Неведение

      Почему мне так плохо?       Почему я боюсь?

…

      — Вадим не приехал. Элиан сказал мне, что никто ни вечером, ни ночью не появлялся в замке.       Саша сам хмурится от этих слов. Честно говоря, происходящее настораживает. Актёр не был близко знаком с этим человеком, но что брат рассказывал об этом мужчине и не раз. Каждый такой диалог начинался с фразы Олега: «Ковальчук самый ответственный, кажется, больше всех вместе взятых в комитете». Раз Вадим дисциплинированный работник, может ли он себе позволить какие-либо опоздания, тем более дело-то серьёзное? Быть может, рейс задержали? Или он решил утром приехать?       Не в этот раз.       Олег зашипел от боли, чуть было не сжимаясь в клубок на кровати. Одеяло путается в ногах, сам же он успел только переодеться и хотел было идти к брату, но внезапный недуг попросту сбил его с ног и заставил лечь обратно в постель. Саша сам пришёл к сыщику и увидел, что утро у того проходит совсем уж несладко. Мигренями парень никогда не страдал, но сегодня в полной мере ощутил на себе всю «прелесть» жгучих импульсов в голове.       — Ну… позвони ему, — давит из себя детектив, не в силах даже пошевелиться. Каждое лишнее движение отдаёт острой болью, заставляет жмуриться и скулить.       Александр окинул младшего брата тревожным взглядом. Не припоминает, чтобы у Олега когда-то вообще были настолько сильные головные боли. Он никогда не жаловался на голову — что в прямом, что в переносном смысле — и, к слову, перед устройством на работу пол года назад он проходил медосмотр, который показал, что юный парень здоров, как бык.       Полон сил и здоров, но стоило приехать на первое расследование и сразу слёг с так называемой мигренью?       — Ты, может быть, голодный, — предполагает телеведущий, опустив глаза в пол на секунду.       Слабо верится, что от одной только нужды в завтраке у Шепса-младшего неистово разболелась голова. Но вдруг и так?       — Я не пойду никуда, — сразу отнекивается тот, в ладони сжимая край подушки.       — В смысле? Голодным хочешь остаться? Вряд-ли тут шведский стол будет, — Саша в одночасье возмущается и скрещивает руки на груди, глядя на младшего Шепса, который хочет уткнуться лицом в подушку, да боится лишний раз двинуться. — Тем более я английского не знаю, как я что-то им скажу?       Детектив хочет сквозь землю провалиться. В который раз убедился, что было бы в разы лучше, останься актёр дома, в родной Москве… И было бы замечательно, учи он в своё время язык.       — Отвали, — единственное, что тихо и сердито шепчет молодой парень. Приоткрыл один глаз и посмотрел на старшего брата с плохо скрываемым раздражением.       Но тотчас же он снова зажмурился, морщась от неприятных и противных импульсов. Лекарство не помогает, хотя сыщик выпил уже три штуки. Обезболивающее сильное, даже две таблетки перебор, но что тут сделаешь? Лучше Шепс выпьет целую пластинку, что он и хочет сделать, нежели станет и дальше терпеть эти муки.       — То есть, ты меня сейчас выгоняешь? — Александр недовольно фыркнул, демонстративно состроив обиженную физиономию. — Хочешь, чтобы я ушёл, да? Не нужен больше братец тебе, ну, всё понятно.       Олег, превозмогая боль, открывает глаза и гневно пялиться на старшего брата, мысленно просит, чтобы он исчез отсюда со своими манипуляциями.       Пусть столовую всей группе вчера и показали, но актёр смутно помнит дорогу до неё, сам точно дойти не сможет. К тому же, действительно ни черта не поймёт в том, что до него хотя-бы попытаются донести и гости, и тот же самый дворецкий… Вспоминает стюарда и по спине пробегает лёгкий холодок. Обращаться за помощью к Стефану, который произвёл ещё вчера не самое радужное впечатление, Саша не станет. Хватило той жуткой улыбочки и невероятно странного выражения лица, теперь не хочется даже видеть мальчишку в радиусе двухсот метров.       — Иди ты… в задницу.       Он перекатывается на бок и демонстративно отворачивается лицом к окну, только бы не видеть рожу Александра. Олега никогда не донимали подобные приступы, сколько парень себя помнит, «светлая» голова никогда его не подводила и работала без малейших намёков на какие-либо боли. Однако вчера вечером — именно после экскурсии и внезапной прогулки с Владиславом — что-то дало сбой. Ещё тогда Шепс-младший проглотил две таблетки и всё равно до самой ночи лежал на постели, ворочался от мерзких «ударов» в затылок и висок, пока всё-таки не провалился в сон.       Может здесь настолько свежий воздух, что он и на череп решил давить? Может же быть такое?       Конечно нет.       — Я сейчас вообще развернусь и уйду, понятно тебе? — мужчина обходит кровать и принципиально становится прямо напротив брата, который тотчас недовольно мычит. — Я же помочь хочу.       — Что-то не получается, — скрипит зубами Шепс-младший.       Саша пропускает колкость мимо ушей, решив сосредоточиться на главной — головной боли.       — Может, акклиматизация? — он начинает вслух рассуждать, присаживается на корточки и смотрит на чуть дрожащую ладонь детектива, что теперь сжимает простынь. Не может же эта мигрень взяться из ниоткуда, должны же быть причины, так ведь? — Ты в Москве всегда дышал этими химикатами, дымом, а тут лес и кислород наичистейший… Или у тебя давление?       Олег мычит что-то нечленораздельное, а затем дёргается, хватаясь за висок. Шепс-старший не знает, так это или нет, но проверить надо всё. Может одно упало на второе — и воздух слишком чистый, и давление, в Трансильвании погода переменчивая, особенно сейчас.       — Давай тонометр принесу.       Сам телеведущий страдает от гипертонии, как и их с Олегом мама, потому и взял с собой в замок полный набор и таблеток, и аппарат по измерению давления. Думал, что самому пригодится, но кто же знал, что всё это потребуется младшему брату?       — Да не хочу я, — шипит Шепс-младший, носом тычется в подушку. — Отстанешь от меня сегодня или нет?       — Нет.       Олегу стоит просто-напросто смириться с этим. Александр всё-таки переживает за него, пусть и донимает Шепса. Он выпрямляется и уже разворачивается, делает пару шагов в сторону, но тут же вздрагивает от стука в дверь, ненавязчивого и аккуратного, совсем не такого, как обычно у дворецкого. Детектив еле слышно скулит даже от этого тихого звука, жмурится. Проходит мгновенье, прежде чем старший Шепс подходит к входной двери и отворяет её. Удивляется, видя совсем нежданного гостя на пороге.       — Мы вас уже потеряли, — приятный на вид хозяин всея замка, что ещё на экскурсии понравился телеведущему, расплывается в улыбке. — Почему не идёте на завтрак?       Саша на секунду теряется. Череватый, что вчера болтал исключительно на иностранном, вдруг заговорил по-русски. Телеведущий точно не ожидал этого от владельца «дворца». Интересно, сколько ещё языком он знает?       Младший брат, слыша этот спокойный баритон, так и порывается обернуться, да только мерзкий прострел боли приходится точно в затылок, буквально заставляя его не двигаться лишний раз и сыщик лишь тихо мычит, сжимая простынь в ладони сильнее.       — Э-эм, ну… Олег себя чувствует не очень, — большим пальцем Саша неуверенно показывает себе за спину, явно обескураженный тем, что вместо жутковатого Стефана к ним вдруг пришёл сам Влад. — Я не хотел его…       — Ему нездоровится? — сдержанно тревожится Череватый, смотря за спину человека, которого выше на пол головы. В глазах проскальзывает тень волнения, но лишь на секунду.       — Голова с самого утра болит, — Саша становится вполоборота, рассматривая спину младшего брата. Всё-таки что-то здесь не так. Всю дорогу сюда он был здоров и чувствовал себя замечательно, даже пару раз поругался с актёром, а теперь и пошевелиться не может из-за страха перед невыносимыми импульсами. Странно. — Я думал тонометр принести, а он…       — Тонометр? — Череватый делает шаг вперёд, пристально смотря на спину больного. — Вы думаете, дело в давлении?       Александр хмурится от вопроса, что слышит из уст Владислава.       — У вас тут воздух чище, чем в нашем городе. К тому же погода переменчивая, я сам гипертоник, — настаивает мужчина, бросая взор на владельца дворца, — я знаю, о чём…       — Я думаю, дело тут совершенно не в давлении и этот самый воздух, наоборот, пойдёт только на пользу, — Владислав грубо перебивает старшего, точно и не слушал его, а затем вежливо улыбается краями губ. — Александр, ступайте на завтрак. Вас спрашивали остальные, они переживают, что вы останетесь голодным.       Спрашивают только его? А как же Олег?       — Но ведь я не могу его просто…       — Не волнуйтесь, я лично отведу его на улицу и не оставлю одного. Он прогуляется по саду, вдоволь надышится кислород, который точно никак не способен ему навредить, — снова хозяин замка не даёт договорить. — А вас проводят до столовой.       — Стефан проводит? — тотчас выдаёт Шепс, отпрянув так, словно перед ним и стоял дворецкий. Влада его реакция лишь забавит. — Я, вообще-то, английского не знаю.       Может, этот аргумент избавит телеведущего от неприятном компании мальчишки?       — Вас пугает этот милый юноша? — посмеиваясь, спрашивает Череватый и внимательно следит за реакцией своего гостя… Или Саше это мерещится?       Александр под его взглядом ёжится, пожимает плечами, а глаза бегают туда-сюда. Ответа ждать не приходится.       — Стефан всего-навсего вчера получил выговор, настроение у него было, скажем так, не самое лучшее, потому и выглядел он несколько странно, — он деловито, как думается актёру, жестикулирует ладонью, а после заходит в комнату, не спрашивая разрешения. — Но, раз вы не знаете английского и я не смогу вас лично проводить, то обратитесь к Элиану. Он, как и я, владеет прекрасным русским языком в совершенстве. Дальше по коридору вы найдёте его, если не помните дорогу до столовой, он вам поможет.       Звучит не просьба, а скорее приказ, но Саша продолжает стоять на месте, с неуверенностью смотря на лежащего к нему спиной брата. Не шевелится, может, задремал? Так не понять, Олег не издаёт ни звука. Оставлять его с Владиславов не так страшно, он кажется старшему Шепсу довольно милым и очень приветливым. Но что-то внутри буквально вопит, что делать этого всё равно не стоит.       Первым будешь.       — Александр, ну хватит вам, — уже в нетерпении произносит Череватый, улыбка чуть сходит с его лица. — Не заставляйте своих приятелей и меня ждать.       От этого чёткого и жёсткого «меня» эмоции смешиваются внутри в одну большую кашу. У Саши нет зоркости детектива, как у брата, и определить что-то по поведению он не может. Но отчего-то интуиция, которая часто телеведущему подсказывает то или иное, говорит, почти кричит не доверять полностью человеку напротив.       А может, он всё так же себя накручивает?       — Таблеток только не давайте ему, — наконец мужчина сдаётся и уже делает шаг к выходу, — он, кажется, уже много их выпил.       Саша не знает, сколько именно обезболивающего принял брат, тот ведь не сказал, но лишь мысль о том, что хозяин замка может дать Олегу незнакомое лекарство, вгоняет в тревогу.       — И мыслей у меня таких не было, — пожимает плечами Влад, когда дверь почти закрывается. — Желаю вам, Александр, приятно провести время. Увидимся позже.       Старший из Шепсов кивает, когда за ним закрывается с лёгким скрипом дверь и Олег чуточку морщится. Почему-то стало легче. Наверное таблетки наконец-то начали действовать. Детектив не открывает глаз, но слышит и почему-то чувствует, как хозяин замка, оставшийся с ним наедине, подходит ближе к кровати.       — Как вы себя чувствуете? Голова сильно болит? — спрашивает мужчина аккуратно и тогда-то Шепс приоткрывает глаза. Снова Влад одет с иголочки, но уже в другой костюм, грязно-серый и парню он даже нравится.       — Чуть-чуть легче, но всё равно не до конца прошла, — горло пересохло, голос чуть хрипит. — И я не думаю, что свежий воздух мне поможет.       — А вы проверяли? — легко улыбается Череватый, смотря на своего гостя сверху-вниз. — Олег, просто доверьтесь мне. Свежий воздух непременно пойдёт вам на пользу.       Он ведь не уйдёт без детектива, так? Олег отчего-то в этом уверен. Хозяин замка будет до последнего ждать, когда Шепс всё-таки встанет с кровати. Но так не хочется этого, на самом деле, делать, даже не взирая на то, что ему лично стоит позвонить Вадиму и узнать, когда тот прибудет сюда.       — Почему пришли вы, а не помощник или Стефан? — детектив спрашивает и делает вид, что ему просто интересно. Это странно, зачем хозяину замка ходить и самому звать людей на завтрак? Разве не для этого существуют Элиан и дворецкий?       Череватый усмехнулся, сделал шаг назад, затем второй. После подошёл к окну и выглянул в него, будто там есть что-то совсем уж интересное. Шепс наблюдает за движениями человека, плавными, неторопливыми. Отчего-то боль сама по себе начала медленно затихать, становиться чем-то второстепенным и таким фантомным. Словно Влад принёс с собой что-то такое, которое не спеша, но уверенно начинает бороться с импульсами в голове и явно побеждает       Это не пугает, но Олег явно озадачен.       — А вы бы хотели видеть Стефана? — спустя время взрослый мужчина задаёт вопрос спокойно, но с издёвкой. — Мне показалось, он вам наоборот не шибко понравился.       Что правда, то правда. Олег разделяет мнение брата — дворецкий не от мира сего, как-то контактировать с ним нет огромного желания. Но тем ни менее, правая рука хозяина — Элиан — вполне нормальный парень, можно даже сказать, почти такой же приветливый, как и Влад. Разве что слишком, чересчур спокойный, можно даже сказать — уставший от чего-то.       Но разве это проблема?       — Погода замечательная. Я убеждён, что она точно не вредит вам, — Череватый улыбается, явно у себя на уме, смотрит через окно вниз, но быстро умолкает и только через несколько минут довольно резко поворачивает голову в сторону Шепса. — Вы всё ещё лежите?       Видимо точно не отстанет. Олег, понимая, что именно таблетки, а не какая-то неведомая магия Владислава притупили боль и позволили облегчённо вздохнуть впервые за пару часов, наконец поднимается. Череватый отрывается от окна, но теперь его внимание приковывает стол. На нём аккуратно разместились тетрадь и блокнот, оставленные со вчера, а рядом ручка. Пристальный взгляд цепляется и за бокал, что наполовину заполнен водой и полупустая пластинка таблеток. Почти закончились, к сожалению Олега.       — Успели что-нибудь надумать? — Влад шагает ближе, тянется именно за тетрадью и берёт её с трепетом, наспех пролистывая страницы. — Может, уже сделали какой-то вывод для себя?       Шепс с подозрением покосился на мужчину. Тот в свою очередь остановился, скорее всего, на последнем деле с русской группой, стал во второй раз вчитываться в текст. Да, молодой парень провёл определено достойный анализ всех исчезновений, мозги у него что надо. И сам он неплох собой.       Даже жалко.       — Нет, — Олег отвечает грубо, даже сухо. Терпеть не может, когда его вещи, особенно связанные с работой, трогают без спроса и вот так в открытую читают в его же присутствии, а потому он подходит ближе и почти что вырывает тетрадь из рук хозяина. — Я жду своего коллегу… И перестаньте уже читать мои записи.       Влад только усмехнулся с этого поведения, повёл плечами и спрятал руки в карманы. Он имеет абсолютную власть в этих стенах, безусловно хозяин. Только этот хозяин суёт свой нос куда не следует. И даже несмотря на то, что Олегу и не только ему придётся с ним «сотрудничать», делиться своими версиями раньше времени, которые вообще пока что только поверхностны, он не станет.       — Вам жалко, что-ли? — изображает грусть, но еле сдерживает улыбку.       Влад слишком наглый, наверное думает, что ему всё можно.       — Да, жалко.       Сквозь непонятное веселье Череватый закатил глаза, фыркнув, но определённо без злобы.       — Ну ладно, — присаживается на край стола и усмехается. — Вам, я погляжу, уж совсем полегчало, раз умудряетесь злиться.       Шепс смотрит прямо в тёмные глаза. В них пляшут черти, а на лице полная невозмутимость. Возможно Владислав просто играется, кто знает, что у него в голове? А может не стоит вообще подпускать его к себе и ценным записям ближе, чем тот хочет. Олег на секунду порывается спросить про Вадима, но в тот же момент мысленно останавливает себя. Нет, не будет. Лучше сам позвонит руководителю. Детектив стоит прямо напротив человека, склоняет голову набок.       А если он что-то скрывает?       — Ну что вы так смотрите на меня? — не сдерживается и срывается на смех Влад, поддавшись назад и отвернувшись на секунду. — Боже правый, да мне просто понравилась ваша педантичность в работе и ход ваших мыслей. Думаете, я как-то намерен помешать расследованию?       — Думаю, вы слишком часто читаете ход моих мыслей, — Олег трясёт тетрадкой в воздухе, пока Влад скрещивает руки на груди и веселье исчезает с его лица. — Не считаете-ли странным трогать чужие вещи без спроса?       — Если вас это задело, прошу меня простить, — Череватый прекращает улыбаться, говорит серьёзно. — Но поймите правильно: здесь пропадают люди, я, по правде говоря, встревожен этим… Но даже несмотря на это, они продолжают приезжать, уж не знаю, зачем, а потому я заинтересован в решении данной проблемы.       