Северный ветер восточного королевства

Лязг металла заставил мальчика с большой неохотой открыть глаза и поднять голову. Взгляд поплыл моментально, но этого хватило, чтобы разглядеть огромного монстра в виде ядовитого паука и борющегося с ним человека. Яркие, почти огненные, волосы и блеск доспехов. Думать о том, кто же его пришёл спасти, было сложно, а может, он даже и не за ним пришёл – так, случайный прохожий. В любом случае Тэй уже не мог откликнуться, горло ужасно болело, губы онемели, как в общем всё его тело. Он не чувствовал ничего. Веки стали тяжёлыми, глаза он открыл по чистому рефлексу, но успокоившись снова начал погружаться в сон. - НЕ СМЕЙ СПАТЬ! – рявкает незнакомец, в его тоне слышен тщательно спрятанный испуг. Всего несколько секунд прошло, а его уже дернули вверх, настойчиво заставляя сесть. Очевидно, попытка была заведомо неудачной, потому рыцарь упал на колени, стягивая с себя тёплый плащ. - Держись, малыш, - говорит он. – Теперь-то с тобой всё будет хорошо. Её сиятельство и ваш брат очень по вам волнуются, - он бормочет под нос, закутывая ребенка в меха и беря его на руки, сразу же направляясь к своему вороному коню. Вьюга со временем лишь набирает обороты, затапливая всю округу белым цветом, потому мужчина натянул и надёжно закрепил капюшон на Тэе, осторожно устраиваясь на жеребце и прижимая к себе драгоценную ношу. Они возвращались домой. Встретили их, очевидно, не очень хорошо. Отец был в ярости, что его подчинённый спас ребенка, которого сам он ненавидел всем своим существованием. В сердце ничего не ёкнуло, когда ему показали продрогшего, едва спасённого мальчика. На самом деле он и лекаря не хотел вызывать, но жена настояла, – ему же пришлось уйти, пока не разразился скандал. Клаус тут же упал на одно колено перед госпожой, в руках он держал юного наследника. Раздался топот, предшествовавший появлению рыжеволосого сорванца, тот уже сбегал с лестницы – Чейз первым увидел в окне очертания тёмного коня своего наставника и тут же поднял шум. Обеспокоенная Селена подбежала к ребёнку, желая перехватить его на руки, но Клаус остановил её, поднимаясь. - Ваше Сиятельство, вам следует побеспокоиться о собственному сыне, Чейз… Он явно тяжело переживает всё произошедшее, - произносит мужчина, смотря госпоже за спину. Мальчик в ярости сжал кулаки и рванул обратно по лестнице, не слыша и не видя никого. Он прекрасно знал на ком лежит вина за случившееся сегодня и ранее. Достаточно он молча терпел, идя на поводу маминых увещеваний. Тот ураганом ворвался в кабинет отца, словно преследуемый нечистой силой. - Отец! Кто дал тебе право так издеваться над Тэем!? – рявкает он. Чейз подошел ближе, но сохранял дистанцию, чтобы вовремя убежать. Он был слишком маленьким, но очень смелым. Тем не менее внутри сохранялось напряжение от ощущения своей беззащитности, особенно на фоне громадной фигуры отца. Мужчина поднял взгляд на единственного сына, которого, по крайней мере, он признавал. Помедлив, он размеренно ответил тщательно подбирая слова: - Сын мой, тебе нужно меня понять. Это… жалкое отродье даже за человека не считается. У него нет магии, богиня не благословила его. Его рождение – большой позор для нашей семьи, тебя ещё не начали учить, но скоро… Скоро ты поймешь, что значит наша фамилия в обществе. - сделав паузу, тот продолжил уже с большим энтузиазмом. - Будь моя воля убил бы этого гада уже давно. Но нет, сначала его защищала Оливия. В знак уважения я прислушался. Сейчас же твой наставник заступается за него. Человек, уважаемый нашей страной, с таким большим послужным списком, а пользуется благосклонностью Его Величеством, чтобы защищать это… этот.. позор, - выплевывает он. От возмущения у Чейза раскрывается рот, а кровь стынет в жилах. Уши закладывает от переполнившего гнева. - Но он твой сын! Твоя плоть и кровь. Единственное, что осталось от погибшей жены! – я знаю, что её ты любишь больше, чем мою матушку. Так почему же… Почему ты не можешь полюбить Тэя так же, как