть. Зарыться в текстуры этого мира так глубоко, чтобы небо не смогло её найти. Открытое пространство вокруг казалось ей враждебным, а каждый куст — недостаточно плотным. Она не бежала к безопасности — она спасалась. Её движения были хаотичными, рваными; она спотыкалась, падала в грязь, вскакивала и снова неслась прочь от хижины, прочь от Шэнь Цинцю, охваченная безумной, механической паникой. Ей нужно было что-то тяжелое. Что-то, что не горит и не ломается. Что-то, что пахнет сырым камнем и вековой тишиной. Ей нужна была земля над головой — единственный щит, которому она еще могла доверять. Бей Фэн активировала глайд-бутсы коротким, судорожным импульсом. Обычно сапоги отзывались мягким, благородным гулом, но сейчас они завибрировали рвано, передавая дрожь её собственного тела. Она рванулась вперед, пытаясь уйти с открытого пространства, но мир вокруг окончательно сошел с ума. Вспышки следовали одна за другой без перерыва, выжигая сетчатку ослепительным фиолетовым светом. Гром больше не был звуком — он стал физической силой, которая била в грудную клетку и вытряхивала мысли из головы. Молнии били повсюду: в верхушки бамбука, в тренировочные столбы, в камни дорожек. Бей Фэн видела, как земля взрывается искрами в нескольких метрах от неё, и ей казалось, что небо пристреливается. Каждый разряд был всё ближе, словно кто-то невидимый сверху вел её, сужая круг. Она неслась по размытой гальке, едва соображая, куда ведут её ноги. — Держи... держи... — шептала она, но челюсти так сильно стучали, что она едва не прикусила язык. Очередная ослепительная черта прошила воздух прямо над её головой, и Бей Фэн инстинктивно дернулась, вжимая голову в плечи. Баланс, который она так долго калибровала на тренировках, рассыпался за долю секунды. Левая «лыжа» подвернулась, зарываясь в вязкую, холодную жижу. Её подбросило вверх, как тряпичную куклу. Тот самый веер-хвост, над которым она так старательно трудилась ради эстетики, сейчас стал её смертным приговором. Перья Громовой Цапли поймали бешеный порыв ветра, и вместо того, чтобы замедлить падение, они превратились в парус. Ураганный поток рванул её в сторону, закрутил и с силой впечатал в кусты шиповника. ХРЯСЬ. Она услышала, как ломаются тонкие спицы каркаса и с сухим треском рвутся дорогие, переливающиеся перья. Бей Фэн упала лицом в грязь, чувствуя, как колючки раздирают ткань рубашки. Тяжелая накидка, намокшая и облепленная глиной, теперь весила целую тонну, буквально прижимая её к земле, не давая вздохнуть. В голове пульсировала только одна мысль: «Слишком заметная. Слишком тяжелая. Я — мишень». Дрожащими, перепачканными в липкой грязи пальцами она рванула застежки на груди. Ей было плевать на цену материалов и недели труда. Она буквально выдрала себя из каркаса «Крыльев Ворона», отшвыривая обломки своей гордости в сторону, как бесполезный хлам. Следом полетели тяжелые глайд-сапоги — в них нельзя было ползти, они цеплялись за корни. Она вскочила, босая, в одном грязном халате, который лип к телу. Каждая новая вспышка заставляла её вздрагивать всем телом и менять направление. Ей казалось, что небо видит её тепловой след, что молнии бьют именно туда, где она только что стояла. — Вниз... — хрипела она, глотая дождевую воду. — Глубже... Она почти на ощупь добежала до задней стены архива. Ногти заскрежетали по камню. Вот он. Тяжелый железный люк, скрытый в высокой траве — её собственный технический проект, вход в подземную цистерну. Бей Фэн упала на колени, сдирая кожу на пальцах о ржавое кольцо. Она тянула его вверх всем весом своего маленького тела, скуля от натуги, пока металл со скрежетом не поддался. В лицо ударил запах застоявшейся сырости и плесени. Черная бездна под ногами показалась ей самым прекрасным местом в этом мире. — Бункер... — выдохнула она, чувствуя, как очередной удар грома сотрясает саму почву под её коленями. Она не стала спускаться по лестнице. Она просто прыгнула в темноту. Ледяная вода обожгла тело, мгновенно выбивая из легких остатки воздуха. Удар об дно отозвался тупой болью в ногах, но Бей Фэн этого почти не заметила. Холод был резким, парализующим, он впился в кожу тысячами иголок, на мгновение заставив сознание проясниться, но паника никуда не ушла. Она лишь сменила форму, превратившись в лихорадочный поиск полной герметизации. Цистерна была глубокой. Вода доходила Бей Фэн до подбородка, заставляя её стоять на цыпочках и ловить ртом воздух, пахнущий сырым камнем и железом. Прямо над головой зиял квадрат серого неба — открытый проем, через который в её убежище заливался свет молний. Бей Фэн заскулила, звук получился влажным и прерывистым. Она потянулась вверх, к краю люка, царапая пальцами скользкий бетон и ржавый металл. Ей нужно было закрыть этот чертов квадрат. Если угроза ударит в радиусе десяти метров, избыточное давление просто выжмет из неё жизнь внутри этого колодца. Ей нужна была полная изоляция. Она скребла ногтями по камню, пытаясь ухватиться хоть за что-то, её пальцы скользили, срывались, она снова уходила под воду с головой, отплевывалась и снова тянулась вверх. — Закрыть... герметично... — срывалось с её губ вместе с пузырьками воздуха. Она вжалась спиной в осклизлую стену, пытаясь стать как можно меньше. Над головой снова грохнуло, и этот звук, приглушенный толщей земли и камня, показался ей еще более зловещим. Теперь это не был гром — это была работа угрозы сверху, методично перепахивающей квадрат за квадратом. Сверху на воду сыпалась пыль и мелкие крошки. Бей Фэн обхватила себя руками, стараясь унять крупную дрожь. В правой кулаке она до боли сжимала обломок хвойного маркера. Тонкий кусок дерева врезался в ладонь, напоминая о том, что она всё еще существует, что она еще не стерта с карты.

