Как земля разделилась да порядком порушилась
3 марта 2026 г., 11:55
И восстали из магии той твари дивные, землёю порождённые. Звери великие да малые, ящеры зубастые да змеи крылатые. Да только не долго на землях тех мир да лад продержались.
Возгордились твари подземные да надземные. Каждый возомнил, что для него одного блага эти сотворены: для него реки рыбу несут, для него леса дичью полнятся, для него ветры травы клонят. И пошла меж ними свара великая.
Ящеры прожорливые, что чешуёй, как кольчугой, покрыты были, братьев своих меньших за еду считать стали, у слабых добычу отнимать, кровь по земле разливать. Не стало житья от них ни зверю, ни птице.
А один лютый зверь, задумал вовсе один на всей земле остаться. Был он с тремя головами, и из каждой пасти пламя пыхало. Стал он огнём плеваться, дабы выжечь все леса дотла и превратить мир в пепелище. Дышать стало нечем, горела трава под ногами, плавились камни в горах.
Лунный волк, что на небеса выл, солнце проглотить грозился. Не сам, правда, глотал, а тенью своей пугал. Где он пробегал — там день ночью становился, твари с дорог сбивались, в болотах тонули да в пропасти падали.
Были и великанны каменные, что горы крушили, или птицы, что ветра сбивали. Каждый норовил себе земли побольше урвать, соседа под себя подмять.
И был среди них один хитрый змей, Лохнес. Видя, что силой ему братьев не одолеть, решил он на обман пойти. Приполз он к сестрам-богиням, что за порядком следили, и давай на всех клеветать:
— О, великие! Совсем твари распоясались: Цербер всё огнём спалил, Драконы братву дерут, житья никому нет. Не иначе, всю землю топить надо! Пусть вода всё очистит, и начнём сначала.
Богини хоть и молоды были, да мудры. Сразу смекнули, что змей лукавит: не порядок ему нужен, а власть над миром единая. Переглянулись сёстры, усмехнулись.
— Что ж, — молвила та, что над водой властвовала, — быть по-твоему. Коли земля кровью заливается да огнём пылает, дадим мы воде волю.
Подняли сёстры воды рек и морей. Забурлило, закипело всё вокруг. Хлынула вода на сушу, стала заливать низины да долины. Разделила она землю на куски великие — так появились острова да материки, проливами друг от друга отделённые.
Твари, что воевали, еле ноги унесли — кто на высоких горах спасся, кто на спинах у черепах уплыл. А Лохнеса, опустили на самое дно, в пучину тёмную, куда лучи солнечные вовек не достают.
Нечего делать змею. Затосковал Лохнес в темноте холодной. Свернулся он кольцами вокруг затонувших скал, глаза закрыл и погрузился в сон глубокий, на тысячи лет.
Да только спит он чутко. И по сей день говорят старые люди: как вскипит море, как забурлят волны и начнут корабли ко дну тянуть — то не буря, то храп великого змея Лохнеса. Ворочается он во сне, и от дыхания его волны поднимаются выше гор, а корабли, что поблизости, в пучину засасывает.
