Герои

      Уже какое-то время от Русалки не приходило ни весточки. Раньше Слепой чуть ли не всё время сидел на проводе, чтобы девушка в любой момент могла сообщить важную новость. Однако после последнего отчёта никаких известий больше не поступало.        В голову Бледного невольно стали закрадываться мысли о западне. На Русалку могли напасть, заставить замолчать. Или нечто иное, что всё равно разбивалось о твёрдость реальности. Героиня на то и обладала свойствами невидимости, чтобы в случае опасности спасти себя хотя бы бегством. Теории пришлось отбросить.        Даже те, которые включали в себя Волка. Тот продолжал копаться в делах Помпея, рыл не в том направлении и уходил всё дальше от истины. Наблюдениями делился со Сфинксом, а тот в свою очередь невзначай мог упомянуть при начальнике. На этом фронте всё складывалось привычным образом. Даже ревностные и недовольные всплески Иллюзиона остались прежними. Строить теории на этой почве оказалось чересчур глупо, поэтому Слепой отложил и эти догадки в долгий ящик.        Но как раз в момент глубоких размышлений позвонили ответы.       —Алло, приходи в акваторию завтра, мы всё решили, договоримся о планах, - заспешил знакомо напряжённый голос Македонского.       —Возникли проблемы? Русалка не успела сообщить о том, как посетила вас вновь, - поинтересовался Бледный.       —Нет времени объяснять, мы... - вдруг оборвался говор Табаки, так и не успев сообщить Слепому подробности.        С телефона в кабинете начальник не мог перезвонить. И рискованно, и трудоёмко. Слишком много шансов попасться на глаза Волку, который не побрезгует затесаться рядом, чтобы свернуть с протоптанной дорожки на истинное расследование. Но и оставлять невидимку без уведомления о смене планов было бы не лучшим решением, поэтому глава агентства снова решился на записку. Теми же самыми чернилами вывел всего пару фраз, а внизу бумаги подписался обычной ручкой: «На обеде».        Бумажка точно пролежит до завтра, а когда девушка найдёт её, то вероятно, ещё успеет сообразить, как отвлечь недоброжелателей в случае повышенного внимания. Можно было идти, что и сделал начальник, предварительно погасив везде свет.        Кроме нижнего этажа, где у кофемашины возился подчинённый.       —Борешься с автоматом? - подметил Слепой.       —Не нагоняй тоску, и без тебя эта дрянь моё настроение зажевала, - раздражённо фыркнул иллюзионист, ударяя по стеклянной панели, —Ну, и чтоб у тебя все внутренности сгнили, гадина!        Слова, брошенные кофемашине, ещё долго плавали на подсознании Бледного, пока служебная машина не забрала его. Далее всё развеялось мыслями о планах для красного дракона и Табаки, которые прямо сейчас могли попасть в передрягу, раз даже оборвали звонок.        Который, казалось, ещё отдавал гудками. Не в памяти или в ушах, а прямо за углом. На втором этаже офиса суперов, куда поспешила скрыться иллюзия Волка.       —... Мы разберёмся со Слепым, но не без твоей помощи, - разочарованно закончил Шакал.        Запись ещё несколько раз проигралась с телефона Волка, прежде чем Русалка наконец-то подала голос:       —Что ты решил натворить? Что подумает Сфинкс? Ты же понимаешь, что он такого не простил бы? Какой ужас, почему ты вообще ввязался в это... Никогда ведь в тебе не было этих злых чувств!       —Русалочка-Русалочка, никаких «злых чувств» я ни к кому не испытываю. Это лишь плата по заслугам. Ваши друзья подставили меня один раз, выставили дураком два раза, попытались обмануть трижды, а теперь пришло время им получить своё. Слепой тоже заслужил этого, - отмахнулся Волк, кивая двум другим иллюзиям держать девушку крепче, —Идём в кабинет, птички напели, что Бледный мог оставить что-то важное для пособников.        