Твое сердце будет залечено

— Боже, блять, ты можешь мыться побыстрее? Ты, блять, не один в этом доме. Джостен, я не спасал тебе жизнь ради того, чтобы ты тратил всю мою горячую воду, — кричит Аарон, тарабаня по двери ванной. Из-за двери по-прежнему раздается только шум воды, но затем, проходит еще какой-то звук. Стон. — НЕТ, НЕ СМЕЙТЕ ТРАХАТЬСЯ В ВАННОЙ, КОТОРУЮ МЫ ДЕЛИМ!!!! ПРЕКРАТИТЕ НЕМЕДЛЕННО!!!! Эндрю, я больше не буду спасать твоего парню-катастрофу, если вы сейчас же не остановитесь! Полчаса спустя, когда Аарон просматривает новости, кипя от раздражения, влюбленные голубки, наконец-то, спускаются вниз. Аарон с силой нажимает на кнопку пульта, выключая телевизор и топает на кухню. С тех пор как раздражающий рыжий вернулся в мир живых, его брата слово подменили. Если он в одной комнате с Джостеном, то они обязательно должны слепиться вместе. Переплетенные пальцы, ноги на коленях, головы на плечах. И дома все становится в разы хуже. Аарон уверен, что колени Эндрю скоро примут форму пятой точки Джостена, потому что тот отказывается позволять сидеть рыжему где-либо еще, кроме как на нем. Слава всему, что там управляет их жизнью, спальня Аарона находится как можно дальше от спальни этих влюбленышей. Ему не нужны лишние подробности сексуальной жизни его брата-близнеца. Нет, Аарон рад, что спас этого идиота, и что его брат так счастлив и влюблен, но он просто не может переносить все это агрессивное проявление привязанности, особенно учитывая то, что его влюбленность зажимается по вонючим кладовкам с каким-то мудаком. И вот он снова становится жертвой их любви, когда заходит на кухню. Джостен что-то жарит на плите, и судя по запаху это опять шоколадные блинчики, любимое блюдо его близнеца, пока Эндрю приклеился к его спине, оставляя медленные поцелуи на шее. — Фу, вы можете хоть при мне вести себя не так липко? — кривится Аарон. Эндрю поворачивается с нахмуренными бровями, словно его оторвали от чего-то важного: — Это гомофобия. — Какая нахуй гомофобия, я, блять, би, — закатывает глаза Аарон. — И Джостен, у тебя своего дома нет? Нил фыркает, даже не поворачиваясь. — Есть, но Эндрю говорит, что его матрас удобнее, а напор в душе сильнее. — Я сделаю вид, что не слышал этого, — говорит Аарон, крадя первый блинчик с тарелки.

