Кеноби

— Не может быть! — выдохнула Исанне, едва не влезая в огромный экран с головой. — Всё-таки смог! Она резко откинулась на спинку спружинившего анатомического кресла и стукнула кулаком по столу. — Смог, — довольно улыбнулась женщина. — Ну… Я в вас не сомневалась, магистр. На экране проигрывалась запись, сделанная её агентами. На поле космопорта садится лямбда-шаттл, опускается трап, и по нему сходит, шурша плащом, молодой рыжеволосый мужчина, за которым шагают трое его сыновей. И целый отряд вооружённых до зубов клонов с оранжевыми полосами на серебристой броне. Высший генерал Великой армии Республики, советник Высшего совета Ордена джедаев, магистр и просто мастер Оби-Ван Кеноби прибыл на Набу с неофициальным семейным визитом. Исанне уже представила, как семейство Наберрие встретит ожившего родича, прикинула связанные с этим изменения в политических раскладах Республики и Империи, порадовалась, что очень вовремя убрала старшего и младшего Кеноби из розыскных списков. Она не сомневалась: через некоторое, не очень большое время он посетит и Корусант. Однако, как бы ей ни хотелось полюбоваться Кеноби подольше, стоило обратить внимание и на его третьего сына — плечистого голубоглазого блондина с идеальной фигурой. Кто же его мать? То, что матерью Люка является Падме Наберрие, сомнений нет. Второй… Второй и похож на Люка, и немного отличается. Выше ростом, плечистый… Шатен. Явно в мать! Так кто же? И надо искать среди погибших, потому что брак магистр заключил только с Падме. Значит… — Сатин Крайз, — уверенно заявила Исанне, увеличив изображение и прогнав его сквозь специальные программы. — Твоей матерью определённо была Сатин Крайз, красавчик. Волосы и глаза… Тот самый цвет и оттенок. И ростом с Адоная Крайза. Да. Она ещё раз оглядела блондина и переключилась на Джеймса Кеноби. Шатен. Сероглазый. А вот Люк и Стивен голубоглазые блондины, один тёмный, другой светлый… Кто же крутился возле магистра достаточно долго, чтобы иметь такие последствия? — Врены? — задумчиво предположила Исанне. — Кеноби всегда неровно к ним дышал. Хм. Нет. Другой тип. Хорошо… Я найду, не сомневайся! — она погрозила лучезарно улыбающемуся Джеймсу пальцем. — Так. Что у нас дальше? Как она и предполагала, Оби-Ван с сыновьями и клонами отправился в гости к Наберрие. К сожалению, те нещадно вычищали из своего пространства и шпионов, и жучки, так что вычислять, что творилось в поместье, Иссард могла только по косвенным признакам. То слуги бегают, как ужаленные. То видно, как сияет сад от подсветки. То ещё что-то… Наберрие собрались полным составом, все, от мала до велика. Магистра встречали лично Руви и Джобал. Пробыл магистр в гостях четыре дня, а значит, были проведены все традиционные ритуалы приветствия дорогого родственника. Что ж, Исанне и не сомневалась, что набуанцы проявят радушие по полной программе. На пятый день магистр с сыновьями и клонами погрузились в лямбда-шаттл — Исанне ностальгически вздохнула, на таких летал Палпатин — и вознёсся в небо, где на высокой орбите висел «Переговорщик». Пункт назначения он не скрывал: Корусант. Исанне не могла дождаться, когда ей в руки попадёт запись прилёта суперразрушителя к столице Республики. Агентов у неё имелось в достаточном количестве, чтобы они засняли всё, что нужно. «Переговорщик» занял место на орбите. Не так-то просто в космосе над Корусантом найти место для такого огромного корабля. В орбитальном эфире мгновенно воцарилась