Как бы не сопротивлялась героиня, выхода не было. Ноги плелись за темпом силуэтов коллеги, который сам уже рыскал по кабинету начальника.       —Не было нужды Слепому лезть не в своё дело, я бы вполне управился с его задачами, а теперь приходится расхлебывать за ним это дерьмо, - проворчал Волк, —Ну, и где это важное?        Одна из подоспевших иллюзий тут же ткнула на стол с краткой запиской, не по теме суток.       —На обеде? Серьёзно? Куда он ходит перекусить, а? Никогда не видел, чтобы он вообще ел что-то, - продолжил высказываться мужчина.       —Я не знаю, он не рассказывал мне об этом. Да и с чего ты решил, что записка адресована мне? - дерзко бросила Русалка.       —А с того, что нужно заглядывать дальше своего носа. Такой человек, как Бледный, не делает лишних движений, - пожал плечами коллега.       —Дай мне эту записку, может там есть что-то на обороте? - неожиданно предложила девушка, но тут же добавила, когда иллюзия стала переворачивать бумажку, —Или ты только и ждёшь, что я буду помогать человеку с задатками злодея?        От услышанного Волка передёрнуло. Слишком напомнило о том, кто возглавляет их лигу, кто претендует на близость с Кузнечиком. Слишком принудило обнажить зубы.       —Никто ведь не узнает о несчастном случае, да? Зато о предателях все узнают. Семья, коллеги, близкие. Наверное, так ты хотела отметить праздники? Сидя за решёткой с этими предателями? Вперёд, держать не буду, - прорычал иллюзионист, сжимая бумажку в руке.        Но лицо невидимки исказилось только испугом и мольбой успокоиться. Нельзя было проколоться в такой ответственный момент. Слепой уже получил от неё ответ, который она даже и не писала. Работу за неё проделал Волк, бросивший чуть неровную записку обратно на стол.       —Посидишь сегодня в подвале, а мои друзья последят, чтобы ты ничего не устроила, - не без самодовольства кинул Иллюзион, после чего разошёлся со своими клонами по разные стороны.        Ночь стала самым длинным периодом для него. Самым долгим и мучительным ожиданием, которое помогал преодолеть лучший друг. Со Сфинксом в ночном патруле можно было проболтать хоть до следующих сумерек, главное не цеплять опасных тем. Обходить как-то разоблачение Слепого.       —Так, ты со мной? Уж куда мне без тебя управиться, особенно если оплошаю, - смеялся иллюзионист.       —Волче, куда ты говорил, они скрылись? Нам проще взять их сейчас, разве нет? Приедем с полицией, оцепим и уладим всё перед общественностью, - поинтересовался абонент.       —Это пока секрет. Они собираются навредить Бледному, поэтому лучше ловить на горячем. Как только выскочат из своей норы, мы уже будем там, понял? - продолжил гнуть своё Волк.       —Ты неисправимый герой, - тяжело вздохнул Кузнечик, —Как бы только не попал в неприятности; нам будут не очень рады, знаешь?       —Поэтому мы и будем вдвоём, как команда, как в старые добрые, ну? - довольно выдал Иллюзион.       —Как в старые добрые, да... Ладно, виси, у меня тут звонок по второй линии, нехорошее ощущение.        На том и договорились. Однако пришлось ждать чересчур долго. Всё происходило, как и предсказывал Сфинкс. Домашняя потасовка, обернувшаяся чуть ли не поножовщиной, которую пришлось предотвращать убедительными методами супера. По радио Волк услышал ещё много подробностей, но результатов ждал больше всего. Но и после их оглашения Кузнечик не вышел на связь. Видимо замотался, а может связался с кем-то ещё.        И Иллюзион снова вернулся к тягучему ожиданию, омраченному догадками о том, не возник ли Бледный так снова у него на пути. Не появился ли ещё один соперник. Не случилось ли чего, что предсказать Волк не сумел?        