Этот момент тоже надо будет обговорить с коллегой. Зачем же глупцы, как считал Шепс, снова и снова берут билеты и приезжают себя. Хотят увидеть какое-то чудо? Или, может, желают сами докопаться до истины?       Наивные.       — И к тому же, вы не первый детектив, с мыслями которого я ознакамливаюсь, — хозяин замка продолжал объяснять. Шепс повторяет движение за ним, складывает руки на груди, но тетрадь продолжает крепко держать при себе. — Очень печально, однако, что того самого постигла та же участь, что и жертв, которых он тщательно искал.       От его слов становится не по себе, мурашки бегут по спине, но молодой парень проглатывает ком, застрявший в горле и прячет эмоции, что пытаются лезть наружу, под маской сосредоточенности.       — Что вы думаете на этот счёт? — только это и спрашивает, а голос всё равно хрипит.       — Вы про Сурикова? Не знаю. Я ничего не знаю, ничего не понимаю. Ровно так же, как и вы, — Влад показывает рукой на собеседника, не прекращая жестикулировать. Привычка, наверное, раз так часто это делает. — Поэтому и хочу помочь, но никак не навредить… А если вы переживаете за конфиденциальность, поверьте, никто из моих людей и грамма информации не узнает.       Череватый даже имя детектива запомнил. Стоит ему доверять или нет? Олег пока не знает, пока что не решил для себя, нужно дождаться Вадима… Где же его носит?       — А ещё мне показалось, что вас настораживает моя компания, не так ли? — Череватый усмехается, поднявшись и выпрямляется, глядя на молодого детектива. — Или, может, даже пугает?       Второе слово явно лишнее, хозяин дома вовсе не пугает… Но наводит на кое-какие мысли точно.       — Очень странно, когда вместо дворецкого нас на завтрак зовёт хозяин дома, не находите? — скепсис скользит в интонации младшего Шепса, а бровь ползёт вверх.       — Вы такой смешной, — ёрничает мужчина. — Смешной и… довольно милый.       После такого ответа Шепс просто не находит слов. То отрывает, то закрывает рот.       — Олег, не делайте так, — Череватый удивляется и одновременно смеётся с его реакции, можно даже сказать, искренне. — А если вас смущает моё внимание, то спешу успокоить — я просто забеспокоился, не более того. К тому же, я ведь видел, как Стефан вас пугает. Решил сам прийти, чтобы вам было спокойнее идти до столовой, вот и всё.       Говорит он очень убедительно, даже рассудительно. У Шепса не остаётся к нему никаких претензий, всё, что он хотел высказать из-за тетрадки и нарушения личного пространства, в миг сходит на второй план. Разве что реплика, брошенная минуту назад, никак в голове не укладывается.       Смешной и милый? Зачем вообще сказал это?       — Мы же с вами не враги. Не нужно в чём-то подозревать всех и сразу, — Влад улыбается снисходительно, наклоняет голову чуточку вбок. — Можете бесконечно проверять и не доверять Стефану, есть за что. Но мне вы можете доверять.       — Это моя работа — бесконечно проверять каждого и не доверять никому, кроме себя.       — Ну разумеется, как же без этого, — старший поднимает руки в знак согласия. — Только советую, для начала, поговорить лично со мной о чём хотите. Тогда поймёте, что скрывать мне нечего.       Он берёт небольшую паузу, неотрывно смотрит на Шепса и только через пару мгновений заканчивает свой монолог.       — Если хотите, я лично вам покажу каждый угол в замке. Можете даже обыскать мою спальню, если вдруг понадобится, я не буду против.       Проводить обыск Олег не планировал без указаний старшего по делу или определённых инструкций, но если хозяин сам на этом настаивает и даже не против…       — К тому же, Олег, я всего-то хочу обезопасить вас, — Череватый неожиданно тихо начинает говорить, подходит ещё ближе, от чего детективу становится дискомфортно. — Здесь пропадают люди, пропал и бедный Суриков. Вдруг с тобой что-то случится?       Глава парня округлились, он хотел ответить, хотел было возразить, но не смог. Что-то не позволило, он всего-навсего промолчал, точно воды в рот набрал.       — Я этого, например, очень не хочу, — расстояние между ними критически маленькое, Шепс хочет отступить назад, а может вообще отойти к стене на приличное расстояние, но опять-таки что-то не разрешает ему и с места сдвинуться. Застыл, как вкопанный, только и делает, что слушает спокойную речь Влада. — Та девушка, как её… Точно, Виолетта. Вы писали, что ею кто-то управлял, что она шла, как… зомби?       — Не я писал, а… — молодой парень осёкся, не продолжив.       — Забавное, кстати, описание… Да, писали это не вы, но Суриков мог что-то и получше придумать, — издевается Череватый, но быстро возвращается к своим рассуждениям. — Так вот, как зомби… А вдруг с вами случится то же, что и с бедняжкой? Вдруг вы тоже будете себя вот так вести, а я этого не увижу, не смогу помочь?       — Я не думаю, что такое случится, — у детектива всё-таки прорезался голос, он выдавил из себя несколько слов.       — Вы так уверены в этом? Лично я — нет.       Может он и прав, в замке наверняка может произойти всё, что угодно. И не факт, что Олега это не заденет.       — Каждый прошлый раз я надеялся, что это всё закончилось, ведь периодически наступало затишье. Однако, я ошибся, несколько раз из-за моей беспечности пострадали простые гости, — он виновато улыбнулся, хотя поводов для радости нет. — А потому я хочу уберечь вас, разумеется, как человека, который поможет мне разобраться с проблемой этого места.       Он говорит и каждое брошенное слово будто проникает под кожу, надолго остаётся там, въедается, как яд. Приятный яд? Шепс махнул головой, сгоняя странное помутнение. Что с ним творится уже второй день? Какой-то несобранный, даже рассеянный. Может, переживает?       — Не бойтесь меня, Олег, правда. Я не хочу вам как-то вредить или ещё чего хуже.       Среди всех рек из фраз и улыбок Шепс вдруг ловит себя на мысли, что голова перестала болеть окончательно. Внутри себя радуется, но как-то быстро это случилось. Теперь, кажется, можно обойтись и без прогулки на свежем воздухе, заняться чем-то более важным, но сам Олег почему-то внутри себя противиться. Резко захотелось поговорить с Владом ещё больше, возможно, лучше узнать его мнение о пропажах… А может, просто узнать его, как человека.       Почему вдруг захотелось? Детектив же приехал сюда не для этого. Зачем он хочет зря тратить время?       — Олег, вы меня слушаете? — касание руки, а затем и лёгкая встряска выталкивают из мыслей. — Видимо, нет. Видимо, голова совсем уж прошла.       Владислав вновь в привычной манере улыбается, а молодой юноша шумно тянет воздух через нос. Такую отвлечённость он никогда себе не позволял, ему ведь нужно набираться опыта и не витать в облаках на работе, но что стало сейчас? Череватый зубы заговаривает, а он и ведётся? Или что?       — Да, действительно прошла… — хмурится сыщик, заглядывая в глаза напротив. — Я вас понял, Владислав, но впредь сначала попросите тетрадку, а не берите её самовольно. Не люблю, когда вещи, тем более мои, трогают без разрешения.       Впервые Олег обратился к хозяину дома по имени. На языке оно ощущается необычно, но это и пугает. Шепс не чувствует что-либо по отношению к хозяину замка, но почему тогда так теряется рядом с ним?       — Просто Влад, ладно? Не надо так официально… Очень рад, что голова прошла и вам стало легче, — наконец-то Череватый отступает в сторону к двери. — Но всё же я настаиваю на прогулке. Лишним это точно не будет, к тому же в саду растут замечательные астры, вам стоит на них взглянуть.       Астры? Хозяин замка — любитель цветов? Понимая, что своим отказов детектив может обидеть или даже разозлить Владислава, решает всё же пройтись.       — Вы любите цветы? — спрашивает, когда вдвоём они выходят из комнаты.       — Не то, что бы люблю… — он морщится, закатив глаза. — Скажу так: разрешил Стефану это небольшое хобби. Он почти всё время на ногах, в делах, а там как раз таки может выдохнуть.       Чем дальше заходит разговор, тем больше неожиданных и новых фактов всплывает. Шепс удивляется и это не ускользает от владельца замка.       — Стефан и… цветы?       — Ну да, он сам попросил. Хотя не знаю, что в садоводстве такого интересного, но парень на пушечный выстрел никого не подпускает к цветам, боится, что кто-нибудь им навредит, — с сомнением и даже скептично произносит Череватый, почесав затылок. — Но, как хозяин, я могу заходить туда, пусть мне это неинтересно. Стефан любит хвастаться своей, как он говорит, отдушиной.       К цветам Шепс относится нейтрально, чего не скажешь о дворецком. Необычное, конечно, хобби. Но какая разница, с другой стороны, что там любит жуткий дворецкий?       — Вам я покажу их, но знайте: они просто красивые, только и всего, больше в них пользы нет.       — А почему он любит цветы? — довольно неправильный вопрос сорвался с губ, но поздно что-то делать, Олег уже спросил.       — Привычка с прошлой жизни, — отмахивается Владислав, чуть глянув на своего гостя. — Глупая, но пусть будет так. Главное, что-б обязанности выполнял, на остальное мне плевать.       — Привычка? — непонимание большой тенью легло на лицо детектива. — Как это понимать?       — Ну знаете, с детства, молодости…

…

      Узнать, что Марго оказывается знает русский и что она три года жила в Петербурге, стало и вправду сенсацией. Саша был поражён, когда вместо непонятного английского девушка обратилась к нему на родном языке, так ещё и почти без акцента. Но после шока пришла радость — хоть кто-то сможет скрасить его одиночество, которое только в стенах замка ощущается слишком остро.       — Меня, честно говоря, все эти байки с пропажей людей напрягают, — говорит, вместе с гостьей проходя в библиотеку, какую им вчера показали на экскурсии. — Я даже думать об этом не хочу, вот честно. Просто жду, когда уже домой поедем.       — А зачем, тогда, вообще приехал? — смеётся Маргарет, с восхищением разглядывая книжные полки. Её слабость с ранних лет, она всегда обожала читать.       — Вместе с братом. Он… любитель всего такого, — Шепс осёкся, без особого энтузиазма глядя на стеллажи.       Настроения у него нет, Олег резко сорвался и уехал в деревню рядом, так ещё и с Владом. Вадим так и не объявился, что сильно тревожит не только юного детектива, но и телеведущего. Они вдвоём и звонили, что оказалось затруднительно в стенах замка, ведь связь резко испортилась, и писали Ковальчуку, но от того только тишина. Кажется, сообщения были даже просто отправлены, но не доставлены. Шепс-младший пытался связаться и с отцом, но когда уже стал звонить ему, звонок оборвался. Связь пропала окончательно.       «Может, в том захолустье получится дозвониться?» — говорил прямо перед отъездом Олег.       Без брата не то, что бы скучно — Саша попросту места себе не находит, этот «дворец» его пугает. Где Ковальчук? Почему он так и не приехал, хотя уже вечер? Из-за стресса, которым мужчина то и дело подпитывает себя каждые пятнадцать или двадцать минут, даже давление поднялось. После приёма таблеток он неожиданно узнал, что в замке есть сад и он хотел было до возвращения брата просидеть там, но маньяк-Стефан строго-настрого запретил туда кому-либо заходить без него, ещё и лицо сделал такое, что актёра передёрнуло. Желание изучить листики и цветочки, лишь бы не сойти с ума взаперти, пропало моментально. Жуткий дворецкий пугает не только присутствием, но и одним фактом, что просто находится с Александром в одном замке.       