паника, густо приправленная ужасом, однако, кто бы ни пилотировал звёздный разрушитель, он был асом: корабль застыл на орбите, никого не задев. От него отделился всё тот же лямбда-шаттл и направился на поверхность. Стояночная площадка возле руин Храма была расчищена и пуста. Туда и опустился шаттл. Оби-Ван Кеноби в сопровождении сыновей вышел из него, дождался, пока отряд бойцов окружит его живым щитом, обошёл то, что когда-то было средоточием Ордена джедаев, и отчётливо произнёс: — И хрен с ним. После чего развернулся и пошёл к ожидающему его с опущенным трапом шаттлу. Его не смущали ни вьющиеся над головой камеры прессы, ни выкрики начавшей собираться толпы, ни понёсшиеся от Сената спидеры… Шаттл взлетел прежде чем сенаторы, Мадин и кто там ещё был, успели добраться до руин. Магистр явно не собирался ни с кем общаться или хотя бы здороваться. Исанне, пересматривающая запись, злорадно ухмылялась. Кеноби в своём репертуаре: пара слов, а всем всё понятно. И кого послал, и куда послал… А раньше такого себе не позволял! Хотя тогда достаточно было на лицо глянуть, чтобы понять, что именно и о ком думает магистр. Такое нейтрально-доброжелательное лицо делал, что так и хотелось кирпичом засветить. Интересно, смерть его изменила? Впрочем, сейчас Оби-Ван наверняка может позволить себе что угодно. Он не принадлежит ни к одной стороне. Разве что Наберрие — но это семья в первую очередь. И всё-таки, кто мать Джеймса? Любвеобильность Кеноби Исанне не смущала: она бы и сама пала к его ногам, предварительно нацепив на оные кандалы, чтобы не удрал. И почему они раньше не встретились? Впрочем, и сейчас шансы есть! Лично они друг другу ничего из рамок вон выходящего не делали, а профессионально… Ну, извините, работа — это работа. Теперь осталось понять цели Кеноби. На Корусант он не вернётся, в этом Исанне убедилась только что, посмотрев запись. Возрождать храм из могильника? Если бы Кеноби хоть заявил о такой мысли, Исанне тут же помчалась бы к нему, приносить присягу как Лорду ситхов. И плевать на цвет мантии. Да и будет ли Кеноби возрождать Храм? Хотя… У него трое взрослых сыновей. А мастера, неважно какой конфессии, не могут не учить и не набирать учеников. Значит, Храм будет построен. Орден будет возрождён. Просто в другом формате, как всегда после сильных потрясений. Но куда же направился магистр сейчас? Оказалось, на Мандалор. Бо-Катан Крайз окинула взглядом семейство Кеноби и без замаха, но изо всех сил ударила Оби-Вана. Джеймс и Люк ринулись защитить отца, но тот остановил их жестом. Потёр скулу, вздохнул. — И тебе привет, Бо-Катан, — спокойно заявил он в узорчатый лицевой щиток шлема герцогини. — С чего вдруг такое бурное приветствие? — Это кто? — Женщина содрала шлем, подвесила его на пояс и ткнула бронированной перчаткой в сторону Стива. — Это мой сын, Стивен, — спокойно сообщил Оби-Ван, прикладывая к опухающей скуле пальцы и сосредотачиваясь. Поток Силы, направленный на пострадавшее место, начал снимать боль и восстанавливать ткани. — Ты когда успел ещё и Сатин окучить, гад? — упёрла кулаки в бока Крайз. — А? — Бо, я бы… — начал Кеноби, женщина топнула ногой, лязгнув доспехами. Люк с Джеймсом переглянулись и отступили назад, смыкая ряды, закрывая собой с интересом наблюдающего за скандалом Стива, на которого пялились все, кому не лень. — Я уже вижу, как ты, — отрезала Бо-Катан. — А я ещё думала, что это Сатин так от кафа воротит? Вот оно что! Ну ты и… А эти от