Ло Бинхэ не бежал — он летел, едва касаясь земли подошвами сапог. Его метка пульсировала багровым огнем, транслируя ему не просто страх, а запредельный, ледяной ужас смерти, который Бей Фэн испытывала в эту секунду. Это был не крик о помощи, а беззвучное прощание системы, которая готовится к полному отключению. Он вылетел на задний двор библиотеки и замер. В грязи, прямо посреди размытой дорожки, валялись обломки «Крыльев Ворона». Переливающиеся перья были втоптаны в глину, спицы искорежены, словно по ним прошелся зверь. Чуть дальше он увидел глайд-сапоги, брошенные так, будто от них избавлялись в смертной агонии. В голове Бинхэ вспыхнула одна-единственная мысль: «Нападение. Кто-то прорвался сквозь барьеры и сорвал с неё защиту». Его аура вспыхнула черным пламенем, выжигая дождь вокруг него. Он рванул дальше, ориентируясь на запах и едва заметные отпечатки босых ног в жиже. След вел к техническому люку. Бинхэ подлетел к дыре в земле и заглянул внутрь, готовый убивать любого, кто там окажется. Внизу, в мутной воде, он увидел её. Бей Фэн прижималась к стене, её лицо было белым как снег, а глаза — огромными и совершенно пустыми. Она не видела его. Она смотрела сквозь Бинхэ, вверх, на небо, и её губы мелко дрожали, выговаривая цифры. Она считала интервалы между вспышками и ударами, переводя время в метры, высчитывая расстояние до эпицентра взрыва. — ...четыреста метров... задержка меньше секунды... — шептала она, не моргая, пока вода заливалась ей в рот. — Шимэй! — закричал Ло Бинхэ, и его голос сорвался от боли. Она даже не вздрогнула. Для неё его крик был просто еще одним звуком в общем гуле разрушения. Она была слишком глубоко внутри себя, чтобы заметить живого человека. Она просто ждала удара, который окончательно обрушит этот мир. Ло Бинхэ не раздумывал ни доли секунды. Он просто рухнул вниз, в узкий зев люка. Тяжелый всплеск ледяной воды эхом разнесся по гулкому каменному мешку цистерны. Бинхэ мгновенно коснулся дна, холодная жидкость доходила ему до самой груди, пропитывая тонкий шелк рубашки. Одним резким рывком он преодолел разделявшее их расстояние и мертвой хваткой вцепился в плечи Бей Фэн. Она была ледяной — не просто от воды, а от того внутреннего холода, который наступает, когда душа решает, что тело уже мертво. Она медленно повернула к нему голову. В её огромных глазах, ставших почти черными, не было ни узнавания, ни облегчения. Там отражались только вспышки молний, бьющих в открытый квадрат наверху. — Двое — это слишком много... — Бей Фэн не смотрела на него, её взгляд был прикован к куску неба над головой. Голос был плоским, как у неисправного автоответчика. — Групповое скопление... это мишень. Нас легче найти. Если сверху рухнет — выхода не будет. Уходи. Не стой рядом... нужно... рассредоточение. Бинхэ попытался её встряхнуть, но она лишь сильнее вжалась в стену. — Ты... ты слишком яркий, Бинхэ... — она зашептала это, почти не шевеля губами. — Ты светишься жизнью. Твоё тепло... они увидят это тепловое пятно сквозь камень. Они ищут живых... сквозь стены. Остынь. Закрой нас чем-то холодным. Иначе они увидят... Ло Бинхэ почувствовал, как у него внутри всё оборвалось. Она не просто бредила — она находилась в каком-то ином измерении, в мире, где небо не дарует благодать, а методично выжигает землю. Он видел это застывшее ожидание смерти, это профессиональное хладнокровие жертвы, которая знает, что спасения нет, есть только способы чуть-чуть продлить агонию. Его захлестнула дикая, первобытная ярость. Не на неё, а на этот проклятый гром, на молнии, на саму природу, которая посмела напугать его Архитектора до такого состояния, когда она перестала узнавать его руки. — Я не дам им