Бен 10: Второй герой

Утро началось рано. Я вышел из Ржавого ведра когда солнце только поднималось над горизонтом. Нашёл ровную площадку в стороне от дороги — достаточно открытую чтобы не поджечь ничего лишнего. Достал коробку с амулетами. Теория есть. Теперь практика. Взял амулет огня первым — красный, тёплый даже в руке. Знания Рика накладывались на знания системы — принципы активации, пределы мощности, риски перегрева. Концентрация. Не сила воли — намерение. Амулет усиливает то что уже есть внутри. Я сжал амулет и сосредоточился. Ладонь вспыхнула. Не больно — тепло, управляемое. Небольшой огненный шар завис над рукой. Я удержал его секунд десять. Потом отпустил. Хорошо. Но слабо. Нужно больше практики. Следующим взял амулет левитации — синий, лёгкий, почти невесомый. Активировал. Земля отошла от ног. Я завис в метре над поверхностью — неустойчиво, качало в стороны. Удержался секунд двадцать прежде чем опустился обратно. Равновесие. Нужно тренировать равновесие. Амулет удачи оставил напоследок — жёлтый, спокойный. Самый непредсказуемый из всех. Активировал осторожно. Ничего видимого не произошло. Но через минуту камень под ногой подвернулся — я едва не упал, но в последний момент рука нашла опору которой секунду назад не было. Удача не управляется напрямую. Она просто... есть. Или перенаправляется. Я деактивировал амулет и убрал коробку. Три часа практики каждое утро. Через неделю будет результат. За спиной раздался голос: — Ты встаёшь раньше всех. Я обернулся. Кевин стоял у Ржавого ведра — взлохмаченный, со стаканом воды в руке. Смотрел на меня. — Не спалось, — сказал я. — Видел как ты левитировал. — И? Он помолчал. — Научишь? — Это амулет, — сказал я. — Не навык. — Я про другое. — Он кивнул на открытую площадку. — Ты тренируешься каждое утро. Я тоже хочу. Я смотрел на него секунду. Кевин который просит научить. Не требует, не берёт сам — просит. Хороший знак. — Хорошо, — сказал я. — Но сначала покажи что умеешь. Кевин умел больше чем я ожидал. За прошедшее время он явно тренировался сам — движения стали чище, реакция быстрее. Форма металла держалась уже уверенно. — Десять минут, — сказал он после третьего круга. Почти без одышки. — Знаю, — ответил я. — Видел. — И что? — Хорошо. Но форма без боя — это половина. — Я огляделся. — Попробуем по-другому. Следующий час мы работали вместе — я атаковал, он держал форму под давлением. Сначала медленно, потом быстрее. Кевин в металлической форме был крепким, но предсказуемым — двигался прямолинейно. — Не только сила, — говорил я между ударами. — Думай. Форма даёт защиту, но не скорость. Используй это. Потом он попробовал амулет молнии в связке с металлической формой. Результат был неожиданным даже для меня — металл проводил заряд, усиливал его. Кевин ударил по валуну — камень раскололся надвое. Он смотрел на свои руки. — Это... мощно. — Да, — согласился я. — И опасно. Контролируй заряд — иначе задеришь своих. Он кивнул серьёзно. Хороший боец. Растёт быстро. Дедушка Макс вышел когда мы заканчивали. Посмотрел на расколотый валун. Потом на нас. — Давно встали? — Давно, — сказал Кевин. Дед помолчал. Потом кивнул — одобрительно, без лишних слов. Бен выполз из фургона последним — с растрёпанными волосами и пакетом чипсов в руке. — Вы чего так рано? — Тренировались, — сказал я. — А я? — Ты спал. — Ну и правильно. — Он зевнул и посмотрел на расколотый валун. — Кевин? — Кевин, — подтвердил я. Бен присвистнул. Гвен вышла с книгой под мышкой — она брала её везде. Посмотрела на валун. Потом на Кевина. — Неплохо. Кевин промолчал. Но плечи расправились. Рекламный щит появился через час езды. Яркий, кричащий — красно-жёлтые полосы, огромная клоунская голова посередине. "Цирк смеха Зомбозо! Только три дня! Смех гарантирован!" Гвен тут же оживилась: — О, цирк! Дед, можно? — Посмотрим, — сказал дедушка Макс. Бен напрягся. Едва заметно — но я заметил. Вот оно. — Я не хочу в цирк, — сказал он. — Почему? — спросила Гвен. — Просто не хочу. — Там будут акробаты! И