Не отводи взгляд

      Илье не нравятся такие, как Теодора. Тео, мысленно исправляет он себя. Да, такие, как Тео.       Ему нравится её упрямство. Стиснув зубы, Тео отталкивается ладонями от льда, поднимаясь вновь и вновь.       И её любовь к фигурному катанию ему тоже нравится — будь её воля, Тео бы день и ночь проводила на катке. Илья и сам такой: тренироваться до сбитого дыхания, разучивать новые элементы и оттачивать их, доводя до совершенства.       Он вспоминает её тёмно-карие глаза, густо подведённые чёрным. Нет, к такому макияжу (и взгляду) точно нужны другие наряды, а не это воздушное розовое безобразие.       Совершенно не его типаж.       И платья у неё совершенно ей не подходящие: нежно-розовые розовые, нежно-персиковые. Ей бы что-нибудь чёрное, бордовое, можно ещё и перья.       Он отводит взгляд от катка.

***

      — И всё же чёрный тебе идёт больше розового или светлого, — вырывается у Ильи. — Я не понимаю, как они могут продолжать наряжать тебя в такие платья.       Тео молчит. Она не сразу поднимает голову, а когда это делает и задаёт вопросы, Илья жалеет, что прокомментировал её наряд, потому что Тео бьёт не в бровь, а в глаз:       — Ты так говоришь, потому что наблюдаешь за мной? Видишь, что мне нравится?       Дурацкая была идея выбираться на этот вечер — надо было сослаться на тренировку и никуда не идти. Дурацкая была идея оказаться на одном балконе с Тео. Дурацкая была идея открыть рот и сказать ей то, что давно вертится на языке.       — Я не наблюдаю за тобой, Андерсон.       — Врёшь, — одно слово, один глагол, и Тео бьёт наотмашь. — Я чувствую на тренировках твой взгляд на себе.       — Я не знаю, почему, — честно признаётся он. — Я то и дело цепляюсь за тебя взглядом. Выискиваю в толпе. Не знаю, почему.       — Ты знаешь, что я не нравлюсь твоему отцу?       Илья кивает утвердительно. Никакая из его девушек не нравится отцу, потому что отвлекает от самого главного — карьеры, невзирая на слова Ильи, что он может справляться и с фигурным катанием, и с отношениями.       — Дело не в тебе. Ему не нравятся, когда фигуристы заводят отношения. Считает, что это очень отвлекающий фактор.       — Но он же женился на твоей матери. Тоже фигуристке. Или это другое?       — Это другое.       Тео приподнимает брови, но ничего больше не говорит. Подходит к Илье ближе, зеркалит его позу, облокачиваясь об ограждение.       — Мне тоже надоели эти платья, если честно, — признаётся она. — Хочу что-то более классическое и сдержанное. И в чёрном цвете. Ну или в красном. Бордовом. Думаю, в следующем сезоне сменю платья.       — Зачем ждать следующий сезон?       — У меня нет столько денег, чтобы взять и пошить два платья. Даже одно.       Телефон в кармане пиджака Тео вибрирует. Она достаёт его и смотрит на экран.       — Мне пора. Энди меня потеряла. Увидимся на тренировках.       Они кивают друг другу, и Тео удаляется с балкона, направляясь на поиски своего тренера. Илья задумчиво смотрит на ночное небо. В голову ему приходит идея, которую Тео Андерсон вряд ли оценит, но кто-то же должен это сделать.       Он достаёт свой телефон и открывает список контактов.

