Любовь зряча

      Все за Одного зарычал, разбив экран. С него хватит. Многие люди пытались разрушить его планы по преобразованию этой прогнившей насквозь системы, начиная с недальновидных последователей его младшего брата и заканчивая правительственными шавками (как будто не они посадили его на престол Преступного мира), но эта наёмница, называющая себя Фемидой, перешла все грани дозволенного. Он готов был поклясться, что даже проклятый Всемогущий не доставлял ему столько проблем. Недавно Фемида уничтожила важную ветвь его бизнеса, оставив после себя только горящее здание и кучу трупов. Он бы мог восстановить приток финансов, но если эта проклятая наёмница не прекратит атаковать, то все его ресурсы снова полетят к чертям собачьим. Он сжал кулаки. Решено: он лично разберётся с этой маленькой вредительницей.       Привычная зловещая ухмылка возвратилась на его лицо. Эта маленькая наёмница пожалеет о том дне, когда решила связаться с ним. Когда он с ней закончит, от неё даже пыли не останется. Гараки, вероятно, хотел бы заполучить её тело для своих новых экспериментов под кодовым названием «Ному», но ему придётся смириться с потерей. Все за Одного никому не позволит над собой издеваться.       Хисаши потёр глаза, когда их пронзила резкая волна боли. Из-за потери своей платонической родственной души столетие назад к настоящему моменту, даже со множеством причуд в арсенале и постоянным наблюдением доброго доктора, он почти ослеп. Такова была цена за отсутствие его платонической родственной души рядом — его глаза стали пустыми, белыми и незрячими. С каждым днём ему всё больше приходилось полагаться на эхолокацию как альтернативный способ видеть мир, и так будет до тех пор, пока он не сможет по крайней мере вернуть то немногое, что осталось от его родственной души — причуду Один за Всех. Йоичи, его младший брат - словами не передать, какую агонизирующую боль Хисаши испытал, когда он погиб. Это его вина. Он покачал головой: нет смысла думать о том, что утеряно. Сначала Все за Одного уничтожит эту снующую вокруг паразитку, а потом отберёт у Всемогущего причуду его братской души.       Он досконально изучил все нападения, чтобы понять, чего ждать от нового врага. Фемида была умна, хорошо обучена, вооружена и достаточно сильна, чтобы уничтожить целую банду его пешек в одиночку, а её причуда… Все за Одного подозревал, что она связана с молекулярным контролем. Он потёр подбородок. Вероятно, что-то телекинетическое, если судить по немногим уцелевшим записям с камер видеонаблюдения.       Изучив врага досконально, Все за Одного начал думать, как заманить наёмницу в ловушку. Она не появится, если будет знать о его присутствии (умная чертовка знала, что Король Преступного мира ей не по зубам) и попытается удрать в случае, если он появится. Нет, эта маленькая паразитка нападала исподтишка, методично уничтожая ценные активы. Значит, его присутствие должно быть скрыто, а желательно вообще, чтобы официально он присутствовал где-то ещё. Что ж, у него как раз была причуда на этот случай, которую нужно было протестировать.