фокусники! — И клоуны, — сказал Бен тихо. Гвен уставилась на него. — Ты боишься клоунов? — Нет! — Бен. — Я просто... не люблю клоунов. Это разные вещи. Я смотрел на него. В каноне он преодолеет этот страх сам — через Призрака. Но сначала нужно чтобы он туда попал. — Бен, — сказал я спокойно. Он посмотрел на меня. — Страх не исчезает если его избегать. Только растёт. Пауза. — Ты что, психолог теперь? — буркнул он. — Нет. Просто говорю что есть. Бен смотрел на щит за окном. Потом на меня. Потом снова на щит. — Ладно, — сказал он наконец. — Но если там будут жуткие клоуны — это твоя вина. — Принято. Ярмарка вокруг цирка была шумной и яркой — аттракционы, еда, музыка. Народу много, все улыбаются. Кевин шёл рядом со мной — руки в карманах, взгляд внимательный. Он не расслаблялся в толпе никогда. — Что-то не так? — спросил он тихо. — Пока не знаю, — ответил я честно. Он кивнул и больше не спрашивал. Бен держался — но я видел как он напрягается каждый раз когда мимо проходил кто-то в клоунском костюме. Сжимал кулаки. Отводил взгляд. Гвен тянула его к каждому аттракциону. Дедушка Макс шёл рядом — спокойный, но внимательный. Он тоже что-то чувствовал — я видел по тому как он смотрел на шатёр цирка. — Дед, — сказал я тихо, поравнявшись с ним. — Людей после шоу не заметил? Он посмотрел на выходящих из шатра зрителей. Бледные. Вялые. Улыбки пустые — не радостные, а просто застывшие. — Заметил, — сказал он тихо. — Что думаешь? — Думаю нам не стоит заходить внутрь. Но было поздно — Гвен уже тянула Бена к входу в шатёр. Дедушка Макс шагнул следом. Я посмотрел на Кевина. — Ты остаёшься снаружи. — Что? Почему— — Потому что если что-то пойдёт не так — нам нужен кто-то снаружи. Ты быстрее дозвонишься и не попадёшь под действие машины. Кевин хотел возразить. Но посмотрел на выходящих зрителей — на их пустые лица — и промолчал. — Хорошо, — сказал он. — Но если долго не выходите — я захожу. — Договорились. Внутри шатра было темно и ярко одновременно — прожекторы резали темноту, музыка гремела, зрители смеялись. Зомбозо появился в центре арены. Белое лицо. Красный нос. Зелёные волосы. Улыбка — слишком широкая, слишком неподвижная. Бен побелел рядом со мной. — Всё нормально, — тихо сказал я. — Нормально, — повторил он. Голос ровный. Но кулаки сжаты. Зомбозо шутил — мрачно, зловеще, но толпа хохотала. Его помощники творили фокусы. Пальцеголовый жонглировал валунами. Горгона хлестала волосами по воздуху. Кислотное дыхание выдыхал дым кольцами. Машина, — думал я. Псайклун. Где она? Я смотрел под арену — там где обычно прячут механизмы. Едва заметное гудение. Вибрация в полу. Там. Зомбозо поймал мой взгляд. На секунду — только на секунду — его улыбка стала другой. Не клоунской. Настоящей. Холодной. Он заметил что я смотрю не на него а под арену. — А вот и особые гости! — провозгласил он вдруг, указав на нас. — Молодая леди! Не хотите ли принять участие в особом фокусе? Он смотрел на Гвен. — Гвен, — сказал я тихо. — Не ходи. Но толпа уже аплодировала, Гвен смеялась — амулет удачи у меня, её везение закончилось. Она шагнула вперёд. — Гвен! Помощники Зомбозо окружили её мгновенно. Дедушка Макс бросился вперёд — Пальцеголовый перехватил его. Крепко. Зомбозо щёлкнул пальцами. Люк в полу арены открылся. Гвен и дедушку Макса утянуло вниз прежде чем кто-то успел среагировать. Люк закрылся. Толпа решила что это фокус. Захлопала. Бен уже жал на Омнитрикс. — Подожди, — сказал я. — Гвен там! — Знаю. Но если ты трансформируешься сейчас — Зомбозо запустит машину на полную. Нам нужно сначала попасть вниз. Бен смотрел на меня. Потом кивнул — с трудом, но кивнул. Я достал телефон и написал Кевину одно слово: Заходи. Под ареной было тесно и темно. Мы нашли люк с другой стороны — технический вход. Кевин присоединился снаружи через боковой вход за две минуты. Молча встал рядом. Внизу гудела машина. Огромная — в форме клоунской головы, трубы и провода тянулись во все стороны. Гвен и дедушка Макс были зафиксированы в креслах — живые, но