Кошмар, одним словом.       — Его же Олег зовут, да? — англичанка, не сбавляя шага, повернулась к своему новому другу. — Он милый. Правда за завтраком его не видела.       — У него голова сильно разболелась, он остался в комнате, — Шепс оборачивается на дверь библиотеки, которая осталась приоткрытой. Не стоит что-либо закрывать, правда ведь?       — А сейчас он как? Всё хорошо?       — Да, нормально… уехал в деревушку, ну которая тут рядом, скоро должен вернуться, — фыркнув, врач недовольно закатил глаза.       Владислав предположил, что руководитель расследования может быть там и после этого Олегу будто крышу сорвало. С каждой минутой неизвестности он всё сильнее додумывал, что могло случиться с Вадимом, а потому со скоростью света собрался и согласился ехать с Череватым. Сумасшедший мальчишка.       Саша уговаривал брата взять его с собой, ведь не желал оставаться в замке сам, не хотел быть тут без детектива. Но тот только и твердил, что это не променад, что много людей может стать проблемой для осмотра деревни. Вместо родного человека поехал с малознакомым хозяином замка.       «То же мне,» — думалось старшему — умник нашёлся.»       Повезло только в том, что Марго на русском говорит, так бы пришлось торчать в комнате всё время. Из развлечений только лес, в который мужчина точно ни ногой, а нарваться на дворецкого не сильно и хочется.       Клетка какая-то, ей Богу.       — Я могу поискать что-нибудь и для тебя. Какие жанры ты любишь? — девушка задала вопрос, но когда вновь взглянула на Сашу, тихо хихикнула, прикрыв рот ладонью. — Ты не любишь читать, да?       Читать-то он любит, только вряд-ли он что-то разобрать сможет.       — Да не то, что-бы… — пожимает плечами Шепс-старший, подходит к собеседнице, которая уже стала рыться в книгах на одной из полок. — Хотя знаешь, давай, я не против. Правда ни черта не пойму.       — Я могу тебе читать и переводить, хочешь?       — Хочу.       Марго ещё больше оживилась, кивнула и принялась искать что-то на свой вкус.       — А ты зачем сюда приехала? — мужчина спрашивает, без интереса листая какой-то роман на английском. — Тебя не пугает это место?       Буквально на мгновенье она остановилась, будто задумалась. Затем продолжила искать подходящую для них двоих книгу, но заговорила не сразу.       — Вообще… у меня дядя следователь в полиции, его давно интересовало всё то, что творится тут, — она начала намного тише, чем прежде, — но из-за здоровья он никак не смог бы прилететь сюда. Не буду вдаваться в подробности, но я решила ему помочь и вместо него приехала сюда.       Сказать, что актёр опешил, ничего не сказать. Марго рассказывала об этом, как о само собой разумеющемся, будто и вовсе о погоде беседа. Саша покосился на неё. Неужели настолько плевать на то, кому и что она говорит? Настолько доверчивая?       — И-и… что ты уже узнала? — он становится к ней ближе, глядя на женскую макушку. — Есть зацепки?       Выслушает англичанку, но раскрывать правду про брата не станет.       — Есть.       Услышать это стало ещё большим шоком для Шепса.       — И какая? — интересуется, уже представляя в голове реакцию Олега на всё это. Оказывается, его присутствие не совсем бесполезное, Саша тоже может кое-что узнать.       — В комнате, куда меня поселили, я нашла след крови в углу, — совсем тихо, почти шёпотом она говорит и поворачивается лицом к мужчине. — Он странный, не прям большой, будто кровь… пролили? Не знаю, как это объяснить, но могу показать.       Шепс закивал сильно, так, что чуть было лбом не ударил девушку. Она отшатнулась, коротко рассмеялась.       — А это тебя не испугает? — как-то даже хитро спрашивает, стрельнув глазками.       Странные женские манипуляции? Александр, закатив глаза, в миг заулыбался.       — Раз я тут, значит не напугает, — произносит спокойно, но всё-таки возвращается к теме, которая его не на шутку заинтересовала. — Кровь меня точно не испугает… А как ты его вообще увидела? Говоришь, что небольшой след. Тогда как?       Девушка по началу молчит, а затем хлопает книгой и ставит её на полку.       — Тут ничего нет интересного, пойдём к другому стеллажу, — почти срывается с места и через секунду прячется за книжными полками. Саша спешит за ней так, будто может упустить для себя важный лоскуток информации. Когда нагоняет брюнетку, видит, как она уже копошиться в другой кипе книг. — Я стараюсь по утрам делать зарядку, всё такое. А сегодня утром стала делать и смотрю — красное пятно… Не знаю, как оно там оказалось, но меня это насторожило.       Ещё бы. Сашу бы это, как минимум, в покое точно не оставило бы.       — Интернет тут, кстати, плохо ловит… Хотела дяде отправить и… Точно, я же сфотографировала это! — она чуть было не подпрыгнула на месте, полезла в карман брюк. — Как только из головы вылетело?       Так даже лучше, не придётся лишний раз куда-то ходить, тем более в потенциально-опасную комнату. Марго достаёт свой айфон, снимает блокировку со скоростью света в галерею сразу лезет.       — Вот, смотри, — открывает один снимок и протягивает мобильник Александру. На нём действительно не самое большое пятно, багрово-красное. Врачом быть не надо, сразу понятно — точно кровь. — Это ведь кровь, да? Я не ошиблась?       — Да, засохшая. Явно давно это там, — брови Саши съезжают к переносице, он всматривается в фото всё сильнее. — Блин, что за место это…       Саша захотел и дальше высказать своё мнение на этот счёт, да только не успел, ведь в гробовой тишине библиотеки раздался глухой удар. Двое моментально вздрогнули, чужой телефон чуть не выпал из рук, а девушка чуть было не закричала. Похоже на то, когда книга падает с полки, отчётливый звук.       — Там кто-то есть? — судорожно спрашивает брюнетка, забирая мобильник обратно себе и положив ладонь на локоть своего компаньона. — Нас кто-то подслушивал?!       Проглотив ком, застрявший в горле, актёр молится, кажется, каждому Богу прямо сейчас. Он знал — здесь что-то не так, с этим местом что-то не то. Сердце в груди бешено стучит и точно сейчас выпрыгнет наружу, но он решает всё-таки проверить, что это было. Не может быть тут паранормального, этого же не существует, просто не бывает. Всего-то пропало порядка пятнадцати, а может и больше, человек.       Ерунда какая, подумаешь, да?       — Я с тобой! — Марго мёртвой хваткой вцепилась в мужчину и побрела за ним.       Звук шёл со стороны соседних стеллажей. Может, кривая полка и книга сама упала? Такое ведь может быть?       Не может, явно не может. Почти перед их носом, с самой верхней полки свалилась вторая книга и чудом не упала на голову мужчины. Девушка всё-таки вскрикнула от неожиданности, а сам Саша ошарашенно отпрянул назад. Следом, оттуда же, вниз полетела и третья книга. Четвёртая. Пятая. И с каждой новой книжонкой Маргарет дрожала сильнее, а телеведущий кусал губы до крови.       Не бывает такого. Этого не существует.       — Это что такое?! — завопила англичанка, ругаясь то на родном, то на русском. — Они же сами собой падают! Ты видишь это?! Видишь, да?       Не сами собой.       — Пошли отсюда, — на одном дыхании произносит Саша, шёпотом. Ему страшно поднимать голову, но он аккуратно делает этого. Там ничего нет. Пусто.       Мужчина буквально хватает Маргарет за локоть и тащит за собой прочь от стеллажей, опасаясь, что сейчас упадёт ещё одно чтиво и на этот раз оно не промахнётся, попадёт точно в макушку. Выйдя из-за полок, они чуть ли не несутся к выходу. Шепс хватает ладонь новой подруги и крепко сжимает, не позволяя отставать от себя. Библиотека будто дышит и живёт, через секунду за их спинами вновь что-то опрокинулось. Сердце сильнее застучало в груди, желание убраться отсюда росло ежесекундно.       Но они и не ведают, что библиотека действительно ожила, только случилось это очень давно. До двери оставалось несколько шагов, когда она резко и с громким звуком захлопнулась прямо перед носом. Сама. Без чьей-то помощи она закрылась. Оба затормозили, девушка даже врезалась в Александра на долю секунду. Вдвоём они попятились, уже прижимаясь друг к другу. Казалось, одна минута — и большая люстра может оборваться, со свистом полететь на них.       — Что, сука, тут происходит?! — заорал Саша, сжимая руку Марго так сильно, что та заскулила уже от боли.       Телеведущий не может сложить один плюс один и понять, что это такое. Не зря, всё-таки, верил и понимал. Не просто так чувствовал, что здесь всё не то. Дикий ужас заполнил его, взгляд не отрывался от злосчастной входной, которая закрылась.       Она закрылась. У него на глазах. Сама. Без чьей-то помощи.       И это только начало.

…

      — Да ты лучше нервы свои лечи! — Шепс-младший злобно говорит напоследок и, не дав Саше закончить свою истеричную тираду, хлопает входной его комнаты. — Псих, блять.       Детектив широкими шагами начинает отступать прочь из крыла, где проживает актёр и, как оказалось, его новая подружка. У Олега нервные окончания накалились до предела после истерики брата. Мало того, что в замок он вернулся нервным и злым после осмотра деревни, так ещё и Александр вместе с Маргарет стали что-то ему втирать про какие-то книги и дверь, что сама по себе захлопнулась. Говорить такое заядлому скептику, конечно, опрометчивое решение.       Всеобщие галлюцинации? Может быть, хотя с ума сходят в большинстве случаев по отдельности.       Вадима в том захолустье не оказалось, как бы сыщик не надеялся на это. Обычная деревня ничем подозрительным или странным не отличилась — самые неприметные жители, какие есть и в России. Животные, сады, огороды — всё, как у всех. А Ковальчука нет, будто и не приезжал вовсе. За пределами замка связь ненадолго появилась, Шепс-младший старательно из раза в раз набирал номер руководителя, но тот вне зоны доступа. Сообщения до него не доходят, что с этим делать — детектив не знает.       Отцу он отправил сообщение вместо звонка, что Вадим так и не прибыл во «дворец». Телефон заместителя был занят, видимо с кем-то сам говорит, потому смс-ки будет достаточно.       Только теперь Олегу придётся самостоятельно проводить расследование, раз его напарник решил впервые за много лет службы не приезжать вовсе.       Скоро ужин. Олегу стоит поскорее одеться, в душ он сходил перед тем, как отправился к Саше, насладившись тишиной и гордым одиночеством после приезда. Детектив не замечает, как заходит в своё крыло и даже уже на автомате подходит к собственной двери, ноги сами его ведут, потому что мысли в голове звучат слишком громко. Дверь он не закрывал, ведь отошёл всего на минут десять, а потому дёргает её и, подняв голову, опять-таки видит непрошенного гостя.       Второй раз уже.       — Вы что тут делаете?       Застыв в проходе, точно зашёл вовсе не в свою комнату, парень недоумённо смотрел за Череватым, который чувствовал себя явно комфортно, восседая на стуле. Хозяин решил совсем его опекой и защитой окружить? Теперь отлипать от сыщика не будет?       — Вас жду, — совершенно невозмутимо отвечает Владислав, разглядывая свои часы, которые наверняка недёшево стоят. — Хотел вам кое-что передать, но вас тут не было… Решил, что ничего страшного, если я побуду тут и дождусь вас.       Шепс удивился, но уже более нейтрально. Кажется, к такому беспардонству можно и привыкнуть. Он уже начал свыкаться.       — А как вы зашли сюда? — всплывает вопрос, который был задан ещё вчера. — Я дверь закрыл. Точно закрыл.       