***

Спустя столь долгий отдых и восстановление, на котором настаивал Эндрю, хотя Нил был в порядке уже через неделю, работа ощущалась как глоток свежего воздуха. Привычный темп вызывал прилив адреналина. Скорость принятия решений, чья-то жизнь в его руках — все это было его наркотиком. За шесть часов с начала смены Нил ассистировал на двух операциях, заполнил истории болезни всех своих пациентов, вытащил лего из носов четырех детей до трех лет и зашил колотую рану. И в нем все еще бурлила энергия. — Успокойся, кролик энерджайзер, — говорит Эндрю, обнимая его за талию, когда Нил подходит к стойке медсестер. — Я не могу! Я несколько месяцев сидел без дела, а скоро экзамены на ординаторов. Я должен быть готов. Эндрю фыркает и целует его в щеку. — Ты уже и так самый умный человек в этой больнице. Вундеркинд и самый молодой стажер в программе. Я знаю, что ты все сдашь, — говорит он. — И когда ты получишь самую высокую оценку, мы сходим на обещанное свидание в тот итальянский ресторанчик, разделим тарелку спагетти, а потом закроемся в спальне на все выходные. Нил оставляет ответный поцелуй на щеке Эндрю, когда к ним подбегает взъерошенный Аарон. — Эндрю, код пчелка. Код пчелка по больнице. Нил выпрямляется и вопросительно смотрит на Эндрю. — Что за код пчелка? — Наша мама приехала, — вздыхает Эндрю. Нил не успевает ничего сказать, когда в двери отделения входит высокая темноволосая женщина с загорелой кожей. Она совершенно не похожа на близнецов внешне, но что-то в ее нежной улыбке и мягких чертах лица напоминало ему Эндрю. Эндрю притянул его за талию ближе, опираясь головой на плечо и шепча: — Не переживай, ты нравишься мне, а значит она уже любит тебя. Нил и не заметил, что задержал дыхание, когда их гостья приблизилась к стойке. — Мои мальчики, — улыбаясь говорит женщина. Она притягивает стоящего к ней ближе Аарона в крепкие объятия; он достает лишь до ее плеча. — Эндрю, отлепись от своего мальчика и иди сюда, обними свою маму, — приказывает она. Эндрю еще раз сжимает талию Нил и отходит, чтобы быть затянутым в крепкие материнские объятия. — Мне кажется или вы подросли? А как исхудали. Эндрю, ты опять питаешься только мороженым? Что я тебе говорила? Эндрю снова, словно магнит, притягивается к боку Нила, руки занимают уже привычное место на талии. — Мам, вы еще не знакомы, но это Нил, стажер первого года. А это наша мама Биатрис, но она предпочитает Бетси или Би. — Приятно познакомиться, Нил. Я столько о тебе слышала за последнее время от обоих моих ангелочков, — Эндрю прячет фырк в плече Нила. — Хочу заметить, что ты так похож на своего отца. Его смерть это огромная потеря для мира медицины. Приятно знать, что мне удалось поработать со столь выдающимся человеком, — говорит она. Смерть Натана была шоком для мира медицины и спасением для Нила. С тех пор, как его мать сбежала, когда Нилу было всего десять, а Натан еще глубже погрузился в свою работу, Нилу не оставалось ничего больше, чем тоже начать интересоваться медициной, пытаясь стать ближе со своим вечно отсутствующим отцом. Натан не терпел посредственности. Нил должен был быть идеальным — идеальные оценки, идеальный внешний вид, идеальные манеры и репутация. Или не быть врачом. Сбежать из дома в шестнадцать, потупив в один из самых престижных вузов страны, было его единственным спасением. Когда на последнем курсе ему сообщили, что у Натана случился внезапный сердечный приступ на работе и его не смогли спасти — Нил испытал двоякие эмоции. Ему было грустно, что он так и не наладил связь с отцом, на которого так отчаянно хотел быть похож, но в то же время с его плеч будто свалился вековой груз из попыток быть идеальным. — Подожди, — Аарон переводит взгляд с Нила на свою маму и обратно. — Откуда ты знала отца Джостена? Бетси удивленно поднимает брови: — Аарон, его фотография с автографом уже десять лет висит над твоей кроватью. Меня больше удивляет, что ты до сих пор не узнал в Ниле своего кумира. — Подождите, подождите, подождите. Ты хочешь сказать, что Натан Веснински, светило медицины, из-за которого я вообще решил стать врачом, является отцом Джостена? — он переводит возмущенный взгляд на своего близнеца: — Ты знал? И не сказал мне? Эндрю лишь пожимает плечами: — Я думал, ты сам догадаешься. Теперь Аарон направляет свой гневный взгляд на Нила: — А ты? Почему ты не сказал и почему у тебя вообще другая фамилия? — Я сменил ее в двадцать, не хотел получать бонусы за счет известного отца, — отвечает Нил. Аарон лишь недовольно фыркает в ответ, скрещивая руки на груди. Бетси хлопает в ладоши, прерывая их. — Ну и ладненько. Нил, я надеюсь ты не откажешь мне в обеде? Познакомимся поближе, посплетничаем. Я как раз захватила детские фотографии Эндрю. Особенно ту, где на Хэллоуин в десять лет он нарядился в костюм служанки из клипа Фредди Меркьюри. У Аарон вырывается смешок, пока Эндрю стонет и просит не позорить его так, а Нил лишь кивает Бетси, уже чувствуя, как на его бедре вибрирует пейджер с новым вызовом.