кого? — Моя мама — Падме Наберрие, — гордо заявил Люк. — Джуди Барнс была лучшей женщиной на свете, — улыбнулся Джеймс. Он наслаждался спектаклем. Джуди Барнс и правда его мама. Правда, с Оби-Ваном она никогда не встречалась и встретиться не могла — умерла в сорок седьмом от рака. Как ни крути, старший Кеноби тогда даже не родился. Но посвящать кого-либо в перипетии семейной жизни магистра ни он, ни Люк со Стивом не собирались. Бо-Катан заорала от бешенства. — Ну ты и кобель! — наконец заявила она. — Ладно. Чего примчался? — Вообще-то сделать тебе нескромное предложение, — лукаво улыбнулся Оби-Ван, и Бо-Катан, распахнув глаза, сделала шаг назад, хватаясь за висящую на поясе рукоять сейбера. Пресловутый Тёмный меч, один из символов Манд`алора. — Что?! — выдохнула Бо-Катан. — Да как у тебя совести хватает! После всего, что между нами было! После всех этих лет! После… этого! И она патетично указала на стоящих тесной кучкой Джеймса, Люка и Стива. Оби-Ван повернулся, осмотрел сыновей, мелко трясущихся от смеха клонов и мандалорцев, посмотрел на Бо-Катан… — Я вообще-то хотел расконсервировать храм мастера Тарре Визслы, — пояснил он. — Но раз ты против… Бо-Катан завизжала, как разъярённая кобыла, и стукнула Оби-Вана неактивированным сейбером по рыжей башке. Слов у неё явно не было. — Как вы можете? — возмущённо спросил Стив. — Вы же дама! — Я твоя тётка, а не дама! — заорала Бо-Катан. — Так! Она резко успокоилась, подвесила сейбер на пояс, схватила потирающего наливающуюся шишку Оби-Вана за руку и потащила за собой. Клоны перемешались с мандалорцами, начав без стеснения обсуждать увиденное, делиться записями и строить теории. Стив обиженно молчал, получив подзатыльник от Джеймса, Люк без стеснения хихикал. Бо-Катан резво дотащила Оби-Вана до спидера, ткнула пальцем на сиденье и прыгнула на место водителя. Люк с Джеймсом и Стивом тут же очутились на заднем. Народ грузился по машинам, готовясь следовать за разъярённой герцогиней к крепости Келдабе. Спидер Бо-Катан вела так, словно её лично оскорблял каждый километр, отделявший её от цели. Стив, которого братья зажали между собой, вцепился в спинку переднего сиденья, Люк и Джеймс орали от восторга и улюлюкали. Какой Кеноби не любит быстрой езды? Оби-Ван тоже улыбался, развалившись на сиденье с таким видом, словно на приёме присутствует, разве что бокала в руке не хватало. Домчались они до Келдабе очень быстро и понеслись по улицам в сторону огромной крепости, сложенной из гигантских каменных блоков. Люк с Джеймсом ахнули, рассматривая всё не только глазами, но и через Силу. Стив тоже притих. Сила гремела боевыми барабанами, ревела фанфарами и траурными горнами, звенела мечами и доспехами. — Давно я здесь не был, — ностальгически вздохнул Оби-Ван, плавно выходя из резко остановившегося спидера. — Приветствую тебя, Келдабе. И уважительно, как равному, поклонился, прижимая руки к груди. Бо-Катан молчала, не находя слов. Молчали и Джеймс с Люком и Стив. Келдабе потрясала, от её величия и истории, даже не рассказанной, перехватывало дыхание. — Идём, — сказал Оби-Ван и зашагал к крепостным воротам. Сила гудела радостью: Келдабе здоровался с ним, и это ощущали все вокруг. Толстенные ворота распахнулись словно сами собой, и Оби-Ван, проходя сквозь них, благодарно погладил ладонью створку. Бо-Катан шагала рядом, притихшая и задумчивая. Сейбер на её поясе пел слышимую ею мелодию, и эта песня сулила небывалые перемены для всех них.