***

      Инко бесшумно прошмыгнула вглубь склада, где должна была пройти сделка между одним из пешек Все за Одного и известным наркобароном. Приказ Комиссии был предельно ясен: уничтожить склад вместе со всем имеющимся Триггером, не щадить никого. Она выполнит задание, в конце концов Инко обязана Геройской Комиссии всем. Никто не хотел брать слепую девочку из роддома, где собственная мать оставила её, не дав даже имени, но глава Комиссии увидел в ней — дочери легендарной героини Наны Шимуры — потенциал.       Слепые никому не были нужны — это факт, ведь ослепнуть в этом мире можно только если у тебя нет родственной души. У таких людей глаза абсолютно белые, пустые. Таких, как она, называют Бездушными. Обычно такими становятся, если твоя родственная душа сознательно разрывает с тобой связь, что, как правило, происходит только в случае, если родственная душа совершает нечто, что его вторая половинка не может принять (что-то воистину ужасное), или же, если ты виновен в её смерти. Инко же такой родилась — она никогда не видела солнечного света, её глаза были белыми и пустыми с первого вздоха. Она родилась с дырой в груди, которую некому было заполнить. Но у Комиссии нашлась для неё роль — роль убийцы, подчищающими грязь за ними. Все за Одного был апофеозом этой грязи, хотя она не знала всей истории его отношений с правительством и Комиссией, в частности. Её просто поставили перед фактом — она должна уничтожить его активы, чтобы восходящий Символ Мира смог раз и навсегда повергнуть самого Все за Одного, и они зажили в светлом будущем, не омрачённым тьмой прошлого. Ей в общем-то было всё равно, у неё была работа — она её выполняла, а взамен её обеспечивали всем необходимым. Точка.       Инко покралась между рядами ящиков, полагаясь исключительно на слух, осязание и свою причуду, которую из простого телекинеза, действующего исключительно на мелкие объекты, развила до такой степени, что могла чувствовать малейшие колебания молекул. Фемида прислушалась к разговору: пешка Все за Одного обсуждал стоимость импортированного из Америки Триггера, пока его подручные перетаскивали ящики с заветным наркотиком. Пора действовать.       Она установила взрывчатку на ящиках с Триггером с таймером на пять минут. Этого времени хватит с лихвой. Инко вышла из-за ящиков, сжала ладонь в кулак и одним движением начала душить наркобарона. Пешка Все за Одного даже не двинулся с места. Наблюдал за тем, как его партнёр по бизнесу задыхается с праздным интересом, как будто смотрел за интересным представлением. Инко нахмурилась за повязкой. Странно. Обычно пешки при виде неё либо тотчас же кидались в бой, либо убегали. Ну да неважно. Люди наркобарона нападали.       Фемида уклонилась от выстреливающих шипов одного и лазера другого, а затем настроившись на их сердцебиение сжала руку в кулак, разорвав им сердца. Ещё один здоровяк атаковал сзади. Она уклонилась. Амбал зарычал, воздух задрожал, и здоровяк начал искажаться, превращаясь во что-то более массивное. Инко прислушалась к вибрациям, вовремя уклонившись от атаки ещё нескольких мелких сошек. Прислужник Все за Одного по-прежнему продолжил стоять неподвижно. Хорошо, тем легче будет убить его. Когда амбал вновь попытался ударить её, она коснулась его, и он в мгновение ока обратился пылью. С остальными сошками Инко разобралась с той же лёгкостью.       Пешка Все за Одного начал аплодировать. Хлопки были резкими, холодными и насмешливыми.       — Я впечатлён, Фемида. Ты знатно подпортила мне дела, но сегодня всё закончится. Сегодня ты умрёшь, — внезапно воздух задрожал и наполнился давящей кровожадной атмосферой. Прислужник начал изменяться: судя по вибрациям молекул вокруг, он стал выше и мускулистей. Инко не нужно было зрение, чтобы понять кто перед ней. Король Преступного мира — Все за Одного собственной персоной.       Она заметно сглотнула, но страха не показала.       — Вот так встреча, не ожидала особого приёма от самого Короля Преступного мира. Ты должен быть в Америке, разве нет? — пот скатился по лбу. Все за Одного не должно здесь быть. Неужели Комиссия дала ей неверную наводку?       — Скажем так, планы изменились, мой прислужник меня подменит, — усмехнулся Все за Одного, махнув рукой. Воздух резко задрожал, и тревожный звоночек зазвонил в голове Фемиды. Инко взмыла в воздух до того, как место, на котором она стояла, было взорвано. Чёрт, а он не шутил.       — Дай угадаю, твоя причуда это что-то телекинетическое? Если бы мне пришлось угадывать, то вероятно это какая-то форма управления молекулами. Я прав?       Инко стиснула зубы, уклоняясь от очередной атаки. Таймер продолжал свой отсчёт, если она не уберётся отсюда в ближайшие две минуты, то взлетит на воздух вместе с этим полуразрушенным складом. Фемида вытащила из ремня несколько динамиков. Это и ей навредит, но выбора нет.       — Ты слишком много болтаешь, старик.       Она кинула в него гранату. Он отмахнулся от неё, как от назойливой мухи. Бах! Бомба взорвалась где-то за пределами склада. Однако этого времени ей хватило, чтобы бросить к его ногам и активировать динамики. Все за Одного закрыл руками уши. Инко изо всех сил старалась не морщиться от резкого звука, напоминающего скрежет когтей по стеклу. Это и ей мешало, но у неё не было выбора — это единственный способ дезориентировать Все за Одного. Все знали — Все за Одного Бездушный. Поговаривали, что он убил свою родственную душу и из-за этого ослеп. Что ж, поделом ему.       Инко полетела прочь на максимальной скорости. Быстрее, этот трюк не отвлечёт его надолго, надо удирать прочь. Она почувствовала резкое изменение воздуха, но отреагировать вовремя не успела — Все за Одного нагнал её и атаковал потоком сжатого воздуха. Фемида потеряла ориентацию и начала падать. В последний момент ей удалось приземлиться на ноги, но тут её чуть не настиг очередной взрыв. Кажется, своим действием она не на шутку взбесила Все за Одного. Чёрт.       Инко включила ещё один динамик на полную мощность. Уши резало резкой болью, а звук не давал сосредоточиться на сердцебиении или дыхании Все за Одного, чтобы сжать его сердце или гортань, но выбора не было. Нельзя быть услышанной им, Фемида не должна допустить ещё одной атаки. В нескольких метрах с резким грохотом приземлилась массивная фигура Все за Одного, рыча как дикий зверь и закрывая уши руками. Это её шанс! Она вытянула руку, резко сократив расстояние — стоит ей только коснуться его, как он обратится пылью. Всё будет кончено, а Инко, возможно, даже получит награду от Комиссии. Вот так. Ещё чуть-чуть. Нужно лишь коснуться пятью пальцами…       Хвать! Буквально в последний момент Все за Одного схватил её за руку. Она просчиталась? Неужели Все за Одного нашёл способ видеть, будучи Бездушным? Инко понурила плечи. Что ж, смерть в бою не так уж плоха. Так она думала до того момента, пока Все за Одного не сорвал повязку с её глаз. Больно! Тьма резко сменилась… светом?.. Чернота уступила место тому, что Фемида никогда ранее не знала — множеством того, что люди называют красками, и самыми яркими из всех были глаза Все за Одного. Что это за цвет? Такой яркий и успокаивающий. Инко видела его лицо во всех деталях начиная от гладкой кожи с едва заметными точками на ней прямо на щеках, глаза, которые точно не были бездушными, хотя она не знала какого они цвета, заканчивая на вид очень пушистыми волосами. Он был прекрасен (не то, чтобы она что-то понимала в прекрасном). Все за Одного просто застыл и смотрел, не отрываясь и не ослабляя хватки на её руке.       — Ты… Что ты сделал?.. — спросила она, пытаясь отдышаться. — Это какая-то причуда?       — Что я сделал? — Все за Одного нахмурился (Инко впервые в жизни увидела, как кто-то нахмурился). — Что ты сделала?! Почему я вижу тебя? Я не видел с тех пор, как… — он прикусил язык.       Её желудок упал. Этому было только одно объяснение. Но нет… Нет! Этого не может быть!       — О, ради Ками, это невозможно! — Инко начала мотать головой из стороны в сторону. — Ты не можешь быть моей родственной душой! — воскликнула она, когда позади них взорвался склад, обдав их обоих волной жара.