***

Кейтлин находит его по пути в палату пациента с инородным телом в прямой кишке, который ожидает своей операции по извлечению, и заталкивает в ближайшую каморку. Нил хочет начать протестовать, когда замечает ее заплаканные глаза. — Что случилось? — спрашивает он. Кейтлин всхлипывает и протягивает ему бумагу. Кейтлин Маккензи. Ж26. Диагноз: Сифилис. Нил хлопает глазами на распечатку. Кейтлин опускает голову ему на плечо и шмыгает носом. — Не понимаю, как это произошло. Я не спала ни с кем, кроме Сета. Нил сжимает кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Он найдет этого мудака и выбьет из него всю дурь. А еще лучше, расскажет Аарону, чтобы тот переубедил Сета быть врачом раз и навсегда. Ты не можешь быть врачом, если у тебя не бьется сердце. — Не то чтобы Сет не был очень популярен среди медбратьев, — со злостью говорит Нил. Кейтлин икает. — Ты думаешь это Сет… с медбратьями… Нет, — она трясет головой. — Он не такой. Это наверняка какое-то недоразумение. Может, я была неаккуратной и подхватила это от пациента. — Не такой? — вспыхивает Нил, отходя. — Кейт, да половина больницы знает, что Сет именно из-за них и выбирает ночные смены. Это не твоя вина, что этот Мудак предпочитает засовывать свой причиндал куда ни попадя. Кейтлин вытирает глаза. — Что мне делать, Нил? — Нет ничего, что не исправит пара инъекций пенициллина и одна разбитая рожа. — Нет, никаких разбитых лиц. Я сама в этом разберусь. Я поговорю с Сетом, мы все выясним. Может это и в самом деле просто небольшое недоразумение, — говорит она. Он пожимает плечами. — Как знаешь, но если у тебя сифилис, то тебе придется ему рассказать. А там недалеко и до слухов по всей больнице. Лучше позволь мне, а лучше Аарону, с этим разобраться. Кейтлин хмурится. — Почему Аарону? — Ооо, ты скоро узнаешь.

***

Эндрю направляется к стойке медсестер, когда замечает свою маму и Нила. Та держит лицо его будущего мужа в ладонях, слегка сплющивая мягкие щеки, и что-то говорит, заглядывая тому в глаза. Нил кивает, делая взгляд невинного лесного животного, которого хочется обнять и защитить. Эндрю так его любит. В ближайшее время ему стоит назначить встречу с ювелиром. И выведать размер кольца. Бетси серьезно кивает Нилу и убирает ладони, а затем и вовсе уходит. Эндрю быстрым шагом подходит к Нилу, кладя руку тому на бедро. — О чем моя мама с тобой говорила? Нил поворачивается и одаривает Эндрю улыбкой, растапливающей внутренности. — Спрашивала, хороший ли я мальчик. И сколько у меня было половых контактов. Это было очень странно. На секунду Эндрю хочется провалиться сквозь землю от стыда. Почему его мама и брат так обожают смущать его перед неземным созданием, которое обратило свое внимание на простого смертного Эндрю? Они не поступали так с его предыдущими парнями. Может знали, что то было несерьезно? Нашел ли Аарон его свадебную доску в пинтерест? Хихикают ли они с Би по вечерам над ним и его влюбленностью? Эндрю слегка трясет головой, отгоняя мысли о перемывающих ему косточки родственниках. — Готов к сегодняшнему ужину? — Да. Не мой первый ужин с родителями, — отвечает Нил. На вопросительный взгляд он добавляет. — В колледже я за деньги ходил на семейные ужины к однокурсницам и омерзительно себя вел, чтобы их партнеры на фоне меня выглядели ангелами. Один раз я даже довел семейку мормонов до слез, когда посреди ужина спросил, делает ли меня геем член в заднице, если он не привязан к мужчине. Эндрю несколько раз хлопает глазами. Его любовь не только умный, заботливый, понимающий, красивый и вообще самый чудесный человек на свете, но вдобавок к этому еще и смешной. Ему срочно надо купить кольцо. Но пока что он ограничивается тем, что обнимает Нила, притягивая ближе, и целует в щеку. Эндрю еще никогда не испытывал таких сильных чувств к кому-то. Каждый раз перед сном он прижимает Нила ближе, зарываясь лицом в его мягкие кудри, и думает, как же ему повезло найти это. Как все звезды идеально выстроились в ряд, чтобы они встретились в свете стробоскопов в том подвальном клубе около больницы. Ему хочется методично разрезать грудную клетку Нила и свить уютное гнездышко в его костях. Он хочет слиться с ним воедино и стать одним человеком. Каждый раз, когда голубые глаза его ангела уделяют ему хоть толику времени, его грудь распирает изнутри от теплоты. Эндрю знает, что безоговорочно и окончательно влюблен.