Увы, до самого рассвета ни одной вести не пришло. Пока не пришёл, собственно, сам Сфинкс. Немного помятый и сонный, неразговорчивый с утра он сел рядом с Волком в фойе.       —Таких конфликтов было три на этаже, - устало прошипел лысая кошка.       —Измучили уроды? Придумали же вызывать нас по всяким своим мирским пустякам. Тоже вон не спал, а сюда ни звонка не поступило, кажется. Они что общей горячей линией пользуются, зная, что им не откажут ночные дежурные, а? - горячо ругался зевающий иллюзионист.       —Уже незачем раздувать проблему. Лучше к делу, чего мы ждём? - вернулся к ночной теме Сфинкс.       —Увидишь. Или ты мне не доверяешь? - усмехнулся Иллюзион.       —Какой-то ты сегодня загадочный. Слишком, - ответил собеседник, но после сразу кивнул, —Верю. Покажешь, чего хотел как раз.        И Волк показал. Как в офис вошёл Слепой. Совершенно обыкновенный и спокойный он поздоровался с сотрудниками, взял стакан воды и направился в кабинет.        Глава агентства уже не видел, следит ли за ним Волк в компании Сфинкса. Да и планы как-то закружили, когда Бледный обнаружил смятую записку. Русалка не заходила на его рабочее место, не читала послание: текст простой ручкой не размыло водой. Но, с другой стороны, расшифровать записку не смог и кто-то другой, кто сейчас пристально наблюдал за происходящим.        Офис нужно было покинуть первым, поэтому прямо в кабинет Слепого был вызван сотрудник-человек, который с радостью заменил начальника на месте, пока он сам отправился обходным путём. Обошёл этажи насквозь, чтобы попасть на пожарный выход, а затем спуститься по лестнице к мусорным бакам, откуда путь Бледного лёг на оживлённые улицы.        Оттуда было незаметнее вызвать такси, скрыться от слежки, если та вдруг подцепилась на хвост. Но даже сидя в автомобиле, Слепой не ощутил подвоха или лишнего взгляда. Только вот расслабляться не стал. Сошёл с маршрута раньше точки, заплатил и молчаливо покинул транспорт, отправившись плутать по улицам старого района.        Ветер с утра сильно обдувал, словно растаскивая по разным переулкам. Заставлял распыляться и путаться, но на деле вёл к месту встречи. От воды всегда веяло холодом, поэтому потоки воздуха приманили Бледного прямо к спрятанному лазу. По ту сторону виднелась ограда, лестница и заросли, а здесь, под выступом моста открывался замусоренный водоём, вдали от которого торчала широкая труба, забитая досками, разрисованная граффити, явно заброшенная людьми уже давно. Но глава агентства знал, что именно туда и нужно было проникнуть. Где-то в тех лабиринтах скрывалась акватория. Странно лишь то, что никто не готовился его встретить, но на то были наверняка свои причины.        Потому Слепой собрался с духом и стал протискиваться между щелями заколоченного входа. Ноги его сразу провалились в грязную, густоватую воду с тиной. Нос уловил затхлый, землистый аромат, а уши услыхали писк местных обитателей: крыс.        Полностью оказавшись по ту сторону баррикад, Бледный наконец погрузился во тьму, не спеша доставать фонарик. Глазам было привычно идти без проблесков и резей. Руки щупали скользкие стены, направляли хозяина по петлям коридорной трубы, пока уровень воды заметно не уменьшился. Растянутые штаны Слепого больше не мокли у колен. Зато кроссовки ещё хлюпали водой, шлепали следами и разносили шум в глубину акватории, которая, словно живой организм, зашевелилась. Забеспокоилась, заистерила, забила тревогу.        Начальник героев ощутил это ещё на смене среды полов. По ушам ударил скрежет и противный свист. Что-то свалилось перед лицом человека, заставило шатнуться к стене и всё же включить фонарь на телефоне.        