***

      Соулмейт… Всего одно слово заставило Хисаши оцепенеть. Он даже не заметил прозвучавшего позади взрыва. Этого не может быть. Это невозможно! У него уже была платоническая родственная душа — его обожаемый младший брат Йоичи, и он умер сто лет назад!       Все за Одного резко вздохнул, пытаясь обдумать ситуацию. Он знал, что родственные души бывают разными — платоническими — братскими, дружескими, родительско-детскими, — и романтическими. Но разве у одного человека может быть несколько родственных душ? В теории, да. Хисаши никогда не интересовался этой темой, да и не за чем было. Йоичи был всем его миром — его братом и в каком-то смысле его ребёнком, с тех пор как их мать погибла. Он никогда не думал, что судьба подарит ему второй шанс — иметь две родственных души — это редкость из редкостей, и, даже при всей своей мании величия, Все за Одного никогда не относил себя к тем немногим счастливчикам. Он задумался. Возможно его возраст сыграл в этом определённую роль? Но почему из всех людей на планете, его родственной душой должна быть та, кто уничтожил добрую половину его криминальной империи?       Он зажмурился. После стольких лет отсутствия свет причинял боль. Всё вокруг было слишком ярким, слишком живым слишком… ненатуральным. Хисаши вновь взглянул на Фемиду — она выглядела как миниатюрная зелёноволосая девушка с самыми прекрасными нефритовыми глазами, которые он когда-либо видел. Все за Одного никогда не обращал особого внимания на красоту, пока не ослеп, но эта девушка, она была прекрасна. Эта мысль заставила его смутиться.       — Эй, если ты не собираешься меня убивать, то может отпустишь уже? — резко рявкнула она на него. Для такой мелочи характер у неё был ещё тот. — У меня рука уже онемела от твоей хватки.       — Ты не будешь пытаться меня убить? — он поднял бровь в вопросе.       — Зачем? Чтобы снова стать неполноценной, но уже по собственной вине? — Хисаши неохотно отпустил хватку, и она отвернулась прочь. — Ками, за что? Почему ты из всех людей? Я всегда ненавидела тебя!       Хисаши скрестил руки на груди.       — Ну, знаешь ли, я тоже от тебя не в восторге. Ты мне все карты спутала своими бесконечными нападениями!       — Я этим горжусь! — Фемида скрестила руки на груди. — Ты воплощение зла!       — А ты, значит, ангел небесный? — усмехнулся Все за Одного. — Ты хоть считала, скольких людей убила? Поверь мне, далеко не все они были отъявленными негодяями.       — Ты убил мою мать!       — А Комиссия, которой ты служишь, убила моего брата, что был для меня всем! — воскликнул он в ответ. Хисаши замер. Почему он вообще оправдывается перед ней? Все за Одного никогда не опускался до оправданий своих действий, используя имидж абсолютного зла себе на пользу. Она его враг! (Она его родственная душа).       На какое-то время повисла гробовая тишина, нарушаемая только звуками обрушения склада позади них.       — Ты ведь не собираешься меня убивать? — нерешительно спросила Фемида.       Он вздохнул.       — Нет.       И что им теперь делать? Она его враг, работающий на Геройскую Комиссию, а он Символ Зла, Король Преступного мира, поклявшийся разрушить это лицемерное общество, что отняло у него всё, загнав в глубокую тьму. Как они должны быть родственными душами, если ещё минуту назад хотели поубивать друг друга?       — Тогда… быть может, обсудим сложившуюся ситуацию за чашечкой кофе? — с нервным смешком предложила она.       Хисаши замер. Стоял и смотрел. Долго. Склад позади них тихо догорал.       — Что? — наконец спросил полностью растерянный Все за Одного.