коснуться тебя, — прорычал он, глядя вверх на кусок беснующегося неба. — Если оно еще раз посмеет грохнуть над твоей головой, я собственноручно разорву эти небеса на куски. Он рванул её к себе, прижимая к мокрой груди так сильно, что её ребра опасно хрустнули. Бинхэ окутал её всё пространство своей плотной тьмой и обжигающим жаром, пытаясь создать для неё ту самую «Утробу», о которой она грезила в своих чертежах. — Я здесь. Слышишь? Я — твоя стена. Я — твой монолит. Я — твой укрепленный бетон. Ничто не обрушится сверху, пока я держу этот свод. Я не пропущу ни одной искры в твой контур. — Это только начало... — прошептала она, когда очередной удар грома сотряс землю. — Это только старт... Сейчас начнется фаза ионизации. Нужно лечь на самое дно. Сбросить избыток ци в грунт. Уйти ниже уровня почвы. Если есть трубка — дышать через неё, чтобы не засыпало... Бинхэ, почему ты еще здесь? Твой фон зашкаливает, ты как маяк для наведения. Уходи...

Наверху, у самого края распахнутого люка, внезапно возникла фигура в изумрудных одеждах. Шэнь Цинцю прервал свой долгожданный прорыв на самом пике, совершив насильственную остановку Ци. Он почувствовал, как ментальная связь с Бей Фэн — той, которую он уже привык называть своей «дочерью», — превратилась в сплошной, визгливый сигнал системного сбоя. Он выплюнул густой сгусток крови из-за резкого отката энергии, но даже не вытер губы. Он бежал сюда по грязи, забыв о достоинстве. Горный Лорд посмотрел вниз, в черную пасть цистерны. Он увидел мутную воду. Увидел Ло Бинхэ, который, словно зверь, защищающий логово, закрывал Бей Фэн собой, подставляя свою спину под открытый зев люка. И он увидел глаза своей ученицы — пустые, смотрящие в бесконечный ужас. Шэнь Цинцю уже видел такой взгляд. В зеркалах самых дешевых борделей, в глазах рабов, чей дом только что сравняли с землей. Это был взгляд существа, которое точно знает: в этом мире нет безопасного места. Его взор скользнул по разбросанным рядом в грязи сломанным перьям — той жалкой попытке Бей Фэн быть «красивой», которую она безжалостно отбросила, как только почувствовала запах настоящей угрозы. Шэнь Цинцю смотрел на ученицу и понимал: она не бредит. Её разум сейчас просто обрабатывает данные из реальности, которой больше нет. Она не боится гнева богов. Она ждет удара сверху, который превратит её и этот колодец в общую могилу. И самое страшное было то, с какой механической точностью она высчитывала секунды до собственного конца. Он медленно опустился на колени у самого края люка, не обращая внимания на жижу, пачкающую его белоснежные шелка. Шэнь Цинцю резким движением раскрыл свой тяжелый боевой веер и накрыл им отверстие, словно щитом. — Оставайтесь внизу, — тихо, но властно произнес он. Он знал, что в этой тишине они услышат его даже сквозь рев бури. — Я держу это небо над вами. Пока я здесь — ни одна искра не проникнет в твою зону комфорта, Бей Фэн. Внизу, в вязкой темноте, Архитектор почувствовала, как над головой внезапно развернулся знакомый, идеально прохладный и стабильный купол Ци Учителя. — Защитный контур... активен... — едва слышно выдохнула она, окончательно обмякая в руках Бинхэ. — Система... под прикрытием... Она закрыла глаза, продолжая мертвой хваткой сжимать обломок маркера, и позволила своему измученному сознанию окончательно отключиться. Она знала: пока её Паук держит её тело, а её Папа держит само небо — катастрофа не наступит. Лог Системы: [Критический сбой психики: ПТСР.] [Статус "Неуязвимый Архитектор" временно деактивирован.] [Ло Бинхэ: Уровень защиты объекта — "Абсолют". Он готов сражаться с погодой.] [Шэнь Цинцю: Получено знание "Истинная природа страха". Отношение: "Защищать любой ценой".]