***

      Открывая как-то вечером дверь своей квартирки в Фэрфаксе, Тео никак не ожидает увидеть Илью с большой прямоугольной коробкой малинового цвета.       — Я заказывала пиццу, но что-то это на пиццу не похоже, — она хотя бы не заставляет его нелепо стоять на пороге, отходит и пропускает. Илья вертит головой, осматриваясь: мало вещей и чисто. Так в стиле Тео Андерсон. — Что в коробке?       — Открой и увидишь.       — Можно и без этой интриги, — она освобождает журнальный столик, убирая стопку книг и свечку, пахнущую ванилью, на диван. Илья ставит на него коробку, садится на стул и готовится наблюдать за реакцией Андерсон. Она склоняется над коробкой, откидывает крышку и раздвигает шелестящую бумагу тёмно-серого цвета, доставая оттуда платье. Бордовое, отделанное кружевом — будь у неё деньги, сама бы такое заказала, но им с родителями на такое ещё копить и копить. — Малинин, ты с ума сошёл? Это что?       — Платье. Ты же говорила, что хотела бы новое. Вот оно, новое платье для выступлений.       — Но я говорила, что в следующем сезоне!       — Получилось в этом. Оно сшито по тебе.       — А мерки ты откуда взял?       — Энди подсобила.       — Надо будет переговорить с Энди, — бурчит Тео, вновь бросая взгляд на платье. — Я не могу его принять. Я думаю о том, сколько оно стоит, и мне становится плохо.       — Не думай, — предлагает Илья. — Это подарок, Теодора. Ты ничего за него не должна.       — Тео. Все зовут меня Тео. И ты тоже зови меня Тео.       Илья кивает.       — Спасибо, — говорит она.       — Не стоит.       Малинин думает, что ему пора. На чай не напрашивается, платье вручил, можно уходить. Он встаёт со стула и идёт к двери. Когда берётся за ручку, Тео нагоняет его и тянет рукав толстовки, заставляя обернуться.       Тео бросает на него пристальный взгляд, прежде чем приподняться на носках и потянуться к его губам. Илья склоняется и чувствует, как губы Андерсон накрывают его. Мягкие и тёплые, целующие на пробу.       — Если ты так хочешь отблагодарить меня за платье, то не надо, — говорит он, когда они отстраняются друг от друга. — Я действительно сделал тебе подарок просто так.       — Я давно хотела тебя поцеловать, — признаётся она. — Ну и потом, ты сам ко мне пришёл. Хочу воспользоваться возможностью и поцеловать самого Илью Малинина. Будет, что внукам в старости рассказать.       Илья обхватывает её лицо ладонями, целуя иначе: не так осторожно. Порывисто, с эмоциями, показывая, что тоже давно хотел поцеловать её. Он подхватывает Тео на руки, и она обвивает его талию ногами. Тео маленькая и аккуратная, нести её словно нести пушинку.       — Спальня?       — Вторая дверь справа.       Ему нравится, что она не отводит взгляд, когда они друг друга раздевают. Ему нравится, что она отзывчиво откликается на каждое его действие. Ему нравится, что при этом она может показать, чего хочет она. Ему нравится, когда она выгибается в пояснице, подаваясь навстречу. Ему нравится, как чёрные волосы разлетаются веером по подушкам, как тёмно-карие глаза горят и говорят громче слов.       Ему нравится…       Тео обвивает руками его шею и вовлекает в поцелуй, вторя движениям его бёдер.

***

      — Как хорошо, что сегодня никуда не надо, — хриплым ото сна голосом произносит Тео. Они оба лежат на животе и смотрят друг на друга. Илья замечает, что, оказывается, у неё по лицу рассыпаны веснушки. И взгляд мягче, когда глаза угольно-чёрным не подведены. И сама она мягче, когда не облачается в чёрное. — Я бы не смогла проснуться так рано.       — Я бы тоже, — признаётся Илья. Тео улыбается, и он замечает ямочки на её щеках. Оказывается, она может улыбаться.       — Что?       — Оказывается, ты можешь улыбаться.       Она закатывает глаза.       — Ну я не совсем робот.       — Я заметил этой ночью.       Тео цокает языком.       — Если ты хочешь меня смутить, то ничего не получится.       — Я плохо старался.       Они оба смеются. Тео пододвигается ближе и кладёт ладонь ему на плечо. Илья дотягивается и оставляет поцелуй на её внешней стороне. Некоторое время Тео молчит, изучая его профиль, ключицы, веснушки на плечах, прежде чем подать голос.       — Я бы хотела попросить.       — О чём?       — Не отводи от меня взгляд и дальше.       Илья протягивает руку и заправляет угольную прядь волос за ухо.       — И не собирался.