Мешок пустых консервных банок с камнями внутри. «Не уж то сигнализация?» - задумался Слепой, когда на другом конце раздался рык. Арка уже обыкновенного железного коридора осветилась тёплым светом, следом за котором показалась уменьшенная, но всё ещё внушительная морда красного дракона.       —Это я, - объявил неожиданный гость.       —Бледный?! Тише-тише, любимый, не переусердствуй, лучше побереги силы, нам не надо пугать кого-то, помимо «него», - сказал появившийся Табаки, поглаживая дракона по чешуе, —Ты чего тут делаешь? Где Русалка? Уж не отвлечь ли нас ты пришёл? Мы, знаешь ли, теперь очень сильно верим моим снам.       —Пришёл, потому что позвали. Русалка не связывалась со мной уже долго, она была у вас? - удивил жильцов Слепой.       —Постой-постой, но у нас даже телефонов нет, тебе велела прийти Русалка? Что-то ты меня совсем распутал и запутал снова, - поморщился Шакал, приобняв за плечо уже принявшего привычный облик Македонского, —Лучше возвращайся, дорогуша, нас тут хоть и двое, но мы ещё не до конца уверены, как друг друга уберечь, когда заявится Волк. А солнце моё твоих мучений не простит себе.       —С чего бы ему сюда заявляться? Волк ищет Помпея, судя по последним моим данным, - наконец приблизился глава агентства.       —Ха! Шутишь что ли? Или, судя по твоему лицу, не очень получается? Очнись, этот негодяй уже сегодня-завтра устроит охоту за твоей, моей и его, - кивком Табаки указал на Македонского, —Головами! Неужели Русалка тебе не сказала... Но это получается, что она всё ещё в заложниках?! Пускай этот идиот тогда быстрее заявляется сюда, уж я ему точно пару ласковых шакальих отвешу и за моего драгоценного, и за нашу светлую птичку-связистку!        Слепой на короткое время замолк, обдумывая услышанное. Вскользь брошенный вопрос Русалки был намёком на раскрытие местоположения? Неужели они не поняли друг друга или вовсе раскрыли свои карты перед хитрым коллегой? Да уж, Волку не вынюхать что-то сложно. Это был лишь вопрос времени, когда правда всплывёт на поверхность.       —И какой у вас был план? Волк явится не один. Сфинксу мы навредить не должны, он все-таки здесь не при чём, - сдержанно вздохнул Бледный.       —У нас тут ловушки по всей акватории: где есть лазы - сигнализация, а где нет - сразу ловить будем, вот и носимся тут в таком виде, - признался Шакал, продолжив поглаживать чуть подуставшего Македонского, —Не расстраивайся и не вешай нос, с нами же заодно и Слепой, он нашу задумку быстро подкорректирует.       —После вы, вероятно, собирались сделать что? Отправить его в другую страну? Или убить? - произнёс Бледный, не замечая, как смущение на лице чудотворца меняется на испуг.       —Нет-нет, мы вызвали его с Русалкой, она бы доставила тебе сообщение, а мы бы его тут придержали, - стал оправдываться красный дракон.       —Но теперь я здесь, нужно подумать, что делать со Сфинксом, он ведь может сразу заняться вопросом, пока мы тут... - не успел договорить начальник, как по коридорам разнеслись звуки сразу двух видов.        Сработала стеклянная сигнализация Табаки, а вместе с ней загремело железо, словно трубу пытались пробурить где-то сбоку.       —Спрячься, дорогуша, нам нужно успеть перехватить хоть кого-то из них, пока Волк тебя голыми руками тут не прибил, - велел Шакал, в миг помчавшийся за настоящей рептилией, но разошедшийся с женихом на развилке.        Только Слепой остался на месте, хоть и не послушал указание. Слишком быстро сработали сигналы от прибытия Бледного. Словно за ним была слежка везде и всюду, но предполагать было глупо. Стоило остановить хотя бы Македонского, который попусту мог потратить свои драгоценные силы. И глава агентства мелькнул в коридор вслед за красным драконом, нагнав того лишь в тупике.        