меня? – рявкает мальчишка. Рывком Альберт поднялся со своего места и широкими шагами направился к сыну. Он не собирался бить Чейза, вовсе нет. Это дитя для него – самое ценное во всем мире. Чейз, в свою очередь, уже смирился и стоял с гордо поднятой головой в ожидании удара, которого не последовало. Вместо этого тяжёлая мужская рука опустилась на его макушку и взъерошила волосы. - Ты ещё слишком маленький, чтобы понять взрослых. Тебе очень повезло родиться таким сильным и хорошим мальчиком, которому магия даётся легче, чем дыхание, - улыбнулся он, - Клаус хорошо справляется с задачей развития твоего дара, ты – моя единственная гордость, - хвалит мужчина, садясь на корточки. - Вовсе нет! Мне помогает братик! – рявкает Чейз, скинув с головы чужую ладонь и убегая со слезами прочь, чтобы найти Клауса и старшего брата. Мужчина замер, услышав слова Чейза, но решил оставить сына в покое. Правда, разговор был не окончен. Его нынешняя жена уже стояла в дверях. Её движения были продиктованы беспокойством и возмущением, в глазах ещё стояли не пролитые слезы. - Что тебе сделал этот несчастный ребёнок? В чем была необходимость пускать на него собак? – строго спрашивает Селена. Она прошла вглубь кабинета, не прекращая зрительного контакта. - Ты прекрасно знаешь причину. Ни капли магии. Он рожден не по божьей воле, а значит и вовсе не должен был приходить на этот свет. Его истинная судьба – смерть! – бросил он грубо. Его губы исказились в презрение во время речи. Сжав ладони в замок, Селена стояла перед ним не только как жена, но и как мать. - Пусть так. Тем не менее он рожден от твоего семени, и в таком случае – это ты не угодил богине, а последствия переживает безгрешное дитя. Но оставим это. Каким бы ребёнок не родился, как отец, ты обязан его любить и оберегать, верить в него. А не пытаться убить или лишить его единственного близкого человека. Та юная девушка, служанка, – на ней не было никакой вины, - тихо произносит она, чувствуя, как слезы с новой силой наворачиваются на глазах, – но продолжая упрямо стоять. Мужчина фыркает и отворачивается, возвращаясь к своей работе. Сейчас последнее о чем он хочет думать, – так это о своём отношении к старшему сыну. Тэй был последнее, что осталось от его покойной жены. Прошлое должно оставаться в прошлом, тем не менее зерно сомнения было посеяно. Прошло не мало дней, а мальчик всё не просыпался, лишь иногда бормотал в бреду, лекарь только руками разводил. - Я сделал всё, что в моих силах. Он перенял болезненность от своей матери, к тому же лишённый Божьего благословения ему приходится тяжелее… Я советую вам попрощаться с ним, пока он ещё с нами, - выдыхает мужчина. - Как же так, - тихо лепечет Чейз. – Этого не может быть. Глаза у мальчика были красные от слëз, тот дрожащими руками нежно сжимал ладонь старшего брата. В нём теплилась надежда, что почувствовав касание близкого человека, у Тэя появится желание проснуться поскорее. - Пожалуйста, братик, держись. Я знаю, ты справишься. Ты сможешь, ты ведь такой сильный. Не оставляй меня, - лепечет он, тихо всхлипывая. Рядом стояла бледная Селена, в последние дни им всем было нелегко. Положив руку на плечо сына, она с трудом подбирала слова. - Неужели совсем ничего нельзя сделать? – тихо произносит она. Лекарь устало выдохнул, перебирая травы, он пожал плечами: - Может и можно, но для этого нужно отправиться в Арнату, как вы знаете их местные врачеватели славятся лучшей медициной. Вопрос в том – сможет ли юный наследник пережить дорогу. Я бы не решился отправляться в путь, когда он так плох. На эти слова Клаус лишь качнул головой: - Даже если мы приедем туда, что скажем? Помогите спасти маленького слугу? А взамен? Они потребуют что-то равноценное жизни самого короля, - вздохнул он. Чейз вздрогнул от этих слов. Он не хотел отдавать родного брата на попечение неизвестным людям и их непонятной медицине, а потому тоже покачал головой. В тишине комнаты был слышен лишь треск ароматных трав и хриплое дыхание Тэя.