вялые. Машина уже работала. Медленно, но работала. Зомбозо стоял у пульта. — А вот и герои, — произнёс он без удивления. — Я ждал. — Бен, — сказал я тихо. — Помнишь что я говорил про страх? — Да. — Сейчас самое время. Бен посмотрел на Зомбозо. На его белое лицо. На улыбку. Потом нажал на Омнитрикс. Призрак. Зомбозо увидел его — и что-то изменилось в его лице. Улыбка дрогнула. — Это... это просто костюм, — произнёс он. Но голос стал тише. Призрак двинулся вперёд — медленно, плавно. Пролетел сквозь Зомбозо. Клоун закричал — высоко, по-настоящему испуганно. Шарахнулся от Призрака. — Нет! Нет, не подходи! Вот оно. Страх работает в обе стороны. Кевин бросился к креслам — активировал амулет молнии, электрический заряд прожёг фиксаторы. Гвен и дедушка Макс были свободны через секунды. Горгона прыгнула на Кевина — волосы-щупальца потянулись к нему. Он поймал их рукой в металлической форме и дёрнул. Горгона полетела в сторону. Пальцеголовый и Кислотное дыхание бросились ко мне. Я активировал амулет левитации — прыжок вверх, под потолок. Кислотная струя прошла под ногами. Потом амулет огня. Огненный шар — не большой, но точный — ударил в трубы машины. Там где я рассчитал слабое место. Машина загудела громче. Задымила. — Нет! — Зомбозо обернулся от Призрака к машине. — Не трогай её! Я активировал амулет удачи. И выстрелил вторым огненным шаром — прямо в центральный блок Псайклун. Взрыв был негромким — не кино, а реальность. Но машина содрогнулась. Трубы лопнули. Из разломов вырвалось что-то светлое — тёплое, почти живое. Украденная радость людей. Она растворилась в воздухе. Зомбозо завыл. Схватился за голову. Призрак завис прямо перед его лицом — снял кожу, показал истинное лицо. Зомбозо взвизгнул — и взорвался облаком конфетти. Помощники переглянулись. Потом бросились бежать. Стало тихо. Дедушка Макс потряс головой — медленно возвращался в себя. Гвен сидела рядом, моргала. — Что... произошло? — спросила она. — Потом объясню, — сказал я. Бен вернулся в человеческий вид. Стоял посреди обломков машины и смотрел на конфетти на полу — всё что осталось от Зомбозо. — Он убежал? — спросил Кевин. — Скорее всего, — сказал я. — Такие не исчезают насовсем. Бен молчал секунду. Потом тихо сказал: — Я его напугал. Клоуна. Я напугал клоуна. — Да, — согласился я. — Это... странно чувствуется. — Хорошо или плохо? Он подумал. — Хорошо, — сказал он наконец. — Наверное хорошо. Гвен посмотрела на него. Потом улыбнулась — не насмешливо, по-настоящему. — Ты справился, Бен. Он фыркнул. Но уши покраснели. Дедушка Макс встал. Осмотрел всех по очереди — привычным взглядом, считающим потери. — Все целы? — Все, — сказал Кевин. — Тогда уходим. До того как полиция начнёт задавать вопросы про взорванную машину. Я посмотрел на обломки Псайклун. Амулет удачи сработал точно. Амулет огня — дважды. Левитация — стабильно. Первый настоящий бой с амулетами. Не идеально. Но достаточно. Я убрал коробку в карман и пошёл следом за остальными. В Ржавом ведре было тихо. Гвен открыла книгу заклинаний — почти рефлекторно. Бен лежал на диване и смотрел в потолок. Кевин сидел у окна. Дедушка Макс вёл машину молча. Потом сказал — негромко, не оборачиваясь: — Бен. Я горжусь тобой. Бен не ответил сразу. — За что? — спросил он наконец. — Я просто... превратился в Призрака. — Ты вошёл туда несмотря на страх, — сказал дедушка Макс. — Это и есть смелость. Не отсутствие страха — а действие вопреки ему. Тишина. — Дед? — Да? — Это ты меня напугал клоуном на день рождения? Пауза. — Я не знаю о чём ты говоришь. — Дед. — Уходи спать, Бен. Гвен засмеялась. Потом Кевин — тихо, почти беззвучно, но я заметил. Я смотрел в окно на убегающую дорогу и думал: Бен преодолел страх. Кевин растёт. Гвен читает книгу заклинаний. Наверное скоро начнет кидаться заклинаниями. Странно что родословия Анадита активировалась только у Гвен. Наверное это пробуждается только у женщин. А если нет то я тоже наверное способен творить магию. С такими мыслями сидел я пока Ржавое ведро катило вперёд.