В перекрытом ходе было пусто, но чудотворец готов был поклясться, что слышал здесь именно сигнализацию, а не посторонний шум. Именно стеклянный писк, но дорога была тупиковой, чуть затопленной. Ещё и любимой для Табаки, который точно не стал бы здесь ничего портить.        Оттого дракон снова стал собой, на этот раз пытаясь отдышаться, ощупать лицо и рот, боясь вновь столкнуться с приступом в неподходящий момент.       —Порядок? Волк прибудет ещё не скоро, они даже моей пропажи ещё не хватились. Побереги силы, - посоветовал Бледный.       —Ага... Ты прав, но нужно проведать Шакала, - кивнул Македонский, тут же окликнувший жениха.        Но никто не ответил. Кличущий голос взамен стал громче. Вновь тишина. Хотя по ощущениям Македонского расстояние между путями развилки было небольшое, да и слышимость оставалась на высоте. Если только с Табаки ничего не случилось.        От предположения перехватило дыхание. Чудотворец рванул обратно по коридору, беспокойно вторя чужое имя, подзывая к себе, пока не вбежал в их спальню.        Там тоже пусто. Совсем никого. Даже позади стало тихо, точно Слепой слился с темнотой и безмолвием.        Голову помутило. Перед глазами забегали искры. Уши снова впали в какой-то странный пузырь, отделяющий от реальности, но Македонский встряхнулся. Отчаянно закричал, вновь рванув по коридору, где наконец отыскал Табаки.        Любовник стоял прижатым к стене, с заломанными руками, закрытым ртом и даже не шевелился, от чего красного дракона тряхнуло ужасом. На мгновение почудилось, будто тело Шакала стало совсем безжизненным и просто висело в хватке иллюзии, пока сам Волк приближался с самодовольными аплодисментами.       —Ну и ну! Подготовились. Собрались перехитрить меня? Поэтому звали с Русалочкой? Надеюсь, не обидитесь, что я выбрал другого спутника, а Сфинкс уж с пустыми руками не ходит: сейчас пару нарядов вам влепит, - рассмеялся Иллюзион.       —Табаки! Волк, прошу, отпусти его, мы просто перестраховались, мы согласны. Согласны на все твои условия, правда; отпусти его, умоляю, - чуть ли не в ноги бросился чудотворец.       —Раз согласны, почему эта шавка до сих пор тут? Держите меня за идиота? Он сюда точно прибыл, это ведь я его пригласил к нам. Иначе он бы ни за что вас не посетил, - пожал плечами иллюзионист, разделяясь на большее число клонов, —Где он?       —Не приходил, не успел, я клянусь, - взмолился Македонский.       —Да ну? Вдарь-ка ему ещё раз, - велел оригинал своим подражателям.        Красный дракон успел уже зажмуриться от страха и смирения, но расслышал, сдавленный, перекрытый крик любовника.       —Не приближайся! - потребовал Табаки, успев укусить иллюзию Волка за удерживающую, а не лупящую руку.        И чудотворец смекнул: адресовано то было совсем не ему. Слепой, скрытый в темноте акватории, мог слышать их разговор, мог выйти в ловушку. Отдать все тузы в рукава Волка.       —Ну, что? Нам продолжать, Македонский? Я несколько лет занимался для того, чтобы преуспеть в геройстве, так что этого задохлика нокаутирую за три удара, смотри, - иллюзионист снова кивнул, после чего клон вмазал по лицу Шакала сильнее прежнего, так что голова закружилась у обоих жильцов акватории.       —Не надо! - проронил красный дракон слишком поздно.        Глаза встали на мокром месте. Горло снова зажгло и запекло. Кончики пальцев занемели, а чудеса давно испарились из рук. Македонского замотало, зашатало. Бросило в заметную дрожь, от чего занервничал уже Табаки.       —Хватит, успокойся, Волк, ты слышишь? Придёт Слепой, и я убью его! Мы уже обещали, ты понял? Отстань от него, хватит его мучить! - заверещал Шакал.       —А не то, что? - ухмыльнулся Иллюзион.       —А не то тебя арестуют, Волк, - подала голос тьма, из которой постепенно выплыл Бледный.       —Какие гости! Тебя только и ждали, - стал потирать руки оригинал всех клонов, —Чего ждёшь, Македонский?        Тишина в ответ Волку не понравилась. Чудотворец впал в странное оцепенение, болезненный вид и некий транс, так что даже окрики не действовали на него.       —Вечно с вами, тряпками, приходится возиться, - фыркнул иллюзионист, тут же приметив чужую хитрость.        Табаки, воспользовавшись шумом, уже тянулся одной освободившейся рукой к копии. Которой Волк хладнокровно скомандовал: «Пусть на себе испытает, может и тряпку в чувства приведёт. Со Слепым сам поквитаюсь.»        И тотчас рука Шакала, заряженная ощутимой силой, устремилась к нему самому, встречая всё возможное сопротивление, которое вообще мог оказать герой, обвисая в хватке на шее.        Иллюзион же, как и утверждал, направился к Слепому, зашарив по карману. И глава агентства уже приготовился встречать нападки, как вдруг шатнулся от яркого света фонаря, которым Волк подло сверкнул в чужие глаза, прежде чем угрожающе махнуть ножом. Всё в этом плане было вероломно и жестоко. Всё шло только ради цели хозяина.        Всё оборачивалось против них троих. Даже спазм, охвативший тело Македонского, не позволяющий шевельнуться, чтобы не спровоцировать приступ. Но только ли это могло накрыть с головой. Страх пульсировал в висках, образ беспомощного Слепого, напуганного, ослабшего и обезоруженного Табаки подогревал что-то в груди чудотворца. Невнятное чувство отдавало волной по организму, заливалось по все щели и трещины. А там начинало вибрировать, дрожать и рвать на части. Раздуваться как воздушный шар. Пока слух наконец не прорезало удушливое: «Я больше не могу».        И акватория взорвалась жаром. Неуловимой искрой и настоящим огнём, который обволакивал Македонского с головы до пят. Покрывал защитной чешуёй, наращивал хищные клыки и когти, которые тут же ударили по иллюзиям. Сожгли их в одно мгновение. Освободили Табаки, а затем бросились к подлому зачинщику.        Уши больше не слышали, глаза не видели, а руки, превратившиеся в лапищи не ощущали, чего творят. Голос Шакала больше не вразумлял, не успокаивал. Остался только слепящий страх и неукротимая ярость, требующая настоящей свободы. Требующая выхода и конца.        В глазах смотрящего любимый человек не мог быть ужасным чудовищем даже сейчас. И нельзя было позволить ему посчитать так самому впоследствии. Поэтому Табаки заставил себя подняться на ноги. Вынудил проползти под жаром разбушевавшегося дракона. Протянул руку к щиколотке Волка, застыл в паре сантиметров и зажмурился, когда клубок чересчур яркого огня полетел прямо в его сторону.        А затем раздался оглушающий, отрезвляющий крик. Проявился силуэт ошарашенного Сфинкса, застывшего на фоне естественного солнечного света. На его глазах Волк перестал дышать навсегда. Не обуглился, не обгорел и не исчез. Просто упал мёртвым сном прямо на щурящегося Слепого.        Телефон выскользнул из рук лысой кошки мгновенно. Губы задрожали в онемении, ноги подкосились, и тот рухнул на пол, заставив уже всех присутствующих прийти в ужас. Всех, кроме Бледного.        Македонский осел на холодные полы в акватории, хватаясь за голову, отползая от мёртвого тела Иллюзиона. Табаки изумлённо ощупывал себя, не силясь даже подняться, чтобы добраться до любимого.       —Я не хотел этого... Не хотел убивать его... Я не хотел никому причинить зла, - разрыдался чудотворец, сжимая волосы, —Он не был ни в чем виноват, я не хотел, я не хотел.        Вина сгрызла красного дракона. Свалила могучего ящера на самое дно, приправив всё ударами стыда и ненависти. Продолжительный смех Шакала заставил убедиться в настоящем зле. Причиненном вреде такому количеству людей, что никогда в жизни не оттереться от тяжёлого греха, слившегося с его душой.       —Никто ни о чем не знает, Македонский, - размеренно указал Слепой, приложив ладонь к чужой макушке, —Никто.       —Я убил его, я виноват в его смерти, Сфинкс видел это. Я посмел судить кого-то, - истерично бормотал чудотворец.       —Никто ничего не узнает, я обещаю. Помоги Табаки, - привычно сдержанно и спокойно произнёс Бледный, а затем на ощупь отправился к телу лысой кошки.        Ещё не скоро Слепой нащупал Сфинкса, но как удалось, Македонский увидел настоящее потрясение: рука главы прошла сквозь голову Кузнечика, а затем выудила оттуда красный дымчатый шар, который вскоре исчез во рту Бледного.       —Я пообещал обоим. Не забудьте и вы, что я ваш секрет, - попросил Слепой, пытаясь привести своего сотрудника в чувства.        ***       —Вот ваши документы, очень жаль, что уходите из нашего агентства, - с досадой произнесла Русалка, отдавая обновлённые папки личных дел.       —Ну-ну, дорогуша, зачем вешать нос? Мы всё равно скоро встретимся, знаешь? - хитро улыбнулся Табаки, похлопав Македонского по руке, —Вот, держи-ка от нас обоих приглашение; мы тебе будем очень рады у нас на празднике, всё-таки стоит на широкую ногу отмечать такое великое событие, мы теперь становимся не просто партнёрами по геройству, мы теперь ещё и до гроба вместе! Не смейся с формулировок, вдруг дома я его и правда к себе привязываю.       —Табаки, - тихо и смущённо попросил красный дракон, передав заодно ещё два приглашения, —Прости, что так оставляем тебя.       —Нет-нет, что вы, пусть у вас светлая полоса начнётся и не закончится, - нежно улыбнулась девушка, провожая уходящих героев.        Офис покинули только двое. Македонский выкатил инвалидную коляску, напряжённо выдыхая и пряча папки в сумку.       —Золотце, ты чего? Задумался? Больше двух - говорят в слух, - заумничал Табаки.       —Я просто не могу поверить... Всё, что я мог и умел, всё это, оно... - нервно сглотнул жених, чуть склонившись.       —Эй-эй, я тебя сейчас к себе на коленки посажу, чтобы успокоить, честное слово. Или ты этого и хотел добиться? Карбамазепин выпил? Или уже ловить тебя? Да и к тому же, много чего ты умеешь у меня, драгоценный, чайную свою откроем и увидишь, ты из нас самый талантливый и рукастый! - не унимался Шакал всю дорогу, пока офис навсегда не скрылся из виду.        ***       —Слепой, тут новая газета, зачитываю или хлам? - обратился к начальнику Сфинкс, перебирая свежие бумаги на аккуратном рабочем столе.       —Откуда новости? - донёсся голос с дивана.       —Так, это не интересно, не интересно, соседний город, наши окрестности, острова, - стал перечислять Кузнечик, подсаживаясь к Бледному.       —Да, читай, - тут же остановил его глава агентства.       —Да бред, не поверишь, даже если бы сам видеть мог, уверяю. Ну, кто выпустит байку о городском «драконе», которого видят только по ночам? - закатил глаза лысая кошка.       —Читай, - всё равно велел слепой мужчина, прикрывая глаза.        В голове складывалась картинка, как огромный ящер летает над домами, совершая для людей, только недавно готовых сослать в тюрьму, маленькие чудеса. Верно все-таки говорят, что настоящий супергерой, даже став для всех злодеем, будет оставаться героем. Неважно для себя, близких или отвергших.