Хозяин замка поднимается со стула, окидывая Олега заинтересованным взглядом.       — С вашим братом всё хорошо? — игнорируя то, что у него спрашивают, Череватый начинает медленно расхаживать по комнате. Детектива это смущает, даже напрягает, но разве он может что-то против сказать владельцу этого места? Кажется, это будет неуместно. — Его так трясло, так он кричал… Успокоился, надеюсь?       Нельзя сказать, что с братом всё хорошо. С ним уже давно не всё нормально, а сегодня была лишь одна из вспышек эмоций, однако и она была даже не самой взрывной, нечему тут удивляться. Но это только для Олега, для чужого человека это выглядело, как самая настоящая и довольно импульсивная истерика, припадок, вообще было ощущение, что ещё чуть-чуть и старший рухнет в обморок.       — Да, с ним всё… хорошо, — нервно хихикнул детектив, чувствуя себя странно. Он успел зайти в комнату и даже закрыть дверь, Влад стоит к нему лицом, его взгляд не напрягает, но почти спиной молодой парень ощущает на себе второй, колючий взор и хочет обернуться, хоть позади него входная. Самовнушение? Может и оно, напридумывал себе разного в голове, ещё и Саша на него скинул свою нервозность.       — Надеюсь, что его нервы в порядке. Уж извините, не могу не переживать за своих гостей, — Череватый суёт одну руку в карман, вновь по-хозяйски становится. — И… вы придёте на ужин, да?       Проходится по одежде парня оценивающими глазами, но она не такая, как у него. Однако даже простые свободные джинсы и такая же кофта вызывает удовлетворительный кивок, что чуть поражает Шепса. Мужчине понравилось?       — Как раз собирался переодеться и идти, — намекает на то, что выглядит несколько неподобающе для этого места и после показывает махом ладони на дверь. — Не хочется пропустить и его. Мой желудок «спасибо» за такое не скажет… Пойдёмте?       Хочется поскорее убрать Череватого отсюда. Не может Олег спокойно дышать, когда владелец «дворца» находится в одном помещении с тем дневником и его тетрадкой.       К тому же, питался сегодня он, мягко говоря, не очень. Завтрак пропустил, на обед не успел, зато в деревушке Череватый для него попросил свежеиспечённую булочку и пару яблок. Вся еда за сегодня, да, сомнительная и совсем не сытная, но хоть что-то. Владу, конечно, отдельную благодарность хочется выразить. И за то, что отвёз в это поселение, и вернул обратно «домой», и за перекус. Олег от двери толком не отходил, но всё равно в её сторону делает маленький шажок, но его неожиданно останавливают.       — Вы пойдёте, а я, к сожалению, на ужине не смогу присутствовать, пойдёте без меня, — хватает младшего за запястье. — Да и если честно признаться, пришёл вам просто кое-что передать.       Тёплое прикосновение будто бы пускает ток по телу молодого парня. Он на секунду смотрит на чуть бледную кисть, а затем заглядывает в чёрные глаза. О чём это он?       — Передать? — неуверенно и медленно спрашивает Олег, снова чуть посмотрев на худые пальцы, что продолжали держать его за руку.       Хозяин замка уловил его цепкий взгляд, задержавшийся на касании, и вскоре отпустил сыщика, но будто неохотно. Вторая его рука стала что-то интенсивно искать в кармане пиджака и, наконец, он достаёт оттуда что-то висящее на цепочке.       — Держите. Это вам подарок от Симоны.       От той милой девушки, которой, кажется, Шепс слишком понравился? Серебрянную лилию на тонкой цепи Олег берёт в руки, явно не зная, как на это реагировать. Она блестит, так ещё и сделана очень даже хорошо. Красивый подарок, но с какой целью?       — Э-эм… а зачем? — интересуется, не может просто так оставить без внимания этот жест. Да, дочка мельника была мила со стороны, когда общалась с Владом по-румынски и кидала на детектива многозначительные взоры, но он точно не мог подумать, что та передаст это… Хотя подвеска красивая.       — Сказала, что вы ей очень приглянулись, — пожимает плечами Череватый, улыбаясь расслабленно. — Мне пришлось расстроить девочку, что вы больше не приедете и она решила сделать вам такой… подарочек.       Неожиданно, конечно. От лилии на цепочке словно исходит странное тепло, её не хочется выпускать из рук. Но с чего Владислав решил, что Шепс больше туда не поедет? А если нужно будет опросить жителей, а не всего-то прогуляться по деревушке?       — И часто у вас… так делают? — Шепс более заинтересованно начинает разглядывать украшение, надевать не спешит и решает не накалять разговор лишний раз. В случае чего просто скажет хозяину, что стоит во второй раз съездить туда.       — Очень часто, поверьте. Народ у нас гостеприимный, особенно сельчане, — хозяин наблюдает за реакцией детектива, ловит каждую, хоть и маленькую, но эмоцию на его лице. — Вам нравится?       Безусловно Шепсу нравится. Он хоть и не любитель что-то носить на себе, ведь в работе и ему самому мешает, зато дома у него навалом разных безделушек валяется. Эта валяться не будет. Как сувенир из Трансильвании, парень повесит её на отдельное место.       — Да, очень нравится, — устало улыбается и наконец поднимает глаза к Череватому. — Передайте, э-э… Симоне, да? Передайте ей от меня спасибо.       Сейчас надевать не станет, парень лишь убирает украшение-сувенир в карман джинс.       — Обязательно передам. Она будет рада тому, что вам понравилось.       На секунду-две нависает тишина, а затем Владислав отрывается от серых глаз и уже делает шаг в сторону двери.       — Я мог бы проводить вас, — Владислав миловидно давит улыбку и сам открывает дверь. — Хотите?       Странно всё это. И истерика Саши, и воображение, которое разыгралось, видимо, не только у старшего, и подарок необычный, и эта любезность. Всё странно, абсолютно всё.       И тем ни менее, Олег отвечает короткое и довольно убедительное:       — Да, хочу.