***

Звук смеха Нила вызвал у Бетси улыбку, когда они с Аароном убирали посуду в посудомойку после ужина. Этот мальчик был совершенно не похож на своего сурового отца. Весь ужин он был словно притянут на орбиту Эндрю, подавая ему салфетку или стакан еще до того, как тот к ней тянулся. Их стулья были поставлены ближе, чем это было удобно. Нил без колебаний положил Эндрю двойную порцию мороженого на кусок яблочного пирога, а Эндрю, даже не отвлекаясь от разговора, вытащил из тарелки Нила весь красный перец. Они были словно две части единого целого. Словно их атомы существовали на орбитах друг друга еще со времен Большого взрыва. Глядя на Аарона, который фыркает на очередной взрыв смеха из гостиной, Бетси видит то, что тот пытается скрыть. Ее сыновья до сих пор думают, что могут что-то утаить от ее материнского взгляда. Будто она не знает, что Эндрю иногда выкуривает сигарету после тяжелой смены, а Аарон любит представлять, как дает интервью несуществующему собеседнику. Но она-то все знает. — Как там дела с той девушкой, Кейтлин вроде? — спрашивает она. Аарон тяжело и трагически вздыхает. — Никак. Она все еще встречается с тем уродом. И не похоже, что что-то изменится. По больнице уже ползут слухи, что Сет присматривает кольцо. Бетси закрывает посудомойку и подходит к нему, кладя руку Аарону на плечо. — Слухи не всегда оказываются правдой. И если это все-таки так, то ничего страшного. Значит не судьба. Где-то в мире есть твой человек и ты обязательно его найдешь, — ободряюще говорит она. — Посмотри на Эндрю. Он всегда был так увлечен работой и никогда не планировал заводить семью, а сегодня днем он попросил меня помочь ему с поиском идеального кольца. Аарон удивленно вскидывает голову: — Что? Они знакомы всего ничего, а он уже собирается делать предложение? — Это решение твоего брата, Аарон. — пожимает плечами Бетси. — И он не говорил о предложении, всего лишь о кольце. — Зная его, они поженятся в первом попавшемся зале суда, а потом поставят нас перед фактом, — хмыкает Аарон. Бетси широко улыбается. Зная Эндрю, она уверена, что так и будет. — Возможно ты права насчет Кейтлин. И мне стоит начать двигаться дальше, — говорит Аарон. — Знаешь, я на днях созванивалась с Кейли и она мне рассказала, что Кевин недавно расстался со своим парнем из Франции… Аарон резко отходит от нее. — Мам, пожалуйста, не начинай снова этот разговор. Мы расстались с Кевином еще до того, как стали ординаторами. И мы точно никогда больше не будем вместе. Никогда. Бетси вздыхает. — Ну я хотя бы попыталась. Во всяком случае, я уверена, что ты еще встретишь свою любовь. — Надеюсь на это, — говорит Аарон, показывая скрещенные пальцы. — А теперь пойдем, я вызову тебе такси, потому что ты точно не захочешь спать в гостевой спальне на втором этаже.